ИРАН. 1941-2004 гг.

Краткая историческая справка

Иран (до 1935 г. – Персия) – государство в Западной Азии. Граничит на севере с Азербайджаном (в границах бывшего СССР), на западе – с Турцией и Ираком, на востоке – с Афганистаном и Пакистаном. Омывается на севере Каспийским морем, на юге – Персидским и Оманским заливами. Столица – Тегеран. С начала XVI века входил в состав государства Сефевидов. В конце XIX – начале XX века являлся фактически полуколонией Англии и России. В годы Второй мировой войны территория Ирана находилась под контролем советских, английских и американских войск. После войны оказался под доминирующим влиянием Англии и США. Член военного блока СЕНТО. Дипломатические отношения с СССР установлены 20 мая 1920 года. В 1970-х годах около 50% населения составляли персы, остальные азербайджанцы, курды, луры, белуджи, арабы, туркмены и др. Верующие – главным образом мусульмане-шииты.

С началом Второй мировой войны и нападением Германии на СССР, несмотря на формальное провозглашение Ираном нейтралитета, в стране активизировалась деятельность немецких разведывательных служб. При поощрении со стороны правительства во главе с Реза-шахом, настроенного прогермански, Иран стал основной базой для немецкой агентуры на Среднем Востоке. На территории страны создавались разведывательно-диверсионные группы, устраивались склады оружия, в том числе в пограничных с СССР северных районах Ирана. Заметим, что прогерманские настроения были популярны не только в правительственных кругах Ирана, но и среди простого народа, в первую очередь молодежи. Об этом свидетельствует очевидец событий, лейтенант иранских ВВС Муртаза Зарбахт. В частности, он пишет: "Мои устремления и чувства, подобно устремлениям и чувствам других молодых людей того времени, естественно, были обращены к успехам нацистской Германии и были солидарны с ней, особенно когда "союзники" оккупировали много стран" [651].

Пытаясь втянуть Иран в войну против СССР, Германия предлагала Реза-шаху вооружение и финансовую помощь. Уже в 1938-1939 гг. Германия занимала первое место во внешней торговле Ирана. На ее долю приходилось 41,5% иранской внешней торговли, в 1940-1941 гг. – 45,5% [652]. В страну монопольно поставлялось промышленное, железнодорожное, а также заводское оборудование. В свою очередь, Германия требовала от своего "союзника" передать в ее распоряжение иранские авиационные базы, к строительству которых немецкие специалисты имели прямое отношение. В случае обострения отношений подготавливалось проведение государственного переворота. С этой целью в начале августа 1941 года в Тегеран под видом представителя немецкой фирмы прибыл шеф германской разведки адмирал Канарис. К этому времени под руководством сотрудника Абвера майора Фриеша в Тегеране были сформированы специальные боевые отряды из немцев, проживавших в Иране. Вместе с группой иранских офицеров, вовлеченных в заговор, они должны были составить основную ударную группу мятежников. Выступление было намечено на 22 августа 1941 года, а затем перенесено на 28 августа. Однако переворот не состоялся. На основании статьи 6 Советско-иранского договора 1921 года СССР ввел свои войска на территорию Ирана, вручив правительству страны ноту, в которой мотивировалась необходимость этого акта. До этого Советский Союз трижды, 26 июня, 19 июля и 16 августа 1941 года, предупреждал иранское руководство об активизации в стране немецкой агентуры и усилившемся влиянии Германии. Заметим, что ввод советских войск на территорию Ирана был согласован и получил одобрение со стороны правительства Великобритании [653].

25 августа 1941 года войска 44-й армии под командованием генерал-майора А.А. Хадеева и 47-й армии под командованием генерал-майора В.В. Новикова вступили на территорию Иранского Азербайджана. А 27 августа перешли советско-иранскую границу на тысячекилометровом протяжении от Каспийского моря до Зульфагара войска Среднеазиатского военного округа. Эту операцию выполняла 53-я Отдельная Среднеазиатская армия, которую возглавил командующий округом генерал-лейтенант С.Г. Трофименко. Армии вышли из Туркмении на территорию Северо-Восточного Ирана, имея задачу к 1 сентября войти в пункты: Бендер-Гяз, Горган, Шахруд, Себзевар, Мешхед. Выполнению задания содействовала Каспийская военная флотилия [654]. 31 августа в районе иранской Астарты был высажен десант в составе 105-го горнострелкового полка 77-й горнострелковой дивизии с 563-м артиллерийским дивизионом [655]. В порты Пехлеви, Ноушехр, Бендершах вошли советские канонерские лодки ("Бакинский рабочий", "Маркин", "Советский Дагестан"). Всего было перевезено и высажено свыше 2,5 тыс. десантников, несколько сотен лошадей, более 20 орудий [656]. Согласно одним источникам, советские части входили в Иран с боями, вступая в столкновения с подразделениями иранской армии [657]. По другим, "армия Реза-шаха не проявила даже признаков своего существования" [658].

Одновременно с запада и юга на территорию Ирана вступили английские войска. Они двигались двумя колоннами: первая – из Басры на Абадан и нефтяные промыслы в районе Ахваза; вторая – из Багдада на нефтяные промыслы в районе Занекена и далее на север.

29 августа в районе Сенендеджа английские передовые части встретились с советскими войсками, а спустя два дня другая группировка вошла в соприкосновение с советскими частями в нескольких километрах южнее Казвина. Согласно ранее достигнутой договоренности зона радиусом в 100 км вокруг Тегерана осталась союзными войсками незанятой.

27 августа кабинет Али Мансура подал в отставку. Было образовано новое правительство во главе с Форуги, которое отдало приказ вооруженным силам Ирана воздержаться от сопротивления советским и английским войскам. 29-30 августа по приказу шаха иранская армия капитулировала. Сначала сложили оружие войска, действовавшие против англичан. На следующий день то же сделали войска, противостоявшие Красной армии. По докладам советского командования, народ Ирана в целом отнесся к вступлению Красной армии спокойно, а отдельные представители местного населения пытались даже, пользуясь обстановкой, поделить земли помещиков между собой и отобрать у владельцев их предприятия [659].

Вскоре после этого, 8 сентября, между СССР, Англией и Ираном было заключено соглашение, которое предусматривало отвод иранских войск из ряда районов и занятие этих районов советскими (на севере Ирана) и английскими (на юго-западе Ирана) войсками. В сложившейся ситуации Реза-хан был вынужден отречься от престола и покинуть пределы страны. Заметим, что значительную роль в отречении Реза-шаха сыграл официальный Лондон. Во всяком случае, вскоре после отъезда шаха из Ирана премьер-министр Великобритании У.Черчилль заявил: "Мы его посадили на престол, мы его и сместили" [660]. У.Черчилль не лукавил. Реза-хан занял шахский трон в результате государственного переворота, совершенного 21 февраля 1921 года. План переворота был разработан командующим английскими оккупационными войсками в Иране генералом Э. Айронсайдом, полковником Смайсом и английским консулом в Тегеране Говардом [661]. К его осуществлению был привлечен и полковник персидских казачьих частей Реза-хан. Руководили же операцией английские военные инструкторы [662]. После переворота Реза-хан был назначен командиром дивизии иранских казаков, а в апреле 1921 года получил портфель военного министра. В октябре 1923 года он стал премьер-министром, а в феврале 1925 года был назначен верховным главнокомандующим. В конце 1925 года Учредительное собрание провозгласило его наследным шахом Ирана под фамилией Пехлеви [663].

После отречения и отъезда Реза-шаха на престол был возведен его старший сын Мохаммед-Реза. Официальные представители Германии и ее союзников, а также большинство их агентов были интернированы и высланы. Тем не менее в 1943 году, по некоторым оценкам, в Иране все еще находилось около 1000 немецких агентов. Многие из них были замаскированы под местных жителей и прекрасно владели персидским языком. В частности, гауптштурмфюрер СС Юлиус Шульце, служивший муллой в Исфаханской мечети.

Упомянем, что с приходом советских войск в Северный Иран большинство русских белых эмигрантов, проживавших в этих районах, переместились на юг, в английскую оккупационную зону. Между тем значительное число бывших офицеров Императорской армии обратилось в советское посольство с просьбой послать их на фронт в качестве рядовых [664].

29 января 1942 года был подписан Договор о союзе между СССР, Великобританией и Ираном. Союзники обязались "уважать территориальную целостность, суверенитет и политическую независимость Ирана". СССР и Англия обязались также "защищать Иран всеми имеющимися в их распоряжении средствами против всякой агрессии со стороны Германии или любой другой державы". Для этой задачи СССР и Англия получили право "содержать на иранской территории сухопутные, морские и воздушные силы в таком количестве, в каком они считают необходимым" [665]. Кроме того, союзным государствам предоставлялось неограниченное право использования, поддержания, охраны и в случае военной необходимости контроля над всеми средствами коммуникаций по всему Ирану, включая железные, шоссейные и грунтовые дороги, реки, аэродромы, порты и т. д. В рамках этого договора через Иран стали осуществляться поставки военно-технических грузов союзников из портов Персидского залива в Советский Союз.

Иран, в свою очередь, взял на себя обязательства "сотрудничать с союзными государствами всеми доступными ему средствами и всеми возможными путями с тем, чтобы они могли выполнить вышеуказанные обязательства" [666].

Договор устанавливал, что войска СССР и Англии должны быть выведены с территории Ирана не позднее шести месяцев после прекращения военных действий между союзными государствами и Германией с ее соучастниками.

Следует сказать, что подконтрольность ситуации в стране со стороны англо-советской коалиции сыграла значительную роль в выборе места для тайной встречи глав трех государств: СССР, Великобритании и США. Она состоялась 29 ноября 1943 года в Тегеране [667]. В последние годы по этой теме было опубликовано немало материалов. Тем не менее многие моменты этой встречи до сих пор остаются неизвестными из-за недоступности некоторых документов. В связи с этим интересно остановиться более подробно на одном эпизоде, связанном с совместной работой спецслужб СССР, Великобритании и США по срыву операции немецкой разведки "Длинный прыжок".

Как известно, сведения о планируемой встрече Сталина, Черчилля и Рузвельта стали известны германской армейской разведке еще в сентябре 1943 года. Они поступили от законспирированного агента Абвера в британском посольстве под кодовой кличкой Цицерон. На основе этой информации в штабе адмирала Канариса был разработан план операции "Длинный прыжок", направленной на ликвидацию лидеров "большой тройки". Для этой цели в Тегеран был заброшен спецотряд коммандос СС. Переброска диверсантов осуществлялась двумя группами: на парашютах в район, где жили поддерживавшие немцев кашкайские племена, и через границу с Турцией под видом торговцев чаем.

По первоначальному плану немецкие диверсанты должны были проникнуть в советское посольство с разных сторон через водостоки. Однако эту информацию удалось перехватить, и все канализационные отверстия вокруг здания были взяты под охрану.

После срыва попытки штурма советского посольства Абвер разработал новый план: подложить пять тонн взрывчатки в котлован, вырытый под зданием. Для этого немцы вышли на отца Михаила – русского священника единственной на тот момент православной церкви в Тегеране и предложили ему за сотрудничество огромную сумму в 50 000 английских фунтов. Ранее, еще в царское время, отец Михаил работал в церкви при посольстве и досконально знал планировку здания. Однако расчет на неприятие священником советской власти не увенчался успехом. После разговора с немецкими агентами отец Михаил пришел в советское посольство и сообщил о планируемой диверсии. Через четыре дня два офицера Абвера, пришедшие к священнику на встречу, были арестованы. Спустя два дня они "погибли при попытке к бегству". Вскоре были арестованы или убиты в перестрелке еще несколько диверсантов. Остатки отряда численностью около 10 человек были блокированы спецгруппой НКВД на армянском кладбище. Никто из диверсантов не пожелал сдаться, и все они были убиты во время пятичасового боя.

Наконец, когда немцы поняли, что все возможности исчерпаны, был разработан последний, отчаянный, план. По словам бывшего разведчика Алекса Шмидта, работавшего в 1943 году в немецком торгпредстве в Стамбуле, авторство этой операции принадлежало "лучшему диверсанту рейха" Отто Скорцени. Согласно плану предполагаюсь арендовать легкий самолет и, нагрузив его взрывчаткой, направить на советское посольство. Но и эта акция не увенчалась успехом. Пилот-смертник опоздал. Он прибыл в Тегеран лишь в начале декабря, когда все уже закончилось [668].

Присутствие союзных войск в Иране, нейтрализация немецкой агентуры, установление контроля над основными коммуникациями в стране существенно изменили военно-политическую обстановку на советских южных рубежах. Была снята угроза важнейшему нефтяному району – Баку, который давал около трех четвертей всей нефти, добываемой в СССР. Кроме того, военное присутствие союзников оказывало сдерживающее влияние на Турцию. А советское командование получило возможность снять часть сил с южных рубежей и использовать их на советско-германском фронте.

Осенью 1941 года, когда возникла опасность прорыва войск противника на Кавказ через Ростов и Керченский пролив, туда были выдвинуты 44-я и 47-я армии. В состав Южного фронта были направлены три стрелковые дивизии, две танковые бригады, несколько артиллерийских полков, две авиационные дивизии, большое число специальных частей и подразделений. 17-я и 24-я кавалерийские дивизии убыли на Западный фронт. 388-я стрелковая дивизия была перевезена в Севастополь. Еще в действующую армию направили семь дивизий, 327 маршевых рот, 756 танковых экипажей.

Из состава 53-й Отдельной Среднеазиатской армии из Ирана на советско-германский фронт убыли 18, 44 и 20-я кавдивизии, а затем 83-я горнострелковая Туркестанская дивизия и 4-й кавкорпус [669].

Остальные советские войска находились в Иране в течение всей войны, обеспечивая безопасность южных рубежей, а также функционирование и охрану транзитных коммуникаций в Иране.

В конце 1941 года в Иран были привлечены американские специалисты. 19 сентября 1941 года премьер-министр Великобритании У. Черчилль в письме Сталину отмечал: "Я придаю большое значение вопросу об открытии сквозного пути от Персидского залива до Каспия не только по железной дороге, но и по автомобильной магистрали, к постройке которой мы надеемся привлечь американцев с их энергией и организационными способностями" [670]. В октябре 1942 года американцы, недовольные плохим состоянием иранских коммуникаций, восстанавливаемых англичанами, взяли контроль за работой портов, аэродромов, железных и шоссейных дорог в свои руки. В марте 1943 года в ведение США перешел и контроль за работой Трансиранской магистрали и портов в Персидском заливе. Заметим, что увеличение в стране американского персонала не имело какой-либо договоренности на этот счет с иранским правительством. Тем не менее эта акция не встретила противодействия со стороны кабинета Кавамаэс-Салтане, взявшего курс на поощрение американского присутствия в стране. Таким образом он пытался уравновесить зависимость от Советского Союза и Великобритании. К 1944 году состав войск армии США в Иране возрос до 30 тысяч человек. Следует отдать должное американским специалистам. Ими была проведена реконструкция портов в Хорремшехре, Бендер-Шахпуре и Басре; в порту Хорремшехр были построены авиа- и автосборочный заводы, в порту Бушир – автосборочный завод. Там собирали "Виллисы", "Доджи", "Студебеккеры" и другие марки автомобилей. В середине 1943 года также заработали предприятия в Шуайбе (Ирак) и местечке Андимешк, лежащем на Трансиранской железнодорожной магистрали. Причем последним почти за три года было собрано и отправлено в СССР около 78 тысяч автомобилей. На всех автосборочных предприятиях работали местные жители, администрация заводов состояла из американцев и англичан, а принимали продукцию советские военные специалисты. С начала 1942 года чеоез Персидский залив в СССР стало поступать примерно 2 тысячи, а с 1943 года – от 5 до 10 тысяч автомашин в месяц. Первая колонна из 50 автомобилей отбыла в Советский Союз 23 февраля 1942 года из Бушира через Джульфу (иранскую и советскую) [671].

Специалист автодорожных войск П. Демченко вспоминает: "На всю жизнь запомнились мне те 2500 километров по узким горным дорогам, через крутые перевалы с бесчисленными слепыми поворотами, через раскаленную пустыню, окутанную густой пылью, которую не в состоянии пробить никакой свет фар. И все в темпе: быстрей, быстрей – фронт не ждет, там еще тяжелее. Едва сдали в Джульфе машины и груз, сразу же в обратный путь…

Были аварии, диверсии, бандитские налеты. Много наших могил осталось на том пути. Гибли также иранцы и арабы, помогавшие нам. Не обходилось без жертв и у западных союзников" [672].

Особенно трудной работой была сборка и переброска в Советский Союз авиационной техники. По воспоминаниям участников событий, сборка, к примеру, бомбардировщиков "Бостон" в Маргиле сначала осуществлялась силами английских, а затем с привлечением советских военных специалистов. Работа начиналась в 3-4 часа утра и заканчивалась в 11 часов дня. В другое время работать было физически невозможно: машины так накалялись под солнцем, что рабочие получали ожоги. Тем не менее только за один год, с 1 июля 1943-го по 30 июня 1944 года, было собрано и отправлено в СССР около 2900 самолетов [673].

Перевозились построенные союзниками самолеты либо на автомобилях в разобранном виде, а затем собирались на советских авиазаводах, либо по воздуху на советские аэродромы. Для перегона самолетов был сформирован 6-й перегоночно-истребительный авиационный полк под командованием подполковника Пищенкова, а позднее еще один – 71-й полк под командованием подполковника Герасимова. Оба полка были укомплектованы опытными летчиками, имевшими за плечами фронтовой опыт [674].

Чтобы ускорить перегон самолетов, были созданы две авиационные базы – в Маргиле и промежуточная – в Тегеране. В Азербайджанской ССР были также подготовлены аэродромы для приема боевых и транспортных самолетов и их обслуживания, а также курсы подготовки летчиков к боевому использованию американских и английских истребителей и бомбардировщиков [675].

Отметим, что перегон самолетов и доставка грузов по воздуху были чрезвычайно сложным делом. Известны случаи аварий и гибели экипажей. Так, например, в 1944 году в тегеранском аэропорту при посадке потерпел катастрофу советский военно-транспортный самолет под командованием старшего лейтенанта Ильи Филипповича Афанасьева. Шесть членов экипажа и находившиеся на борту пассажиры погибли. Захоронены они были на русском православном кладбище в Тегеране. Всего, по воспоминаниям русских эмигрантов, было погребено 15 человек, "над которыми горько плакали русские женщины, искренне жалевшие легших в чужую землю молодых русских парней" [676].

В целом Персидский коридор сыграл в годы войны значительную роль: по нему было переправлено 23,8% всех военных грузов, адресованных СССР в рамках программы ленд-лиза. Из общего числа в порты Дальнего Востока – 47,1%, в Архангельск -22,7%и непосредственно в порты Арктики – 2,5%. Почти две трети от общего числа всех автомобилей, поставленных в годы Второй мировой войны, прошли именно через Иран. В связи с успешным поступлением грузов по южному маршруту через Персидский зал ив 15 апреля 1944 года Указом Президиума Верховного Совета СССР большая группа американских офицеров была награждена советскими орденами и медалями. Генерал Конноли, ведавший всей этой работой, был удостоен ордена Суворова II степени.

После открытия союзниками второго фронта во Франции поставки в Советский Союз южным маршрутом постепенно пошли на убыль. Сборка техники сворачивалась, а советские, американские и английские специалисты отправлялись на родину. С осени 1944-го до августа 1945 года все ленд-лизовские поставки уже осуществлялись только через северные и дальневосточные порты СССР.

Отнюдь не умаляя помощи США Советскому Союзу в годы Второй мировой войны, все же представляется важным заметить следующее.

Закон о ленд-лизе, в рамках которого осуществлялась помощь СССР, был принят американским конгрессом в марте 1941 года. Официально он назывался "Акт содействия обороне США".

Согласно этому акту глава государства получал полномочия передавать, обменивать, сдавать в аренду, отдавать взаймы или поставлять иным способом военную технику, оружие, боеприпасы, снаряжение, стратегическое сырье, продовольствие, предоставлять различные товары и услуги, а также информацию правительству любой страны, "оборону которой президент посчитает жизненно важной для обороны Соединенных Штатов" [677]. Причем военная техника, оружие и другие предметы, поставленные по ленд-лизу, согласно соглашениям, заключенным правительством США с государствами, получавшими помощь, уничтоженные или потребленные во время войны, не подлежали оплате после ее окончания. Оставшееся же после войны товары, которые можно было использовать для гражданских нужд, полагалось оплатить полностью или частично на основе представленных Америкой долгосрочных кредитов. Военные же материалы Соединенные Штаты могли потребовать возвратить обратно, хотя, как писал А.А. Громыко, бывший посол СССР в США в 1943-1946 годах, американское правительство неоднократно заявляло, что оно не будет пользоваться этим правом [678].

Следует сказать, что страны, заключавшие соглашения с США, в свою очередь, принимали на себя обязательства "содействовать защите Соединенных Штатов и оказывать им помощь материалами, которые имелись у них, предоставлять различные услуги и информацию" [679].

Таким образом США "компенсировали" свои затраты за счет поставленных материалов: стратегического сырья, драгоценных металлов, оборудования для военных заводов и т.п., а также различных услуг военного характера. В свою очередь, поставки товаров и "компенсации" способствовали расширению производства и получению больших прибылей. В результате к концу войны национальный доход США в полтора раза превысил довоенный. Общая мощность промышленного производства по сравнению с 1939 годом увеличилась на 40% [680].

Между тем появление в Иране зон английского и советского влияния породило идеологическое противоборство. В октябре 1941 года вышедшими из тюрем политическими заключенными была образована Народная партия Ирана – преемница Иранской коммунистической партии. В 1942 году в Тегеране состоялась ее нелегальная конференция, на которой был избран руководящий комитет в количестве 15 человек. Он действовал до избрания на первом съезде партии (лето 1944 г.) Центрального комитета. Основными пунктами программы партии были: осуществление демократических свобод, укрепление политической и экономической независимости Ирана, установление дружественных отношений со всеми союзниками, проведение законов о труде и социальном страховании и др. К первому съезду в Народной партии состояло 25 тысяч членов, из них 75% рабочих, 23% – интеллигентов и 2% – крестьян [681].

В свою очередь, в сентябре 1943 года англичанами в Иран был привезен Сеид Зия-эд-Дин. После своего бегства из Ирана в 1921 году он в течение многих лет находился в Палестине. Через несколько дней после приезда Сеид Зия был избран депутатом четырнадцатого меджлиса от города Иезда и возглавил партию "Ватан" ("Родина"). В начале 1945 года им была организована новая партия – "Эрадее мелли" ("Национальная воля"), занявшая открыто антисоветскую позицию.

К середине 1940-х годов в Иране усилилось экономическое и военное влияние США. Особенно интенсивно американское проникновение происходило в 1942- 1943 годах. 2 октября 1942 года на основании договора, заключенного на два года, приступили к своей деятельности американские советники в иранской жандармерии, возглавляемые полковником, а затем генералом Шварцкопфом. В 1944 и 1946 годах договор, регулировавший их пребывание и деятельность, был продлен на последующие два года. Согласно договору о найме американских офицеров для руководства иранской жандармерией, подписанному в 1943 году министром иностранных дел Саедом, глава миссии американских офицеров являлся также главным начальником иранской жандармерии. В его непосредственные обязанности входило все управление и весь контроль над жандармерией. Статьей 21 договора иранское правительство обязалось не нанимать на службу в жандармерию никаких других иностранных офицеров. Для иранской жандармерии была даже введена американская форма. К началу 1947 года численность иранской жандармерии составляла 23 тыс. человек, сведенных в 16 полков [682]. Кроме того, планировалось создать еще три новых полка и один запасной полк.

21 марта 1943 года в иранской армии начала свою деятельность американская военная миссия во главе с генерал-майором Ридли. Позже этот пост занял генерал Гроу, под руководством которого был разработан план реорганизации иранской армии [683]. Советниками иранской полиции, министерства здравоохранения, министерства продовольствия и по ирригации были назначены также американские специалисты [684].

Усилились американские позиции и в области внешней торговли. Достаточно сказать, что в 1944-1945 годах США заняли второе место после Индии во внешнеторговом обороте Ирана. Их доля составила 23,3%, доля Индии, в свою очередь, составляла 30%.

Чрезвычайная активность американцев в стране не могла не вызвать беспокойства у английских властей. Особенно оно возросло в связи с проявленным намерением Кавама возбудить вопрос о пересмотре концессии Англо-иранской нефтяной компании (АИНК). Это была уже угроза главной английской позиции в Иране. В сложившейся ситуации Великобритания развернула борьбу за смещение проамериканского кабинета Кавамы, завершившуюся отставкой его кабинета. 10 декабря 1947 года при голосовании вотума доверия в меджлисе Кавам не получил большинства и был смешен с поста премьера. Новым премьером был назначен известный своими связями с англичанами Ибрахим Хаками, которого Кавам сменил в начале 1946 года.

Однако на этом англо-американское соперничество не прекратилось.

8 июня 1948 года Хаками был вынужден подать в отставку. Премьером был назначен проамерикански настроенный бывший министр финансов в кабинете Кавама Хажир. Уже в ноябре 1948 года он был заменен на Саеда, а в апреле 1950 года – Мансуром. После отставки Мансура в июне 1950 года премьер-министром Ирана был назначен начальник Генерального штаба иранской армии генерал Размара.

Стремясь вывести страну из тяжелого экономического и политического кризиса, Размара обратился к США с просьбой о предоставлении Ирану займа, а к Великобритании об увеличении отчислений в иранскую казну от Англо-иранской нефтяной компании. Переговоры с обеими странами не привели к желаемому результату. В этих условиях Размара был вынужден обратиться к СССР с предложением о возобновлении торговли между Советским Союзом и Ираном. Подписанное 4 ноября 1950 года соглашение предусматривало взаимные поставки товаров в течение 12 месяцев, начиная с 10 ноября 1950 года, на основе советско-иранского торгового договора от 25 марта 1940 года. Одновременно Размара запретил в Иране антисоветскую пропаганду, а также трансляцию передачи "Голос Америки". В начале 1951 года иранское правительство аннулировало соглашение с американской компанией "Оверсис консалтантс инкорпорейтед" и предложило американским экономическим советникам покинуть Иран.

В феврале 1951 года в беседе с корреспондентом "Франс пресс" Размара заявил, что он сообщил американскому послу в Тегеране Грэйди, что отныне Иран больше не будет настаивать на американской помощи. Правительство Размара приняло также решение досрочно отозвать из США группу иранских офицеров, которые были направлены в Америку для ознакомления с системой организации американских вооруженных сил.

Резкий поворот в политике Ирана вызвал негативную реакцию западных стран. Попытки урегулировать проблему дипломатическими средствами не увенчались успехом, и были избраны силовые методы ее решения.

7 марта 1951 года генерал Размара был убит во дворе тегеранской мечети, где он должен был присутствовать на религиозной церемонии [685].

После убийства Размара премьер-министром Ирана был назначен бывший посол Ирана в США Хосейн Ала. Однако развернувшееся в стране забастовочное движение против влияния западных нефтяных компаний, вылившееся в расстрел демонстрантов в Абадане и Бендер-Машуре, привело к отставке его правительства [686]. 29 апреля того же года премьер-министром Ирана был назначен лидер националистического "Национального фронта" Мохаммед Мосаддык, провозгласивший борьбу против иностранного вмешательства в дела страны.

Главным пунктом программы правительства Мосаддыка стало осуществление утвержденного меджлисом 15 марта 1951 года закона о национализации нефтяной промышленности. 2 мая шах Ирана подписал декрет о национализации нефтяной промышленности. Была создана Иранская национальная компания (ИННК), которая взяла в свои руки предприятия АИНК. В начале октября 1951 года из Абадана и Хузистана были удалены 300 английских специалистов, в январе 1952 года закрыты все английские консульства, а осенью 1952 года иранское правительство объявило о разрыве дипломатических отношений с Англией. Все ее представители были высланы из Ирана.

Разумеется, политика кабинета Мосаддыка, направленная на национализацию иранской нефти, вызвала негативную реакцию США и Англии, чьи компании несли огромные потери. Обращение в Гаагский международный суд и в Совет Безопасности ООН, а также бойкот иранской нефти не возымели действия. Попытка Мохаммед-Реза отстранить премьер-министра от власти также не увенчалась успехом. Она закончилась массовыми демонстрациями протеста в Тегеране и других городах страны, применением оружия со стороны шахских войск и многочисленными жертвами. Причем акции по устранению Мосаддыка сопровождались массированной кампанией борьбы против "растущей угрозы коммунизма в Иране" и в пользу усиления шахской власти и "укрепления трона" [687].

Предпринимались попытки и физического устранения премьер-министра, в частности, в октябре 1952-го и в феврале 1953 годов [688].

Во второй половине 1953 года очередная акция по свержению правительства Мосаддыка все же увенчалась успехом. В стране был совершен государственный переворот. 19 августа группа военных под руководством генерала Захеди арестовала Мосаддыка и других министров и предала их суду. Многие организации и газеты были разгромлены и закрыты, произведены массовые аресты [689]. Уцелевшие от репрессий члены партий, в том числе коммунистической, вынуждены были покинуть страну и продолжать работу за границей [690].

Впоследствии американский публицист Э. Талли писал, что государственный переворот в Иране в августе 1953 года был подготовлен руководителем ЦРУ А. Даллесом, послом США в Иране Л. Гендерсоном и сестрой шаха Ашфар Пехлеви [691]. План свержения Мосаддыка был детализирован на секретной встрече во время "отдыха" А. Даллеса в Альпах в первой половине августа 1953 года. По сведениям японского исследователя Т. Оно, для обеспечения этой операции ЦРУ ассигновало 19 млн. долларов [692]. Группой же агентов ЦРУ, прибывших в Тегеран для осуществления разработанного плана, руководили бывший сотрудник Управления стратегических служб Кермит Рузвельт ("Ким") – внук бывшего президента Т. Рузвельта и от британской разведки некто "Монти" Вудхаус. Активную роль в перевороте играли также бывший американский советник по делам иранской полиции и жандармерии бригадный генерал У.Н. Шварцкопф и руководитель группы американских советников при иранской жандармерии полковник К. Маклэнд [693].

В операции, которую американцы окрестили "Аяксом", а в Лондоне – "Пинком", была сделана ставка на оппозиционное Мосаддыку прошахское офицерство.

Незадолго до своей смерти Вудхаус поведал некоторые детали этой операции. По словам разведчика, его первым делом стала отправка в Иран "целого самолета винтовок". После этого он передал миллионы иранских риалов братьям Рашидиан, которые в нужный момент должны были вывести на улицы Тегерана толпы деклассированных элементов. Именно они рассматривались как главная пружина переворота, как основное орудие для погромов левых и демократических сил.

Мосаддыка арестовали в декабре 1953 года, приговорили к трем годам заключения, после которого он до смерти в 1967 году жил под надзором полиции в деревне близ столицы.

В декабре же 1953 года были восстановлены дипломатические отношения с Англией и создан международный нефтяной консорциум. В его состав вошли пять крупнейших американских нефтяных монополий, получивших 40% акций, Англоиранская нефтяная компания (40% акций), французская нефтяная компания и англо-голландская "Роял Датч шелл".

В 1955 году Иран стал полноправным членом Багдадского пакта (впоследствии блок СЕНТО). Это положение обязывало его, как младшего партнера и стража нефтяных интересов Запада в данном регионе, наращивать свой боевой потенциал. В связи с этим Вашингтон, в рамках правительственной военной помощи (на первом этапе на безвозмездной основе), предоставил Тегерану в 1950-1974 гг. вооружений на 335 млн. долларов [694]. 5 марта 1959 года иранское правительство заключило двухстороннее военное соглашение с США, по которому Америка, в частности, получила право ввести в Иран свои войска в случае прямой или "косвенной агрессии". Незадолго до подписания этого соглашения иранское правительство "заморозило" начатые по его же предложению переговоры между СССР и Ираном о заключении советско-иранского договора о дружбе и ненападении. Это, в свою очередь, привело к серьезному ухудшению советско-иранских отношений.

В 1960-х годах Мохаммед-Реза Пехлеви начал программу экономических и социальных реформ (по западному образцу), а также повел политику сближения с соседними странами, в том числе и с СССР.

Рисунок 73

Генерал Фазлулла Захеди, ставший премьер-министром Ирана после свержения Мосаддыка


Рисунок 74

Шахиншах Ирана М. Реза Пехлеви с супругой,во время визита в Москву. 25 июня 1956 г.


По словам А.А. Громыко, Пехлеви и его окружение прекрасно понимали, что с Советским Союзом независимо от симпатий или антипатий иранского руководства необходимо поддерживать корректные отношения. Одним из средств, способствующих обеспечению поддержания советско-иранских отношений на определенном уровне, являлись визиты шаха в Москву. По словам А.А. Громыко, они носили добрососедский характер, но "в условиях настороженности и солидной дозы подозрительности" [695].

В 1963-1974 годах между СССР и Ираном были подписаны соглашения об экономическом, техническом, научном, культурном сотрудничестве и создана постоянная советско-иранская комиссия по экономическому сотрудничеству. Было налажено и сотрудничество в военной области. Так, по официальным данным, с 1967 по 1980 год в Иране на основании решений правительства и по распоряжению Совета Министров СССР № 2249 от 17 октября 1969 года побывало 320 представителей СА и ВМФ.

Характерным для советско-иранского военно-технического сотрудничества было то, что шах не посылал в массовом количестве своих военных на обучение в СССР (к сентябрю 1980 г. в СССР прошли обучение только около 500 иранских военнослужащих). Весь же процесс обучения национальных кадров шел на месте. Для этого, по словам очевидцев, в трех городах – Тегеране, Исфахане и Ширазе, где сосредотачивалась советская военная техника и вооружение, имелись отличные учебные базы с удобными классами и полигонами, хорошими жилищными условиями для советских военных инструкторов и заводских специалистов по гарантийному обслуживанию. Причем иранцы были против введения в своей стране, как это обычно практиковалось в других государствах, аппарата Старшего группы советских военных специалистов, и все вопросы, связанные с их пребыванием, были возложены на уполномоченного Главного инженерного управления Государственного комитета СССР по внешнеэкономическим связям (ГИУ ГКЭС). В разное время пост уполномоченного ГИУ ГКЭС занимали генерал-майор авиации Г. Жуков (1973-1978 гг.) и полковник И. Свертилов (1978-1982 гг.) [696]. В подчинении уполномоченного находился только один старший офицер. С 1973 по 1980 год эту работу выполняли полковник Ф. Арламенков, полковник В. Проничев и подполковник Н. Киреев.

Наши специалисты, замыкавшиеся на аппарат уполномоченного ГИУ, размещались в основном в двух городах, Исфахане и Ширазе. В Исфахане был ремонтный завод по "Шилкам", где работали специалисты от завода-изготовителя из Ульяновска по капитальному ремонту и военные – по текущему ремонту. В Ширазе действовал учебный центр, где обучали иранцев обслуживать БМП -1. Здесь находилось около 10 советских военных специалистов с переводчиками. Кроме того, в Тегеране работали 2 "гарантийщика" по БМП и 1 "мазовец".

Для капитального ремонта артиллерийского вооружения, броневой и автомобильной техники в окрестностях Тегерана при техническом содействии советской стороны был построен огромный заводской комплекс "Бабак". В нем располагались современные цеха и лаборатории, полигон для испытания гусеничной и колесной техники, стрельбище для отстрела артиллерии. По словам бывшего старшего инженера аппарата уполномоченного ГИУ ГКЭС (1977-1980 гг.) полковника запаса Н. Киреева, на нем трудилось около 15 советских гражданских специалистов с Украины [697].

В Иран Советский Союз поставлял главным образом технику для сухопутных, инженерных войск и артиллерии. В том числе: БМП-1, БТР-60, БТР-50ПК, ЗСУ-57, ЗСУ-23-4 В, В1 "Шилка", пушки 137-мм М-46, 130-мм пушки, ПЗРК "Стрела-1М", МАЗы, танковые мостоукладчики, колейные минные тралы и т. д.

Основные же закупки танков осуществлялись в Англии (преимущественно танки "Чифтены" и "Скорпионы"), ФРГ и главным образом в США (танки М47, М48, М60А1 и др.). Последние только в 1977 году продали Тегерану вооружения на сумму 5,8 млрд. долларов. В целом же с 1971 по 1977 год американо-иранские военные контракты составили сумму в 20,8 млрд. долларов [698]. Немалые дивиденды получали США и от сотрудничества с Ираном в области промышленности и добычи полезных ископаемых, в первую очередь – нефти.

Интересно заметить, что еще с 13 октября 1964 года все американцы (и не только дипломаты) в Иране пользовались правом экстерриториальности. Что бы они ни совершили, их нельзя было судить по иранским законам. А к этому времени в Иране находилось около 60 тысяч американцев, в том числе около 30 тысяч военных советников.

25 октября 1964 года возглавлявший оппозицию аятолла Хомейни, выступая в Куме по этому вопросу, говорил: "Иранский народ поставили в положение хуже американской собаки. Ведь если кто задавит американскую собаку, его привлекут к ответственности, даже если это сделает шах Ирана. Но если американский повар на своей машине задавит шаха Ирана, высшее лицо в государстве, никто не сможет вмешаться…" [699].

Новый политический курс шаха на осуществление "социальной революции" не возымел должного результата. Усиливавшийся социальный и политический кризис в стране привел к новому обострению ситуации и вызвал протест части мусульманского населения и его лидеров. В числе активных противников реформ был аятолла Рухолла Хомейни, высланный из Ирана в 1964 году [700].17 августа 1978 года он издал фетву (высшее религиозное предписание), призывавшую к свержению шахского режима.

С этого времени в стране развернулось массовое антиправительственное движение. Под его давлением 16 января 1979 года шах бежал из Ирана, а 1 февраля в страну из ссылки вернулся аятолла Хомейни. Через четыре дня он сформировал правительство и провозгласил Иран исламской республикой. Новое правительство ввело шариатские законы, разорвало отношения с Западом. США и СССР были объявлены "дьявольскими державами", враждебными исламу. "Америка хуже Англии, Англия хуже Советского Союза, а Советы хуже их обеих!" – заявлял Хомейни. Правда, причины "ненависти" были различны. Если США исламисты рассматривали просто как всеобъемлющее "зло", то в Советском Союзе и странах Восточного блока они видели главного идеологического соперника в борьбе против западного империализма. Ведь СССР поддерживал многие светские (то есть нерелигиозные) национально-освободительные движения на Востоке, особенно левого толка. Сторонники же Хомейни пытались заменить их своим религиозно-освободительным движением, основанным на идеях шиитского фундаментализма.

Особое место в стане врагов Ирана занял Израиль. Причем даже политика США рассматривалась Хомейни через призму сионизма. По его словам, существовало "два Израиля": "Израиль, что рядом, и Израиль, что в Америке". По этому поводу он говорил: "Вся экономика страны теперь находится в руках Израиля; она, если правильно выразиться, была захвачена израильскими агентами. Большая часть заводов и предприятий управляется ими: телевидение, завод "Ардж", "Пепси-кола" и т. д. Ныне даже яйца импортируются через Израиль… Наша страна стала базой для Израиля. Наш базар также находится в его руках" [701]. Для такого утверждения у имама имелись основания – торговцы-иудеи и торговцы-бехаиты были основными конкурентами торговцев-шиитов. Однако, на наш взгляд, проблема заключалась не только в конкуренции между торговцами различных верований. Это была лишь верхушка айсберга.

Рисунок 75

Аятолла Рухолла Хомейни


Подводная же часть зиждилась на "извечной" борьбе между мусульманским фундаментализмом и еврейским за свою исключительность. В то же время, несмотря на резкую антиизраильскую риторику лидеров исламской революции, Иерусалим поддерживал довольно тесные тайные контакты с Тегераном на уровне высшего военного и политического руководства. Именно Израиль поставлял Ирану (часто в обмен на нефть) средства связи, радарные установки, запчасти к американской технике и т.п., поддерживая тем самым связь Тегерана с "Большим Сатаной".

Что же касается торговцев в Иране, то после победы исламской революции их деятельность приобрела широкий антигосударственный характер. Расцвела спекуляция запрещенными исламом товарами, как ни удивительно, но при попустительстве (или содействии) властей. Вот, например, как описывает ситуацию в отношении табачных изделий бывший начальник Первого главного управления (внешней разведки) КГБ СССР генерал-лейтенант Л.В. Шебаршин, в то время резидент КГБ в Тегеране:

"…чудеса творятся в Тегеране – отойди в сторону от очереди, от той лавки, где никак не может несчастный курильщик купить свою пачку сигарет, отойди и любуйся лотком уличного торговца – сигареты американские и английские, табак голландский, все свежее и яркое, выкладывай дневную зарплату и бери пачку "Уинстона". Робко кто-то на первых порах пытался затеять наступление на американские сигареты: "Америка, великий сатана, все, что исходит оттуда, – порождение сатаны!", но так и затихла эта кампания, поддержали ее немногие энтузиасты. Практичные же люди взглянули на дело по-другому, как практичные люди всех стран и времен смотрят на затруднения своего собственного народа.

Разочаровали доброжелательных иностранных наблюдателей бородатые стражи исламской революции, беспредельно, казалось бы, преданные идеалам имама Хомейни. Именно они организовали масштабную контрабандную торговлю дьявольским американским зельем, поставили ее на широкую ногу, создали неприкосновенную сеть сбыта сигарет по чудовищно высоким ценам. Автоматы, благочестивые лозунги, фанатическим блеском горящие глаза и… беззастенчивая спекуляция!" [702].

Обвинять во всех торговых грехах в Иране только иудеев или бехаитов нет веских оснований, тем более что в расцвете "черного рынка" была заинтересована еще одна сторона, остававшаяся все время в тени, – западные спецслужбы. Поддержка контрабандной торговли была составляющей частью плана, направленного на дестабилизацию обстановки в стране.

Дестабилизация "кризисного полумесяца" (Южной Азии), по замыслам американо-британских стратегов, должна была привести к развалу СССР с помощью исламского фактора. Исламский фундаментализм, первым предвестником которого стала Исламская революция Хомейни в Иране, должен был превратиться в таран, направленный на южные границы Советского Союза, особенно советские республики Средней Азии. По свидетельству члена Политбюро горбачевской эпохи А.Н. Яковлева, этот план принес некоторые плоды. "После свержения шаха в Иране, – писал Яковлев, – когда к власти пришли исламские фундаменталисты, весь Средневосточный регион оказался дестабилизированным. Волна исламского фундаментализма покатилась и на советские среднеазиатские республики, побуждая тамошнее руководство, по уши погрязшее в воровстве, вести дела к разрыву с Москвой и присоединению к миру ислама, чтобы ездить одновременно на двух верблюдах. Местные баи умело подогревали националистические и антирусские настроения. Пока без открытого антикоммунизма. Пока под фанфары верности Москве" [703]. К слову сказать, опасения, что исламский фундаментализм захлестнет всю Среднюю Азию, стали одной из причин ввода советских войск в Афганистан.

Говоря о планах англо-американских спецслужб по "раскачиванию кризисного полумесяца", интересно отметить, что еще в самом начале Исламской революции, в январе 1978 года, верная шаху Реза Пехлеви газета "Эттелаат" – одна из ведущих газет страны – опубликовала статью, которая подвергла сомнению набожность Хомейни как лидера радикальной исламской оппозиции. Более того, она заявила, что Хомейни является британским агентом. Статья вызвала скандал в религиозных кругах и привела к демонстрациям, стычкам с полицией и человеческим жертвам. Тем не менее и по сей день многие журналисты и аналитики считают, что Хомейни был агентом английских спецслужб. Так, по утверждению журналиста Джеффри Стейнберга, "Хомейни был давним орудием британской разведки, а Исламская революция была ключевым составляющим плана Бернарда Льюиса" [704]. Аналогичное мнение высказывает и другой журналист, Джозеф Бревда. "Иранский режим шиитских духовников (аятолл) был приведен к власти британской разведкой при поддержке своих сторонников в американской администрации Картера, – пишет он. – С этого времени Британия и Соединенные Штаты продолжали тайную помощь Ирану, в то время как показные публичные усилия по изоляции этого режима служили лишь тому, чтобы поддержать видимость в глазах своих собственных народов" [705]. Конечно, в такие высказывания, тем более людям, узнавшим последующие события, произошедшие в Иране, поверить трудно, но…

Одержавшая победу Исламская революция вынудила администрацию Картера отозвать из Ирана контингент военных советников, состоявших из 40 тысяч человек. Иранское правительство отказалось принять нового посла США в знак протеста против вмешательства американцев во внутренние дела Ирана.

За этим последовали события, поставившие фактически крест на президентстве Картера.

4 ноября около 400 вооруженных иранских студентов, так называемых "последователей курса имама Хомейни", ворвались на территорию посольства США и захватили 63 американцев. Они заявили, что освободят заложников лишь после экстрадиции на родину шаха для суда над ним и если будут возвращены деньги, награбленные Пехлеви и его семьей. Попытки посланца Картера, бывшего министра юстиции Рамсея Кларка, провести переговоры не увенчались успехом.

В ответ США заморозили в своих банках и их филиалах в других странах иранские авуары, ввели эмбарго на торговлю с Ираном и направили в район Персидского залива ряд боевых кораблей, в том числе авианосцев.

Через три недели аятолла Хомейни распорядился отпустить восемь чернокожих дипломатов и пять из семи женщин. В своих выступлениях по радио и телевидению он заявил, что посольство США в Тегеране было "шпионским логовом" и что он "не сможет контролировать" действия студентов, если американцы предпримут попытку освободить заложников силой.

Тем не менее администрация Картера пошла на проведение военной операции по освобождению сотрудников посольства. Она получила кодовое название "Коготь орла" и должна была начаться 25 апреля 1980 года. Согласно тщательно разработанному плану с авианосца "Нимиц", находившегося в Персидском заливе, в Иран на восьми вертолетах были заброшены два эскадрона спецподразделения "Дельта" (по 40 человек в каждом) и отряд из 13 бойцов 10-й группы специального назначения ("зеленых беретов"). В 100 км от иранской столицы вертолеты должны были дозаправиться с находящихся здесь шести транспортных самолетов и направиться к Тегерану, в окрестностях которого и высадить десант. Далее коммандос на машинах должны были достигнуть посольства и взять его штурмом. Эвакуацию освобожденных и десантников планировалось осуществить теми же вертолетами, приземлившимися на стадионе, находящемся напротив посольства. Были также подготовлены меры по. нейтрализации каналов связи иранских охранников и использованию психотропного оружия.

Однако просчитанная до мелочей операция дала сбой еще в самом начале. Она началась в назначенный день, но с большой задержкой. Затем по техническим причинам вышли из строя два вертолета. Оставшихся вертолетов стало недостаточно для дальнейших действий. Более того, при взлете в песках один из вертолетов задел лопастью крыло транспортного самолета С-130. Последовавший за этим взрыв повлек за собой жертвы – пять членов экипажа самолета и три вертолетчика. Американцы были вынуждены "свернуть" операцию, а заявление Хомейни о возможности казни заложников заставило их отказаться от дальнейшею силового разрешения ситуации.

20 января 1981 года, когда новый президент США Рональд Рейган вступал в должность, было объявлено, что "усилия Картера по освобождению 52 американских заложников увенчались успехом". Через неделю после инаугурации на Южной лужайке Белого дома была устроена церемония их встречи, на которую были приглашены также родственники восьми человек, погибших во время неудачной попытки спасения заложников. Казалось бы, все ясно, но есть интересная версия, что операция по освобождению американских заложников в Тегеране с самого начала была нацелена на провал. Ее "неудача" была спланирована, чтобы скомпрометировать администрацию Картера и обеспечить победу на президентских выборах его сопернику Рейгану. Тем более что, по некоторым данным, республиканцы действительно использовали создавшуюся ситуацию с заложниками в своих корыстных интересах. Известно, например, что команда Рейгана – Буша в период "иранского кризиса" специально переводила через "Международный банк кредита и коммерции" (МБКК) деньги для подкупа правительства Ирана, чтобы оно задержало освобождение американских заложников и тем самым способствовало падению администрации Картера. Эта операция носила кодовое название "Октябрьский сюрприз" [706]. Показательно и то, что начальник оперативного управления ЦРУ Джон Макмагон. отвечавший за реализацию "Когтя орла", не только не был уволен или переведен на другую работу, но и повышен в должности, став заместителем директора ЦРУ по оперативным вопросам (занимал этот пост с 10 июня 1982 года по 29 марта 1986 года). В отличие от непосредственного руководителя операции полковника Чарлза Бекквита, который был досрочно отправлен на пенсию [707]. По словам журналиста Боба Вудворда, обломки американских вертолетов, разбившихся в иранской пустыне из-за песчаной бури, стали "символом бессилия Картера" [708].

Какова же была цена разрешения кризиса? По соглашению между странами США отказывались от любого вмешательства в дела Ирана, размораживали иранские авуары в банках на сумму 8 млрд. долларов. Часть этих денег шла на уплату долгов Ирана, а 2,9 млрд. оставалось в распоряжении иранского правительства. Кроме этого, США передали Ирану военного имущества на 400 млн. долларов, а также различного оборудования и товаров, ранее закупленных по контрактам с Ираном, на сумму в 500 млн. долларов [709].

Следует сказать, что позиция СССР в ситуации с заложниками была довольно сдержанной. В то же время заявление Хомейни о "шпионском логове" под крышей посольства США было поддержано официальными советскими средствами массовой информации. Что же касается сотрудничества между Ираном и СССР в военной области, то оно было продолжено, хотя и свелось до минимума. Была значительно сокращена и численность советских военных специалистов – до 2 человек к середине 1980 года. С 1982 по 1987 год в стране находился лишь один старший военный специалист, а в течение 1987 года – группа из 13 офицеров и прапорщиков [710]. Несмотря на сотрудничество, в Иране, хотя и в минимальных объемах, проводились периодические антисоветские пропагандистские кампании и разоблачения. В связи с этим показателен процесс над арестованными руководителями иранской прокоммунистической партии "Хехбе Туде Иран". В первых числах мая 1983 года по иранскому телевидению был показан допрос лидеров "Туде", в том числе генерального секретаря партии Нуреддина Киянури, занимавшего этот пост с 1941 года. Они публично признались в подготовке заговора с целью свержения правительства Исламской республики и полной подконтрольности и финансовой зависимости организации от СССР. Саморазоблачение иранских "коммунистов" вызвало всплеск антисоветских настроений, вылившихся 4 мая в многочисленную демонстрацию в Тегеране.

Среди лозунгов, скандируемых демонстрантами, были: "Смерть партии Туде! Иностранных шпионов – выслать, коммунистических шпионов – повесить!" В тот же день генеральный прокурор Ирана Хуссейн Мусави Табризи официально объявил о роспуске партии "Туде". Через министерство иностранных дел Ирана советскому правительству было заявлено, что 18 сотрудников советского посольства в Тегеране в течение 48 часов должны покинуть страну [711].

Это была публичная политика между странами. Но была и неофициальная, связанная, в частности, с тайными поставками Ирану советского оружия.

Рисунок 76

Митинг бойцов гражданской обороны в Дамаске (Сирия). Около 1958 г.


Подробности одной из таких сделок стали известны из документов (накладных, страховых полисов, деловой переписки и т.п.), представленных газете "Нью-Йорк таймс" профессиональным торговцем оружия Жаном-Луи Ганцером. Согласно этим документам переговоры о ценах и условиях доставки советского оружия были начаты 17 марта 1986 года. 1 августа контракт на поставку "промышленного оборудования и запчастей" был подписан. Причем по документам, выданным северокорейским посольством в Вене, товар предназначался для КНДР. Вооружение было приобретено на советских складах в Варшаве, а посредниками сделки выступили швейцарская страховая компания "Вуппесаль" и фирма "Претор трейдинг лимитед", принадлежавшая западногерманскому бизнесмену Петеру Мулаку, проживавшему в США (Корал Гейблс, штат Флорида). Переброска же "промышленного оборудования" была осуществлена в Иран через Кипр на зафрахтованных в Израиле транспортных самолетах Ди-Си-9. Финансовые операции проводились через западногерманский "Дойче банк", швейцарский "Юнион банк" и английский "Коммерцбанк". Всего, по информации Жана-Луи Ганцера, в результате этой операции Ираном было закуплено 400 переносных зенитных ракет САМ-7 ("Стрела-2"), 100 пусковых установок, ракеты для противотанковых гранатометов и снаряды. Прибыль и комиссионные, по словам торговца оружием, составили огромную сумму: СССР получил за каждую ракету САМ-7 по 25 тысяч долларов, а иранцы заплатили за нее 43, 902 доллара. Часть денег ушла банкам, страховым компаниям и брокерам [712].

После смерти аятоллы Хомейни в 1989 году к власти пришел умеренный лидер Хашеми Рафсанджани, взявший курс на нейтралитет страны. Виюне 1989 года он побывал в Москве, а затем в Будапеште и Софии с предложениями об экономическом и военном сотрудничестве [713]. В военной области оно было продолжено в первую очередь в вопросах подготовки кадров для вооруженных сил Ирана. На 1 января 1995 года число иранских военнослужащих в советских военных вузах составило 632 человека, из них 167 человек окончили вузы СВ, 100 человек – ПВО, 173 человека – ВВС и 192 -ВМФ [714]. Увеличилось количество военных специалистов и непосредственно на территории Ирана. До 1991 года в иранских вооруженных силах побывал еще 141 советский военный специалист [715]. Продолжилось сотрудничество и в области поставок Тегерану боевой техники и вооружения.

В начале марта 2001 года, во время официального визита иранского президента Мохаммада Хатами в Москву, был подписан новый российско-иранский договор об "основах взаимоотношений и принципах сотрудничества", охватывавший широкий спектр двусторонних отношений. В результате Россия фактически получила карт-бланш на "разработку" иранского рынка вооружений [716]. По сообщению журнала "Эксперт", Тегеран планировал дополучить (в 1995 г., после подписания пресловутого меморандума Гора-Черномырдина, поставки были фактически заморожены) 570 танков Т-72С, свыше тысячи БМП-2, средства ПВО и значительное количество боеприпасов и запчастей к технике российского производства, а также дополнительно закупить российские вертолеты, ЗРК С-300ПМУ и другие комплексы ПВО, станции радиолокационного слежения, истребители Су-27 и МиГ-29, ракетные и десантные катера, корабельные ракеты и дизельные подводные лодки. Кроме этого, Иран собирался при помощи России организовать на своей территории производство танков Т-72С и БМП-2, приобретя при этом лицензионно-техническую документацию и технологическое оборудование, модернизировать береговую инфраструктуру для базирования российских подводных лодок класса "Кило" [717].

В середине 2005 года в отечественных и зарубежных средствах массовой информации появились сообщения, что Иран возобновил свои ядерные разработки.

Известно, что еще в 1980-х годах иранцы наладили (с северокорейской помощью) производство аналога советской тактической ракеты Р-17э, известной на Западе как Скад-Б. Этими ракетами, в частности, в период ирано-иракской войны неоднократно обстреливался Багдад.

В девяностые годы, вновь с северокорейской помощью, при некотором участии, как утверждают западные эксперты, китайских и российских специалистов, было налажено производство ракет среднего радиуса (до 1500 км). Ракеты "Шехаб" (аналог корейской "Надонг") сделаны также на основе технологий Р-17э. По мнению генерала В. Дворкина, бывшего начальника 4-го института Минобороны, ракеты "Шехаб" созданы исключительно под оружие массового поражения (ОМП) [718].

В 2002 и 2003 годах агентами иранского Оппозиционного совета национального сопротивления были обнаружены секретные центрифужные заводы, предназначенные, по мнению экспертов, для наработки оружейного урана. А в 2004 году инспекторы Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) обнаружили на территории Ирана центрифуги системы "Пак-1". Именно благодаря этим системам в 1998 году получил собственную атомную бомбу Пакистан. По данным разведки РФ, Иран располагает и ядерными разработками. Их продал, по официальному признанию, "за десятки миллионов долларов" "отец пакистанской бомбы", ученый Абдул Кадыр Хан, посещавший страну в 1986- 1987 годах [719].


Примечания:



[6]

Новейшая история стран зарубежной Азии и Африки. – Л., 1963. – С. 587.



[7]

Новейшая история стран зарубежной Азии и Африки. – Л., 1963. – С. 587.



[65]

Бар-Зохар Микаэль. Бен-Гурион Ростов-на-Дону, 1998, С 131



[66]

Бен-Гурион Давид (Давид Груен) – родился 16.10.1886 г. в Плоньске, в российской части Польши. В 1906 г. эмигрировал в Палестину, входившую тогда в Османскую империю. Был фермером в Галилее. С началом Первой мировой войны был выслан из страны турецкими властями за политическую неблагонадежность. Вернулся в Палестину в 1917 году. Окончил юридический факультет Стамбульского университета. В 1921 г. стал генеральным секретарем Всеобщей еврейской федерации труда (Гистадрут), в 1930 г. – лидером Рабочей партии (Мапаи), в 1935 г. – председателем исполкома Еврейского агентства. В 1948 г. стал премьер-министром и министром обороны Израиля. В 1953 г. ушел в отставку с обоих постов. В 1955 г. вновь занял эти посты и сохранял их до 1963 г. (с перерывом в 1961 г.). В 1965 г. основал партию Рафи, оппозиционную Мапаи, и возглавлял ее до своего ухода из политики в 1970 г. Скончался в 1973 г.



[67]

Бар-Зохар Микаэлъ. Бен-Гурион. Ростов-на-Дону, 1998. С. 154.



[68]

"Иргун цваи леуми" (ИЦЛ) – военное крыло ревизионистского течения, выступавшего за "превращение всей Палестины и Трансиордании в еврейское государство". Рассматривало военную силу как единственный метод взаимоотношений с арабским населением. Начало действовать с 1937 года. В 1948 году на основе ИЦЛ была создана крайне правая сионистская партия Херут (Свобода)



[69]

"Лехи" (ЛЕХИ) – военная террористическая группировка, отколовшаяся в 1940 году от "Иргуна".



[70]

Бар-Зохар Микаэль. Бен-Гурион. Ростов-на-Дону, 1998. С. 187.



[71]

"Пальмах" (ПАЛМАХ) – первая профессиональная сионистская военная организация (бригада), созданная в 1941 году по решению командования "Хаганы" в связи с угрозой гитлеровского вторжения в Палестину. Примыкала к движению кибуцев, лидеры которого соперничали с Рабочей партией Израиля (МАПАЙ) в борьбе за власть в руководящих органах еврейской общины. Была ликвидирована в конце войны за независимость.



[651]

Зарбахт Муртаза. От Иракского Курдистана до другого берега реки Араке Исторический переход Муллы Мустафы Барзани (весна 1326/1947 г.). М. – СПб, 2003. С. 13.



[652]

Statistigue annuelle du commerce exterieur de l'Iran en 1319 (1940/41). Teheran, 1941. P.3.



[653]

8 июля 1941 года И.В. Сталин в беседе с послом Великобритании в СССР Криппсом поставил вопрос о ситуации на Среднем Востоке в связи с большим скоплением там немцев и их враждебными действиями в Иране и Афганистане, а также о необходимости совместных действий союзников с тем, чтобы "выгнать немцев из Ирана и Афганистана сейчас, так как потом будет трудно".



[654]

Басов А.В., Гутенмахер Г.И. Персидский коридор // Военно-исторический журнал. 1991. № 1.С. 27.



[655]

По мере изменения обстановки на фронте, особенно в тяжелые дни 1941 – 1942 гг., часть советских соединений была переброшена из Ирана на советско-германский фронт



[656]

Лавренов С, Попов И. Советский Союз в локальных войнах и конфликтах. М., 2003. С. 19.



[657]

Лавренов С, Попов И. Советский Союз в локальных войнах и конфликтах. М., 2003. С. 19.



[658]

Зарбахт Муртаза. От Иракского Курдистана до другого берега реки Аракс. Исторический переход Муллы Мустафы Барзани (весна 1326/1947 г.). М. – СПб., 2003. С. 12.



[659]

Басов А.В., Гутенмахер Г.И. Персидский коридор // Военно-исторический журнал. 1991. № 1.С. 27.



[660]

За рубежом, 1979. № 6. С. 8.



[661]

Омид Е. Воспоминания. Тегеран, 1957. С. 284-285 (На перс., яз.)



[662]

Павлович М., Иранский С. Персия в борьбе за независимость. М., 1925. С. 181-182.



[663]

Иванов М.С. Антинародный характер правления династии Пехлеви в Иране // Вопросы истории. 1980. № 11. С. 58-60.



[664]

Игумен Александр (Заркешев). Русская православная церковь в Персии – Иране (1579-2001). СПб., 2002. С. 136.



[665]

Внешняя политика Советского Союза в период Великой Отечественной войны. М., 1946. Т.1. С. 218-219.



[666]

Внешняя политика Советского Союза в период Великой Отечественной войны. М, 1946. Т.1. С. 218-218.



[667]

Первоначально встречу "большой тройки" предполагалось провести в Каире, затем – в Багдаде и, наконец, в Анкаре. Однако от этих вариантов отказались Сталин и Рузвельт.



[668]

Зотов Г. Сталина, Рузвельта и Черчилля хотели убить самолетом со взрывчаткой // Аргументы и факты. 2003. № 48. С. 22.



[669]

Басов А.В., Гутенмахер Г.И. Персидский коридор // Военно-исторический журнал. 1991. № 1.С. 28.



[670]

Независимое военное обозрение. 1999. № 31. С. 5.



[671]

Лавренов С, Попов И. Советский Союз в локальных войнах и конфликтах. М., 2003. С. 21.



[672]

Правда. 1988. 1 декабря.



[673]

Зорин Л.И. Особое задание. М., 1987. С. 131.



[674]

Басов А.В., Гутенмахер Г.И. Персидский коридор // Военно-исторический журнал 1991. № 1.С. 32.



[675]

Лавренов С, Попов И. Советский Союз в локальных войнах и конфликтах М., 2003. С. 22.



[676]

Игумен Александр(Заркешев). Русская православная церковь в Персии – Иране (1579-2001). СПб., 2002. С. 137.



[677]

Leckie R. The Wars of America. New York, Evanston and London. 1968. P. 719; Петров Л.С. Фактическая сторона помощи по ленд-лизу // Военно-исторический журнал. 1990. № 6. С. 35.



[678]

После окончания Второй мировой войны между СССР и США начались переговоры об урегулировании расчетов по ленд-лизу. Первоначально американская администрация оценила свои претензии в 2,6 млрд. долларов, но в следующем году снизила сумму до 1,3 млрд. долларов. Для сравнения отметим, что Великобритания, получившая в два раза большую помощь, должна была выплатить 472 млн. долларов, т.е. около 2% стоимости военных поставок. В 1946-1947 годах часть ленд-лизовских автомобилей после капитального ремонта была возвращена Советским Союзом бывшим союзникам в северных и дальневосточных портах. К этому времени отношения СССР с западными странами ощутимо "похолодали". В связи с этим американцы после скрупулезной проверки переданной им техники демонстративно пустили ее под пресс и вывезли в качестве металлолома.



[679]

Leighton R.N., Coakley R.W. Global Logistics and Strategy. 1940-1943. Washington, 1955. P.259.



[680]

Петров П.С. Фактическая сторона помощи по ленд-лизу // Военно-исторический журнал. 1990. № 6. С. 39.



[681]

Иванов М.С Очерк истории Ирана. М., 1952. С. 345.



[682]

Иванов М.С Очерк истории Ирана. М, 1952. С 399



[683]

К маю 1950 года в иранской армии было около 80 американских военных советников, возглавляемых генералом Эвансом. Они были прикомандированы к каждому роду войск, крупной воинской части, а также к военным учебным заведениям.



[684]

Иванов М.С. Очерк истории Ирана М… 1952. С 354-355.



[685]

Иванов М.С. Очерк истории Ирана. М., 1952. С. 437.



[686]

24 марта 1951 года забастовку объявили нефтяники Бендер-Машура и Ага-Джари. Вскоре она охватила и другие нефтяные предприятия и промыслы в Абадане, Хафткеле, Гачсаране, Масджеде-Солеймане, Лаали, Нафте-Сефиде и др. В связи с обострением ситуации в Оманский и Персидский заливы были направлены английские военно-морские силы в составе 2 авианосцев, 4 крейсеров, 12 миноносцев и других военных кораблей, которые вместе с находившимися в этих заливах английскими военными судами составили эскадру в 40 единиц.



[687]

Элвелл-Саттон Л. Иранская нефть. М., 1956. С. 387.



[688]

Иванов М.С. Антинародный характер правления династии Пехлеви в Иране // Вопросы истории. 1980. № 11. С. 65.



[689]

Первая попытка переворота была предпринята в ночь на 16 августа 1953 года. К его подготовке были привлечены сотрудники ЦРУ и американские военные советники, находившиеся в иранской армии во главе с генералом Макклюром. В качестве "консультанта" выступал прибывший в Иран из США генерал Шварцкопф, который в 1940-х годах возглавлял иранскую жандармерию. В перевороте приняли участие шахская гвардия, некоторые танковые части и воинские подразделения, расположенные в районе Тегерана. Первая попытка не увенчалась успехом – верные Мосаддыку части разоружили солдат шахской гвардии. Тем не менее 19 августа мятежники, подтянув к Тегерану дополнительные воинские части, захватили власть и арестовали правительство Мосаддыка.



[690]

Многие коммунистические деятели Ирана после государственного переворота нашли убежище в Советском Союзе. 1 августа 1960 г. под патронатом международного отдела ЦК КПСС была создана структура, названная "Азербайджанской демократической партией Азербайджанской организации Иранской партии ТУДЭ", объединившая демократические партии Ирана, иранского Азербайджана и Курдистана. Возглавил эту структуру председатель ЦК и член политбюро ЦК ТУДЭ Амир Али Лахруди. С начала 1986 года члены партии стали активно перебрасываться в Иран и привлекаться к нелегальной агентурной работе по.пинии КГБ.



[691]

TuIly A. CIA. The Inside Story. N.Y. 1962. P. 92-96.



[692]

Оно Т. Шпионы, пришедшие из Америки. М., 1967. С. 192.



[693]

Ушаков В А., Шестопалов В.Я. Кто организовал в Иране переворот 1953 года // Вопросы истории. 1980. № 4. С. 184.



[694]

С середины 1960-х годов США стали осуществлять военные поставки Ирану на коммерческой основе (с 1969 г. безвозмездная финансовая помощь стране была полностью прекращена).



[695]

Громыко А.А. Памятное. М., 1988. Кн. 2. С. 98.



[696]

Почтарев А. Сражающийся "Вавилон" // Красная звезда. 2003, 26 апреля.



[697]

Почтарев А. Сражающийся "Вавилон" // Красная звезда. 2003, 26 апреля.



[698]

Правда, 1980. 23 июля.



[699]

Цит. по: Тарасов А. Персидские фэнтези // Политический журнал. 2005. №20 (71). С. 56.



[700]

Хомейни Рухолла Мусави - религиозный и политический деятель Ирана. Родился около 1900 года. В 1950 году был провозглашен аятоллой (в переводе с персидского "божественный знак") – высший сан духовенства у мусульман-шиитов. В 1963 году во время антиправительственных демонстраций выступил против земельной реформы и вестернизации Ирана, проводимых шахом, и был на короткое время подвергнут тюремному заключению. В 1964 году был выслан за пределы страны и поселился сначала в Ираке, а после изгнания оттуда Саддамом Хусейном в пригороде Парижа. В феврале 1979 года вернулся в Иран и был провозглашен религиозным лидером исламской революции. Скончался 3 июня 1989 года и был похоронен на тегеранском кладбище Бахеште-Захра.



[701]

Цит. по: Тарасов А. Персидские фэнтези // Политический журнал. 2005. №20 (71). С. 55.



[702]

Шебаршин Л.В. Рука Москвы. М., 1996. С. 102.



[703]

Яковлев А.Н. Время Андропова (Отрывок из воспоминаний) //Аргументы и факты. 2000. № 19. С. 8-9.



[704]

Steinberg J. War in Afghanistan spawned a global narco-terrorist force // Executive Intelligence Review. 1995, 13 October, Vol.22, № 41; Крысин M. Джихад. От Кашмира до Нью-Йорка. М., 2005. С. 92.



[705]

Brewda J. Lord Averbury: human rights for the Raj // Executive Intelligence Review. 1995, 13 October, Vol.22, № 41; Крысин M. Джихад. От Кашмира до Нью-Йорка. М., 2005. С. 92.



[706]

Мейссан Т. 11 сентября 2001 г. Чудовищная махинация. / Пер. с франц. – М…2002. С. 139.



[707]

Крысин М Джихад. От Кашмира до Нью-Йорка. М., 2005. С. 99.



[708]

Вудворд Б. Признания шефа разведки./ Пер. с англ. // Полис. (М.) 2002. № 1.С. 73-74.



[709]

Шитов С. Иранский захват // Политический журнал 2004. № 41 (44), 9 ноября. С. 79-81.



[710]

Россия (СССР) в локальных войнах и военных конфликтах второй половины XX века. М., 2000. С. 212.



[711]

Посев. 1983. №7. С. 13-14.



[712]

Новое русское слово. 1987. 28 мая.



[713]

Новое русское слово. 1989. 21 июня.



[714]

Россия (СССР) в локальных войнах и военных конфликтах второй половины XX века. М., 2000. С. 212.



[715]

Россия (СССР) в локальных войнах и военных конфликтах второй половины XX века. М., 2000. С. 212.



[716]

К этому времени на вооружении ВС Ирана имелась следующая техника российского производства: 24 самолета МиГ-29, 12 самолетов Су-24МК, три дизельных подводных лодки проекта 877ЭКМ (класс "Кило"), 422 танка Т-72С, 413 БМП-2, зенитно-ракетные комплексы С-200 и другая военная техника.



[717]

Чернов М. Иранская путина // "Эксперт". 2001. № 11,19 марта. С. 55.



[718]

Московский комсомолец. 2003, 5 июня.



[719]

Зотов Г. Есть ли у Ирана атомная бомба? // Аргументы и факты. 2006. № 17. С.11.





 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх