Загрузка...



Екатерина Маловичко

Журналист,

спортивный обозреватель

радиостанции «Эхо Москвы»

Против лома – прием есть

Не знаю, в чем секрет притягательности и популярности футбола. Я сама в детстве в футбол играла, так что, наверное, какая-то притягательность в нем есть, потому что есть в нем что-то естественное: если перед тобой футбольный мяч, то его охота попинать ногами. Впрочем, у многих такая же охота бросать его руками об пол или вверх. В волейбол я тоже немного играла, поэтому тут, наверное, лучше говорить о секрете притягательности и популярности мяча в целом в различных видах игр. А может быть, и нет секрета – я не знаю.

Если честно, то мне футбол, хотя я и люблю его, в последнее время достаточно надоел. В последнее время из всех игровых видов спорта я выбираю баскетбол и волейбол, опять стала увлекаться хоккеем. Но наш футбол сейчас просто смотреть невозможно, потому что это девяносто минут тягомотины. Думаешь: ну почему игра длится девяносто минут? Хочется нажать перемотку, чтобы все происходило как-то поскорее. На мой взгляд, последние года два это «зрелище» стало гораздо менее интересным. Не знаю почему: то ли играть стали очень много, то ли все мы уже пресытились. Как-то я сказала, что сейчас больший интерес вызывает не сама игра, а переход игроков из клуба в клуб. Сам футбол играет уже значительно меньшую роль, чем то, кто, куда, за сколько перешел. Какой-то такой процесс торговли людьми – он вызывает, по-моему, гораздо большее любопытство.

Что для меня лично значит футбол? Для меня футбол, как и любой другой вид спорта, – это прежде всего столкновение характеров. Я вообще люблю спорт, точнее, люблю персонажей в спорте и именно с этой точки зрения смотрю любой матч в любом виде спорта. Футбол – один из немногих игровых видов спорта, где играют команды, но где очень много значит личность отдельного человека. Здесь реже заменяют игроков на поле, поэтому они больше привлекают к себе внимание, и они должны быть достаточно яркими людьми, чтобы в течение девяноста минут удерживать на себе внимание зрителей. Сейчас ярких персонажей в футболе достаточно много. С другой стороны, все они уже находятся, в принципе, на закате карьеры и почти все – достаточно яркие личности.

Сейчас им 28-30 лет, а новые еще не появились. Может быть, это я не могу найти новых достойных? Прежние кумиры уходят, а новые пока (для меня лично) не появились? Не знаю, появятся ли, но пока их нет. Поэтому сейчас для меня футбол теряет привлекательность. Может быть, это временно.

Что главное в футболе? Конечно, непредсказуемость, когда какой-то гол забивается на последней минуте. Для меня идеал футбола – это последний матч между «Манчестером» и «Реалом». Идеал, потому что такого не было и, наверное, долго не будет. Это была идеальная игра, в которой были и непредсказуемость, и результат, и много забитых мячей, и невероятное мастерство игроков. На мой взгляд, сейчас это две сильнейшие команды, которые просто не могут настраиваться на матчи с более слабыми. Когда они встречаются, они только друг друга стимулируют. Они стимулируют друг друга показывать то, что они умеют. Поэтому и «Манчестер» все-таки заставил «Реал» играть в свой футбол, и «Реал» заставил «Манчестер» предельно напрячься – две совершенно великолепные команды! Обе уважаю, хотя болею за «Реал» «Манчестер» уважаю за этот матч, просто уважаю.

В футболе важно все: и непредсказуемость, и результат, и игроки, и импровизация, и игровая дисциплина, и мастерство игроков и тренеров, и болельщики, и атмосфера стадиона. Все это есть и всегда было квинтэссенцией футбола. Футбол – игра. Но для тех, кто в него играет, это работа, а когда это становится работой, это перестает быть игрой. Может быть, еще и поэтому футбол сейчас становится более скучным: игроки получают такие зарплаты, они так стараются работать, что теряют удовольствие от игры.

Безусловно, это и забава, и какое-то отвлечение людей от забот: сел, включил, люди бегают, а ты сидишь себе, пиво пьешь – тоже очень прикольно на самом деле. У каких-то людей это, безусловно, и клапан для выхода агрессии. Не знаю, как насчет регулятора настроения масс – я думаю, что некоторые люди пользуются теми настроениями, которые царят на стадионе, для удовлетворения своих каких-то целей и страстей. К сожалению, масса болелыциков просто этого не понимает. Ну, это их проблемы. Это о массовом психозе.

Конечно, для кого-то футбол – это и повод напиться, и поорать, и подраться. Я неоднократно видела людей, которые едут на стадион уже просто с абсолютно белыми глазами, и едут «конкретно» напиться, поорать и подраться. Я видела таких людей на стадионе «Динамо». После игры я вернулась домой и увидела по телевизору, как там полетели стулья и началась потасовка. Все это было мне понятно еще за полчаса до матча: многие люди пришли не футбол смотреть, а просто подраться.

Насчет патриотизма. Это смотря кто и как играет в футбол! Вообще любое явление может способствовать и патриотизму, и национализму, и шовинизму, и чему угодно – все зависит от того, на что человек настроен. Если наши проиграли, причем где-то на другом конце света, например в Японии, а в Москве пошли бить японские рестораны, то я думаю, что здесь дело абсолютно не в футболе. Дело в поводе. Играли бы во что-нибудь другое, было бы то же самое. Просто сейчас народ «накачать» проще… в тот момент проще всего было «накачать» на футболе. Если бы «нагрели» на хоккей, как это было, когда вся страна смотрела, как наши играли с американцами, то пошли бы громить американские рестораны. Не пошли, к счастью. В принципе это просто повод, и можно, безусловно, с помощью футбола, с помощью любого другого зрелища, которое вызывает массу эмоций, целенаправленно манипулировать и сознанием, и поведением. Толпу можно зарядить на что угодно. Тогда, на Манежной, били, кстати, не только японцев, а всех азиатов.

Формирование мифов? Я выскажу свое мнение на примере чехарды тренеров нашей сборной, которые и становятся виновниками всех бед российского футбола. Сначала Романцев, потом Газзаев. Сейчас Валерий Георгиевич получает все то же самое, что в свое время получил Олег Иванович, в том числе от самого же Газзаева. Еще год назад было сказано, что Газзаев рано или поздно «получит «. Каждого тренера обвиняют в том, что он не сделал нашу команду чемпионом мира. А почему, собственно, перед ними ставят такую сверхзадачу? У нас что, есть для этого предпосылки? Мне амбиции нашего народа по поводу нашего футбола совершенно не понятны. Дело даже не в том, что ЦСКА проиграла в отборочном турнире какому-то «Вердеру», – ну и что? Вот Люксембург не выигрывал чемпионат мира по футболу и не собирается этого делать! Мне хороший анекдот по этому поводу очень понравился в «МК» «Мельде», «Вердер», Грузия, Албания, Македония – вы еще не выигрывали чемпионат мира по футболу? Тогда мы едем к вам!».

Наши амбиции по поводу хоккея мне понятны: у нас есть опыт, мы выигрывали все на свете. Понятно, почему мы сейчас тоже хотим все выигрывать. Но на чем основаны амбиции и всенародное ожидание, что мы должны стать чемпионами мира по футболу? Что мы выиграли в футболе за последние сорок лет? Абсолютно ничего, кроме того чемпионата Европы. Где еще мы добились какого-то высокого результата за последние почти полвека? Ничего нет. Это все равно что полвека рассказывать, что мы всех победили в войне, – пора уже начать гордиться чем-то другим. В футболе результатов нет! На чем основана эта глубокая уверенность нашего населения, что мы в финале чемпионата мира обыграем Бразилию? На мой взгляд, это просто конфликт ожиданий и реальности. Миф.

Почему мы не переживаем, что мы ничего не выигрываем в гольф, что мы ничего не выигрываем в крикет? Почему не переживали долгое время, что мы ничего не выигрываем в теннис? Не наши виды спорта! Почему мы считаем, что футбол – это наш вид спорта? Непонятно. Ну играем худо-бедно, и ладно. Вообще мне не нравится, как у нас журналисты футбол освещают. Народ очень зависим от всех этих фантазий журналистов и комментаторов: что им напишут, то они и думают, то они и говорят. И откуда это все берется, мне непонятно.

Думаю, что футбол для России означает попытку самоутвердиться. Но для этого выбраны, по-моему, совершенно негодные средства. Почему надо самоутверждаться именно через футбол?

В чем философия нашего футбола? На мой взгляд, у нас вся философия футбола строится на том, что «мы бы победили всех, если бы»…да кабы. Чуть-чуть чего-то все время не хватает. Плохо играли, потому что плохо играли!

Для Бразилии футбол – это образ жизни. Для Италии это образ жизни. Для Германии – не знаю, не уверена: для них футбол, скорее, немецкая организованность и дисциплина. У нас люди вообще к спорту относятся инфантильно. У нас и Олимпиадой интересуются раз в четыре года. Раз в четыре года люди садятся к телевизору и начинают считать медали и страшно обижаются, что наши спортсмены ничего не выиграли, – все они становятся гадами и преступниками. Четыре года человек не интересовался спортом, а потом садится и говорит: «Ну теперь-то все наши должны выиграть! Как, мы не выиграли? Мы же сильнейшие в мире! Как же так получилось-то? Сволочи эти буржуи, эти капиталисты, они не хотят, чтобы мы победили, засуживают наших!». Почему у нас такое исключительно потребительское отношение к спорту? Абсолютно то же и с футболом.

Явление национальной культуры? Да, наверное, футбол – это культура. Хотя американцы наш футбол не понимают, как мы не понимаем американский футбол, от которого они в восторге. Супербол в США – это планетарное событие. Для них их футбол явление национальной культуры. Когда миллионы лет спустя Землю завоюют инопланетяне, на территории США они увидят, наверное, картинки с изображением людей, играющих в американский футбол. Можно говорить о футбольной культуре страны и нации, но прежде, мне кажется, следует говорить просто о культуре нации, а потом уже о футбольной культуре.

Какова культура страны, такова и культура футбола. Вот у нас это очень хорошо сопрягается. Европейские футболисты в целом представляются мне более культурными персонажами, чем наши. У нас просто изначально в футбол играют бедные ребята (я не собираюсь в этом наших ребят обвинять!): детдомовцы, воспитанники интернатов – не все, но большинство, то есть дети из небогатых семей. А за границей общий экономический и культурный уровень людей выше, и там футбол все-таки не совсем для бедняков. Это не то, что человеку нечем заняться и он пошел играть в футбол, потому что понимает, что больше ничем не сможет заработать. Мне кажется, что уровень футбола у нас ниже потому, что ниже общий культурный уровень игроков.

В нашем футболе мне не хватает именно мыслей. Я болею за команду «Спартак», и мне ближе Олег Роман – цев. Я не фанат его как человека, он персонаж неоднозначный, но он развивал определенный стиль, этот стиль закрепился, так что даже сейчас я вижу в игре «Спартака» какие-то «вставки» из его работы. Человек пытался что-то сделать даже с тем набором людей, который у него был. Видно, что в игре есть какая-то мысль. Люди должны думать, когда они бегают. Один раз можно напугать противника своей мощью, другой раз нахрапом, а потом мыслящие люди все равно возьмут верх – против лома есть прием!

Футбол в последнее время – это, безусловно, элемент шоу-бизнеса. Мадридский «Реал» нам это доказывает каждый день. Футболисты настолько часто сейчас используются в рекламе, что можно говорить о том, что футбол действительно стал шоу-бизнесом. Футболисты участвуют во всевозможных акциях, их участие привлекает внимание публики. Если Андрей Шевченко участвует в показах мод, если Дэвид Бекхэм признается самым стильным человеком в Англии – это безусловно доказательство того, что футбол становится уже не только спортом, но каким-то видом шоу-бизнеса.

Футбол не всегда парадоксален, он бывает, к сожалению, очень логичен, особенно когда результат матча виден за сорок пять или за все девяносто минут до начала игры. Я действительно сочувствую журналистам НТВ+, которые вынуждены комментировать матчи чемпионата Испании: они просто не знают, о чем говорить. Я понимаю, почему они делают всякие вставки: просто иначе смотреть невозможно. Люди бегают по полю: «Ты, блин, куда бьешь? Придурок, бей по воротам!». А комментатор философствует: «Какая глубина!» Ну как-то проще надо, ведь футбол для многих действительно ремесло. Для журналистов в том числе. Я считаю, что здесь нужен просто здравый смысл: футбол – это и ремесло, и вдохновение, и творчество, и импровизация. Но делать из Ронал-до необыкновенного человека, гения я бы не стала. Надо относиться к нему здраво. Да, это выдающийся футболист, да, он талантливый, хороший, умный, но… Да, Ма-радона – великолепный, талантливый футболист, но наркоман. Есть какая-то черта, за которой заканчивается здравое восприятие футбола. Я как-то стараюсь всегда отдавать себе в этом отчет. Я смотрю на всех этих фанатею-щих от спортсменов людей и, признаться, не понимаю… В общем, я считаю, что нужен здравый смысл в отношении к любому явлению.

О духовности футбола. Я не могу спокойно говорить об этом: спорт ничего общего с духовностью не имеет. Ведь спорт – это что? – человек сознательно губит здоровье! Он получил богатство от природы, которое губит в погоне за результатом, за победой. Если вдуматься: ради чего люди это делают? В погоне за деньгами, в погоне за славой. Они губят свое здоровье целенаправленно! Меня всегда удивляет, когда говорят, что спорт – это здоровье. Спорт – это нездоровье! Это продажа своего здоровья, продажа в кредит, я бы так сказала. Человек волен распоряжаться тем, что ему дала природа, это его личное дело. Кто-то продает руки, кто-то ноги, кто-то мозги. Кто-то продает здоровье. Человек делает выбор. Он сознает, что не может (или не хочет) зарабатывать ничем другим, кроме спорта, – он продает свое здоровье. До тридцати лет (или сколько там ему отмерено!) занимается выбранным видом, а всю оставшуюся жизнь лечится. Мы не можем осуждать человека за то, что у него нет чего-то, что есть у другого.

Относиться к спортсменам так, что вот этот патриот, а этот непатриот, этот «буржуй», этот «продавшийся капиталист», – это, я считаю, «совковое» отношение, оно воспитано советской идеологией, когда в Советском Союзе из спортсменов выжимали все, а потом выбрасывали. И все от них требовали. Пока он зарабатывает медали, все о нем помнят, седьмое место – до свидания. И сейчас подход абсолютно такой же, только спортсмены сейчас делают это за деньги. Они себя губят, калечат, но это их личный выбор; их никто не заставляет это делать, и нет какой-то организации, которая говорит, что ты должен ради страны… и так далее. Ничего ты не должен, никто никому ничего не должен. Хочет – делает. Поэтому все эти стенания, что «наши» проиграли… на мой взгляд, такой подход уже архаичен.

Обобщенный портрет футболиста? Он, в принципе, существует уже давно, вы знаете: «у мамы было два сына, а третий футболист» – да, так может быть. Но есть исключения. В любом правиле есть исключения. Не скажу, что вообще все футболисты такие. Я вообще избегаю обобщений, потому что так можно далеко зайти.

Я бы сказала так: есть обобщенный портрет российского футболиста и есть обобщенный портрет зарубежного футболиста – ну скажем, европейского, южноамериканского. Это все-таки, мне кажется, точнее. Да, есть какие-то типичные черты. У нас футболист – это некий набор из анекдотов. Особенно меня веселят их интервью в «Спорт-Экспрессе». Мы уже давно пришли к выводу, что было бы гораздо смешнее, если бы интервью печатали такими, как есть, то есть ответы из двух слов: «А-а-а, ударил – прошел». По телевизору показывают интервью Егора Титова: «Егор, как Вы забили гол?» – «А… хорошо навесил… вот. «Очень смешно! А в «Спорт-Экспрессе» эти интервью такие все причесанные, такие красивые, такие складные. Сидишь и думаешь: «Боже мой, неужели этот человек изъясняется такими длинными, витиеватыми фразами!». Это все лишнее. Такой портрет футболиста не соответствует реальности: по телевизору один человек, а в газете другой. Он рассказывает о каких-то смешных случаях из жизни, о каких-то пьянках, но рассказывает таким литературным языком! Все это очень забавно на самом деле. Это уж такой стереотип нашей журналистики, по привычке все причесывать.

А вообще портрет нашего футболиста, мягко говоря, довольно забавен, если не брать во внимание некоторые исключения. Кстати, те, кто играет за рубежом (Мостовой, Карпин), выглядят как-то цивилизованней наших. Конечно, жизнь за рубежом меняет человека. Одни приспосабливаются к чужой жизни быстрее, другие медленнее, но все, кто там играет, отличаются от наших здешних и подходом к жизни, и философией. Так что разница есть, но описывать ее подробно я бы не стала, чтобы никого не обидеть.

Великие в прошлом футболисты редко становятся выдающимися тренерами. Да, вообще великие в прошлом спортсмены, по-моему, редко становятся выдающимися тренерами. Наоборот, выдающиеся тренеры бывают не самыми удачными спортсменами. Как же это объяснить? Мозги по-разному работают! Ну а почему не все актеры становятся великими режиссерами? Это разные вещи абсолютно. Актер и режиссер – это и разный статус. Это разное, по-моему, устройство мышления. В футболе то же самое, на мой взгляд. Есть мастерство исполнителя – и есть мастерство созидателя.

Отношение к футболистам представителей других видов спорта. Я не знаю, как спортсмены смотрят друг на друга. Я думаю, что народ в принципе смотрит на спортсменов как на дармоедов и людей недалеких, для которых главное – заработать деньги и повеселиться; вместо того чтобы играть как следует за Родину, они прожигают жизнь, сидят в ресторанах. Таково, мне кажется, стереотипное восприятие спортсменов со стороны народа. Я вообще к стереотипам отношусь с долей иронии.

Между спортсменами, на мой взгляд, отношения такие: смотрят друг на друга сверху вниз. Люди, которые смотрят на других сверху вниз, показывают какую-то свою ограниченность, как мне кажется. Любая попытка на кого-то посмотреть сверху вниз странным образом характеризует самого этого человека. Вообще любопытно, как относятся друг к другу спортсмены разных видов спорта. У меня есть некоторая квалификация, такая своеобразная, может быть: каковы виды спорта, таковы и сами люди. Бокс, например: когда бьют по голове очень часто, все-таки какие-то нервные клетки отмирают, это как-то сказывается. Хотя в боксе есть Рой Джонс, которым я восхищаюсь: человек просто на своем месте – идеальный боксер! Человек должен быть на своем месте. Главное, чтобы Роналдо не лез в президенты Бразилии. Вот играет в футбол, и пускай себе играет. Если он хочет заработать деньги и повеселиться, – ну пожалуйста. Президент Бразилии делает, наверное, то же самое, но по-своему: он веселится тем, что управляет Бразилией. Поэтому, повторяю, главное – чтобы человек был на своем месте. Это касается и спортсмена.

О заработках футболистов. Астрономические суммы… Но это норма рыночных отношений. Это то же самое, как любой переход человека с работы на работу. Правда, если я, например, пойду с «Эхо Москвы» на НТВ+, за меня, конечно, трансферную стоимость выплачивать не будут… но у меня и контракт не подписан до такого-то года. Так что это просто специфика профессий. Спортивная жизнь действительно напоминает торговлю людьми, но самое странное, что именно это наиболее интересно в межсезонье для обывателя, по крайней мере это ему самое понятное: кто-то откуда-то перешел, кого-то продали за пять рублей – очень интересно; а этого продали за десять, а того за рубль – но это считается еще круче, чем за пять и за десять, потому что он очень талантливый. Это самое интересное, потому что это житейская сторона всего этого дела, которая понятна обывателю, не сведущему в спорте. Раньше это в таких масштабах не обсуждали – это широко появилось в СМИ, наверное, в последние годы, когда в спорте стали крутиться такие огромные суммы. Пик обсуждения темы купли-продажи, денежных сумм был года два назад, когда были завышенные цены. Сейчас цены падают, но интерес к самому этому процессу остался.

Мне кажется, что это все стало таким ярким именно потому, что футбол отчасти становится шоу-бизнесом. Чтобы себя продавать, чтобы продавать трансляции, он вынужден делать себя более ярким, прибегать к каким-то неординарным приемам. Это делает рекламу игроку, которого потом можно использовать в рекламе чего бы то ни было, – его знают. И хотя, безусловно, игрока знают первым делом все-таки по игре на поле, случай Бекхэма, Анны Курниковой говорит о другом. Он говорит о таланте. О таланте спортсмена продать себя вне зависимости от спортивных результатов. Но это совершенно особый талант. Я думаю, что есть еще особенный талант менеджеров клубов, которые умеют делать из своих игроков звезд вне зависимости от их реального игрового таланта.

Вместе с тем в спорте есть масса талантливых людей, о которых никто не знает.

Роль телевидения в футбольном хозяйстве. У нас она непонятная. У нас одну половину матчей показывают по одному каналу, а вторую – по другому. Какова в этом роль телевидения? Я вообще не понимаю, как у нас делятся права и как это все регламентируется. Думаю, как в шоу-бизнесе, так и в футболе, – все наоборот: артисты платят за то, чтобы выступить по телевизору, а как с футболом, я вообще не понимаю! Кто кому за что платит, чтобы кто-то кому-то что-то показал? Вот это загадка! Я воспринимаю это просто как факт: показывают или не показывают – вот и все.

Работа комментаторов очень важна. Это показал опыт канала НТВ+, а особенно это стало ясно, когда появился канал 7ТВ: важно, кто и как комментирует. Вот я, например, канал 7ТВ слушать просто не могу – только смотреть. С точки зрения качества комментария канал НТВ+ меня удовлетворяет, он удовлетворяет и мою любознательность, и мой какой-то эстетический вкус. То, что делают комментаторы других каналов, я не понимаю. Как так получилось, что такие люди собрались именно на НТВ+ и почему их почти нет на других каналах, – мне это не совсем понятно, но это так. Да, когда комментатор комментирует довольно плоско, смотреть событие не хочется: оно теряет смысл. И наоборот, менее интересное событие, которое комментируются лихо, с позицией, – его можно смотреть и смотреть. А что касается истерии по поводу наших «побед» в Солт-Лейк-Сити или в Японии и Корее, то, думаю, это зависело не от комментаторов. Это зависит от политики наших телеканалов и изданий. Это уже политика средств массовой информации. Но об этом я уже говорила.

Эта истерия развивается у нас особо в последние годы. Это, мне кажется, тоже пережитки советского прошлого, здравомыслящие люди стараются этому сопротивляться. И комментаторы, и журналисты. Другое дело, что у всех у нас есть начальники, и они улавливают этот массовый интерес зрителя. Есть какая-то очень странная зависимость: мы пытаемся понять, чего хочет народ, а в результате оказывается, что народ хочет то, что мы ему даем. Он как-то зависит от того, что ему, грубо говоря, «вкручивают»: начинают «вкручивать» квасной патриотизм – и население (оно какое-то очень зомбированное!) очень легко поддается на то, что пишут в газетах. Особенно когда идет та же Олимпиада. Вот написали газеты о каком-то спортивном событии – кого-то эта самая истерия охватила, кого-то нет. Журналисты или те, кто выпускает издание, подхватывают именно истерическую струнку: народ в истерике, надо соответствовать и писать в определенном стиле. А народ – он открывает газету, видит истерику и думает: «Надо же! Ну пойду посмотрю, сколько там наши медалей выиграли!» Идет «взаимообоюдный» процесс. Даже не знаю, что здесь первично: курица или яйцо. Непонятно.

Я стараюсь всему этому сопротивляться. У меня есть четкое отношение ко всей этой проблеме. Другое дело, что моя точка зрения не совпадает с мнением масс. Но это уже как бы проблема масс.

Я уже сказала, что в нашей стране спортсмен всю жизнь был человеком, который всем должен. Все изменилось: он стал обычным наемным работником, но в восприятии публики остался прежним «должником». Страна наша считает, что он должен заплатить ей налоги, проценты – и все! Ни страна, ни спортивная федерация ничего не должны спортсмену – ты только гони рекорды! При том что ему, народу, когда нет соревнований, неинтересно, кто такой, например, Александр Попов. Человека ударили ножом на рынке – всем абсолютно безразлично, выживет Александр Попов, не выживет. Человеку тридцать лет, он выигрывает спринтерские олимпийские дистанции, он герой. Но кто знал Александра Попова еще два месяца назад?! Его и узнали-то «благодаря» этому ножевому ранению!

В этом смысле наша страна очень отличается от западных, но это вопрос промоушена. Почему нас так раздражает Анна Курникова? Потому что человека «раскручивают» вне зависимости от результатов. Она ничего не выиграла, но она не пропадет. В отличие от многих девчонок, которые выиграли гораздо больше нее, но из-за того, что их не «раскручивали», их никто не знает. А у нас в стране такое вообще не принято.

У нас так: спортсмен вышел – выиграл, а потом о нем все забыли. У нас о спортсменах как-то сразу забывают. Мы не поддерживаем их имидж в глазах публики. Вина за это лежит на организаторах нашего спорта.

Мне кажется, что с появлением рыночных отношений наша страна, наши спортивные федерации просто продолжают зарабатывать на наших спортсменах. У некоторых наших спортсменов получается с этим бороться и себе что-то еще зарабатывать, а у некоторых – не получается. Поэтому в некоторых федерациях люди просто нищенствуют, а в других дела обстоят получше. Но в любом случае отношение к спортсменам по-прежнему абсолютно потребительское – как со стороны функционеров, так и со стороны народа. Я, как и очень многие мои коллеги, поддерживаю людей, которые пытаются отстоять свои интересы. Другое дело, насколько они умно или неумно это делают. К слову, о Марии Бутырской, которая пытается вырвать у Федерации фигурного катания свои деньги. Маша Бутырская – хороший человек. Мы с ней общались: она у нас на станции была. Ситуация ее глупая. Не может ей Валентин Писеев, президент Федерации фигурного катания, вернуть ее деньги. Он формально не виноват в том, что положил эти деньги в банк, который обанкротился, а она не успела их забрать, потому что в это время выступала на других турнирах. Ситуация глупая, но очень характерная. Она от неграмотности наших спортсменов. И это лишнее доказательство того, что федерации быстрее научились зарабатывать на спортсменах (не все – некоторые), чем спортсмены на своем труде. Плюс отсутствие законодательства. А тут уж кто проворнее, кто пронырливее, тот и пробрался. А если спортсмен оказался пронырливее, его сгноят: «А-а-а, буржуй!».

Кто такой футбольный тренер? Человек с усами! В газете «Известия» написали, что ни один футбольный тренер, который хочет иметь какой-то авторитет у публики, в ближайшее время не осмелится носить усы!

У нас футбольный тренер – это Олег Романцев и Юрий Семин. Наверное, портрет Олега Романцева мы все знаем очень хорошо. А вот его социальный статус?.. На меня очень большое впечатление производил Марче-ло Липпи из Италии, особенно по сравнению с нашими тренерами: уверенный в себе человек, интеллигент. У меня вообще всегда вызывало шоковую реакцию, когда после чемпионата мира, чемпионата Европы я включала чемпионат России, – просто другой мир, другая игра! Люди другие! Даже сейчас эта разница есть, просто сейчас это как-то смешно, а тогда меня это шокировало… что Марчело Липпи – это человек в костюме. В костюме, при галстуке, в элегантном пальто. И сейчас на него смотришь и понимаешь, что это богатейший человек, бизнесмен и при этом он тренер… или наоборот: тренер и при этом бизнесмен и очень элегантный человек, вхожий в светское общество.

У нас же раньше тренер был человеком в тренировочном костюме, который бегал вокруг поля и ругался. Сейчас у нас, конечно, сидят в костюмах и тоже при галстуках, но то ли у нас лица такие, то ли еще какая-то загадка, но на некоторых тренерах костюм отдельно – человек отдельно. Это не только у нас, на Западе тоже такое бывает, не на всех костюм смотрится. На Бекхэме смотрится, на Шевченко смотрится. У нас некоторые футболисты приобретают совершенно обалденный вид, когда после матча надевают костюм, – другие люди! Слушайте, как одежда может преобразить человека: ну другой человек! Я все время смотрю и удивляюсь: где наши имиджмейкеры, где все эти менеджеры, почему у нас деньги не делают на людях? У нас был Дмитрий Сычев, из которого можно было сделать «лицо» российского футбола! Почему мне и жалко было, что он ушел из «Спартака» вообще с таким скандалом… Я боялась, что его покроют грязью и он уже не выберется, но он, к счастью, и играет хорошо, и устроен сейчас хорошо. Будем надеяться, что все нормально будет. У парня совершенно идеальное лицо для фото, для телевидения, для промоушена. Это как Курникова – лицо. Как Буре – лицо нашего хоккея. Вот есть такие плакатные лица – и у Сычева лицо абсолютно плакатное! Теперь я смотрю: может быть, и хорошо, что он ушел из «Спартака»? И, может быть, этот скандал даже не помешал, а помог ему: во-первых, его узнали, а во-вторых, он, может быть, образ нового человека, который просто поборолся за свои права!? Вполне возможно, что со временем будет у него такой образ.

Так вот о тренерах. У нас многие тренеры действительно смотрятся немножко так отдельно от костюмов. Вот Юрий Павлович – он вообще как бы костюм презирает, но в принципе и правильно делает, потому что Юрий Павлович, да еще и в костюме – как-то не согласуется. Я помню Семина пятилетней, наверное, давности, как он в «петушке» бегал, в шапке «петушок», – он и сейчас такой, он продолжает одеваться в своем стиле, но только делает это как-то все более элегантно. Мне нравится, что у нас как-то стараются все-таки соответствовать какой-то зарубежной моде. В этом смысле у нас все, на мой взгляд, меняется к лучшему.

Если б у нас еще менялось к лучшему в смысле мышления, было бы еще лучше! У нас есть тренер Гамула, за которым наблюдать – одно удовольствие: он бегает вдоль поля, орет, и его пресс-конференции можно цитировать часами! Мне кажется, это тоже добавляет – у Марчело Липпи, я думаю, не бывает таких веселых пресс-конференций, как у некоторых наших тренеров. Другое дело, что некоторые наши тренеры только на пресс-конференциях и живут. Они только переходят из клуба в клуб и славятся в хит-парадах «Спорт-Экспресса» своими замечательными цитатами. Я бы предпочла все-таки, не чтобы человек был остроумный, а чтобы тренер был в первую очередь хороший. У нас тренер – это немного другое существо, чем на Западе: не такое элегантное, но зато более веселое. Может быть, себя они воспринимают серьезно, но по моему восприятию они такие и есть веселые. Мне кажется, что в наших тренерах чувства юмора, что ли, побольше. И к тому, что делают, они относятся с более здравым смыслом, чем публика и журналисты. У меня такое впечатление иногда возникает.

Кто такой футбольный меценат? Наверное, сейчас это Роман Абрамович. Он мне напоминает человека, который играет в игру «футбольный менеджер»: он купил клуб и скупает игроков, у него сейчас подготовка к сезону…

Эта игра существовала в виртуальной реальности, а Роман Абрамович, видимо, играл, играл и, такое впечатление, решил заняться футболом реально. Очень похоже – все один в один. Очень забавно.

Футбольный чиновник? Ну, футбольный чиновник у нас – это человек, который ездит куда-то за рубеж, абсолютно неизвестно, чем там занимается, за что отвечает, что решает. Имеет какой-то авторитет. Но при этом нас все пинают ногами. Пример? Вячеслав Иванович. Это очень забавный человек. Якобы действительно имеет огромный авторитет в мире, но при этом куда, на что этот авторитет тратится, я не знаю.

У нас пока, к сожалению, отсутствует само понятие «футбольный менеджер» – у нас развелись футбольные бандиты, все заняты какими-то разборками. На мой взгляд, у нас идет футбольный передел, торговля людьми, и в нашей стране это действительно имеет характер работорговли, потому что людей продают-перепродают за их спиной. Откуда все эти конфликты? От несовершенства нашего законодательства. Все, что у нас в футболе происходит, – это какой-то темный лес, это какой-то ужас.

Судья – это вообще маргинальный персонаж. Об этом я даже говорить не буду. Это все камикадзе, на мой взгляд. Коллина – это камикадзе в мировом судейском клубе.

Кто такой футбольный болельщик? Ненормальный псих. Я сама иногда футбольный болельщик – на меня мама смотрит и в шоке говорит: «Что ты делаешь? Посмотри на себя!». А я: «Отстань!» Футбольных болельщиков я делю на несколько категорий.

Есть болельщики, которые ходят на стадион. Это люди, которые болеют с детства: папа болел, дедушка болел, и мальчик болеет. Если бы ему не сказали, что «Динамо» – хороший клуб, он бы за него и не болел. Есть целые династии.

Есть болельщики по осмысленному выбору. Я болею за «Спартак» не только потому, что у меня стадион Игоря Нетто во дворе, – у меня это осмысленный выбор: мне нравится их стиль. А есть люди, которые болеют просто за название клуба.

Есть футбольные болельщики, которые ходят подраться, напиться, повеселиться, потусоваться. При этом люди, которые ходят на стадион, бывают совершенно нормальные. Когда я первый раз пришла на футбол на стадион, я вдруг поняла, что это совершенно другое дело, чем по телевизору, абсолютно другое: все рядом, все как на ладони. К тому же «Лужники» – очень «домашний» стадион, очень уютный. Все как-то рядом – и совершенно другое восприятие игры. В тот момент я поняла людей, которые ходят болеть на стадион. Мне, во-первых, это делать лень, во-вторых, у меня профессиональная лень, в-третьих, мне немного все-таки страшно…все эти фанаты! Есть люди, которые ходят на стадион вообще, а вовсе не на футбол. Но это не болельщики.

Есть болельщики, которые сидят у телевизора, собираются, с утра обсуждают. Временами я тоже такой болельщик, временами они меня очень утомляют. Среди них есть цивилизованные, есть неадекватные, есть более или менее адекватные, есть совсем неболельщики. А в общем все они нормальные болельщики. Ну, я не совсем болельщик – я так, любитель.

Основные проблемы мирового футбола? С деньгами будет какой-то кризис в ближайшее время, мне кажется. Уже и денег-то реально ни у кого нет, в этом году оперировали какими-то виртуальными суммами. В прошлом году был кризис, в этом году клубы меняются игроками по бартеру, денег нет. К чему-то все это приведет?!

Другая проблема: количество легионеров в командах. Клубы состоят из одних игроков, а сборная – из других. Результат такой сборной непредсказуем: она или ничего не показывает, или, как сборная Аргентины, становится одной из сильнейших. Все ее игроки-звезды приезжают в сборную из европейских клубов, где они играют. Сборную Бразилии (тоже из игроков европейских клубов) собирают бог знает из кого за пять минут до чемпионата мира: кого собрали, те и приехали. А они взяли – и все выиграли.

Вопрос в количестве легионеров в клубах. С одной стороны, легионеры, наверное, поднимают уровень футбола в стране, развивают его, но, с другой стороны, бывает такой футбол, который «убивает» легионеров. Например, аргентинцы, испанцы и все, кто блистал в Испании, в Италии, порой ничего не могут показать в своих сборных.

У нас в стране легионеры – особая проблема. Приезжают к нам бразильцы – не самого высокого уровня, но, наверное, хоть чему-то они могут обучить наших игроков. Приехали довольно сильные хорваты – не знаю, наверное, они играть станут хуже, потому что у нас общий уровень такой, что можно вообще разучиться играть в футбол. В других странах (в Германии, в Англии, во Франции и вообще в Европе) наличие легионеров не снижает уровень местного футбола, наоборот, мне кажется, способствует его развитию: все друг друга обогащают. Сейчас все это существует довольно стихийно. Думаю, ФИФА и УЕФА надо регламентировать количество легионеров в каждой команде и в стране.

Вот это, мне кажется, две основные проблемы мирового футбола: деньги и легионеры. Да, еще: очень странный вопрос клубного патриотизма, который болельщики воспринимают как-то по-своему. Конечно, это ценно – клубный патриотизм. Но, с другой стороны, можно понять людей, которые переходят в другую команду, потому что надо совершенствовать мастерство, иначе стопорится карьера.

Какие главные проблемы у российского футбола? Я надеюсь, что не буду руководить российским футболом, у меня нет желания этого делать. Я думаю, господин Колосков как-нибудь сам справится. Либо у нас отношение к нему изменится, либо футбол изменится. Я думаю, что если изменится отношение, если мы станем проще к этому относиться, например, как люди в Македонии, то и футбол наш станет лучше.

Чем хорош был матч «Реал» – «Манчестер»? Люди играли. Они занимались этим в свое удовольствие. При этом они должны были задействовать все свои силы, им нужно было показать все свое мастерство, потому что им нужен был результат, – и тем, и другим. Играли сильные с сильными, и они получили возможность проявить все свои качества, да при этом еще получили удовольствие от игры друг с другом. Все-таки сильные должны играть с сильными – тогда это игра, а не работа.

И в этом контексте еще одна проблема: о количестве чемпионатов и международных турниров. Все хотят играть в футбол, но не все могут. И вот в этом проблема. Это и передел Лиги чемпионов, который идет последнее время. Это новая «Группа четырнадцати», где богатые хотят играть с богатыми, и их вполне можно понять… Но бедные тоже хотят играть! Может быть, в ближайшее время будут созданы две лиги: для богатых и для всех остальных («средних») стран, чтобы слегка выровнять общий уровень. Потому что эти игры грандов с малоизвестными клубами – они, мне кажется, мало кому идут на пользу. Уровень команд в турнире должен быть более ровный.









 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх