Глава 21

Голицынские походы

В 1683 г. турецкий султан Мехмед IV предпринял большой поход на Австрию. В июле 1683 г. его войска осадили Вену. Город был на грани гибели, но его спасло появление армии польского короля Яна Собесского. 1 сентября 1683 г. турки были наголову разбиты под Веной.

В 1684 г. в войну с Турцией вступила Венеция. В том же году австрийские войска заняли большую часть Хорватии, которая вскоре стала австрийской провинцией. В 1686 г., после полутора веков турецкого господства, город Буда был взят австрийцами и вновь стал венгерским городом. Венецианцы с помощью мальтийских рыцарей захватили остров Хиос.

Московское государство не могло упустить столь благоприятную возможность наказать крымского хана. По приказу царевны Софьи (формально — от имени малолетнего Петра и его брата слабоумного Ивана) осенью 1686 г. была начата подготовка похода в Крым.

Еще в 1682 г. царский посланник Тараканов дал знать из Крыма, что хан Мурад Гирей для получения подарков велел схватить его, привести к себе на конюшню, «бить обухом, приводить к огню и стращать всякими муками». Тараканов заявил, что ничего лишнего сверх прежней дани не даст. Его отпустили в стан на реку Альму, предварительно дочиста ограбив. Поэтому правительница Софья велела объявить хану, что московских посланников он уже не увидит больше в Крыму, что нужны переговоры, и прием даров будет производиться теперь за границей.

Осенью 1686 г. московское правительство обратилось к войскам с грамотой, где говорилось, что поход предпринимается для избавления Русской земли от нестерпимых обид и унижения. Ниоткуда татары не уводят столько пленных, как из нее; продают христиан как скот; ругаются над верой православной. Но и этого мало. Русское царство платит татарам ежегодную дань, за что терпит стыд и укоризны от соседних государств, а границ своих этой данью все ж не охраняет. Хан берет деньги и бесчестит русских гонцов, разоряет русские города. От турецкого султана управы на него нет никакой.

Во главе 100-тысячного войска выступил в поход «большого полка дворовый воевода, царственныя большия печати и государственных великих посольских дел сберегатель» и наместник Новгородский князь Василий Васильевич Голицын.

Крымскому походу царевна Софья придавала большое значение. Василий Васильевич Голицын был ее любовником, и его успех в Крыму существенно увеличивал потенциал Софьи в борьбе за власть со сторонниками Петра. Вместе с русскими войсками в походе должны были принять участие и украинские казаки под начальством гетмана Ивана Самойловича.

Лишь в начале 1687 г. голицынская армия двинулась на юг мимо Полтавы, через Коломак, реки Орел и Самару к Конским Водам. Двигалось войско крайне медленно, с большими предосторожностями, хотя о татарах не было и слуха.

Во время похода все войска сосредотачивались в одну громадную массу, имевшую форму четырехугольника, больше версты по фронту и 2 версты в глубину. В середине шла пехота, по бокам — обоз (20 тысяч повозок), рядом с обозом — артиллерия, прикрытая конницей, на которую возлагалась разведка и охранение. Вперед был выдвинут авангард из пяти стрелецких и двух солдатских (Гордона и Шепелева) полков.

На реке Самаре к армии присоединились 50 тысяч малороссийских казаков гетмана Самойловича.

Только через пять недель войско достигло реки Конские воды, преодолев за это время 300 верст. Но Голицын доносил в Москву, что он идет «на Крым с великим поспешанием».

13 июня армия переправилась через Конские воды, за которыми уже начиналась степь, и расположилась лагерем в урочище Большой Луг, недалеко от Днепра. Здесь вдруг выяснилось, что степь горит на огромной площади — с юга неслись тучи черного дыма, отравляя воздух нестерпимым смрадом. Тогда Голицын собрал старших военачальников на совет. После долгих рассуждений поход решили продолжить.

14 июня войско выступило из Большого Луга, но за двое суток преодолело не более 12 верст: степь дымилась, травы и воды не было. Люди и лошади едва двигались. В армии появилось много больных. В таком состоянии войска добрались до пересохшей речки Янчокрак.

К счастью, 16 июня пошел проливной дождь, Янчокрак наполнилась водой и выступила из берегов. Воеводы, приказав выстроить мосты, перевели армию на другой берег в надежде, что ливень оживил степь. Но ожидания эти не оправдались, вместо травы степь была покрыта грудами золы.

Совершив еще один переход, Голицын вновь, 17 июня, собрал совет. До Крыма оставалось не менее 200 верст пути. Армия, правда, не встретила еще ни одного татарина, но обессиленные бескормицей лошади не могли тащить пушки, а люди рисковали умереть с голода. На совете было решено возвращаться в пределы России и ожидать там царского указа, а для прикрытия отступления от нападения татар отрядить к низовьям Днепра 20 тысяч московских войск и столько же малороссийских казаков.

18 июня главные силы поспешно двинулись назад той же дорогой, оставив далеко позади себя обозы. 19 июня Голицын послал в Москву донесение, где главной причиной неудачи назвал пожар в степи и нехватку конского корма.

Татары и ранее постоянно поджигали степь при подходе неприятеля. Но тут малороссийские недруги Самойловича подали донос Голицыну, что поджог степи был совершен казаками по приказу Самойловича. Князю и его воеводам тоже надо было найти виноватого. Князь наябедничал Софье, и через две недели Самойлович был лишен гетманской булавы.

25 июля 1687 г. на реке Коломаке состоялась Рада, на которой «вольными голосами малороссийских казаков и гене- ральской старшины» был выбран гетман Иван Степанович Мазепа. Его избранию гетманом сильно способствовал князь В.В. Голицын.

Второй поход в Крым князь Голицын начал в феврале 1689 г. Голицын предполагал прийти в Крым ранней весной, чтобы избежать степных пожаров и летнего зноя. Войска собирались в Сумах, Рыльске, на Обояни, в Межеречах и в Чугуеве. Всего собралось 112 тысяч человек, не считая малороссийских казаков, которые, как и в первом походе, должны были присоединиться на реке Самаре. В состав армии входило 80 тысяч войск «немецкого строя» (рейтар и солдат) и 32 тысячи «русского строя», при 350 орудиях. Почти всеми полками командовали иноземцы, среди них Гордон и Лефорт.

В начале марта к Большому полку в Сумах прибыл В.В. Голицын. Гордон предложил главнокомандующему двигаться ближе к Днепру и через каждые 4 перехода устраивать небольшие укрепления, что должно было навести страху на татар и обеспечить тыл. Еще Гордон рекомендовал взять с собой стенобитные орудия и штурмовые лестницы, а также построить на Днепре лодки для захвата Кизикермена и других татарских укреплений.

Но Голицын оставил предложения Гордона без внимания и поспешил выступить в поход, чтобы успеть избежать степных пожаров. Войска выступили 17 марта. Первые дни стояла жуткая стужа, а потом внезапно наступила оттепель. Все это затрудняло движение армии. Реки разлились, и войска с большими сложностями переправились через реки Ворсклу, Мерло и Дрель.

На реке Орел к Большому полку присоединилась остальная часть армии, а на Самаре — Мазепа со своими казаками. 24 апреля армия с двухмесячным запасом продовольствия потянулась левым берегом Днепра через Конские Воды, Янчок-рак, Московку и Белозерку к Коирке.

От Самары войска шли с большой осторожностью, высылая вперед конные отряды для разведки. Порядок движения, в общем, был тот же, что и в 1687 г., то есть крайне громоздкий и способствующий чрезвычайной медлительности.

Достигнув речки Коирки, Голицын отрядил двухтысячный отряд к Аслан-Кирменю, а сам двинулся на восток в степь, по направлению к Перекопу. 14 мая отряд, высланный к Аслан-Кирменю, вернулся, так и не дойдя до крепости.

15 мая во время перехода армии в Черную Долину по Ки-зикерменской дороге появились значительные силы татар. Это было войско Нуреддин-Калги, сына хана. В авангарде завязалась перестрелка, в ходе которой обе стороны понесли незначительные потери. После этого татары отошли, а русское войско вошло в Черную Долину.

На следующий день татары напали снова, стремительно обрушившись на тыл армии. Задние полки замялись, конные и пешие бросились в вагенбург,[261] но сильный огонь артиллерии остановил татар. Понеся здесь большие потери, татары бросились на левый фланг и сильно потрепали Сумской и Ахтырс-кий полки украинских казаков. Но и тут артиллерия остановила татар. Видя бессилие своей конницы против татар, воеводы поместили ее за пехотой и артиллерией, внутри вагенбурга.

Утром 17 мая татары показались снова, но, видя повсюду пехотные полки, не решились на них напасть и скрылись. Общее число потерь в русской армии за эти дни составило около 1220 человек. Донесение Голицына о трехдневном бое, о жестоких нападениях неприятеля и о блистательных победах было спешно отправлено в Москву.

Армия сделала еще два перехода и 20 мая подошла к Перекопу — слабо укрепленному городку. Впереди Перекопа стоял сам хан с 50-тысячным войском. Соединясь с сыном, он окружил и атаковал Голицына со всех сторон. Отогнав татар огнем артиллерии, Голицын приблизился к Перекопу на пушечный выстрел и хотел было ночью его атаковать.

Но тут-то и обнаружилась нерешительность неспособного Голицына. Решись он сразу, как и сам наметил, атаковать, победа еще могла бы ему достаться. Войско уже двое суток было без воды, в частях обнаружился недостаток хлеба, лошади дохли; еще несколько дней, и пушки и обоз пришлось бы бросить. Готовясь к штурму, все воеводы на вопрос, как быть, дали ответ: «Служить и кровь свою пролить готовы. Только от безводья и от безхлебья изнужились, промышлять под Перекопом нельзя, и отступить бы прочь».

В результате слабовольный Голицын не рискнул штурмовать перекопские укрепления, а взамен этого вступил в переговоры с татарами. Он льстил себя надеждой, что хан, боясь нашествия на Крым, согласится на выгодные для России условия: на ук-райные города и Польшу войной не ходить; дани не брать и всех русских пленников освободить без размена. Хан же нарочно затягивал переговоры, зная, что русская армия не сможет долго стоять под Перекопом. Наконец 21 мая пришел ответ от хана. Он соглашался на мир лишь на прежних основаниях и требовал 200 тысяч рублей недополученной дани. Голицыну ничего не оставалось, как начать отступление.

Отступала русская армия в очень тяжелых условиях, по всей степи бушевали пожары. Гордон, командовавший арьергардом, впоследствии писал: «Армия наша находилась в большой опасности. Положение ее было бы еще затруднительней, если бы хан вздумал преследовать всеми силами. К счастью, у него было менее войска, чем мы воображали». Впрочем, это не помешало татарам преследовать русских целых 8 суток, не давая покоя ни днем, ни ночью.

29 июня на берег реки Мерло прибыл к войску окольничий Нарбеков «с царским милостивым словом» и с повелением распустить людей по домам. «За столь славныя во всем свете победы мы тебя жалуем милостиво и премилостиво и паки премилостиво похваляем», — так заканчивала Софья собственноручное письмо Голицыну. По возвращении из похода она осыпала богатыми наградами своего фаворита, воевод, офицеров и нижних чинов.

В Москве Софья заявила о большой победе московского войска и назвала Голицына вторым Моисеем, «проведшим людей своих по дну морскому». Но ей уже мало кто верил.

Неудача крымских походов сыграла свою роль в падении Софьи. В августе — сентябре 1689 г. сторонники семнадцатилетнего

Петра произвели государственный переворот и взяли всю власть в свои руки. Несколько сторонников Софьи были казнены, князь В.В. Голицын с семьей был отправлен в пожизненную ссылку. Этот очень «мягкий» для Петра приговор был вынесен под влиянием двоюродного брата фаворита — Алексея Борисовича Голицына, который с младенчества Петра служил у него «дядькой». Сама Софья была объявлена «зазорным лицом» и заточена в Новодевичий монастырь, где и умерла в 1704 г.

Азовские же походы Петра автор относит к русско-турецким войнам, хотя крымские татары и принимали в них участие.[262] В истории царствования Петра нам стоит отметить лишь один малоизвестный эпизод — разгром Запорожской Сечи. Благо, забывать было что.

31 октября 1708 г. Александр Данилович Меншиков осадил тогдашнюю украинскую (гетманскую) столицу город Батурин. Петр писал своему любимцу: «Батурин в знак изменникам (понеже боронились) другим на приклад сжечь весь». Письмо запоздало. Когда Алексашка его получил, город уже был разрушен до основания, причем не только казаки, но и все до единого мирные жители (6 тысяч человек, включая женщин и детей) были вырезаны. С остальными городами, где откажутся впустить русские войска, Петр приказал поступать, как с Батуриным. Петру и Меншикову удалось запугать большинство малороссийских казаков. Но, устроив батуринскую бойню, Петр оказал России поистине медвежью услугу, вбив огромный клин в отношения с населением Украины, где Батурин помнят и по сей день.

В советских учебниках истории не упоминалось, что кроме небольшого числа реестровых казаков[263] Мазепы к шведам с некоторым запозданием, в 4–5 месяцев, присоединились и запорожские казаки.

Петр, с одной стороны, пытался задобрить запорожцев, посылая им деньги, а с другой, двинул к Сечи войска. В марте 1709 г. 800 запорожцев столкнулись с тремя драгунскими полками бригадира Кампеля (всего 3 тысячи человек). Запорожцы изрубили 100 драгун и 90 взяли в плен, остальные разбежались. Потери запорожцев составили всего 30 человек.

27 марта кошевой атаман К. Гордиенко был принят шведским королем Карлом XII в местечке Великие Будища. А 1 апреля отряд запорожцев прибыл под Полтаву. У стен города казаки были обстреляны крепостной артиллерией русских. Тут Гордиенко решил похвастаться шведским офицерам мастерством казаков. По его приказу 100 казаков приблизились на 500 шагов (355 м) к валу и дали залп. На валу упало не менее 40 солдат. На башню выскочил офицер в ярком мундире. Один из запорожцев выстрелил, и тот упал. Заметим, что в русской армии в Крымскую войну предельная дальность стрельбы их пехотных ружей была 300 шагов.

Петр воспользовался пассивностью шведских войск и направил из Киева к Сечи на речных судах несколько тысяч солдат под командованием полковника Петра Яковлева. Берегом шли конные драгуны под командованием полковника Игната Галагана. 14 мая 1709 г. русские начали штурм Сечи.

Казаков в Сечи было мало, так как до 15 тысяч их ушло с Гордиенко к шведам. В ходе штурма Игнат Галаган закричал казакам: «Кладите оружие! Сдавайтесь, то всем будет помилование!» Затем Галаган поклялся на кресте. Запорожцы поверили и сдались. И тут по приказу Яковлева и Галагана солдаты учинили побоище над безоружными. После резни уцелело 278 казаков, 2 монаха и 160 женщин и детей (последние, видимо, укрылись в Сечи из близлежащих зимовников). Из оставшихся в живых 5 человек умерло под пытками, 156 человек казнено — кому рубили головы, а кого вешали на плотах, а затем пускали вниз по Днепру. Надругательствам подвергли могилы казаков и чернецов. Солдаты вытаскивали мертвых из гробов, вешали их, сдирали кожу и т. п.

В Сечи русские захватили 36 медных и чугунных пушек, 4 мортиры и 12 гановниц (гаубиц). При штурме Сечи русские потеряли 294 человека убитыми и 142 ранеными.

28 июня 1709 г. в сражении под Полтавой русские войска разгромили армию Карла XII. Часть запорожцев, бывших в шведском войске, бежала вместе с королем в Бендеры, а часть была поймана русскими и казнена по приказу Петра.

Царь повелел «вооруженною рукой препятствовать селиться запорожцам вновь в Сечи или в другом каком-либо месте». Русские войска уничтожали городки и зимовники казаков и убивали всех, не разбирая ни пола, ни возраста.

Запорожцы были вынуждены уйти в турецкие владения. Там, в урочище Алешки на Днепре, казаки построили новую Сечь, где и жили 19 лет. Затем казаки жили два года у речки Чортомлык, потом опять спустились вниз по Днепру к устью реки Каменки, откуда в 1734 г. с разрешения императрицы Анны Иоанновны вернулись в Россию.

Тем не менее из песни слова не выкинешь, в 1710–1712 гг. запорожцы вместе с крымскими татарами совершили несколько походов на русские и украинские земли.


Примечания:



2

Тумен — около 10 тысяч всадников



26

Мифтахов 3.3. Курс лекций по истории татарского народа (1225–1552 гг.). С. 113.



261

Вагенбург — обычно обозный парк или городок: сосредоточение повозок обоза при расположении на ночлег или дневку, а также при вынужденной остановке в пути при угрозе нападения противника. Если местность позволяла, то вагенбург делался в форме каре (четырехугольника), повозки смыкались в один-два ряда задками в поле, а дышлами внутрь.



262

См. Широкорад А.Б. Русско-турецкие воины. М., АСТ, Минск, Харвест, 2000.



263

263 Реестровые казаки — регулярные войска малороссийских гетманов.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх