Амаласвинта

(после 495 года — 535 год)

В 476 году римский император Ромул Августул был свергнут Одоакром — вождем союза племен германского и негерманского корня. Это событие можно считать концом Римской империи на Западе. Италия превратилась в арену борьбы различных варварских группировок, и римлянам уже не было места в этих разборках.

Затем в Италию ворвался новый хищник — вождь остготов Теодорих. Более двух лет он осаждал Равенну — недаром этот город избрали своей столицей последние римские императоры. Готы вошли в Равенну по мирному договору, согласно которому Теодорих и Одоакр должны были вместе жить в Равенне и пользоваться одинаковыми правами. Но кто желает делиться властью? В марте 493 года Теодорих пригласил Одоакра на пир и убил его своей рукой. Воины Одоакра признали власть сильнейшего, и Теодорих стал править единолично. Как пишет Прокопий Кесарийский, «он не пожелал принять ни знаков достоинства, ни имени римского императора, но продолжал скромно называться и в дальнейшем Rex».

В 495 году, как сообщает Иордан, Теодорих отправил посольство к Хлодвигу, «франкскому королю, испрашивая себе в супружество дочь его Аудефледу, на что тот благосклонно и милостиво согласился». От этого брака и родилась Амаласвинта (Амаласунта).

Теодорих был хорошим правителем. «Он в высшей степени, — пишет Прокопий, — заботился о правосудии и справедливости и непреклонно наблюдал за выполнением законов; он охранял неприкосновенной свою страну от соседних варваров и тем заслужил высшую славу мудрости и доблести».

Лишь одна печаль была у Теодориха (та самая печаль, что угнетала большинство римских императоров) — у него не было наследников мужского пола. И тогда, как человек, привыкший находить выход из любой ситуации, Теодорих закрыл вопрос с помощью Амаласвинты. Он узнал, что в Испании живет Евтарих, «который и в юношеском возрасте выделялся благоразумием, доблестью и совершенством телосложения» (Иордан). Однако не только хорошие качества вызвали интерес короля к юноше, живущему в далекой Испании. Евтарих являлся прямым потомком древнего и почитаемого у готов рода Амалов, а значит, его сыновья были бы прямыми потомками Германариха, заставившего весь мир узнать могущество готов.

В 515 году Теодорих выдал дочь замуж и благополучно дождался рождения внука — Аталариха.

Перед смертью Теодорих созвал представителей дружин варварских вождей, а также представителей знатных варварских родов и, как пишет Иордан, «поставил королем Аталариха, сына дочери своей Амаласвинты, мальчика, едва достигшего десяти лет, но уже потерявшего отца своего, Евтариха».

Ввиду малолетства нового короля (согласно Прокопию Кесарийскому ему было 8 лет) королевством остготов с 526 года стала править Амаласвинта. И она довольно неплохо справлялась со своими обязанностями.

Вот что об этом сказано у Прокопия.

«Будучи опекуншей своего сына, Амаласвинта держала власть в своих руках, выделяясь среди всех своим разумом и справедливостью и являя по своей природе вполне мужской склад ума. Пока она стояла во главе правления, ни один римлянин не был подвергнут ни телесному наказанию, ни конфискации имущества; равным образом и готам, которые под влиянием своей вспыльчивости и невоздержанности хотели проявить против них несправедливость, она этого не разрешала…»

Амаласвинта не только хотела примирить пришельцев готов с коренным населением, но и сына воспитывала так, чтобы он «по своему образу жизни был совершенно похож на первых лиц у римлян». Маленького короля она заставила посещать школу, где с ним занимались умудренные опытом римские учителя. Также она выбрала из числа готских старейшин трех наиболее умных и уважаемых и велела им постоянно находиться при Аталарихе.

Все это не понравилось готским вождям: на римлян они предпочитали смотреть, как на покоренный народ, и желали пользоваться правом завоевателей. Естественно, они полагали, что при таком воспитании их король позабудет милые готскому сердцу варварские обычаи. Поэтому первый конфликт с регентшей у них возник из-за воспитания Аталариха.

«Как-то мать, взяв его к себе в спальню, за какой-то проступок наказала розгами, он весь в слезах пошел оттуда в обеденную залу мужей, — рассказывает Прокопий Кесарийский. — Готы, встретив его в таком виде, пришли в сильный гнев и, браня Амаласвинту, утверждали, что она хочет возможно скорее лишить жизни своего сына, чтобы самой, выйдя замуж за другого, вместе с ним властвовать над готами и италийцами.

И вот собрались те, которые у готов считались наиболее высокопоставленными, и, придя к Амаласвинте, обвиняли ее, что сын ее воспитывается… неправильно, и не так, как следует для их вождя; что науки очень далеки от мужества, а наставления старых людей по большей части обычно приводят к трусости и нерешительности.

Потому необходимо, чтобы тот, кто в будущем хочет быть смелым в любом деле и стать великим, был избавлен от страха перед учителями и занимался военными упражнениями. Они говорили, что и Теодорих не позволял никому из сыновей готов посещать школы учителей; что он всегда говорил, что если у них явится страх перед плеткой, то они никогда не будут способны без страха смотреть на меч или копье.

Они предлагали ей подумать о том, что ее отец Теодорих умер, казавшись владыкой столь великой страны, захватив не принадлежавшую ему императорскую власть, хотя о всяких науках он не слышал даже краем уха. «Так вот, государыня, — сказали они, — всем этим педагогам отныне вели убираться подобру-поздорову, а Аталариху дай товарищами кого-нибудь из сверстников, которые, проводя с ним цветущие годы, будут побуждать его к доблести, согласно нашему варварскому обычаю»».

Амаласвинте пришлось сделать вид, что ей по душе речи готских вождей. Она удалила от сына мудрых старейшин, и теперь воспитанием Аталариха занялись молодые готы. Результаты обучения по их методике были весьма плачевны. «По мере того как он (Аталарих) становился взрослым, они стали побуждать его к пьянству, к общению с женщинами, окончательно портили его характер и, пользуясь его неразумием, внушали ему непослушание матери, так что он вообще не считал нужным считаться с ней, тем более что и из варваров многие уже восставали против нее и без стеснения требовали, чтобы она, женщина, сложила царскую власть» (Прокопий).

Амаласвинта не испугалась недовольства готов, не проявила женской слабости; достойная дочь Теодориха показала свою власть во всем величии. Она заручилась поддержкой императора Восточной Римской империи, а затем приказала уничтожить трех самых влиятельных возмутителей спокойствия в государстве.

Однако все меры оказались бесполезными. Ее сын, Аталарих, «предавшись безграничному пьянству впал в болезнь и в полный маразм». В 534 году он умер.

После кончины Аталариха, внука Теодориха, у королевы-регентши не осталось больше причины занимать трон; гордая варварская знать и до смерти молодого короля неохотно терпела над собой власть женщины. Но покидать Равенну Амаласвинте очень не хотелось, и она решается на очередную авантюру: предлагает своему двоюродному брату Теодату взять ее в жены.

Характер этого человека вполне подходил для планов Амаласвинты. По описанию Прокопия, «Теодат, сын Амальфриды, сестры Теодориха, человек уже преклонных лет, знающий латинский язык и изучивший платоновскую философию, но совершенно неопытный в военном деле; у него не было никакой энергии, но корыстолюбие его было непомерное».

Амаласвинте как раз и нужен был человек, совершенно не смыслящий ни в политике, ни в управлении государством, — она надеялась сама управляться с империей Теодориха. Однако властная женщина не учла такого важного фактора, как подлость человеческая. Она и не подозревала, что новый супруг имеет на нее зуб. Дело в том, что Теодат был самым крупным землевладельцем Этрурии (Тосканы). Он увеличивал свои наделы не совсем законным способом, отбирая земли сопредельных пользователей: «иметь соседа для Теодата казалось своего рода несчастьем». Амаласвинта старалась прекратить подобное своеволие, и «за это она заслужила его вечную ненависть; он не мог терпеть ее».

Амаласвинта не считала прежние разногласия с родственником существенными; они тем более казались мелочными в сравнении со смертью сына и будущей судьбой государства. Теодат был любезно приглашен на мужскую половину трона в Равенне. Амаласвинта, по свидетельству Прокопия, обезопасила себя от происков мужа, но очень ненадежным способом. «Самыми страшными клятвами он должен обязаться, что к нему, Теодату, переходит только титул короля, а что сама Амаласвинта, как и прежде, будет обладать все той же фактической властью. Когда Теодат это услышал, он поклялся во всем, что было угодно Амаласвинте, но согласился он на это со злым умыслом, помня, что раньше она сделала против него. Таким образом, Амаласвинта, обманутая и собственными намерениями, и клятвенными обещаниями Теодата, провозгласила его королем».

Клятвы забываются особенно скоро среди людей, наделенных высокой властью, при этом вспоминаются с особой силой причиненные кем-либо обиды — ведь появляется возможность отомстить. Из-за своей трусливости Теодат не осмелился поднять руку на женщину, которая его облагодетельствовала. Он приблизил к себе родственников тех готов, что были убиты по приказу Амаласвинты, — «а их среди готов было много, и они пользовались большим почетом». В один из дней люди Теодата перебили сторонников Амаласвинты, а ее саму заключили под стражу.

По словам Прокопия, Теодат некоторое время держал Амаласвинту в своих владениях. «В Этрурии (Тоскане) есть озеро, под названием Вульсина, в середине которого находится остров, сам по себе очень маленький, но имеющий сильное укрепление». Здесь и была заключена королева готов.

Заточение было недолгим, ибо Теодат не без оснований опасался, что такой поступок рассердит могущественного соседа — императора восточных римлян Юстиниана. Последний покровительствовал Амаласвинте. Торопили смерть королевы и союзники Теодата: родственники тех готов, которые были уничтожены Амаласвинтой, явились к Теодату и заявили, что ни они, ни он не смогут чувствовать себя в безопасности, пока будет жива свергнутая королева.

Таким образом, Амаласвинта, «прожив в печали весьма немного дней, была задушена в бане» (Иордан). Скорее всего, она задохнулась от горячего пара. Такая казнь практиковалась в Италии довольно давно. Во времена 2-й Пунической войны кампанцы заперли в бане захваченных римлян и топили ее до тех пор, пока пленники не погибли от пара и жары.

Смерть Амаласвинты «вызвала огромную печаль среди всех италийцев и остальных готов: эта женщина… в высокой степени выдавалась всякого рода достоинствами», — отмечает Прокопий Кесарийский. Убийство королевы разгневало Юстиниана. Теодат трусливо пытался убедить императора, «что это кровавое дело совершено готами менее всего по его желанию и с его согласия, наоборот, напротив его воли и при всяком его противодействии».

Слезные просьбы не разжалобили Юстиниана. В Италию вторгся лучший его полководец Велизарий и после долгих лет борьбы захватил всю страну. Теодата убили свои же подданные — готы. В 554 году королевство остготов было полностью завоевано Византией.





 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх