Глава XXIV. Флаг Святого Георгия возвращается на Тихий океан

«Войны выигрываются не случайными операциями или морскими дуэлями, а сосредоточением сил и их умелым использованием».

(А. Т. Мэхен, «Морская мощь и ее влияние на войну 1812»)

К началу июня 1944 флот адмирала Нимица в центральной части Тихого океана был готов к следующему прыжку на запад. Его целью был захват ключевых островов в Марианском архипелаге. Снова были сформированы 2 больших оперативных соединения, которые находились на базах, отстоящих очень далеко одна от другой. 8 июня они вышли с Соломоновых островов и из Пирл-Харбора, чтобы высадить десанты на Сайпан, Тиниан и Гуам. После мощных бомбардировок 900 самолетов Быстроходного Авианосного Соединения адмирала Митчера и продолжительного обстрела с кораблей 5 Флота адмирала Спрюэнса 15 июня морская пехота высадилась на Сайпане. Но японцы понимали, что захват Марианских островов не только откроет прямую дорогу к Филиппинам, но и предоставит базы для тяжелых бомбардировщиков. Поэтому японский флот проявил активность, чего не было со времени окончания кампании на Соломоновых островах. Командующий японским флотом адмирал Одзава предложил хитрый план. Он намеревался заманить американцев под удар своей базовой авиации, в то же время оставаясь вне пределов досягаемости американских самолетов. Однако самолеты Митчера уничтожили японскую авиацию на Марианских островах, и план рухнул. Более того, американские подводные лодки, которые следили за японским флотом с того момента, как он вышел с Филиппин на восток, 19 июня потопили 2 авианосца («Тайхо» и «Сёкаку»), когда те поднимали самолеты для атаки 5 Флота. Японские летчики действительно нанесли удар первыми, как и хотел Одзава. Но сильное истребительное прикрытие американцев нанесло противнику тяжелые потери и не позволило ему добиться каких-либо успехов. В течение первой фазы боя адмирал Спрюэнс больше заботился о безопасности высаженных на Сайпан солдат. Он решился двигаться на запад. Но вечером 20 июня его самолеты обнаружили главные силы Одзавы. Атака в сумерках на предельной дистанции привела к потоплению авианосца «Хиё» и тяжело повредила несколько важных кораблей. Садиться американским самолетам пришлось в темноте, но адмирал Спрюэнс сознательно пошел на этот риск. Однако эта атака дорого обошлась американцам, которые потеряли около 100 самолетов. Хотя битва в Филиппинском море не закончилась решительной победой, она имела 2 важных последствия. Во-первых, была сорвана попытка японцев помешать высадке на Марианских островах. Во-вторых, их авианосная авиация понесла такие потери, что до самого конца войны японцам не удалось укомплектовать свои авианосцы опытными пилотами. 9 июля было окончательно сломлено упорное сопротивление гарнизона Сайпана. В начале следующего месяца американцы захватили Гуам и Сайпан.

Тем временем, на юго-западе Тихого океана генерал МакАртур продолжал наступление вдоль северного берега Новой Гвинеи, захватив несколько прибрежных островов. Он планировал следующий прыжок. Теперь он нацелился на север, на острова Хальмахера, которые лежали на дороге к Филиппинам. Наступление было скоординировано по времени с атакой Палау в группе Каролинских островов, которые были следующей целью Нимица после захвата Марианских островов. Целью двойного удара был захват Моротаи в группе островов Хальмахера и Улити на западе Каролинских островов. Они были необходимы американцам в качестве передовых баз при подготовке вторжения на Филиппины.

Уже 15 сентября, всего через 6 недель после окончания боев на Марианских островах, американцы нанесли новый удар. Моротаи и Улити были захвачены легко. Хотя на Пелелиу, ключевом острове архипелага Палау, японцы сопротивлялись еще 2 месяца, они не смогли помешать силам генерала МакАртура и адмирала Нимица соединиться в Филиппинском море. В сентябре 1944 начал приносить свои плоды стратегический план, выполнение которого американцы начали после первой высадки на Соломоновых островах в августе 1942. Трудно найти в военной истории подобный пример умелого и успешного использования морской мощи, каким явились эти последовательные прыжки через тысячи миль океанских просторов. Скорее всего, такого примера просто не существует. Основным инструментом реализации этой стратегии стало Быстроходное Авианосное Соединение, которое устанавливало господство на море, от которого зависела эта стратегия. Отлично подготовленные десантные соединения полностью использовали предоставленные им возможности. Необходимо также отметить исключительное внимание, которое американцы придавали проблемам организации снабжения. Без этого продолжительные операции морских сил были бы просто невозможны.

Пока американские силы с двух направлений приближались к Филиппинам, адмирал Сомервилл наконец сумел начать активные действия в Индийском океане, хотя и в гораздо более скромных масштабах. Он понемногу получал подкрепления со Средиземного моря и от Флота Метрополии. Но Командование силами Юго-Восточной Азии еще не располагало специально подготовленными десантными силами, чтобы высадить крупный десант на другом берегу Бенгальского залива, как предлагалось еще год назад. Адмирал Маунтбеттен был вынужден отправить почти все свои десантные корабли в Европу для участия в операции под Анцио. Мы наконец поняли, что не сможем разгромить Германию в 1944, и это привело к задержке возвращения этих кораблей в Индийский океан. Более того, как уже не раз случалось, все планы Командования силами Юго-Восточной Азии были сорваны разногласиями между Британией и Соединенными Штатами в области стратегии ведения войны против Японии. Мы желали, чтобы большая часть нашего флота участвовала в наступлении на Тихом океане, тогда как американцы придавали большое значение поддержке китайских войск генерала Чан Кай-Ши. Они желали, чтобы мы любой ценой держали открытыми коммуникации между Индией и Китаем. Более того, мы начали подозревать, что американцы просто не желают возвращения Королевского Флота на Тихий океан. Когда мы впервые предложили это, они ответили, что лучшим вариантом будет формирование британского оперативного соединения для действий под командованием генерала МакАртура на юго-западе Тихого океана, а не передача этих кораблей адмиралу Нимицу. Эту проблему удалось решить только на второй конференции в Квебеке в сентябре 1944, когда Черчилль предложил Рузвельту привлечь британский флот к операциям на этом театре. Президент ответил, что помощь «будет принята, как только будет предложена». Но даже после этого адмирал Э.Дж. Кинг, начальник штаба американского ВМФ, прямо на той же конференции ясно дал понять британским представителям, что он совсем не рвется исполнять решение президента. Теперь можно сказать, что американцы очень сильно переоценивали вклад Китая в конечный разгром Японии. Хотя китайцы связывали большое количество японских войск, в любом случае эти дивизии не могли появиться в районе решающих боев на Тихом океане по той простой причине, что к этому моменту японский флот был фактически разгромлен. И в конечном счете судьба японских армий в Китае зависела не от доставки снабжения Чан Кай-Ши, а от исхода боев на Тихом океане. После того, как противник потерял господство на море, все колоссальные территории, которые он захватил на Азиатском материке, потеряли свое значение. Преувеличенное значение, которое американцы придавали сухопутной кампании в Китае, является уникальным примером переключения от океанской стратегии к материковой. Еще более загадочным является то, что это мнение американское командование высказывало в тот период, когда океанская стратегия начала приносить обильные плоды. Можно также отметить, что осенью 1944 американский флот отдавал предпочтение наступлению на Филиппины вдоль побережья Китая. Как ни странно, именно генерал МакАртур, солдат, а не моряк, настоял на ведении наступления по островной дороге.

Первой наступательной операцией возрожденного Восточного флота стала атака авианосной авиации против Андаманских островов, проведенная 21 июня. Однако в следующем месяце адмирал Сомервилл смог реализовать более амбициозный проект. 25 июля самолеты с «Викториеса» и «Илластриеса» атаковали Сабанг на северной оконечности Суматры. Одновременно его линкоры и крейсера обстреляли портовые сооружения. Комбинированная атака нанесла большой ущерб вражеским аэродромам, нефтехранилищам и портовым сооружениям. Это была последняя операция Сомервилла. 23 августа его сменил адмирал сэр Брюс Фрезер, бывший командующий Флотом Метрополии. Наверное, это было несправедливо менять Сомервилла как раз тогда, когда началось наступление, которое он готовил предыдущие 29 месяцев. Однако за этими переменами последовали еще более крупные, так как вскоре адмиралу Фрезеру предстояло увести большую часть Восточного флота на Тихий океан.

В конце августа и начале сентября авианосные самолеты Восточного флота снова атаковали японские позиции на северной Суматре. В середине октября весь флот вышел в море, чтобы нанести удар по Никобарским островам. Эта операция должна была отвлечь внимание японцев от Филиппинских островов, где 20 октября американцы высадили первый десант. Поэтому наши корабли несколько дней оставались в Бенгальском заливе, проводя воздушные налеты и артиллерийские обстрелы. Однако крайне сомнительно, чтобы эта операция хоть как-то повлияла на планы японцев. 22 ноября адмирал Фрезер был официально назначен главнокомандующим Британским Тихоокеанским флотом. Его бывший пост занял вице-адмирал сэр Артур Пауэр. Но теперь, это соединение называлось Ост-Индским флотом. В Бенгальском заливе была проведена еще операция авианосных сил. Но плохая погода сорвала попытку атаковать нефтеперегонные сооружения в Белаван Дели на Суматре, которая была предпринята 20 декабря.

Постепенно наши силы увеличивались, и мы снова начали устанавливать свой контроль над Бенгальским заливом. В это же время наши подводные лодки (теперь на Цейлоне базировались 26 субмарин) активизировали свои операции в Малаккском проливе и возле японских баз на юге Бирмы и на Яве. Они не только потопили 16 торговых судов водоизмещением 35000 тонн за последние 6 месяцев 1944, но также уничтожили 2 германские и 1 японскую подводные лодки. Однако в сентябре 8-я флотилия подводных лодок была переведена в Западную Австралию, и лодки перешли в состав американского 7 Флота, который отвечал за ведение операций на юго-западе Тихого океана.

К концу 1944 рейды и воздушные налеты Ост-Индского флота, действия подводных лодок и минные постановки, которые проводила авиация союзников, лишили японцев контроля над Бенгальским заливом. В результате они могли доставлять по морю лишь небольшое количество снабжения своим армиям в Бирме и Сиаме. Большие суда просто не имели шансов уцелеть на переходе между Сингапуром и Рангуном, а мелкие каботажные суда в принципе не могли решить задачу. В распоряжении японцев остался только долгий и трудный путь по суше из портов Южного Китая прямо через Сиам. Но скоро и этот маршрут стал ненадежным. Именно в этот период японские войска в Юго-Восточной Азии начали испытывать серьезную нехватку различных припасов, что оказало решающее влияние на исход сухопутной кампании. Но наша морская мощь еще не могла полностью задушить вражеские армии на этом театре. Наши подводные лодки, бомбардировщики и мины теперь наносили такой ущерб судоходству между Японией и захваченными в 1942 году территориями, что начала страдать вся экономика Японии. Блокада союзников серьезно повлияла на все планы противника. Британские сухопутные войска в Юго-Восточной Азии получали по морю всё необходимое. В результате 14 Армия в июне 1944 перешла в наступление в Бирме и вскоре прорвалась в долину Иравади. В октябре, после окончания сезона муссонов, мы подготовили захват покрытого густыми джунглями полуострова Аракан, который тянулся на 300 миль на север-восток от устья Иравади. Мы планировали захватить важнейший порт Акъяб в феврале 1945, высадив морской десант. Но после того, как стало известно, что японцы ушли оттуда, бригада коммандос была немедленно переброшена туда по морю. 2 января Акъяб был захвачен без серьезных боев. Наши десантные суда и легкие силы приготовились захватить все побережье путем высадки серии мелких десантов, двигаясь на юго-восток в направлении Рангуна.

Пока на берегах Бирмы происходили все эти события, на Цейлоне началось формирование Британского Тихоокеанского флота. 4 декабря адмирал Фрезер вылетел в Австралию, где в Сиднее планировалось создать главную базу флота. После этого он отправился в Пирл-харбор, чтобы обсудить с адмиралом Нимицем перспективы использования британских кораблей. Но, прежде чем рассказать о возвращении флага Св. Георгия в эти воды, мы должны кратко описать события, происшедшие на этом театре в октябре — ноябре 1944, пока англичане занимались накоплением сил и подготовкой наступления в Индийском океане.

Американцев вдохновили успешные атаки против авиабаз на Филиппинах в сентябре 1944, хотя позднее выяснилось, что пилоты значительно преувеличили свои успехи. Поэтому командование передвинуло дату вторжения на эти острова с 15 ноября на 20 октября. К этой дате в залив Лейте должны были прибыть 2 больших десантных соединения. Одно из них двигалось из Новой Гвинеи, а второе — из Пирл-Харбора через Манус, острова Адмиралтейства. Морскую сторону операции обеспечивал 7 Флот адмирала Кинкейда, который был усилен специально для этого. В его распоряжении находились австралийские крейсера и несколько более мелких кораблей, которые действовали в составе 7 Флота. Во всех остальных отношениях операция была полностью американской. Пока завершались приготовления к высадке десанта, 3 Флот адмирала Хэлси нанес серию ударов по самим Филиппинам, Формозе и островам Нанеси Сёто, которые служили промежуточной базой при переброске подкреплений на Филиппины. Эти удары оказались настолько эффективны, что 20 октября первые десантники, высаженные на Лейте, встретили лишь очень слабое сопротивление. Во время этой операции японский флот впервые использовал тактику камикадзэ. Через день после высадки тяжелый крейсер «Аустралиа» стал первым кораблем, пострадавшим от такой атаки. После этого атаки камикадзэ стали почти ежедневными. Хотя множество кораблей союзников получили повреждения, погибли считаные единицы. И эта тактика так и не смогла всерьез помешать вторжению на Филиппины. Зато японский флот едва не добился этого. Несколько соединений японцев вышли в море 22 октября. Противник намеревался отвлечь мощный флот адмирала Хэлси от прикрытия района высадки, подставив ему соединение-приманку, в которую входили все уцелевшие японские авианосцы, хотя они почти не имели самолетов. После того, как 3 Флот устремится в погоню за приманкой, две сильные эскадры, составленные из линкоров и крейсеров, должны были выйти в Филиппинское море через проливы Сан Бернардино и Суригао. Утром 25 октября эти соединения должны были провести совместную атаку транспортов в заливе Лейте. Южное японское соединение было перехвачено и почти полностью уничтожено 7 Флотом адмирала Кинкейда в проливе Суригао ночью 24–25 октября. Но Хэлси попался на японскую уловку и увел на север все свои силы, оставив пролив Сан Бернардино открытым для центрального японского соединения. В результате рано утром 25 октября адмирал Курита вышел в Филиппинское море. Он имел 4 линкора, 8 крейсеров и 11 эсминцев, и путь в залив Лейте ему преграждали несколько американских эскортных авианосцев и эсминцев. К счастью, Курита не использовал представившуюся благоприятную возможность, которая была результатом плохого взаимопонимания между Хэлси и Кинкейдом. Он вел бой с эскортными авианосцами крайне нерешительно, вероятно, приняв их за более сильные корабли. Зато американцы дрались отважно, и Курита отошел тем же путем, каким прибыл. В ответ на отчаянные просьбы Кинкейда о помощи Хэлси отправил 2 оперативные группы на юг. Однако они прибыли слишком поздно и смогли лишь нанести несколько ударов по отступающим кораблям Куриты. Две остальные группы Хэлси сумели потопить все 4 японских авианосца из состава соединения-приманки. Хотя его командир адмирал Одзава прекрасно выполнил свою задачу, он не знал, что нерешительность Куриты сделала его жертвы бесполезными. Несмотря на то, что главные силы соединения Куриты спаслись, общие потери японского флота в ходе боев за залив Лейте были очень тяжелыми. Больше противник ни разу не смог отправить в море сбалансированный флот и как-то помешать стратегическому наступлению союзников. Хотя бои длились еще очень долго, именно 25 октября 1944 союзники установили свое полное господство на море. Однако только неуклюжие действия адмирала Куриты спасли американское командование от крупного конфуза. Главным уроком из едва не случившейся катастрофы было то, что в подобной крупной операции совершенно необходимо единое командование. Если бы 7 Флот не находился в распоряжении МакАртура, а 3 Флот — Нимица, никаких разногласий между Хэлси и Кинкейдом не возникло бы.

После битвы за Лейте операции союзников на Филиппинах развивались успешно. Как всегда, генерал Мак-Артур использовал свои морские силы очень умело. Высадив серию вспомогательных десантов, он уже к началу 1945 был готов захватить Лусон, главный остров архипелага. Именно отсюда он был вынужден бежать после поражения в 1942.

В начале 1945 Британский Тихоокеанский флот все еще находился в Индийском океане, где авианосцы проводили тренировку своих летчиков. Мы отлично знали, что американцы значительно обогнали нас в искусстве ведения воздушных операций, особенно в проведении атаки одной цели самолетами с нескольких авианосцев. Наше отставание было результатом того, что на европейских театрах просто негде было вести подобные операции. Число самолетов ВСФ увеличивалось так быстро, что мы просто не успевали готовить для них экипажи. Мы не имели ни малейших иллюзий в отношении качества наших собственных самолетов. Все типы американских самолетов превосходили по характеристикам наши. Поэтому Королевский Флот мог вернуться на Тихий океан, только если наши американские союзники согласятся использовать соединение, не отвечающее их высоким стандартам.

4 января соединение контр-адмирала сэра Филипа Вайэна атаковало нефтеперегонные сооружения в Белаван Дели на Суматре. В атаке участвовали самолеты авианосцев «Индомитебл», «Викториес», «Индефетигебл». На сей раз атака была гораздо более удачной, чем все предыдущие попытки, когда плохая погода мешала атаковать основные цели. Но эти операции были только подготовкой к более мощным ударам, которые готовился нанести флот по пути в Австралию. 16 января адмирал Вайэн покинул Цейлон с 4 авианосцами, 1 линкором, 3 крейсерами и 10 эсминцами, чтобы атаковать 2 больших нефтеперегонных завода в Палембанге на востоке Суматры. Их продукция покрывала большую часть японских потребностей в авиабензине. 24 и 29 января около 50 «Авенджеров» под прикрытием примерно. 80 истребителей разгромили эти заводы и уничтожили много японских самолетов на соседних аэродромах. Это была самая успешная операция британских авианосцев в Индийском океане. 4 февраля флот прибыл во Фримантл. Там вице-адмирал сэр Бернард Роулингс поднял флаг на «Кинг Георге V» в качестве заместителя командующего. Контрадмирал Вайэн остался командиром 1-й эскадры авианосцев. После этого флот направился в Сидней, куда и прибыл 11–12 февраля. Адмирал Фрезер устроил свой береговой штаб в этой базе.

Задолго до того, как флот отправился на новый театр военных действий, Адмиралтейство начало готовить мобильную службу снабжения для обеспечения его действий. Мы решили, что Британский Тихоокеанский флот должен обеспечиваться самостоятельно. Без создания «Флотского обоза» по американскому образцу мы не могли вести продолжительные операции вдалеке от баз. К несчастью, Адмиралтейство обнаружило, что найти подходящие для этой цели суда исключительно трудно. Наши лучшие торговые суда требовались для обеспечения и без того сокращенного британского импорта и для снабжения наших армий на заморских театрах. В результате Адмиралтейству пришлось собрать довольно разномастную коллекцию транспортов, где только можно. Часть их служила в составе ВМФ и несла флаг Св. Георгия. Часть несла Синий Флаг Вспомогательного Флота. Часть кораблей плавала под Красным Флагом как обычные торгаши. Пришлось привлечь даже транспорты наших европейских союзников под их собственными флагами. Более того, экипажи судов представляли собой такой же винегрет, как сами транспорты. Управлять таким сборищем было исключительно сложно. Но, несмотря на все трудности создания новой структуры снабжения в 12000 миль от Англии, мы наконец собрали около 60 транспортов в составе нашего «Флотского обоза». Командовать им должен был специально назначенный адмирал. Но нам так и не удалось получить достаточно быстроходные танкеры. Их отсутствие серьезно мешало действиям наших военных кораблей. В декабре 1944 американцы согласились предоставить нам Манус в группе островов Адмиралтейства в качестве промежуточной базы, пока не будут созданы настоящие передовые базы на Филиппинах. Поэтому корабли снабжения начали завоз различных грузов из Австралии на Манус.

Хотя к концу февраля 1945 большая часть военных кораблей прибыла на новую базу и подготовка обеспечения операций была почти завершена, использовать британский флот пока еще не представлялось возможным. Генерал МакАртур хотел, чтобы мы помогли ему в ведении операций на Филиппинах и в освобождении Борнео. Адмирал Нимиц желал привлечь наши корабли в высадке на Окинаву. Только в середине марта после настоятельных просьб Лондона взяла верх точка зрения Нимица. 15 марта Роулингс передал главнокомандующему силами Тихого океана с борта «Кинг Георга V», стоящего на Манусе, что флот готов к бою. Адмирал Нимиц ответил от имени американского флота, что рад принять британское соединение. Он сказал, что это заметно усилит мощь ударов по врагу. Так британское правительство выполнило свое обещание не успокаиваться, пока не будет разгромлен последний противник.

После ухода в Австралию Британского Тихоокеанского флота у адмирала Пауэра для ведения наступательных операций остались 2 линкора, 9 крейсеров, 4 эскортных авианосца и около двух десятков эсминцев. Кроме того, он имел около 70 эскортных кораблей, а потому мог не отвлекать эсминцы для сопровождения конвоев, что приходилось делать его предшественникам. Более того, действия германских и японских подводных лодок на этом театре практически прекратились. Последние германские лодки (не считая 4 единиц, переданных Японии) были отозваны в Европу.

Тем временем, 14 Армия продвинулась далеко вниз по долине Иравади, поэтому появились реальные перспективы захвата Рангуна в самом ближайшем будущем. Был подготовлен план высадки морского десанта. Однако операция «Дракула» была отменена, так как появились сомнения, успеет ли армия добраться до Рангуна прежде, чем в мае наступит сезон муссонов. Солдаты генерала Слима отчаянно пытались выиграть гонку у погоды. Для доставки снабжения использовались транспортные самолеты, которые летали с недавно захваченных баз на побережье Аракана. Их действия оказались настолько успешными, что встал вопрос о высадке парашютного десанта в Рангуне. В конце февраля командующий силами союзников на этом театре решил провести эту операцию. Однако американцы упрямо желали использовать транспортную авиацию для снабжения армий Чан Кай-Ши, полагая его действия в Китае более важными, чем любые операции в Юго-Восточной Азии. Поэтому было принято решение переключить 1 июня транспортную авиацию на выполнение этой задачи. У 14 Армии просто не осталось шансов достичь Рангуна до наступления сезона муссонов. Поэтому у адмирала Маунтбеттена не было других вариантов, кроме высадки морского десанта. D-день был назначен на 2 мая. Десантное соединение собралось в Рамри на побережье Аракана, который был захвачен в январе. С 27 по 30 апреля к цели направились 6 конвоев. Главные силы Ост-Индского флота под командованием вице-адмирала Г.Т.К. Уокера прикрывали их переход и провели отвлекающие обстрелы Андаманских и Никобарских островов. Потом они вошли в залив Мартабан, чтобы перехватить любые японские корабли, которые попытаются спастись из Рангуна. Ночью 1–2 мая тральщики очистили подходы к устью реки, и войсковые транспорты осторожно подошли к берегу. Навигационные опасности были так велики, что точка спуска десантных судов была установлена в 25 милях от берега. Это означало, что им предстоит очень долгий путь. Тем не менее, первая волна десанта вышла на берег точно в назначенное время и обнаружила, что японцы оставили позиции. После этого большая часть солдат снова была погружена на десантные суда. Тральщики очистили 20 миль речного русла, и десант прибыл в Рангун по воде. Хотя эта морская экспедиция увела у 14 Армии большую часть лавров, нет сомнений в том, что захват Рангуна был обеспечен именно успехом наступления в долине Иравади.

9 мая главные силы нашего флота вернулись на Цейлон. В этот же день одна из наших подводных лодок, патрулирующих в Малаккском проливе, обнаружила японский тяжелый крейсер «Хагуро» и несколько мелких кораблей, идущих к Андаманским островам. Они намеревались эвакуировать гарнизон островов. Флот сразу покинул Тринкомали, но 11 мая наша авиаразведка обнаружила, что японские корабли повернули назад. Однако адмирал Уокер ожидал, что противник повторит попытку, и продолжал идти на юг, стараясь остаться незамеченным. Ночью 14–15 мая он отделил свои эскортные авианосцы и 26-ю флотилию эсминцев (5 кораблей капитана 1 ранга М.Л. Пауэра), чтобы провести поиск в водах севернее Суматры. Его предположение оказалось правильным. На следующий вечер радар одного из эсминцев обнаружил противника на расстоянии 34 мили. Капитан Пауэр полным ходом пошел на сближение. Он развернул свои эсминцы так, чтобы они перехватили крейсер, в какую бы сторону тот ни повернул. Последовала стычка на короткой дистанции, и многие торпеды британских эсминцев нашли цель. В 2.00 «Хагуро» пошел на дно в 45 милях от Пенанга. Это был вдохновляющий успех Ост-Индского флота, который наконец уничтожил первый крупный японский корабль. Бой в Малаккском проливе принес нам прочный контроль над всем Индийским океаном. Верховный командующий после этого твердо решил высадить крупный десант на западном побережье Малайи. Однако, прежде чем рассказать о последних днях войны в Юго-Восточной Азии, вернемся к событиям на Тихом океане.

19 февраля, через неделю после того, как корабли адмирала Роулингса прибыли в Сидней, американская морская пехота высадилась на берег Иводзимы в группе островов Бонин. Этот остров был важен тем, что находился в 650 милях от Токио. Теперь американские истребители, используя построенные там японские аэродромы, могли сопровождать свои тяжелые бомбардировщики прямо к цели. Однако японцы защищали Иводзиму исключительно упорно. Только 16 марта было подавлено последнее сопротивление. Но американцы не стали ждать, пока крошечный островок (4,5 мили в длину и 2,5 мили в ширину) будет полностью очищен от противника. Они уже готовили следующую крупную операцию — захват Окинавы, ключевого острова группы Нансей Сёто. В этой операции важную роль предстояло сыграть британскому флоту. Американское командование отдало предпочтение плану адмирала Нимица, отвергнув предложение МакАртура использовать британские корабли для захвата Филиппин и Борнео.

Операция у Окинавы была самой крупной в Тихоокеанской войне. 5 Флот адмирала Спрюэнса, в который входило и британское соединение, насчитывал более 1200 кораблей. Два ударных соединения вышли с Соломоновых островов и с Лейте 8 и 21 марта соответственно. Пока они двигались к цели, самолеты адмирала Митчера нанесли серию ударов по аэродромам и морским базам в Японии. 23 марта они атаковали позиции японцев на самой Окинаве. Через 3 дня был высажен первый десант на островах Керама Ретто, где американцы планировали создать передовую ремонтную базу. В тот же день, 26 марта, адмирал Роулингс, в состав эскадры которого входили линкор «Кинг Георг V», авианосцы «Индомитебл», «Викториес», «Индефетигебл», «Илластриес», 5 крейсеров и 11 эсминцев, занял позицию возле островов Сакасимо Гунто. Он должен был помешать японцам использовать 6 аэродромов на этих островах в качестве промежуточной базы для переброски самолетов с Формозы на Окинаву. Главной ударной силой нашего флота являлись 218 истребителей и бомбардировщиков, находящиеся на авианосцах. 26 и 27 марта они нанесли первые удары по выделенным целям. Планом предусматривалось, что англичане будут бомбить цели 2 или 3 дня подряд, после чего отойдут в море для дозаправки с танкеров. Тем временем, главные силы американского флота подошли к Окинаве. После мощных бомбардировок и артиллерийского обстрела 1 апреля в 8.30 был высажен десант.

Самым опасным ответом японцев на высадку стали массированные атаки самолетов камикадзэ. 6 апреля в «Индефетигебл» врезался один такой самолет, но бронированная палуба спасла авианосец от серьезных повреждений. Вечером того же дня японская эскадра, состоящая из гигантского линкора «Ямато», 1 крейсера и 8 эсминцев, вышла из Внутреннего моря, чтобы атаковать корабли союзников. Но это была напрасная надежда. На следующее утро самолеты Митчера отправили на дно все соединение, исключая несколько эсминцев. Бой в Восточно-Китайском море 7 апреля 1945 стал последней попыткой японцев оказать сопротивление на море.

9 апреля Спрюэнс переключил британские авианосцы на атаки аэродромов северной Формозы, откуда вражеские бомбардировщики вылетали для атаки кораблей союзников. 12 и 13 апреля они наносили удары по новым целям. Потом соединение адмирала Роулингса должно было вернуться на Лейте, но вражеская активность на островах Сакасима заставила адмирала предложить сначала нейтрализовать эти аэродромы. Предложение было принято, и еще 3 дня британские самолеты бомбили цели. 20 апреля БТФ, проведя в море целый месяц, повернул на юг к Лейте.

Высаженный на Окинаву десант встретил упорное сопротивление. Многочисленные атаки камикадзэ повредили множество кораблей, находящихся возле острова. Однако американцы проявили массу выдумки, изобретая контрмеры. Решительность пилотов истребителей и корабельных зенитчиков помешала самоубийцам нанести флоту такие потери, которые вынудили бы его отойти.

1 мая британский флот был снова готов к бою и направился на север. Через 3 дня адмирал Роулингс возобновил воздушные атаки Сакасима Гунто. Одновременно его линкор и крейсера обстреляли аэродромы. 4 мая «Формидебл» и «Индомитебл» были повреждены камикадзэ, но смогли продолжать полеты. Через 5 дней «Формидебл» получил еще одно попадание, а еще один камикадзэ врезался в «Викториес». Хотя много самолетов, стоящих на палубах авианосцев, было уничтожено, атаки вражеских аэродромов продолжались до 25 апреля, когда флот ушел на Манус. За первые 2 месяца действий с 5 Флотом (26 марта — 25 мая) британские летчики совершили 5335 вылетов и сбросили почти 1000 тонн бомб на вражеские аэродромы и порты. Потери составили 160 самолетов, но почти треть из них приходилась на аварии при посадке. Особенно страдали от этого истребители «Сифайр».

Бои на Окинаве длились до 21 июня и стали одной из самых кровопролитных кампаний Тихоокеанской войны. Однако они обеспечили союзникам прекрасные аэродромы вблизи от японской метрополии.

Часть Британского Тихоокеанского флота, в том числе только что прибывший авианосец «Имплейкебл», покинула Манус 10 июня, чтобы атаковать японскую базу на Труке. Американцы обошли ее во время наступления в центральной части Тихого океана. 28 июня главные силы флота вышли из Сиднея, чтобы соединиться с 3 Флотом. Когда адмирал Роулингс встретился с адмиралом Хэлси в середине июля у берегов Японии, они обсудили способы слияния британского флота с американским для совместных действий на следующей стадии наступления. Высадка в Японии была намечена на ноябрь, и в ходе подготовки планировалось провести серию воздушных артиллерийских обстрелов Японских островов. Адмирал Роулингс без колебаний согласился с тем, что его корабли должны образовать добавочную группу в составе Быстроходного Авианосного Соединения. 17 июля его корабли начали атаки целей в японской метрополии. Эта операция растянулась на несколько недель. Однако адмирал Хэлси решил, что Королевский Флот не должен участвовать в уничтожении остатков японского флота, которые находились на своей базе в Куре. Поэтому, когда в конце июля американские авианосцы начали атаки этой базы, британские корабли получили другое задание. После 3 дней воздушных атак почти все японские корабли в Куре были потоплены на своих якорных стоянках. Американская честь была спасена, а Пирл-Харбор отомщен.

Пока подвергались атакам японские города, порты, аэродромы и заводы, на юге мы предприняли несколько рейдов во вражеские воды, используя новый тип сверхмалых подводных лодок. 30 июля ХЕ-1 и ХЕ-3 установили подрывные заряды под корпусом тяжелого крейсера «Такао», стоящего в Сингапуре. Взрывами крейсер был тяжело поврежден и сел на дно. Чуть позднее другой миджет перерезал телеграфные кабеля возле Сайгона и Гонконга. Хотя эти атаки были проведены слишком поздно, чтобы оказать хоть какое-то влияние на ход войны, отважные действия подводников заслуживают особого упоминания. Они также подтвердили то, что мы уже узнали в ходе подобных операций на европейском театре. Сверхмалые лодки в руках смелых и хорошо подготовленных экипажей превосходно выполняют те задачи, для которых их создавали.

Пока 3 Флот наносил удары по целям в японской метрополии, петля блокады вокруг Японии постепенно превратилась в настоящую удавку. В 1944 японский торговый флот потерял более 2 миллионов тонн. К концу года, когда союзники прочно обосновались на Филиппинах, Япония оказалась отрезанной от своих заморских владений. Однако ее торговые суда еще могли совершать рейсы между портами метрополии и Северного Китая, Кореи, Манчжурии. Япония получала оттуда значительное количество важных грузов. Задачей последней фазы войны была полная изоляция Японии от Азиатского материка. В марте 1945 американская авиация начала интенсивные минные постановки. Они велись 142 дня. За это время возле японских портов было поставлено 12000 мин. К концу июля вражеское судоходство практически остановилось. Японская промышленность находилась в состоянии хаоса, экономика разваливалась, народ начал голодать. В действительности блокада была гораздо более успешной, чем мы думали в то время. То же самое происходило на юго-западе Тихого океана. На обоих театрах гибель японского торгового флота привела к изоляции многочисленных гарнизонов на отдаленных островах. Стратегия, которую Германия хотела использовать против Англии, была применена союзниками против Японии и принесла полный успех. В обеих кампаниях были использованы одинаковые средства — подводные лодки, самолеты и мины. Но разница заключалась в том, что в одном случае кампания закончилась провалом, во втором — принесла победу в войне. Причина заключалась в том, что Англия с самого начала полностью сознавала значение торгового тоннажа и делала все возможное, чтобы защитить его и сберечь. Японцы же относились к своему торговому флоту с безумной расточительностью. Из 8,5 миллионов тонн японских торговых судов, потопленных в годы войны, 57 % приходится на долю подводных лодок союзников, 29 % были уничтожены самолетами, 7 % погибли на минах. Но мины оказывали важное дополнительное воздействие, так как временное закрытие портов вызывало задержки в доставке грузов.

Когда американские авианосные самолеты уничтожили последние вражеские корабли в Куре, 3 Флот, включая и британское соединение, пошел на северо-восток вдоль побережья Японии, продолжая наносить удары по береговым объектам. После каждой серии атак корабли отходили в море, чтобы заправиться. Несмотря на частые шторма (сезон тайфунов был в полном разгаре) и постоянные помехи из-за малой скорости танкеров, адмирал Роулингс сумел не отстать от американцев. 6 августа, когда самолеты флота атаковали цели на Хонсю, пришло сообщение о сброшенной на Хиросиму атомной бомбе. Однако морские операции продолжались до 11 августа, когда японцы приняли условия Потсдамской декларации. Во время последних дней войны на японских аэродромах были уничтожены сотни самолетов. Тяжелые корабельные орудия превратили в руины верфи и заводы на побережье. Вражеское судоходство было полностью уничтожено. Теперь стало ясно, что капитуляция Японии близка. На море противник потерпел полное поражение, а его острова оказались в тесной блокаде.

Если бы у БТФ имелся выбор, он остался бы у берегов Японии до конца, чтобы присутствовать при финальной сцене. Однако ранее было запланировано, что после серии атак флот вернется в Сидней, поэтому не были посланы новые танкеры с запасом топлива. В результате 12 августа большая часть кораблей Роулингса, несмотря на сожаления экипажей, взяла курс на юг. Представлять Британскую империю на церемонии капитуляции должны были линкор «Кинг Георг V», авианосец «Индефетигебл» и несколько других кораблей, в том числе австралийских и новозеландских. 2 сентября на борту флагмана Хэлси линкора «Миссури» была подписана капитуляция Японии. Моряки линкора «Кинг Георг V», стоящего в Токийской бухте, на вечернем спуске флага с глубоким удовлетворением следили, как солнце скрывается за священной японской горой Фудзияма. Это было символично.

Тем временем, в Индийском океане адмирал Маунтбеттен приказал завершить разработку плана десанта на западном берегу Малайи и подготовить проведение операции. Весь Ост-Индский флот пересек Бенгальский залив, чтобы захватить Пенанг и совершить рейд к Сингапуру. Но 19 августа Верховный Главнокомандующий союзников генерал МакАртур приказал отложить высадку десанта до подписания капитуляции. Этот не слишком понятный запрет смешал все планы Командования силами Юго-Восточной Азии. Флот и войсковые транспорты оказались в довольно неприятной ситуации. Они находились возле Никобарских островов в разгар сезона муссонов и без лишнего топлива. Только 28 августа они пришли в Пенанг. 2 сентября мы также высадили войска в Сабанге на Суматре и двинулись на юг. На следующий день командующий Ост-Индским флотом прибыл в Сингапур. За военными кораблями последовали войсковые транспорты, и 12 сентября в Сингапуре адмирал Маунтбеттен принял капитуляцию японских сил на этом театре. Занятие Гонконга оказалось связанным с политическими трудностями. Американцев совершенно не интересовало будущее британской колонии, зато нам приходилось опасаться поползновений генерала Чан Кай-Ши. 30 августа контр-адмирал К.Г.Дж. Харкурт прибыл туда с сильной эскадрой, и 16 сентября состоялась еще одна церемония капитуляции. Наконец, адмирал Фрезер отправил эскадру в Рабаул, чтобы принять сдачу 140000 японских солдат, которые уже более года были отрезаны на Новой Британии и соседних островах. Британские корабли и войсковые транспорты прибыли в Голландскую Ост-Индию, чтобы восстановить порядок и наладить снабжение гражданского населения.

Во время последней фазы войны против Японии корабли Британского Тихоокеанского и Ост-Индского флотов провели много операций гуманитарного характера. Нужно было спасти и доставить домой пленных, которые более 3 лет страдали в ужасных условиях японских лагерей. Нужно было доставлять продовольствие и медикаменты голодающему населению Юго-Восточной Азии. Нужно было восстановить порядок и закон на обширных территориях. Прошло много месяцев, прежде чем корабли под флагом Св. Георгия сделали все это. И теперь их экипажи могли вернуться, «чтобы вкусить плоды трудов своих на благословенной суше».

Победа в Малаккском проливе (D.A. Thomas «With ensign flying», London 1958)

Мы уже читали, как новый эсминец «Вираго» выпустил торпеды в обреченный «Шарнхорст» и как за несколько минут до этого «Сомарец» повел эсминцы в атаку на этот линейный крейсер. Почти через полтора года «Сомарец» повел уже другую флотилию эсминцев в другом океане в атаку на японский тяжелый крейсер и сопровождающий его эсминец.

26 флотилия состояла из новых эсминцев типа «V». Они имели водоизмещение 1700 тонн, скорость 36 узлов и были вооружены 4 — 114-мм орудиями и 3 четырехтрубными торпедными аппаратами. Лидером флотилии являлся «Сомарец», которым командовал капитан 1 ранга М.Л. Пауэр. В состав флотилии входили 4 корабля: «Венус», капитан-лейтенант Г.Г.Д. де Чейр; «Вираго», капитан-лейтенант Э-Дж. Р. Уайт; «Верулам», капитан-лейтенант Д.Г.Р. Бромли, и «Виджилент», капитан-лейтенант И.У.Л. Эрлгс.

В начале мая Восточный флот вышел в море на поиски тех японских судов, которые еще рисковали остаться в этих водах. 14 мая командир 3 эскадры линкоров получил сообщение, что по Малаккскому проливу движется на север японский конвой. Конвой находился в 150 милях от британского флота.

26 флотилия отделилась с приказом следовать со скоростью 27 узлов на перехват конвоя. Планировалось также послать авианосные самолеты для поиска и атаки противника. 15 мая вскоре после 2.30 капитан 1 ранга Пауэр повел свои корабли на восток для проведения операции, получившей название «Митра».

Флотилия несколько часов шла на восток, внимательно осматривая район, где предполагалась встреча с противником, небезуспешно. В 10.41 Пауэр получил радиограмму командующего, который отменял дальнейшие поиски.

Несмотря на этот приказ, Пауэр продолжал следовать прежним курсом и запросил подтверждение отмены операции, так как немного ранее разведывательный самолет заметил 2 японских судна. Но, прежде чем командующий подтвердил свой приказ, события приняли иной оборот. В 11.50 другой самолет передал, что видит японский крейсер недалеко от 26 флотилии.

Это был тяжелый крейсер «Хагуро», участвовавший в катастрофическом для союзников бою в Яванском море. Его 10 203-мм и 8 127-мм орудий могли перемолоть все эсминцы флотилии, но англичане имели преимущество в скорости в несколько узлов.

Через несколько минут после того, как самолет обнаружил противника, Пауэр получил новый приказ в ответ на свой запрос об отмене операции «Митра». Этот приказ и его исполнение заслуживают особого внимания. По своей краткости и четкости он напоминал депешу Черчилля, отправленную фельдмаршалу Александеру после его назначения командующим в Северной Африке. Капитан 1 ранга Пауэр прочитал на поданном бланке: «От командира 5 ЭКР командиру 26 ДФЛ. Вы должны уничтожить вражеские корабли перед возвращением».

Приказ мог начинаться фразой «Перехватить и дать бой» или даже «Атаковать» Если бы эскадра противника состояла из 2 эсминцев, можно было ожидать приказа «Потопить». Но тяжелый крейсер водоизмещением в 15000 тонн совсем не походил на беззащитного цыпленка! Если Нельсон ожидал от своих моряков, что они выполнят свой долг перед Англией, то командир 5 эскадры крейсеров ожидал от командира 26 флотилии эсминцев большего. Этот приказ превращал уничтожение вражеского крейсера в нечто рутинное, что следовало сделать «перед возвращением».

Пауэру было совершенно точно известно, чего ждут от него и его флотилии. Он быстро изменил курс и увеличил скорость, чтобы перехватить противника. Солнце медленно садилось в океан за кормой эсминцев, и мгла сгустилась над Малаккским проливом.

Пауэр намеревался идти на юго-запад до полуночи, а потом повернуть прочь от узостей, которые находились в пределах действия вражеской авиации. Эсминцы спускались по проливу строем фронта. Справа оставался Пенанг, а слева — берега Суматры. «Сомарец» шел в центре. Эсминцы прочесывали полосу шириной несколько миль. Включенные радары не позволяли противнику проскочить незамеченным.

Ночь была очень темной. Небо затягивали тучи, временами обрушивались дождевые шквалы, которые промочили вахтенных до нитки. В 22.00 на кораблях сыграли боевую тревогу, и команда заняла боевые посты.

В 23.45 долгий поиск был вознагражден. На экране радара самого северного эсминца появился светлячок. «Венус» радировал об этом командиру флотилии. Хотя в период муссонов радар частенько выкидывал самые неожиданные фокусы, Пауэр повернул флотилию на перехват. Через пару минут после полуночи оператор радара «Сомареца» подтвердил, что видит цель. Он также обнаружил более мелкий корабль за кормой первого. Это, несомненно, был эсминец, сопровождавший крейсер.

Дистанция быстро сокращалась. Когда до противника осталось около 10 миль, радар «Сомареца» показал, что противник начал маневрировать. Японцы знали о присутствии британских эсминцев. Но так как 26 флотилия подходила с юга, японцы решили, что это могут быть только свои корабли.

Ситуация складывалась для Пауэра исключительно благоприятно. Противник шел прямо в расставленную западню. Когда до крейсера оставалось около 10000 ярдов, он внезапно начал сигналить прожектором, запрашивая опознавательные. Игра началась.

Капитан 1 ранга Пауэр повел свои корабли в атаку, но как раз в этот момент противник повернул на северо-запад. 16 мая в 1.25 Пауэр послал радиограмму: «Веду бой». Как только она была отправлена, флотилия попала под сильный огонь главного калибра вражеского крейсера. «Хагуро» словно превратился в огромный вулкан, когда каждое орудие начало извергать языки пламени.

День 26 мая начался весело. Эсминцы маневрировали, чтобы уклониться от рвущихся вокруг снарядов. Одновременно они пытались занять выгодную для торпедной атаки позицию.

Первым атаковал «Сомарец». Как только он выпустил торпеду, Пауэр приказал круто положить руля, чтобы не столкнуться с японским эсминцем, который вынырнул впереди из темноты. До последнего момента англичане его не видели.

Орудия «Хагуро» получили максимальное снижение, чтобы иметь возможность вести огонь по британским эсминцам и их лидеру. Японский крейсер открыл убийственный огонь в упор. Его снаряды падали вокруг «Сомареца». Эсминец выпустил торпеды с дистанции менее 2000 ярдов. Когда он отворачивал, то всем показалось, что эсминец прошел буквально вдоль борта огромного крейсера. Какой-то юморист, по слухам, даже крикнул: «Вперед, на абордаж!»

Бой превратился в настоящую свалку, восстановить ход которой было очень трудно. Эсминцы метались на полном ходу, вражеский крейсер резко маневрировал, пытаясь увернуться от десятков торпед, разрезающих воду.

Эсминцы выпускали торпеды и сразу отворачивали прочь. Они ставили дымовые завесы и сбрасывали за борт дымовые шашки, которые вместе с ночной тьмой скрывали их маневры.

Но, прежде чем «Сомарец» сумел удрать, японцы накрыли его. Несколько огромных водяных столбов поднялись у самого борта, промочив всех насквозь. Раскаленные докрасна осколки пробили борт эсминца.

Один снаряд пробил дымовую трубу, оставив огромную рваную дыру, но не взорвался. Другой снаряд попал в середину корпуса эсминца, разворотив борт. Он также разорвал несколько паропроводов, и горячий пар со свистом начал вырываться наружу. Все лампы погасли. В пробоину хлынула вода. «Сомарец» накренился и начал терять скорость.

Однако ночная темнота и клубы дыма укрыли его от глаз вражеских наводчиков. Почти сразу после того, как «Сомарец» получил попадание, люди на нем увидели огромную вспышку и услышали взрыв. По крайней мере одна из их торпед попала в «Хагуро».

Почти одновременно с «Сомарецом» свои торпеды выпустили «Венус» и «Верулам». Хотя японские снаряды сыпались градом, эсминцы попаданий не получили. Торпедный залп был произведен почти в упор. После этого эсминцы круто положили руля и помчались прочь, выпуская из труб густые клубы дыма. Еще 2 громких взрыва отметили новые попадания в крейсер. «Хагуро» был обречен. В носу и корме крейсера открылись огромные пробоины, а дыра в центре корпуса напоминала ворота.

Через несколько минут пламя охватило крейсер, хотя его орудия продолжали вести частый огонь. Но вскоре «Хагуро» получил крен на левый борт около 40°.

Среди всего этого хаоса прогремел еще один взрыв. На эсминцах решили, что «Сомарецу» пришел конец, а на борту лидера флотилии подумали, что попало кому-то из «V». Скорее всего, одна из торпед, прошедших мимо крейсера, попала в японский эсминец.

В 1.30, через несколько минут после начала боя, «Вираго» передал, что вода уже захлестывает палубу крейсера. Эсминцы теперь кружили вокруг японца, поливая его снарядами из своих крошечных 114-мм орудий, так как артиллерия «Хагуро» замолчала. «Сомарец» передал приказ флотилии: «Прикончить его».

«Вираго» и «Виджилент» пошли в последнюю атаку. Обреченный крейсер представлял собой жалкое зрелище. Снаряды все еще рвались у него на палубе. Деморализованные артиллеристы беспорядочно палили из зенитных автоматов в разные стороны. Десятки людей прыгали за борт. «Венуо открыл прожектор и ярко осветил место боя.

Огромный крейсер медленно затонул на глазах моряков 26 флотилии.

Лидер флотилии передал новый приказ: «Победившим «V». Подобрать пленных. Оставаться на месте не более 10 минут».

Вскоре флотилия построилась в кильватер и двинулась в обратный путь. Около 2.00 капитан 1 ранга Пауэр радировал командующему Восточным флотом: «Потоплен вражеский крейсер. Эсминцы целы. Выведено из строя одно котельное отделение на «Сомареце». Остальные корабли повреждений не имеют».

Это сообщение перехватил командир 5 эскадры крейсеров, который передал «самые сердечные поздравления», так как 26 флотилия блестяще исполнила его приказ. Потери англичан оказались минимальными. На борту лидера флотилии погибли только 2 человека.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх