Рерик славянский и Рорик ютландский

Интересные сведения по древней истории новгородской земли донесли до нас некоторые русские летописи. В Новгородской Первой летописи в списке посадников города первым стоит имя некоего Гостомысла. Более подробно о нём говорит целый ряд летописей позднего происхождения. В Новгородской Четвёртой, Софийских, Ермолинской, Львовской летописях в части, посвящённой предыстории Руси, рассказывается о том, что ильменские словене основали Новгород и посадили там старейшину Гостомысла. Наконец, Воскресенская летопись (XVI в.) рисует красочную картину: Гостомысл перед смертью обращается к новгородским мужам с призывом искать князя, которым и оказывается пришедший с братьями Рюрик. Исследователи давно занимались определением характера этого предания. В эпоху Василия III (начало XVI в.) австрийский посол барон Сигизмунд Герберштейн в своих «Записках» привёл известие о Гостомысле как историческое. Очевидно, что традиция новгородского летописания сохранила это имя, взятое, возможно, из каких-то местных преданий, бытовавших исстари в Новгороде. Такое предположение в какой-то степени объясняет и дальнейшее развитие сюжета легенды в Иоакимовской летописи. Она была составлена, вероятно, в XVII веке, но не сохранилась. Известна лишь по «Истории Российской» уже упоминавшегося В. Н. Татищева, использовавшего её в своём труде. Здесь рассказывается о древней истории славян и родословной их князей: о Славене, его потомке Вандале, жене Вандала «от варяг” — Адвинде и трёх их сыновьях — Изборе, Владимире (Древнем) и Столпосвяте. В девятом поколении от Владимира Древнего указывается некий Буривой, воевавший с соседями, но побеждённый ими при реке Кумени. Ему наследовал сын — Гостомысл, имевший, в свою очередь, трёх дочерей и четырёх сыновей, старшим из которых был Выбор. Все сыновья погибли в битвах с врагами или умерли «дома”. Дочери были выданы замуж, но неизвестно «доподлинно” за кого: старшая, как пишет Татищев, за князем в Изборске. Сыном средней — Умилы — был Рюрик. Рассказывается также и о чудесном сне Гостомысла. Новгородскому старейшине снится, что из чрева его средней дочери вырастает огромное дерево, покрывающее своими плодами и ветвями весь «Великий Град”, то есть всю страну. Волхвы объясняют это как доброе предзнаменование, свидетельствующее, что потомство Умилы чрезвычайно разрастётся и будет править всей славянской землёй. Перед смертью Гостомысл велит пригласить в Новгород своего внука Рюрика, и таким образом династия Рюриковичей оказывается по женской линии своеобразным продолжением рода древних славянских правителей.

Отношение к этим рассказам было неоднозначным. Слишком уж очевидна их мифичность. Ряд имён вообще возник, вероятно, лишь из желания объяснить соответствующие топонимы (например, название Выборга, которое на самом деле имеет шведское происхождение). Против достоверности Иоакимовской летописи выступали и Н. М. Карамзин, и другие историки. Но всё же какое-то реальное зерно в ней есть. Легенда о Гостомысле возникла, конечно, чтобы как-то объяснить призвание Рюрика на Русь. Но имя «старейшины» в новгородских летописях свидетельствует об отголосках древних преданий. Ведь некий «король Гостимусл» упоминается в немецких латиноязычных анналах, где под 844 годом сообщается о походе короля Людовика Немецкого на земли ободритов, то есть балтийских славян, в результате которого и погиб этот вождь. Другие западнославянские князья присягнули на верность Людовику, но, как только опасность миновала, тотчас же нарушили свою клятву. Некоторые исследователи попытались отождествить ободритского Гостимусла и новгородского Гостомысла, полагая, что сведения о славянском правителе могли сохраниться в русских источниках.

Татищев рассказывает и об удивительном сне Гостомысла. Похожие легенды были широко распространены в эпических сказаниях и других народов, например, известна такая легенда, повествующая о рождении Кира Великого. В своде скандинавских саг «Круг Земной”, составленном знаменитым исландским учёным Снорри Стурлусоном в XIII веке, также имеются схожие мотивы. В этом произведении рассказывается о древней истории Норвегии и её королей, начиная с легендарных богов-асов. Жена одного из норвежских правителей, конунга Хальвдана Чёрного, Рагнхильд перед рождением сына видит похожий сон, точно так же объяснённый прорицателями. И действительно сын Рагнхильд, великий конунг Харальд Прекрасноволосый, не только объединил всю Норвегию под своей властью, но и стал основателем разветвлённого рода норвежских королей.

Мотив вещего сна вообще широко известен в древних преданиях. Он как бы предвосхищает последующие знаменательные события. Но сам по себе рассказ о Гостомысле заставляет задуматься: не имел ли Рюрик славянских корней, не был ли связан родством с предшествующими славянскими правителями? Совпадение имён Гостомысла и ободритского князя дало серьёзный аргумент тем исследователям, кто отстаивает славянское происхождение древнерусских князей.

Ободриты были не восточными, а западными славянами. Они жили на южном побережье Балтийского моря. Их земли располагались по рекам Одер и Эльба (Лаба), поэтому их ещё именуют полабскими славянами, позже на эти территории пришли германцы, и местная славянская история закончилась. На северо-западе ободриты соседствовали с Ютландией, то есть датскими землями. Одним из ободритских городов являлся Рерик. Историки склонны видеть в нём древний Мекленбург. Примечательно само название города, напоминающее имя древнерусского князя. По названию столицы и самих ободритов иногда именовали рарожанами или рериками. Рерик был крупным торговым центром во второй половине VIII — начале IX века. В 808 году датский конунг Готтрик захватил Рерик и перевёл оттуда купцов в датский город Хедебю. С этого времени значение «ободритской столицы» начинает падать вплоть до её завоевания в 844 году. Название города произошло, по всей вероятности, от слова «ререг” или «рарог”, что означает сокол. На этом основании некоторые историки начиная с Иловайского и Гедеонова выдвинули предположение, что имя Рюрик имеет западнославянские корни. Эта мысль органично вплеталась в гипотезу о западнославянском происхождении варягов. Подобные предположения небеспочвенны. Археологические раскопки действительно зафиксировали проникновение поморославянского населения на север Руси. Так что какие-то связи русских земель с ободритами безусловно существовали. Но признание варягов западными славянами представляется слишком поспешным.

Помимо этого, приверженцы «ободритской теории” ссылаются на так называемые знаки Рюриковичей. Речь идёт о широко известных знаках, которые обнаружены на древнерусских монетах, на печатях князей, на плинфе каменных сооружений, глиняной посуде, украшениях, мечах и многих других предметах. Эти знаки представляют собой тамгообразные изображения в виде двузубцев, а затем трезубцев. Ещё со времён Карамзина их стали считать родовой принадлежностью, родовыми знаками князей Рюриковичей, хотя о том, что же в действительности изображали эти знаки, разгорелась длительная дискуссия. Какие только предположения не высказывались! В знаках видели и воинскую эмблему — якорь (И. А. Бартоломей), шлем, возможно норманнский (П. Н. Милюков), секиру или топор с двумя лезвиями, так называемую франциску (П. М. Сорокин, А. В. Орешников), лук со стрелой. И некое условное геральдико-нумизматическое изображение: светильника (А. Воейков, И. П. Сахаров), хоругви (Ф. А. Жиль, Я. Волошинский), церковного портала (С. Г. Строганов), птицы — норманнского ворона (барон Б. В. Кёне) или голубя (А. А. Куник). Распространённой была версия о том, что это государственная эмблема: трезубец (Н. М. Карамзин), часть византийского скипетра (А. А. Уваров и граф И. И.Толстой), держава (А. А.Куник), даже скифский скипетр (Д. Я. Самоквасов). Существует мнение, что знак являлся символом княжеской собственности, весьма распространённой в домонгольский период. Встречается и несколько более «формальных” прочтений: монограмма (руническая или византийская), геометрический орнамент (византийский, скандинавский, восточный, славянский), наконец, некая церковно-христианская эмблема (христограмма), представлявшая собой лигатуру альфы и омеги.

Не вполне ясна и эволюция знаков — от простого к сложному или наоборот. Некоторые исследователи полагают, что знаки могли иметь южное, возможно, боспорское происхождение. Дело в том, что в Боспорском царстве известны аналоги русского трезубца. Другое дело, что там они могли обозначать трезубец морского бога Посейдона или иметь какое-либо иное значение. Одни из последних интерпретаций знаков — символ «якорь-крест» и условное изображение скандинавского корабля.

И среди всего этого многообразия есть версия, впервые высказанная С. А. Гедеоновым. Знаки Рюриковичей, оказывается, не что иное, как схематическое изображение летящего вниз сокола — рерика. Вспомним русские былины и сказки (богатырь Вольга или Финист Ясный Сокол). В то же время ни у славян, ни у скандинавов сокол не являлся божеством. Но, по мнению приверженцев гипотезы Гедеонова, он был древним тотемом русского княжеского рода, имевшего западнославянскую прародину.

Однако нужно помнить, что это лишь одна из десятков интерпретаций знаков Рюриковичей. Только в последнее время трудами видного историка С. В. Белецкого примерно установлено наследование изображений знаков в династии Рюриковичей и принадлежность различных форм знаков тем или иным князьям. На Руси эти знаки известны с конца IX века, то есть со времени образования единого Древнерусского государства с центром в Киеве. Теперь осталось мало сомнений в том, что это лично-родовые эмблемы древнерусских князей. Однако каково их происхождение и что конкретно они означали (а на Руси интерпретация знаков могла быть совершенно другой и меняться со временем), до сих пор остаётся неясным и вряд ли когда-либо прояснится окончательно.

В XX веке трезубец (тризуб) обрёл второе рождение. Теперь он является гербом независимой Украины, которая претендует на древнерусское историческое наследие.

Ещё один аргумент в пользу «ободритской теории» — легенда о Рюрике, зафиксированная в Мекленбурге в XVII веке. Якобы у ободритов был князь по имени Годлав (или Годолюб, или Готлиб) — отец трёх братьев: Рурика, Сивара и Трувара. Они пришли в Руссию, где стали князьями — Рюрик в Новгороде, Сивар — в Пскове, Трувар — в Белоозере. Рюрик основал княжескую династию. Эта легенда была записана несколькими европейскими авторами, в том числе французом Ксавье Мармье в его книге «Письма о севере» (Париж, 1840). На этот рассказ впервые обратили внимание русские эмигранты Сергей Лесной (Парамонов) и протоиерей С. Ляшевский. В своих псевдонаучных трудах, где домыслы сопровождают исторические данные, они построили целую концепцию древней русской, «до-олеговой» истории. Годлав, Гостомысл и Рюрик оказались связанными единым родством — представителями некоей разветвлённой мекленбургской династии. Но к легендам XVI — XVII веков отношение должно быть крайне внимательное и осторожное. В них отголоски исторической правды столь сильно переплетены с вымыслом, что отделить одно от другого — задача неимоверно сложная. Дилетантский же подход — слепо верить всему, не утруждая себя анализом источников. Сергей Лесной прославился как активный пропагандист так называемой «Велесовой книги» — фальшивки, якобы рассказывающей о древней истории славян.

Итак, какие-то славянские предки у Рюрика могли быть, возможно, он по женской линии являлся потомком местных славянских вождей, таких, как Гостомысл. Но известно ли что-нибудь о его скандинавских прародителях? Любопытная гипотеза на этот счёт появилась в первой половине XIX века. Ординарный профессор Дерптского университета Ф. Крузе в 1836 году предположил, что Рюрик новгородский тождествен скандинавскому конунгу Рорику (Roricus), бывшему в IX веке правителем областей в Ютландии и Фрисландии. Ютландия — полуостров, на котором находится Дания, а Фрисландия — земли к западу от неё, на побережье Северного моря. О Рорике сообщают латинские анналы Франкской империи, составлявшиеся в IX веке.

Рорик принадлежал к династии правителей Ютландии. У конунга Хальвдана было четверо сыновей: Ануло, Харальд Клак, Регинфрид и Хемминг. К этой же семье принадлежал и Рорик. В одних источниках он представлен братом Харальда, в других — его племянником. Ануло и Регинфрид были убиты в начале 810-х годов в стычках с врагами, и известно о них очень мало. Хемминг погиб позже, в 837 году. Как бы то ни было, Рорик принадлежал к потомству Хальвдана. Вполне возможно, что именно этот Хальвдан к 782 году потерял свои владения и отправил посольство к Карлу Великому, пытаясь выхлопотать себе какой-нибудь лен. Харальд начинает активно действовать с конца 810-х годов. В 819 году он попытался вернуться в Данию, где находились его родовые земли, но не смог там укрепиться, и в 823 году начал искать поддержку у императора Людовика Благочестивого. Наконец, в 826 году в столицу Франкской империи — город Ингельгейм-на-Рейне, недалеко от Майнца, прибыл Харальд Клак с женой, сыном Готфридом и племянником в сопровождении 400 датчан (значит, чуть более сотни кораблей) и торжественно принял крещение с семьёй в присутствии самого императора. Этот шаг позволил ему получить от Людовика в удел область Рюстрингению во Фрисландии, находившуюся в его владении довольно долго. Таким образом, совершенно ясно, что крещение преследовало определённые политические цели. В источниках не говорится о присутствии в Ингельгейме Рорика. Но если признать его племянником новообращённого, то факт крещения вполне мог иметь место. Рорик, по всей видимости, к этому времени был ещё ребёнком.

Таким образом, после крещения род Харальда получил некоторые земли, но уже в 837 году погиб Хемминг, названный в источниках «христианнейшим”. В начале 840-х годов умер и Харальд Клак, и тогда на политическую арену выходит сам Рорик. После смерти Людовика Благочестивого Рорик поссорился с новым императором Лотарём и бежал к Людовику Немецкому. При этом он потерял владения во Фризии. Лишённый удела, Рорик пиратствовал, разоряя Фрисландское побережье. Вероятно, он же участвовал в крупной операции в 845 году. Тогда большая флотилия вошла в устье Эльбы и угрожала Гамбургу. Нападение нескольких сот кораблей было отбито, а затем среди викингов началось моровое поветрие, и Рорик приказал своей дружине поститься в течение двух недель и отпустить всех пленников-христиан. На основании этого известия некоторые историки делали вывод, что Рорик или был христианином, или испытывал симпатии к христианству.

Следующий удар был нанесён по городу Дорестадту, крупному центру Фрисландии. В 850 году Рорик заключил мир с императором Лотарём и вернул себе Фризию с Дорестадтом. В этот период начал активно ддействовать сын Харальда Клака Готфрид, который иногда помогал Рорику в его авантюрах. В 854 году умер датский владетель Хорик I, и начались усобицы между его родичами. Этим не преминул воспользоваться Лотарь, разделивший Фризию между своими сыновьями и, вероятно, оставивший Рорика и Готфрида опять без уделов. Новый датский правитель Хорик II пожаловал в 857 году Рорику часть своих земель между Северным морем и рекой Эйдер, и начался ютландский период жизни нашего героя.

На шесть лет Рорик исчезает затем со страниц хроник. Появился он только в 863 году. В январе его флотилия поднялась вверх по Рейну и дошла до Нейсса. Только к апрелю, разорив прирейнские земли, Рорик ушёл, оставив Лотаря напуганным и растерянным. При этом Рорик в анналах назван недавно принявшим христианство. Те же анналы сообщают, что осенью 867 года изгнанный из Фризии Рорик вновь вместе с датчанами угрожал императору, и Лотарю пришлось собрать ополчение для защиты от набегов этого конунга. Наконец, в 869 году давний враг Рорика Лотарь умер, и в 870-м его братья Карл Лысый (Плешивый) и Людовик Немецкий в Мерсене разделили его владения, за исключением Италии, оставшейся у сына Лотаря — Людовика II вместе с императорским титулом. Рорик не упустил случая добиться земель и для себя. По сообщению Фульденских анналов, в том же году, осенью, Рорик встречался с Карлом в Нимвегене. Затем через два года, осенью 872 года произошла очередная встреча, на этот раз Рорик был с сыном Харальда Клака — Родульфом. Переговоры проходили в городе Трейэктуме (теперь Маастрихт) на Маасе. Рорику были возвращены земли во Фризии, и он признал себя верным вассалом Карла. Родульф же чем-то не угодил королю и остался без удела. В июне следующего, 873 года Рорик присягнул на верность Людовику, а после этого о нём ничего неизвестно. Во всяком случае, в 882 году родственник Рорика — Готфрид окончательно укрепился в его бывших владениях во Фрисландии.

Заманчивое отождествление Рюрика и Рорика поддержали несколько исследователей. Особенно основательную работу провёл русский эмигрант Н. Т. Беляев, опубликовавший свой труд в Праге в 1929 году. С тех пор гипотеза Крузе — Беляева популярна в исторической науке. Её поддержали и Г. В. Вернадский, и Б. А. Рыбаков, и другие учёные. Конечно, окончательно доказать её невозможно. Ведь нет источников, в которых прямо бы говорилось о тождестве Рюриков. Как не существует, впрочем, и источников, делающих это отождествление нереальным. Но в его пользу можно привести лишь косвенные доводы. Прежде всего, сходство имён: имена «Рорик» и «Рюрик» восходят к одному скандинавскому прототипу Hroerekr — «могучий славой». Большие лакуны в сообщениях европейских анналов: в эти промежутки Рорик вполне мог оказаться на Руси. Фрисландия, как и ободриты, поддерживала торговые связи с северной Русью. Археологические находки свидетельствуют, что уже во второй половине VIII века Ладога была вовлечена в сферу не только восточнобалтийской, но и фризской торговли, которая шла через Данию. Причём эти находки позволяют предполагать присутствие в Ладоге фризских ремесленников. Так что обращение местных племён именно к ютландскому правителю выглядит вполне логичным. Ведь он не был непосредственно связан ни с Русью, ни со шведами, нападавшими на восточных славян. Расстояния, отделявшие Рорика от Русского Севера, для варягов, разумеется, не были непреодолимыми. Тем более знакома была им и Русь, где варяги побывали задолго до Рюрика. Датировка же русских летописей, как это неоднократно подчёркивалось многими историками, довольно условна, и зачастую события, растянувшиеся во времени, могли быть сведены к статье под одним годом.

Тем не менее серьёзным возражением тождеству Рюриков являются сведения о встречах Рорика с Карлом Лысым в начале 870-х годов. Конечно, одновременно управлять землями во Фрисландии и на севере Руси Рюрик не мог. Но его правление в Новгороде могло быть неспокойным (на это есть намёки в Никоновской летописи), не исключена возможность его длительной отлучки, возможно, он использовал Новгород и как своеобразный запасный вариант в своей бурной деятельности.

Интересно, что только в 882 году владения Рюрика окончательно переходят к его родичам. Не связано ли это с походом на Киев Олега, преемника Рюрика, и временным исключением Новгорода из сферы великокняжеского влияния? Вполне возможно, что, только потеряв тесную связь с новгородскими правителями, владетели в Северной Европе решили распорядиться оставшимся леном Рорика во Фризии по собственному усмотрению. В любом случае у нас нет достаточных оснований для того, чтобы отвергнуть версию о тождестве Рорика и Рюрика, как не имеющую под собой никакой почвы. Но если действительно Рюрик новгородский и Рорик фрисландский — одно и то же лицо, то каково его происхождение?

Рорик принадлежал к династии ютландских правителей, связанных родственными узами с датскими и норвежскими династиями. Попытаемся рассмотреть его восходящую родословную. Для этого нам необходимы данные скандинавских саг, которые являются основным источником при построении родословий конунгов. Хотя саги и нельзя рассматривать как исторический источник без должной критики, тем не менее некоторые моменты в них в определённой степени достоверны. В особенности это относится к генеалогии, являвшейся важным элементом жизни каждого героя. Родовое начало в сагах чрезвычайно значимо, что связано, прежде всего, с пониманием древними скандинавами исторического развития. Для них история — результат деятельности конкретных личностей в конкретных обстоятельствах, поэтому саги и отличаются своеобразной «приземлённостью».

По мужской линии Рорик, по всей видимости, происходил от древней датской династии Скьёлдунгов. Предок (вероятно, прадед) Рорика и отец Хальвдана — легендарный конунг данов Харальд Хильдитенн (Боезуб, Боевой Клык, Клык Битвы), уже будучи стариком, погиб в битве при Бравалле во время усобной войны со своим племянником, конунгом Уппсалы Сигурдом Кольцо (Сигурд Ринг). Историки обычно относят это знаменательное в скандинавской истории событие примерно к 770 — 775 годам. Харальд Боезуб был сыном Хрёрика Метательное Кольцо (Колец Расточитель) и Ауд Богатой, дочери Ивара Приобретателя (Многославного). Отметим, что весьма вероятно сам Рорик получил имя в честь своего выдающегося предка. Это имя употреблялось и среди представителей датской и норвежской династий конунгов IX — X веков, известно оно также по шведским руническим надписям XI века.

Скьёлдунгам была посвящена отдельная сага, записанная в конце XII века и относящаяся к разряду королевских саг. К сожалению, сохранился только её небольшой исландский фрагмент и латинское переложение. Сага рассказывает о происхождении Скьёлдунгов от Скьёльда — одного из многочисленных сыновей верховного бога Одина, «отдавшего” ему Данию в управление. По другой версии, изложенной в англосакской эпической поэме «Беовульф», Скильд (так называет Скьёльда поэма) был бездомным ребёнком, которого море прибило в лодке к датским берегам. Среди потомков Скильда — Хрольв Жердинка, вероятно, действительно являвшийся правителем данов и имевший резиденцию в Лейре на севере Зеландии (близ современного Роскилле).

Помимо рода Скьёлдунгов, Рорик и ютландские правители по другим линиям тоже вели своё происхождение от Одина, что замыкает все династии конунгов в единый генеалогический комплекс.

Родословие матери Харальда Боезуба — Ауд Богатой известно из «Саги о Хервёр”, которая относится к сагам «о древних временах”. Эти саги традиционно считаются малодостоверными, а потому их ещё называют «лживыми». Но всё-таки и они, по-видимому, несут в себе крупицы исторической информации. «Сага о Хервёр» повествует об истории чуть ли не V — VI веков и объединяет различные легенды, бытовавшие в Северной Европе. В них рассказывается о берсерках — свирепых и неуязвимых воинах, родословие которых начинается тоже от Одина через его сына Сигрлами. Подобно другим сыновьям Одина, ставшим правителями разных стран, Сигрлами был якобы королём Гардарики, то есть Руси. Его жена — некая Хейдис, дочь Гилфи — потомка древних шведских правителей. Сигрлами наследовал сын — Свафрлами, тоже король Гардарики-Руси, он же был первым владельцем волшебного меча Тюрфинга, вокруг которого разворачиваются последующие события саги. Дочь Свафрлами — Эйфур вышла замуж за потомка великанов Арнгрима, который жил в Галогаланде, области на севере Норвегии. От этого брака родилось 12 сыновей — берсерков, и среди них король готов Ангантюр. Он погиб в одном из сражений (под именем Онгентеов фигурирует и в «Беовульфе»). Ангантюр женился на Свафе (или Тофе), дочери Бьяртмара, ярла Альдейгьюборга, то есть Ладоги. Их дочь — Хервёр, которой и посвящена сага, вышла замуж за судью Гофунда и имела двух сыновей — Ангантюра и Хейдрика, убившего брата в усобной стычке. Хейдрик стал великим героем, королём Рейдготаланда (Южная Швеция). Он был женат несколько раз: от Хельги, дочери короля Рейдготланда Харальда, родился Ангантюр (уже третий), от дочери Гумли, короля Гуноланда (гуннов), родился Хлёдр, король гуннов, воевавший с братом Ангантюром, королём готов. Ещё одной женой Хейдрика была некая Сифка из Финнланда (Западная Финляндия). Наконец, от дочери короля Холмгарда (Новгорода) Роллауга родилась дочь Хервёр, которую убил брат Хлёдр. Сам Хейдрик тоже погиб от руки одного из своих рабов. Его сын Ангантюр и был предком Ивара и Ауд Богатой.

Конечно, это родословие, имевшее целью связать знаменитого исторического конунга с легендарными героями, потомками богов и великанов, носит чисто мифический характер. Но реальность присутствует даже здесь. «Житие святого Виллиброрда”, написанное Алкуином, свидетельствует о том, что этот англо-сакский миссионер около 714 года посетил «дикий народ данов”, королём которых был некий Онгенд (Ангантюр?). Центр владений Ангантюра находился, вероятно, в Рибе на западном побережье Ютландии.

Родословие Хервёр интересно и тем, что в нём упоминаются мифические правители Руси, Новгорода, Ладоги. Это лишний раз показывает, что тесные контакты северорусских областей со Скандинавией оставили глубокий след в сознании людей и трансформировались в свидетельства легенд. Причём эти связи были устойчивыми и для скандинавов весьма важными, что отразилось и в генеалогии, где очень почётным является родство сагических героев с новгородскими и ладожскими правителями.

Более реальна генеалогия Инглингов, норвежских правителей, тоже родственников Рорика. Вторым браком Ауд была замужем за «королём Гардарики” Радбардом. А Радбард происходил из рода Инглингов. Существуют две версии начальной генеалогии Инглингов. Их родоначальником считался сын Одина — Ингви, правитель Швеции, от имени которого произошло название династии. Это имя носил и бог Фрейр, сын морского бога Ньёрда: «Имя Ингви долго считалось в его роде почётным званием, и его родичи стали потом называться Инглингами”, — писал Снорри Стурлусон. Одна из ветвей Инглингов правила в Норвегии (к этому роду принадлежал и Харальд Прекрасноволосый), другая — в Швеции. Её основателем считался сын Радбарда и Ауд — Рандвер. Потомок Рандвера — Олаф Шётконунг христианизировал Швецию. А его дочь Ингигерд в 1019 году стала женой Ярослава Мудрого, потомка Рюрика. Поскольку Рюрик также происходил от Ауд и Хрёрика Колец Расточителя, то Ярослав и Ингигерд, возможно, доводились друг другу дальними родственниками. Так причудливо переплетались династии Рюриковичей, норвежских, шведских и датских правителей.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх