Трудности

К сожалению, разговор с главным врачом не остался без последствий. На следующий день с фронта прибывает Виганд и, узнав о нашей беседе, с ходу нападает на меня:

– Мне бы не хотелось, чтобы вы обсуждали с главным врачом вопросы хирургии в мое отсутствие.

– Господин Виганд, коллега, так дело не пойдет. Наша работа основана на обдуманном сотрудничестве. Мы должны разрабатывать предписания вместе, но это ни в коем случае не означает, что у вас есть право ограничивать мою независимость и давать мне указания. Я не могу позволить, чтобы вы вмешивались в мои разговоры с главным врачом.

Виганд перестал мне доверять, он заботится о своем престиже. Это сразу чувствуется. Однако, не ожидая отпора, переходит на примирительную позицию. Уже на следующий день нам приказано вместе явиться на совещание к главному врачу. Нужно принять решение по многим вопросам, в том числе о дальнейшем применении сульфаниламида. Дело доходит до ссоры. Под влиянием Виганда главврач хочет ограничиться применением слабодействующего сульфаниламидного препарата пронтелбин, в то время как я предлагаю перейти на более сильный препарат мезодин, поскольку, на мой взгляд, он обеспечит более надежную защиту от опасных бацилл газовой гангрены и столбняка. К сожалению, достичь ничего не удается. Я замечаю, что Виганд распаляется, того и гляди, разразится буря, – и замолкаю. Мне кажется, важнее сохранить уже достигнутое.

После этого Виганда словно подменили, он пришел в наилучшее расположение духа. Когда мы вернулись в Александрове, тут же сел со мной редактировать специальные указания по обработке ран сульфаниламидными препаратами. И при этом, к моему удивлению, проявил большое понимание.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх