Противогангренозная сыворотка

В сводках вермахта неизменно сообщается о тяжелых боях к юго-востоку от озера Ильмень и на Валдае, то есть у нас. Однако о бедственном положении, сложившемся здесь, не говорится ни слова.

Группа истребителей из Баден-Вюртемберга была переброшена за линию фронта под Старую Руссу.

Два дня в Порхове я работаю над обморожениями, газовой гангреной, над сывороткой против гангрены, над сосудистой хирургией и многими другими вопросами. Материала накопилось предостаточно.

На следующий день отправляюсь в Сольцы проведать военные госпитали. Затем еду дальше к Ильмень-озеру в дивизионные медпункты. После часовой борьбы со снежной бурей наконец добираемся до небольшой деревушки Заболотье. В здешнем госпитале умер пациент после применения сыворотки. Этот случай вызвал огромное беспокойство. Новая инструкция по применению сыворотки против газовой гангрены разрешает в случае необходимости вводить внутривенно 50 см3. Я спрашиваю коллегу:

– Какое же количество сыворотки вы ввели тому человеку?

Он смотрит в больничный лист:

– Тридцать кубических сантиметров, господин профессор.

– И что произошло?

– У больного моментально наступил тяжелый анафилактический шок,*[35] он посинел, развился цианоз. Почти сразу же остановились кровообращение и дыхание. Через несколько минут он скончался.

Вполне вероятно, но у меня возникает еще одно, совершенно другое предположение. Дело в том, что наша сыворотка против гангрены содержит в себе полпроцента примеси фенола, который добавляется в целях стерилизации. Конечно, сыворотку можно хранить стерильно в небольших ампулах, но добавление фенола – самый дешевый и простой способ для промышленности. Серологи полагают, что добавление фенола в столь небольшом количестве не должно вызывать никаких токсических явлений. Так ли это? Пока вводят 2–3 см3, примесь фенола никак не может повлиять, если только сыворотка не вводится прямо в вену, но внутривенное вливание 30–50 см3 способно, на мой взгляд, вызвать нежелательную реакцию. Мог ли фенол привести к летальному исходу? Неприятное подозрение.

В военном госпитале в Порхове один хирург успешно ввел в вену 150 см3 сыворотки. И говорят, пациент спокойно перенес такое огромное количество.

Только что доставлен больной с гангреной голени, развившейся после ранения, и как раз предоставляется возможность понаблюдать за операцией. Вся голень и бедро сильно вздулись, опухли, наблюдаются цианоз и гиперемия. Кажется, нога уже серьезно повреждена. Гангрена стремительно перекинулась на бедро. Необходимо немедленно делать операцию, иначе будет слишком поздно.

Солдат лежит на операционном столе уже без одежды. Рядом на подставке стоит стеклянная пробирка с сывороткой против гангрены. Шлангом она соединяется с трубкой, которая вставлена в вену и прочно зафиксирована. Шланг пока еще перекрыт зажимом.

Сестра начинает делать наркоз. Много времени ей не требуется: больной уже сильно ослаблен и быстро засыпает. В мгновение ока коллега, человек атлетического сложения, вскрывает бедро несколькими длинными разрезами – довольно жестоко, по-другому не скажешь. Да, думаю я, строение тела и характер взаимосвязаны – у этого нет никаких комплексов.

Обычно гангрена ползет по сосуду вверх. Коллега быстро добирается до большой бедренной артерии, но с ней все в порядке. По его знаку с шланга снимается зажим, и 50 см3 устремляются в вену. Мгновенно у пациента развивается тяжелый шок – появляется синюшность, оперируемый едва дышит. Пульс не прощупывается, давление едва ощутимо. Тут я вмешиваюсь:

– Стойте… стойте… доктор, прекратите, иначе человек умрет от руки врача!

Молниеносно шланг снова перекрывают, чтобы прекратить дальнейшее попадание роковой сыворотки в вену.

Ошеломленно, почти беспомощно доктор глядит на меня. Он не верит моим словам. Мы не можем ждать, пока до его сознания дойдет, что происходит. Стол со стороны головы опускают. Вместо сыворотки в вену спешно вводится огромная инъекция глюкозы и физиологического раствора. Кроме того, делается искусственное дыхание, даются кислород и аналептики. В последнее мгновение удается снять шок, чуть было не стоивший человеку жизни.

Он снова дышит, цианоз проходит. Однако кровяное давление долгое время не поднимается, оно почти не чувствуется, а пульс неровный и скачкообразный.

Только этого инцидента нам еще и не хватало. Потребовалось полчаса, чтобы вывести больного из состояния шока и продолжить операцию.

Да, предписание по применению противогангренозной сыворотки никуда не годится, его необходимо отменить. Сомнительно, действует ли она вообще, эта сыворотка. Мы разуверились в ней, видя от нее больше вреда, нежели пользы.

Я немедленно бегу к бактериологам и серологам в исследовательский пункт. Говорю откровенно, не скрывая своих подозрений, о том, что процент фенола в сыворотке слишком высок. Я подсчитываю, сколько фенола содержится в 50 см3. Такое количество уже является высокотоксичным, заявляю я. Серологи не хотят в это верить.

– Так проведите контрольные опыты на животных!

Специалисты принимают мое предложение, однако без моего ведома заходят еще дальше – изготавливают физиологический раствор соответствующей концентрации с добавлением фенола и вводят его двум пациентам. Одному становится смертельно плохо, у него возникают коллапс кровообращения, головокружение, шум в ушах, и три дня после этого он находится в тяжелом состоянии. Другой тоже очень плохо себя чувствует в течение многих часов, его мучают приступы головокружения.

Тут нам преподносят сюрприз. До главного врача и инспекции доходят эти новости, после чего применение противогангренозной сыворотки выносится на обсуждение в качестве главной темы на следующем заседании большого научного сената Военной академии в Берлине.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх