Из Москвы – в Геленджик и обратно

У читателя, увидевшего заголовок этих «записок авиапассажира», может возникнуть вопрос: а как же это, собственно, сейчас можно долететь в Геленджик, если старый городской аэропорт закрыт уже скоро почти четыре года, а новый так еще и не построен? Ведь ближайшие к нему аэропорты находятся только в Анапе и Краснодаре, от которых до популярного курорта, где можно «пройтись по Абрикосовой, свернуть на Виноградную и на Тенистой улице постоять в тени» минимум пару часов трястись в душном автобусе или испытывать судьбу по узким горным серпантинам с лихим местным таксистом. Но ведь мы отправляемся на «Гидроавиасалон» – туда, где самолеты летают прямо с воды Геленджикской бухты! Так, благодаря любезности организаторов выставки, у нас появляется уникальный шанс стать одними из совсем немногих пока пассажиров самолета-амфибии Бе-200ЧС, готового доставить нас с подмосковного аэродрома в Жуковском прямо в Геленджик.

Сразу оговоримся, официально пассажирских перевозок самолеты Бе-200 пока не выполняют. У них, так скажем, немного другие задачи – тушить лесные пожары, доставлять спасателей и оказывать другую помощь в случае чрезвычайных происшествий. Потому как таких машин у нас в стране пока всего четыре (не считая двух опытных, принадлежащих самому разработчику – ТАНТК им. Г.М. Бериева). И все четыре входят в состав авиации МЧС России. Но то, что Бе-200ЧС не перевозят пассажиров – еще не значит, что им этого делать нельзя. 31 января 2007 г. Авиарегистр Межгосударственного авиационного комитета официально выдал дополнение №СТ229-Бе-200ЧС/Д-02 к сертификату типа на самолет-амфибию Бе-200ЧС, разрешающее использовать его в пассажирском варианте для перевозки 43 пассажиров. Однако не будем забывать, что самолеты Бе-200ЧС принадлежат у нас пока только МЧС, а это не авиакомпания, которая зарабатывает на пассажирских перевозках. Ведомству Сергея Шойгу для того, чтобы относительно комфортно перебросить из точки А (например, в Жуковском) в точку Б (где-нибудь там, где нет аэродромов, но есть подходящие водоемы) какое-то количество служебных пассажиров, вполне достаточно одной амфибии. Поэтому пассажирскими креслами со всеми сопутствующими атрибутами – привязными ремнями, табло «Не курить!» и «Пристегнуть ремни!», спасательными жилетами и т.п. – оборудован только один Бе-200ЧС, имеющий регистрационный номер RF-32767 (эта машина стала третьей в парке МЧС, она выпущена корпорацией «Иркут» в июле 2005 г. и с тех пор несет свою службу у спасателей). Кстати кресла – самые обычные, точно такие же, как на большинстве современных российских пассажирских лайнеров, – не хуже, и не лучше. На других «эмчеэсовских» Бе-200ЧС кресел нет, только откидные сиденья вдоль бортов для спасателей, поэтому на них официально пассажиров возить нельзя.

Итак, вылет с аэродрома ЛИИ назначен на 9 утра 2 сентября. «Эмчеэсовский» «пазик» подбирает нас за полчаса до назначенного времени у проходной ЛИИ и спустя каких-то 10 минут, пройдя «списочно-паспортный» контроль на въезде в режимный институт, мы уже у самолета. Да, стоянка МЧС на аэродроме в Жуковском – это конечно не пассажирский терминал какого-нибудь «Шереметьева», и забираться в самолет приходится по маленькой стремянке, которую Бе-200, кстати, возит с собой. Забраться – не проблема, несколько сложнее с сумками и чемоданами, набитыми журналами на выставку, – но на помощь приходят приветливые техники, которых наш Бе-200 тоже возьмет с собой – для подготовки машины к полетам вдали от постоянной базы.

Мы на борту. Если не считать, что креслами занят отнюдь не весь довольно-таки немаленький салон (из-за того что наш Бе-200ЧС все-таки в первую очередь «пожарник» у него здесь много всякого специального оборудования и систем), то все примерно как в обычном пассажирском самолете типа Ту-134. Ах да, вот чего катастрофически не хватает – иллюминаторов! Маленьких квадратных окошек по каждому борту амфибии буквально несколько, и нам, естественно, «места у окошка» не достается…

Надо было быстрее разбираться с багажом! Ну да не беда, будем «подглядывать» в окошко через пару рядов кресел. К тому же экипаж не закрывает в полете дверь в свою кабину, и, наклонившись в проход, можно смотреть даже вперед – где такое возможно на обычном авиалайнере?!

Ну ладно, загрузились, расселись, но кто-то из экипажа вскоре объявляет: можно пока выйти (кому покурить, а кому просто подышать свежим аэродромным воздухом) – вылет задерживается. Проблемы не у нас, а «там». С «метео» – облачностью и видимостью – все в порядке, но волнение в Геленджикской бухте великовато. Ничего не попишешь: раз хотим садиться на воду, надо ждать пока море станет поспокойней, ведь для Бе-200 допустимая максимальная высота волны – 1,2 м (мореходность – 3 балла). «Ждать у моря погоды» приходится часа полтора, но не беда. Хоть стюардесс на борту «авиакомпании МЧС» не предусмотрено, у нас у самих «все с собой».

Наконец команда: «рассаживаемся». Запускаются двигатели. Все как обычно – может только звук запорожских Д-436ТП несколько громче, чем привычный, но оно и понятно: они стоят прямо над головой, на пилонах сразу за центропланом. Выруливаем, разбегаемся, взлетаем. Мы в воздухе! Разницы, по сравнению с обычным лайнером, почти никакой. Разве что немножко неуютно, что сбоку от кресла вместо иллюминатора – глухая стенка. Ну это сами виноваты, опоздали занять место «с обзором».

Полет на эшелоне тоже почти не отличается от привычного. Но летим чуть ниже и чуть медленнее. Высота – до 8 км, крейсерская скорость – около 550 км/ч. Сказывается повышенное сопротивление от подкрыльевых поплавков, днища фюзеляжа, выполненного в виде лодки с реданами, да труб дренажа водяных баков противопожарной системы – все это «съедает» определенное количество «километров в час». Тот же дренаж (а его трубы, хоть и обернуты специальной тканью, находятся прямо в салоне) вносит свою лепту и в несколько повышенный уровень шума в самолете. Но – вполне терпимо. А на специализированной пассажирской версии Бе-200, над которой работает ТАНТК им. Г.М. Бериева, все «лишние» системы уберут, что позволит увеличить число пассажирских кресел до 68. Одновременно на пассажирском Бе-200 бериевцы обещают улучшить шумоизоляцию, в т.ч. за счет новых обивок салона, и сделать поэффективнее систему кондиционирования. Ну и конечно – добавить иллюминаторов, чтобы каждый мог наслаждаться замечательным видом из окошка, который предоставляет самолет-высокоплан, коим является Бе-200. Пока же такими видами, по большому счету, могут наслаждаться только летящие с нами фотографы, «оккупировавшие» огромные блистеры по бокам передней части фюзеляжа перед крылом. Вот уж откуда обзор – так обзор. Можно высунуться в них буквально по пояс и наблюдать красоты проплывающих снизу пейзажей. Заодно можно посмотреть даже на собственный (самолетный в смысле) хвост.

Ну вот мы уже близко к цели. Если вытянуть шею и глянуть в иллюминатор через несколько рядов, то можно увидеть внизу море. При подходе к Геленджику немножко трясет. Ну обычное дело – малая высота и жарко. Круг над бухтой – и заходим на посадку. Замечу, что однажды, два года назад, на «Гидроавиасалоне-2006», мне уже посчастливилось слетать на Бе-200 с воды, так что как это ощущается пассажиром – было уже знакомо. Те же, кто садится на амфибии на воду впервые, могут немного понервничать: когда машина уже коснулась воды, но скорость еще велика, впечатление такое, что много-много слесарей начинают что есть сил дубасить по днищу тяжелыми молотками. Так Бе-200 «чувствует» разрезаемые им волны. Первые мысли: «а оно (днище) выдержит ТАКОЕ?». Но ЭТО продолжается буквально считанные секунды, по мере торможения удары стихают, и вот уже Бе-200, величаво покачиваясь, плывет к берегу.

Выпускается шасси, и когда экипаж «нащупывает» передней стойкой наклонный гидроспуск («слип»), двигателям дают «газу» – чтобы вытянуть амфибию на берег. И вот мы уже на бетонке геленджикской гидробазы. Заруливаем, выключаются двигатели, выгружаемся. Встречают бериевцы. Спускающимся по бортовой стремянке девушкам руку галантно подает сам генеральный директор – генеральный конструктор ТАНТК Виктор Кобзев. Спасибо! Ведь именно благодаря ТАНТК им. Г.М. Бериева, договорившемуся с МЧС, стал возможен наш замечательный полет.

Краткий его итог. Время в полете – 3 часа. Если бы летели обычной «регуляркой» в Анапу, дорога в Геленджик заняла бы времени больше: около 2 часов в воздухе и потом еще столько же на автобусе. А тут же еще такие незабываемые ощущения! Мы – пассажиры Бе-200ЧС!

. Воскресенье, 7 сентября, летим домой. Все с точностью до наоборот. Погрузились, запустились, срулили на гидроспуск, плывем. Двигателям – взлетный. Разбегаемся. «Молотки» по днищу, отрываемся. Прощальный круг над бухтой – и вскоре мы на эшелоне. Во время полета, набравшись смелости, прошусь в кабину экипажа. Любезно пускают. Осматриваю кабину. Пилотируют Бе-200ЧС два летчика. В нашем полете на «приставном» третьем месте, которое в случае необходимости может занимать штурман, располагается командир авиаотряда Бе-200ЧС авиапредприятия МЧС России заслуженный военный летчик России, кавалер Ордена Мужества Валерий Крузе. За его плечами сотни полетов на Бе-200ЧС, в т.ч. на тушении пожаров в странах Европы. Раньше служил в морской авиации, летал на Ил-38, затем на пассажирских и транспортных самолетах различных типов. В этом полете он контролирует экипаж – Максима Гоголева и Георгия Кочкарева. Командир пришел в авиацию МЧС из ВВС, где летал на перехватчиках МиГ-31. Несмотря на молодость, за его плечами также уже немало потушенных пожаров. А вот второй пилот только недавно закончил Академию гражданской авиации. Осматриваю интерьер – на приборной доске шесть больших многофункциональных индикаторов. Все ясно и понятно. Высота полета – 7800 м, скорость – 550 км/ч. Задаю несколько вопросов. Валерий Крузе самолетом доволен: столько часов уже на нем налетано, столько пожаров потушено! Есть, конечно, и небольшие замечания – ну а как же без них. Благодарю экипаж – и на свое место. Хоть дверь к пилотам и открыта, но зачем надоедать? Хватит им и наших назойливых фотографов с длиннющими объективами, которым всегда хочется поснимать еще и еще.

Заходим на посадку в Жуковский. Выравнивание, касание полосы и вот уже колеса стучат по стыкам знаменитой «лиёвской» бетонки. Заруливаем, выключаемся, выгружаемся. Полет окончен. Время в пути – от взлета с акватории Геленджикской бухты до посадки на аэродром ЛИИ – три часа. Завидуйте!

В заключение, хотелось бы еще раз поблагодарить всех тех, благодаря кому этот наш полет на Бе-200ЧС из мечты превратился в явь: генерального директора – генерального конструктора ТАНТК им. Г.М. Бериева Виктора Кобзева, генерального директора ООО «Гидроавиасалон» Владимира Коноплева, руководителя пресс-центра выставки Андрея Сальникова, ну и конечно экипаж Бе-200ЧС – летчиков Валерия Крузе, Максима Гоголева и Георгия Кочкарева – за доставленное удовольствие.

Очень надеюсь, что даже если к «Гидроавиасалону-2010» новый аэропорт Геленджика все-таки откроют, это не помешает бериевцам снова организовать такой перелет на Бе-200. Ведь что может быть лучше для журналиста, собирающегося писать о «Гидроавиасалоне» и гидросамолетах, чем самому слетать на амфибии? Да еще с посадкой на воду.





 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх