Генрих Наваррский: рыцарь королевы Марго или расчетливый убийца?

О блестящем красавце Генрихе Наваррском весь мир знает по романтической трилогии Александра Дюма: «Королева Марго», «Графиня де Монсоро», «Сорок пять». Там будущий король Франции – Генрих IV благороден, доблестен, справедлив, предан друзьям. И хотя Екатерина Медичи, прозванная королевой-змеей, женила Генриха на своей дочери, принцессе Маргарите, коварством и силой, благородный Генрих, как может, помогает навязанной супруге, совсем еще юной и неопытной, не раз выручая ее из жизненных передряг и спасая от ненависти ужасной матери. Ну, право слово, Генрих Наваррский – рыцарь без страха и упрека!

Король Генрих IV Наваррский

Такой имидж держался за первым королем Франции из династии Бурбонов вплоть до середины ХХ века, когда в стране вспыхнул интерес к прошлому и началось выяснение исторической достоверности. Вот историки и обратились к личности Первого Бурбона. Однако рассказ о благородном короле Генрихе быстро застопорился. Все началось с одной из его любовных историй. Конечно, сама пылкая страсть Генриха историков не удивила, ведь даже папаша Дюма описывал короля большим любителем женских прелестей. Да и его потомки – «король-солнце» Людовик XIV и король Возлюбленный Людовик XV – слыли записными бабниками. Но любовь Генриха IV и его красавицы фаворитки Габриэль д’Эстре вошла в историю как история «прекрасной любви». Она действительно поразительна, ведь Генрих, уже ставший королем, возжелал узаконить свою любовную связь, женившись на Габриэль. Ни одна фаворитка во Франции ни до этого, ни после не удостаивалась подобной чести. Ведь на фаворитках не женятся!

Но Генрих посчитал иначе. Его чувство к Габриэль прошло сквозь множество испытаний. Король встретил девушку в 1590 году – тяжелейшем для Генриха, ведь это был второй год его правления, Францию раздирали войны гугенотов и католиков, Париж был занят испанцами. Во время зимней передышки в конце 1590 года герцог Бельгард отвез короля Генриха в замок Кевр, дабы передохнуть и набраться сил. Там тридцатисемилетний король и познакомился с девицей д’Эстре. Впрочем, взаимности Генрих добился не сразу. Убоявшись его ухаживаний, девица поначалу даже сбежала и в июне 1592 года (согласно отцовскому выбору) вышла замуж за престарелого вдовца Николя д’Амерваля. Но Генриха это не остановило. Да и Габриэль, пожив с престарелым супругом, перестала противиться страстному напору, в конце концов, это был король. В сентябре Габриэль оставила супруга, став официальной фавориткой Генриха IV. Это она приложила множество стараний, чтобы король перешел в католическую веру. Говорят, что крылатая фраза Генриха: «Париж стоит мессы!» принадлежит именно фаворитке, уговаривающей возлюбленного. 1594 год Генрих назвал годом Фортуны: его войска наконец-то вошли в Париж, освобожденные горожане встретили его воплями восторга, а Габриэль произвела на свет первенца, которого назвали Сезаром, в честь победителя Цезаря. В декабре 1597 года ее брак с Амервалем был расторгнут по особому разрешению церкви. Ну а в начале 1598 года она родила уже второго сына, которого Генрих назвал в честь правителя Македонского – Александром.

Однако все это время официальной королевой Франции по-прежнему является законная супруга Генриха – королева Марго. Но в январе 1599 года она дает согласие на развод с Генрихом. Впрочем, нрав Марго непостоянен – уже через неделю она отзывает свое согласие. Однако сведения о возможном разводе уже просочились в общество. Король Франции – лакомый кусочек, и потому вокруг него тут же возникает множество советчиков нового брачного союза. Особенно старался Фердинандо Медичи, желавший увидеть на французском троне свою племянницу Марию Медичи. Представляете, что чувствовала Габриэль, – она же прожила с королем почти десяток лет. У нее двое детей. Более того – она ожидает третьего. И вот Генрих вполне может стать свободным и жениться на ней, узаконив детей!

Генрих и сам не против. В феврале 1599 года он отправляет к папе римскому посольство с огромными дарами, дабы получить развод с Марго. Папа не возражает, но требуется время для должного оформления бумаг. Все равно Габриэль уже в шаге от трона. Она почти королева и уже шьет роскошное свадебное платье, ведь Генрих 2 марта 1599 года на банкете в честь Великого поста публично объявил о своем намерении жениться на Габриэль д’Эстре, графине де Монсо, герцогине де Бофор. Тем более что она вскоре должна разрешиться от бремени их третьим ребенком.

Однако почему-то на Пасху Генрих отсылает будущую жену в Париж, а сам остается в Фонтенбло. Ну а в среду, 7 апреля, Габриэль неожиданно становится плохо, у нее начинаются непонятные судороги. Она просит немедленно известить об этом короля, но Генрих, получив известие о ее странной болезни, не спешит в Париж. Только 9 апреля он приказывает седлать лошадей, но в нескольких милях от Парижа его перехватывают придворные, которые объясняют, что торопиться уже некуда: Габриэль умерла. Но все это наглая ложь – несчастная Габриэль жива. А вот король, вздохнув, бойко поворачивает назад в Фонтенбло. Ну а всеми покинутая Габриэль мучается еще полтора дня и умирает только утром 10 апреля 1599 года.

Летописцы того времени, нисколько не сомневаясь, оставляют потомкам свой вердикт: Генрих IV хотел жениться на фаворитке, но та скоропостижно скончалась от болезни, вызванной беременностью. Но историки ХХ века засомневались: беременность Габриэль была не первой, и оба раза до этого все протекало хорошо, отчего же в третий раз обернулось столь плохо? К тому же почему, зная о беременности любимой женщины, Генрих отправил ее подальше от себя? И почему даже не приехал из Фонтенбло – хотя бы поинтересоваться, что с младенцем, ведь поздний срок беременности вполне мог дать надежду на то, что ребенок выживет?

Вывод один: король внезапно охладел к любовнице. Он уже не горел желанием сделать из фаворитки королеву. Но отчего – неужели нашел новую пассию? Летописцы-современники, естественно, не решились ворошить жизнь монарха. А вот исследователи ХХ века наткнулись на письмо, произведшее сенсацию. «Мы, Генрих IV, милостью Божией, король Франции и Наварры, обещаем и клянемся перед Богом и даем господину Франсуа де Бальзаку, господину д’Антрагу, кавалеру Нашего ордена, Наше честное королевское слово выбранную Нами в спутницы его дочь Генриетту-Екатерину де Бальзак… если она в течение шести месяцев забеременеет и разрешится от бремени сыном, взять в законные супруги… как только получено будет Нами от Нашего Святого Отца папы расторжение Нашего брака с Маргаритой Французской и его позволение на заключение по нашему усмотрению нового брака… 1 октября 1599 года».

Это что же получается: еще и брак с Марго не расторгнут, и со дня смерти Габриэль не прошло и полугода, а ветреный Генрих уже обещает взять в жены известную при дворе красавицу, юную и чернокосую Генриетту д’Антраг?! И эта придворная красотка оказалась не столь терпеливой, как бедная Габриэль, – уже через пару месяцев она стала угрожать Генриху дипломатическим скандалом, обещая обнародовать это самое письмо. Король Франции оказался в не просто щекотливом, но и опасном положении. Он даже принялся лихорадочно искать деньги, чтобы выкупить письмо у «господина Франсуа де Бальзака». Но тот затребовал громадную сумму, а казна королевства была пуста. А между тем к июню 1600 года Генриетта уже на седьмом месяце и может разрешиться сыном…

Генрих в нерешительности. По крайней мере, так думает Генриетта. О том, что он вообще не собирается жениться, ей думать не хочется. Деятельная «девица» перебирается в Фонтенбло. Рожать – так при королевских медиках. Тем более что она чувствует себя все хуже и хуже. Но неожиданно в ночь летней грозы случается совсем страшное: в окно комнаты роженицы ударяет молния. Несчастная Генриетта неудачно падает и теряет сознание. А когда приходит в себя, медики объявляют, что у нее родился мертвый мальчик. Словом, как констатировали летописцы, «несчастный случай произошел по воле Небес, кои не желали видеть даму Генриетту на троне». Бедняжке пришлось ретироваться от двора. Но, вернувшись в родной дом, Генриетта совсем расхворалась. Начались непонятные судороги, и девица умерла. Ну а Генрих оказался снова свободен и… уже через четыре месяца, получив от папы развод, женился. Избранницей его стала Мария Медичи, бурно проталкиваемая на трон своим дядей Фердинандо.

Теперь-то историки точно могут сказать: ни у Габриэль, ни у Генриетты не было шансов на французский трон. Ведь еще в феврале 1599 года (Генрих тогда как раз обещал Габриэль д’Эстре женитьбу), когда французское посольство отправилось в Рим к папе, оно тайно завернуло во Флоренцию к Фердинандо Медичи и провело с ним весьма обстоятельные переговоры о женитьбе короля Франции на Марии Медичи. То есть, дав Габриэль слово чести, коварный Генрих уже вовсю вел переговоры с могущественным семейством Медичи. Да и потом, написав в порыве страсти письмо-обещание о женитьбе на Генриетте, Генрих тоже понимал: это обещание ничего не стоит. Да он и не собирался его выполнять.

Вот вам и слово чести королей, вот вам и благородный рыцарь!.. Немудрено, что эта информация о жизни Первого Бурбона скрывалась и обе фаворитки были мгновенно забыты. На трон ведь уже год как готовилась взойти Мария Медичи. Генрих сам отправился за ней во Флоренцию. 2 октября 1600 года там и сыграли пышную свадьбу.

И что выходит в сухом остатке? Благородный король до последних минут манипулировал женщинами, оставляя их в полной уверенности относительно замужества, преотлично зная, что никаких свадеб не предвидится. Но тогда встает справедливый вопрос: а не сам ли Генрих повелевал отравить фавориток, становившихся помехой в его матримониальных замыслах? Ведь Мария Медичи принадлежала к могущественному семейству Европы и принесла в казну огромное приданое. А на что только не пойдешь ради власти и денег?..





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх