Мудрый хромец

Ярослав Владимирович остался в русской истории с прозвищем Мудрый. Следует заметить, однако, что при жизни его так никто не называл. Вообще большинство прозваний древнерусских князей — плод размышлений значительно более позднего времени. Они были зафиксированы только в период Московского государства и являются не более чем фактами историографии. Тем не менее некоторые из них настолько «слились» со своими персонажами, настолько точно и ёмко отражают их сущность, что теперь в сознании людей составляют с ними единое целое. Поэтому и Ярослава будем называть Мудрым, и других князей — их прозваниями-эпитетами.

Надо сказать, что Ярослав единственный из древнерусских правителей удостоился чести именоваться Мудрым. Вероятно, здесь сыграла свою роль его любовь к книжному учению, к знаниям, к православной церкви. Эти качества особо отмечены в той характеристике, которую дал Ярославу автор «Повести временных лет»: «И любил Ярослав церковные уставы, попов любил немало, особенно же монахов, и книги любил, читая их часто и ночью и днём. И собрал писцов многих, и переводили они с греческого на славянский язык. И написали они книг множество, ими же поучаются верующие люди и наслаждаются учением Божественным. Отец его Владимир землю вспахал и размягчил, то есть крещением просветил. Этот же засеял книжными словами сердца верующих людей, а мы пожинаем, учение принимая книжное. Ярослав же положил книги в церкви Святой Софии, которую создал сам. И другие церкви ставил по городам и по местам, поставляя попов и давая от богатств своих жалованье, веля им учить людей. И радовался Ярослав, видя множество церквей и людей христиан».

В этом отрывке идёт речь и об основании на Руси первой библиотеки (при Софийском соборе), и о начале российского образования.

«Мудрость» князя определялась не только его природными наклонностями (весьма умным, хитрым и осторожным человеком рисуют Ярослава также скандинавские саги), но и некоторыми особенностями его жизни, о которых речь впереди.

Христианским патроном Ярослава был святой Георгий Победоносец. С этого времени культ Святого Георгия получил на Руси широкое распространение, а имя Георгий в его русском варианте — Юрий — обрело в княжеской семье популярность. В народе возник и свой, просторечный, вариант имени Георгий — Егор.

Именно ко времени Ярослава Мудрого относится основание Юрьевского монастыря в Киеве и Юрьева монастыря под Новгородом. В 1030 году Ярослав ходил на чудь (угро-финнское племя, предки современных эстонцев). Чудь издавна находилась в орбите древнерусского влияния. В земле чуди князь поставил город Юрьев. Потом Юрьев (иногда его называли Юрьев Ливонский, чтобы отличить от других городов с таким же названием) именовался Дерптом, а теперь это город Тарту в Эстонской республике.

С именем Ярослава связывается и основание Ярославля на Волге. Собственно, название города — одна из форм притяжательного прилагательного («город Ярослава»). Точная дата основания города (как и большинства древнерусских городов) неизвестна, но можно думать, что он возник во время ростовского княжения нашего героя (то есть на рубеже X и XI веков, незадолго до 1010 года). С основанием Ярославля связана красивая легенда. Якобы город был построен на том месте, где молодой князь в противоборстве победил медведя. Это было воспринято как символ победы христианства над язычеством, поскольку у племён тех мест медведь считался священным зверем. Теперь же Ярослав приступил к христианизации ростовской земли. Сцена охоты на медведя изображена на одной из фресок основанной Ярославом Киевской Софии. Предполагают, что в образе охотника изображён сам князь. А память о поединке с медведем сохранилась в городском гербе Ярославля, где изображён бурый медведь, держащий на плече протазан.

Строительство киевского Софийского собора началось в 1037 году. Ярослав заложил храм на месте решающей битвы с печенегами, подступившими в 1036 году к русской столице. Ярослав в то время был в Новгороде, но успел собрать войско и подоспел на подмогу к осаждённым киевлянам. Печенежские приступы оказались безрезультатными. Князь наголову разгромил кочевников, бежавших с поля боя.

Святая София возводилась приглашёнными из Византии архитекторами. До наших дней она дошла в сильно перестроенном и искажённом виде. Это был очень большой храм, увенчанный тринадцатью куполами и окружённый просторными галереями. Само его строительство символизировало рождение нового православного государства, ведь Софийский собор был и главным храмом Константинополя. Позже храмы Святой Софии были построены также в Полоцке и Новгороде. И Полоцк и Новгород претендовали на главенство в соответствующих частях Руси. В первом из этих городов правила самая первая ветвь династии Рюриковичей, обособившаяся раньше других. Второй город считался северной столицей Русского государства, вторым после Киева важнейшим государственным центром.

Время правления Ярослава отнюдь не было спокойным. После того как он одолел Святополка в борьбе за наследие отца, ему пришлось столкнуться и с другими родственниками. Уже в 1021 году произошёл конфликт с племянником — полоцким князем Брячиславом Изяславичем, сыном старшего брата Ярослава — Изяслава Владимировича. Брячиславу удалось захватить и разграбить Новгород, но Ярослав настиг его и отбил пленных новгородцев.

Через два года на авансцену русской политики вышел укрепившийся к тому времени на юге Мстислав Владимирович, известный под прозвищем Храбрый. Князь далёкой Тмутаракани, он в 1022 году подчинил своей власти северокавказское племя касогов, убив местного князя Редедю. На следующий год с хазарами и касогами он пошёл на Русь. Выбрав удачный момент, когда Ярослав находился в Новгороде, Мстислав подступил к Киеву. Но киевляне не приняли его, и тмутараканскому князю пришлось обосноваться в Чернигове. Узнав о делах своего младшего брата, Ярослав обратился за помощью к варягам и нанял у них дружину. Во главе её стоял некий отважный воин Якун. Долгое время полагали, что в летописях зафиксировано прозвище этого Якуна — Слепой («слеп»), но потом выяснилось, что, по-видимому, Якун был «леп», то есть красив. «И пришёл Якун с варягами, и был Якун тот красив, и плащ у него был золотом выткан. И пришёл к Ярославу, и пошёл Ярослав с Якуном на Мстислава. Мстислав же, услышав, вышел против них к Листвену. Мстислав же с вечера исполчил дружину и поставил северян (жителей черниговской земли) прямо против варягов, а сам стал с дружиною своей по обеим сторонам. И наступила ночь, была тьма, молния, гром и дождь. И сказал Мстислав дружине своей: «Пойдём на них». И пошли Мстислав и Ярослав друг на друга, и схватилась дружина северян с варягами, и трудились варяги, рубя северян, и затем двинулся Мстислав с дружиной своей и стал рубить варягов. И была сеча сильна, и когда сверкала молния, блистало оружие, и была гроза велика и сеча сильна и страшна. И когда увидел Ярослав, что терпит поражение, побежал с Якуном, князем варяжским, и Якун тут потерял свой плащ золотой. Ярослав же пришёл в Новгород, а Якун ушёл за море. Мстислав же чуть свет, увидев лежащими посечённых своих северян и Ярославовых варягов, сказал: «Кто тому не рад? Вот лежит северянин, а вот варяг, а дружина моя цела». (Из этих слов можно понять, насколько больше ценили князья свою дружину — профессиональных воинов, чем ополченцев из простонародья.)

И далее продолжает летопись: «И послал Мстислав за Ярославом, говоря: «Садись в моём Киеве: ты старший брат, а мне пусть будет эта сторона Днепра». И не решился Ярослав идти в Киев, пока не помирились. И сидел Мстислав в Чернигове, а Ярослав в Новгороде, и были в Киеве мужи Ярослава». Только в 1026 году братья «разделили по Днепру Русскую землю». «И начали жить мирно и в братолюбии, и затихли усобица и мятеж, и была тишина великая в стране».

С Якуном «слепым» связано и продолжение этой истории. Племянник Якуна — Шимон (Симон) Африканович позднее вернулся на Русь. Он служил уже сыновьям Ярослава Мудрого и вместе с ними сражался в неудачной битве с половцами на Альте в 1068 году. Затем Шимон был крещён Феодосием Печерским и сделал в Киево-Печерский монастырь богатый вклад — золотые венец и пояс. Пояс затем послужил мерой длины при строительстве Успенской церкви Киево-Печерского монастыря, а также храмов в Ростове и Суздале, где сын Шимона — Георгий Симонович был тысяцким. Георгий воспитывал Юрия Долгорукого, а его потомки служили владимирским, а затем и московским князьям. От Шимона произошёл знаменитый род московских тысяцких Вельяминовых, а также дворянские фамилии Воронцовых (пресекшихся ещё в средневековье), Аксаковых, Протасовых (впоследствии графы), Исленьевых, Соловцовых и Башмаковых. Кроме того, к этому предку возводили свою генеалогию роды Чихачёвых, Горсткиных, Линёвых, Ершовых, Сомовых и Окунёвых.

После 1026 года Ярослав и Мстислав действовали сообща. Так, в 1031 году они ходили войной на Польшу и отвоевали пограничные червеньские города, бывшие долгое время яблоком раздора в отношениях Руси и Польши. Вообще же Ярослав проводил активную внешнюю политику. Совершал успешные походы на западные племена: литву и ятвягов, а в 1043 году русские воины направились в поход на Византию. Возглавлял войско старший сын князя — Владимир Ярославич. Но эта война окончилась для Руси неудачно, и русские князья более уже с Византийской империей не враждовали. Эпоха русских набегов на богатого южного соседа, начатая ещё походами IX века, закончилась.

В 1036 году Мстислав умер. Тогда же Ярослав расправился с последним из остававшихся в живых своим братом — Судиславом, тихо сидевшем в Пскове. Оклевтанный, он очутился в темнице, откуда вышел уже после смерти Ярослава. Так Ярослав укрепил свою власть и на короткое время воссоздал единое Древнерусское государство.

С именем Ярослава Мудрого связано и создание первого русского свода законов. Этот законодательный памятник именуется по первым его словам «Русской Правдой». Она создавалась постепенно, но первая её часть была разработана по инициативе Ярослава ещё в 1016 году, потому и называется «Правдой Ярослава». Потом, в 1072 году, сыновья Ярослава дополнили её и изменили некоторые положения. Так возникла вторая часть «Русской Правды» — «Правда Ярославичей». Позже и другие русские князья вводили в «Русскую Правду» новые правила, поэтому окончательно этот свод законов сформировался только в начале XII века при Владимире Мономахе. В целом он оставался действовавшим на территории Руси на протяжении нескольких столетий.

Киев в эпоху Ярослава Мудрого стал одним из крупнейших городов Европы. В нём было около 400 церквей, активно велось каменное строительство, развивались ремёсла и торговля. Укрепление Древнерусской державы позволило Ярославу даже сделать русским митрополитом соотечественника Илариона, который был избран на этот пост собором русских епископов, а не назначен Константинопольским патриархом, как было ранее. На Руси Ярослава именовали также царём, то есть он носил императорский титул, подчёркивая свое равное положение с византийскими императорами. Именно так назван Ярослав в надписи о его смерти, обнаруженной в Софийском соборе.

В 1939 году учёные вскрыли гробницу Ярослава Мудрого в Киевском соборе св. Софии. Останки князя были подвергнуты тщательному антропологическому анализу, и тогда же была опубликована целая серия статей, посвященная этому событию (авторы — Д. Г. Рохлин, В. В. Гинзбург, Е. А. Рыдзевская, М. М. Герасимов и М. К. Каргер). Великий антрополог М. М. Герасимов, используя разработанный им уникальный метод, создал по черепу скульптурный портрет Ярослава Мудрого, который является и до сего дня самым ранним достоверным изображением не только древнерусского князя, но и правителя нашей страны вообще (таким же методом Михаил Михайлович воссоздал образы Андрея Боголюбского, Ивана Грозного и Фёдора Иоанновича, а уже совсем недавно его метод был применен для воссоздания облика Софьи Палеолог). Медицинское исследование костей Ярослава Мудрого привело учёных к выводу, что этот князь прожил не 76 лет, как о том сообщают летописи в известиях о его кончине под 1054 годом, а, по крайней мере, на 8 лет меньше. Найденный скелет принадлежал мужчине 60 — 70 лет, его примерный возраст был определен как 66 лет. Таким образом, можно думать, что Ярослав родился примерно в 986 году, а не в 978-м, как думали раньше. Историки высказывали догадку, что летописцы могли сознательно увеличить возраст князя, чтобы обосновать законность его претензий на Киевское княжество, ведь Ярослав, по сути, узурпировал власть на Руси: не являясь старшим наследником отца, он военным путем сверг с престола старшего брата.

Тогда же прояснился и вопрос о знаменитой хромоте Ярослава. Дело в том, что в Тверской летописи содержится известие о чудесном выздоровлении больного отрока в момент ссоры родителей. Якобы Ярослав с детства не мог ходить. И вот однажды, когда Владимир разгневался на Рогнеду и хотел разорвать с ней супружеские отношения, потрясенный юный княжич внезапно встал на ноги и с тех пор смог ходить. Скандинавская «Сага об Эймунде» рассказывает о ранении Ярослава в ногу во время осады Киева печенегами, когда шла борьба между сыновьями Владимира за власть на Руси. «Повесть временных лет», описывая события этой усобицы, тоже упоминает хромоту Ярослава. Когда войска враждующих братьев стояли по обеим сторонам Днепра три месяца друг против друга, воевода Святополка разъезжал по берегу и подзадоривал сторонников Ярослава, новгородцев, крича им: «Что пришли с хромцом этим?» Исследователи пришли к заключению, что Ярослав еще в грудном возрасте перенес гнойное поражение, приведшее к подвывиху правого тазобедренного сустава в раннем детстве, это, в свою очередь, задержало нормальное физическое развитие княжича примерно на два года. Затем Ярослав оправился и начал ходить, но уже в зрелом возрасте получил травму правого коленного сустава, и это сделало его хромцом на всю жизнь.

Медицинский анализ показал также, что рост Ярослава был 172 — 175 сантиметров, антропологи сделали также вывод о легкой возбудимости и быстрой раздражимости Ярослава. Это хорошо согласуется с тем образом Ярослава, который предстает перед нами в скандинавских источниках. В «Саге об Эймунде» князь показан очень осторожным, хитрым и коварным человеком (историк Е. А. Рыдзевская, видимо стремясь сгладить негативные черты, назвала эти качества «дипломатичностью» и «нерешительностью»), а в своде саг «Гнилая Кожа» — раздражительным, самолюбивым, резким в минуты гнева. С годами, возможно, эти качества усиливались, поскольку усиливался и физический недуг — хромота (с соответствующими изменениями костей ног, позвоночника и т. д.). Справедливо отмечал Д. Г. Рохлин, что неупоминание в летописях «пиров» Ярослава с дружиной напрямую могло зависеть от этого физического недостатка. Видимо, Ярослав не был «дружинным» князем, таким, как Владимир, и, может быть, в этом причина его обращения к церкви, к культуре, что обеспечило Ярославу благодарное почитание летописцев и в конечном итоге прозвание Мудрый.

Ярослав был женат, вероятно, дважды. От первого брака у него был сын Илья, который недолго был князем Новгорода (как старший сын великого князя киевского) и умер в детском возрасте в 1019/20 году. Второй раз Ярослав женился в 1019 году, о чем сохранилась запись в «Исландских анналах». Его женой стала Ингигерд, дочь шведского короля Олава Шетконунга (Грудного конунга). Брак укрепил международные позиции династии Рюриковичей. Ярослав в данном случае действовал вполне традиционно, будучи сам почти чистокровным скандинавом, он бывал в Швеции и неоднократно нанимал там варяжскую дружину. Сестра Ингигерд — Астрид в том же 1019 году вышла замуж за норвежского конунга Олава Святого из династии Инглингов, который начал христианизацию Норвегии и почитается в качестве христианского патрона скандинавских стран. В Новгороде среди живших там скандинавов был распространен культ св. Олава, а в самом городе существовала даже церковь Св. Олава. Ингигерд приняла в крещении имя Ирина. От нее у Ярослава было шесть сыновей и четыре дочери.

Старший сын св. Владимир (1020—4.10.1052) был князем в Новгороде. От него пошла небольшая династия галицких князей (так называемая Первая галицкая династия).

Следующим сыном Ярослава был Изяслав (в крещении Дмитрий) (1024—3.10.1078 ). Его женой была Гертруда, дочь польского короля Мешко II (потом Изяслав женился вторично). От Изяслава произошла династия турово-пинских князей, пресекшаяся в ХIII веке.

Святослав (в крещении Николай) Ярославич (1027—27.12.1076) был князем черниговским, а одно время и киевским. Первым браком он женился на некоей Килликии (Цецилии?), а вторым на Оде, немецкой графине, которая была внучатой племянницей римского папы Льва IХ и императора Священной Римской империи Генриха III. Ода была потомком многих знатных европейских династий и исторических деятелей, в том числе Карла Великого, английского короля Альфреда и Генриха Птицелова. От первого брака у Святослава было несколько сыновей, особую известность из которых приобрел Олег, активно участвовавший в княжеских усобицах и названный в «Слове о полку Игореве» Гориславичем. От него произошла большая династия черниговских и новгород-северских князей. От второго брака у Святослава Ярославича был только один сын — Ярослав-Панкратий, князь муромский. Он стал родоначальником муромо-рязанской династии Рюриковичей, которая владела Рязанью вплоть до начала XVI века, когда Василий III ликвидировал независимость этого последнего удельного княжества Руси. Потомками рязанской династии по женским линиям были Мстислав Удатный и Александр Невский (а следовательно, и Дмитрий Донской), знаменитые военные деятели средневековой России. Они, таким образом, являлись и потомками Карла Великого!

Следующий сын Ярослава Всеволод (в крещении Андрей) (1030—13.04.1093) был князем переяславским, потом и киевским. Первым браком он был женат на Марии (?), дочери византийского императора Константина IХ Мономаха.

Наконец, младшие сыновья Ярослава: Вячеслав-Меркурий (1036—1057), князь Смоленска, и Игорь-Георгий (или Константин?), князь владимиро-волынский и смоленский, умер в 1060 году. Потомство первого пресеклось на сыне Борисе, погибшем в 1078 году. От второго пошла небольшая веточка городенских князей. Поскольку оба Ярославича умерли рано, их дети оказались фактически на положении изгоев в княжеском роду.

Дочери Ярослава вышли замуж за правителей различных европейских стран. Елизавета Ярославна в середине 1040-х годов стала женой норвежского конунга Харальда Сигурдарсона, потомка объединителя Норвегии Харальда Прекрасноволосого. Муж Елизаветы был одним из последних крупных деятелей эпохи викингов, он принимал участие во многих походах и получил прозвище Суровый. Не сразу добился он руки русской княжны, совершил для этого немало подвигов и написал в честь своей возлюбленной песню («Висы радости»), которая, таким образом, является первым памятником русско-норвежских, а быть может, и русско-скандинавских литературных связей. В 1066 году Харальд во главе войска вторгся на территорию Британии. В битве под Стэнфордбриджем 25 сентября он погиб, разгромленный тогдашним английским королем Харальдом II, также имевшим скандинавское происхождение (его дочь потом стала женой Владимира Мономаха). Сражение под Стэнфордбриджем иногда в историографии условно считается концом эпохи викингов в Европе. Согласно отечественной исторической традиции, овдовевшая Елизавета (по-скандинавски — Эллисив) вышла замуж вторично, за датского короля Свена II Эстридсена. Однако, как показали новейшие исследования, на самом деле женой Свена стала другая вдова Харальда — Тора. Кстати, мать короля Свена II — Эстрид (Маргарет) одно время была женой какого-то русского князя, возможно, одного из сыновей Владимира Святого.

Анна Ярославна известна как королева Франции. И действительно, 19 мая 1051 года в Реймсе состоялось ее венчание с королем Франции Генрихом I (23.05.1005—04.08.1060), который был сыном короля Роберта II и внуком основателя династии Капетингов Гуго Капета (это был второй брак Генриха). После рождения первенца, будущего короля Франции Филиппа I, во исполнение обета Анна построила в честь св. Винцента монастырь в Санлисе (там находится ее скульптурное изображение). Благодаря Анне греческое имя Филипп благополучно прижилось в Европе, стало пользоваться популярностью и часто употреблялось и во французском королевском доме, и в других европейских династиях, происходивших от Филиппа I по женским линиям (испанские короли Филиппы, например, и другие). Овдовев, Анна некоторое время управляла королевством от имени малолетнего сына, но затем ушла в основанный ею монастырь. Оттуда она была похищена Раулем де Перенном, графом де Крепи-Валуа, и стала его женой. Папа не благословил этот брак. Тем не менее Анна и Рауль прожили вместе более десяти лет. Граф скончался 8 сентября 1074 года в замке Мондидье. Последнее упоминание об Анне относится к 1075 году. Сохранился ее автограф на жалованной грамоте монастырю Суассона. По одной из версий, впрочем малодостоверной, после смерти второго мужа Анна вернулась на Русь. Потомками Анны Ярославны являются все представители французского королевского дома Капетингов, включая династии Валуа и Бурбонов, в том числе и Король-Солнце Луи ХIV, король-мученик Луи ХVI и испанская королевская династия (тоже Бурбоны), до сих пор сохраняющая свой престол.

Анастасия Ярославна была выдана замуж за венгерского короля из династии Арпадов Эндре I (умер в 1061 году). Она скончалась между 1073 и 1074 годами и похоронена в одном из штирийских монастырей.

Наконец, еще одна дочь Ярослава изображена на фреске Софийского собора в Киеве, но ее судьба остается пока неизвестной.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх