Глава 22. Армянский вопрос и новый кризис Оттоманской империи

В своих бедах на Балканском полуострове турки, как официальные власти, так и простой люд, винили, и не совсем безосновательно, христианское население европейской части Оттоманской империи.

Но и в азиатской глубинке империи жили христиане. Особое раздражение у турок вызывали армяне. Армения, географически расположенная между Востоком и Западом, уже пять веков как утратила национальную независимость. Теперь большинство ее населения было разделено между Турцией, Россией и Персией. Армянское население Оттоманской империи насчитывало около двух с половиной миллионов человек, из которых более полутора миллионов владели землями в ее шести восточных провинциях. Но ни в одной из них армяне не составляли большинства. На своей родине они повсюду жили как религиозные меньшинства среди мусульман.

Армянские национальные организации послали своих представителей в 1878 г. на Берлинский конгресс. Армяне просили назначить в восточных провинциях Малой Азии генерал-губернатора христианина, так же как это было сделано в 1861 г. в Ливане после введения автономии. Хотя данное требование и не встретило отклика, но представители держав — участниц конгресса признали потребность армян в самоуправлении и реформах в их провинциях, а также в гарантии безопасности со стороны черкесов и курдов. Берлинский конгресс вынес решение, по которому Порта обязывалась удовлетворить эти требования армян и периодически отчитываться перед державами, которые будут следить за их исполнением, о действиях, предпринятых в этом направлении.

Но султан Абдул Гамид II был категорически против выполнять подобные требования. Единственное, на что он согласился, это назначить в каждую провинцию, населенную армянами, христианского вице-губернатора. Но на деле вице-губернатор оставался безвольной марионеткой, исполняющей приказания султана и подлежащей немедленному увольнению в случае любой предпринятой им инициативы. Таких губернаторов с иронией стали величать «Эвет Эфенди», что означает «Господин «Да».

Вскоре стало ясно, что султан не намерен исполнять решения Берлинского конгресса и подчиняться повелениям послов иностранных государств, которые подобным образом нарушали его суверенитет. Меньше всего он желал изменить что-либо к лучшему в жизни армян, которых он ненавидел и боялся. Если европейским послам удавалось заставить Абдул Гамида уволить своего чиновника за плохое обращение с армянами, то султан тут же назначал последнего на более высокий и более доходный пост.

Султан содействовал переселению мусульман с Балкан в Малую Азию, намеренно обостряя отношения между славянами, армянами, греками с одной стороны, турками и курдами — с другой.

Армяне были вынуждены защищать свои интересы. И они начали создавать местные националистические группы и тайные общества, получая поддержку от своих соплеменников из России, в основном с Кавказа, чьи концепции революции, одновременно социалистической и анархической, опережали их собственные. Вскоре они стали проникать через границу, в Эрзерум и Ван, чтобы поднять турецких армян на защиту их естественной родины.

В результате в 1881 г. в Эрзеруме была создана организация «Защитники отечества» под лозунгом «Свобода или смерть!». Цель организации — защита армян от курдов и турок. Первая действующая политическая партия — Арменакан — была основана в Ване в 1885 г. Идеи ее распространялись и за границу, что привело к созданию в Лондоне «Армянского патриотического общества Европы», стремившегося «завоевать для армян право править самими собою путем революции». Но члены партии Арменакан в достижении своих целей полагались на поддержку великих держав.

В 1887 г. в Женеве армянскими эмигрантами была основана партия марксистского типа, развившаяся впоследствии в первую в Оттоманской империи революционную социалистическую партию. Она провозглашала идею создания единого армянского социалистического государства, выделенного из турецкой территории. Рупором партии стал издаваемый за рубежом журнал «Гнчак», т. е. «Колокол». По названию этого журнала стали называть и партию, а ее членов — «гнчакистами».

Партия эта имела широкие связи в Европе и даже в Америке. Наиболее активные ее члены проживали на Кавказе. Они организовывали вылазки на турецкую территорию и добивались свержения власти турок не только в Эрзеруме, так называемой «столице турецкой Армении», но и дальше, вплоть до Стамбула. В 1890 г. в Тифлисе была создана Армянская революционная федерация (Дашнакцутюн), члены которой стали называться дашнаками. Вскоре дашнаки, будучи больше националистами, чем социалистами, разошлись с гнчакистами и, подняв лозунг: «Армянин больше не жалуется. Он теперь требует с оружием в руках», стали предпринимать активные действия.

Абдул Гамид II, встревоженный неподчинением своих армянских подданных, решил стравить христиан с мусульманами. Он с 1891 г. начал формировать нерегулярные войска из курдов и санкционировать их нападение на армян. Войска эти, получившие название «хамидие» («люди султана») и собранные в кавалерийские полки, уже к концу 1892 г. насчитывали около пятнадцати тысяч человек и продолжали увеличиваться.

«Люди султана» буквально терроризировали армянское население. Русские агенты в армянских областях Турции обращали внимание царского правительства на тяжелое положение армян. «Нужно быть здесь, на месте, — писал исполняющий должность российского вице-консула в Вене русскому послу в Константинополе, — чтобы судить, до каких возмутительных пределов доходит преследование турками армян» (7. С. 260).

Русский посол в Турции А. И. Нелидов[59] в донесениях Н. К. Гирсу сообщал об усилившихся волнениях армян в Стамбуле.

Летом 1894 г. в районе Сасуна, к югу от Муша, домогательства курдских вождей превратились в организованную систему обложения армянского населения данью с помощью шантажа, они заставляли армян платить якобы «за защиту». Одновременно и турецкие власти потребовали от армян погасить все задолженности по государственным налогам, накопившиеся за последние несколько лет. Армяне отказались платить, и тогда в район Сасуна были направлены правительственные турецкие войска. В тесном взаимодействии с курдскими племенами они стали без разбора убивать армян. Солдаты охотились на армян, «как на диких зверей», преследуя их по всему району. В плен никого не брали, мужчин закалывали штыками, насиловали женщин, разбивали о камни их детей, сжигали дотла деревни, из которых они бежали. За эту операцию турецкий командир Зеки-паша получил от султана большие наградные.

Известия о массовых убийствах армян вызвали в Европе возмущение общественности. Этим воспользовалась британская дипломатия и в конце 1894 г. предложила России оккупировать Турецкую Армению, а за это Россия должна была признать права Англии на Египет. Российский МИД отказался от подобного предложения. Формально оно было выгодно России, ведь Египет и так находился под контролем англичан, но занятие Турецкой Армении всерьез и надолго поссорило бы царя с султаном, чего, собственно, и добивался Альбион. Целью же России был контроль над Проливами, а не приращение территории в Малой Азии. Да и что царю пришлось бы делать с «собранными до кучи армянами»? Давать им независимость и создавать буферное государство между Россией и Турцией, в котором будет сильно западное, а особенно английское влияние?

Получив отказ России, британское правительство предложило создать международную комиссию по расследованию событий в Сасуне. Однако Абдул Гамид, желая скрыть зверства в Армении, отверг проект Англии, но под давлением европейской общественности вынужден был согласиться на создание турецкой комиссии с участием английского консула. Это вызвало противодействие со стороны России и Франции, требовавших присутствия в комиссии и своих представителей. Французский посол в Стамбуле обратил внимание султана на опасность присутствия в комиссии одного только английского консула, который без контроля со стороны других великих держав мог бы стать хозяином положения, и предложил привлечь к участию в комиссии французского и русского консулов, находившихся в Эрзеруме.

Британское правительство, добиваясь единства с Россией и Францией, пригласило их правительство принять участие в расследовании событий в Сасуне. Русское правительство, «не желая оставлять решение этого вопроса на рассмотрение одной Англии, а также не предвидя оппозиции со стороны Турции» (7. С. 262), приняло предложение британского кабинета.

Однако султан фактически саботировал работу комиссии. В это время армяне под предводительством гнчакистов Яровели демонстрацию, пройдя маршем по Стамбулу, чтобы вручить турецкому правительству петицию, в которой выражался протест и содержались требования реформы. Несмотря на советы патриарха армян проявлять сдержанность, демонстранты вышли из повиновения, когда один из них выкрикнул: «Свобода или смерть!» Лозунг был поддержан остальными, крики перешли в революционную песню, вмешалась полиция. В результате несколько демонстрантов было убито. Одновременно фанатики-мусульмане стали рыскать по улицам Стамбула, разыскивая и убивая армян. В последующие несколько дней армяне вынуждены были укрываться в своих церквях и выходить оттуда только под гарантии безопасности со стороны посольств иностранных государств.

В эти же дни поступило сообщение от капитана иностранного судна о массовых убийствах армян в Трабзоне (Трапезунде). Он видел, как турки на лодках убивали веслами армян, пытавшихся вплавь добраться до его судна. В Трабзоне было убито около тысячи армян, многие сожжены в своих домах заживо, лавки и магазины армян разграблены и сожжены.

Все эти террористические мероприятия против армян не были стихийными, они планировались заранее и были хорошо организованы. Все акты насилия начинались и заканчивались сигналом горна, как и любая заранее подготовленная акция. Это была официальная кампания с применением оружия против армян как против иностранного врага, скоординированная между вооруженными силами, расположенными в армянских центрах шести восточных провинций. Тактика террористических мероприятий основывалась на принципе разжигать религиозный фанатизм среди мусульманского населения. Абдул Гамид снабдил агентов, направленных в Армению, конкретными руководствами к действию. Согласно инструкции султана его агенты сначала собирали мусульманское население в самой крупной мечети города, затем объявляли от имени султана, что армяне подняли всеобщее восстание с целью нанести удар по исламу. Султан обязывал подданных добропорядочных мусульман защищать свою веру против «неверных» мятежников и предлагал обсудить заповедь святого закона, по которому присвоение верующими имущества «неверных» не является грабежом, тем самым поощряя мусульман обогащаться во имя своей веры за счет своих соседей-христиан, а в случае сопротивления убивать их. В результате по всей Армении развернулось «нападение все увеличивающейся стаи волков на овцу».

Абдул Гамид настолько извратил мусульманские принципы, что силой оружия заставил своих противников сделать выбор между смертью и обращением в ислам. Многие христианские семьи в деревнях ради спасения жизни отказывались от своей веры, теряя при этом независимость членов христианского сообщества.

Руководил террором против христианского населения советник султана Шакир-паша, бывший посол в Петербурге. Официально он занимал должность «инспектора отдельных округов в провинциях Азиатской Турции». В действительности же он занимался планированием и исполнением массовых убийств в каждом округе. Шакир-паша стремился уничтожить как можно больше армян-христиан с целью экспроприации их земель в пользу турок-мусульман.

Каждая операция между сигналами горна проходила по одинаковому сценарию. Сначала в город вводились турецкие войска с целью организации резни. Затем приходили нерегулярные части курдов и курдские племена с целью грабежа. Начинались убийства, грабежи и поджоги. Пытавшихся спастись бегством армян преследовали, прочесывали окрестности и деревни. За зиму 1895 г. в двадцати района Восточной Турции было уничтожено значительное число армянских семей, а имущество их и земли переданы в собственность мусульманам.

В каждом из тринадцати крупных городов Восточной Турции число погибших армян исчислялось четырехзначными цифрами. В Эрзеруме мусульмане разграбили и разрушили базар, насчитывавший тысячу лавок и магазинов, а на следующий день в общей могиле было захоронено около трехсот христиан.

В городе Урфа армяне составляли треть населения. Резня там была особенно чудовищной. В конце 1895 г. мусульмане два месяца осаждали армянский квартал. В декабре знатные армяне, собравшись в кафедральном соборе, составили заявление с требованием официальной защиты со стороны турецких властей. Турецкий офицер пообещал такую защиту и под этим предлогом окружил собор. Затем большой турецкий отряд в сопровождении толпы мусульман прошел через армянский квартал, грабя все дома подряд и убивая всех мужчин. Большая группа молодых армян была доставлена к шейху. Он приказал бросить их на землю лицом вверх и держать за руки и за ноги и, по словам очевидца, прочитал им стихи из Корана, а затем «перерезал им всем горло подобно тому, как в Мекке осуществлялся обряд принесения в жертву овцы» (69. С. 608).

Когда вечером звук горна оповестил о завершении операции, около трех тысяч армян попытались укрыться в кафедральном соборе. Но на следующее утро, в воскресенье, толпа фанатиков-мусульман ворвалась в собор и с криками: «Зовите Христа, пусть он докажет, что он больше пророк, чем Мухаммед» — принялись грабить и разрушать алтарь. Затем мусульмане притащили груду соломенных циновок, разложили их в соборе на носилках для трупов, облили нефтью и подожгли. Все находившиеся в соборе армяне погибли в пламени. Вскоре горн оповестил об окончании операции, чиновники прошли по армянскому кварталу, обещая, что убийств больше не будет.

В эти дни в Урфе турецкие солдаты и фанатики-мусульмане полностью вырезали 126 армянский семей, а общее число жертв, включая сгоревших в кафедральном соборе, достигло восьми тысяч человек.

Только в одном случае армяне выступили в роли нападающей стороны. Произошло это в крепости Зейтун, расположенной в горах в бывшей провинции Киликии. Отряд армян напал на турецкий отряд, выбил из крепости турецкий гарнизон и захватил 400 пленных. Затем армяне переоделись в турецкую военную форму, вошли в близлежащий турецкий городок, разграбили и сожгли его, после чего стали практически контролировать округ. Турки направили к Зейтуну большие силы регулярных войск, подвергли крепость обстрелу, но армяне уже ушли из нее.

А тем временем армянская община в Стамбуле обратилась к послам иностранных государств с просьбой о посредничестве. В результате удалось договориться с турецкими властями, что все турки и армяне, находившиеся в округе, должны сложить оружие и тогда будут амнистированы.

28 августа 1896 г. группа армян вошла в здание Османского банка — главного банка империи. Сопровождавшие их носильщики несли большие сумки якобы с золотыми и серебряными монетами. Но тут раздался свисток, и в банк ворвались 25 вооруженных человек, они открыли стрельбу в воздух и продемонстрировали, что сумки набиты бомбами, патронами и динамитом.

Вошедшие объявили, что они не грабители, а армянские патриоты и хотят привлечь внимание европейских посольств, предъявив им свои требования и жалобы, изложенные в двух документах. В документах этих выдвигались требования политической реформы и говорилось, что если в течение сорока восьми часов не произойдет иностранного вмешательства, то армяне «не остановятся перед жертвами» и взорвут банк.

Генеральному директору Османского банка англичанину Эдгару Винсенту удалось незамеченным выбраться из банка через люк в застекленной крыше. Он сразу отправился в министерство иностранных дел и добился там гарантии, что полиция не предпримет против армян никаких действий, пока те находятся в помещении банка. Это дало возможность начать переговоры. Вел переговоры первый переводчик русского посольства. Он добился от султана помилования армянским патриотам, и они, получив заверения в том, что переговоры состоятся, при оружии, но, оставив бомбы, покинули банк и спокойно проследовали на борт яхты Эдгара Винсента, чтобы затем быть высланными во Францию.

Султан Абдул Гамид II не желал спорить с англичанами, но отдал приказ учинить в столице расправу над армянским населением. В течение двух дней улицы Константинополя были залиты кровью. Толпы солдат и фанатиков-мусульман грабили и убивали армян. Всего было убито около шести тысяч человек. На второй день бойни представители европейских держав предъявили султану протест. Британская эскадра покинула Мальту и подошла к Дарданеллам.

Султан был сильно встревожен этим обстоятельством и обратился к русскому послу А. И. Нелидову. Он просил выяснить, чего хотят англичане, и требовал срочного ответа. Нелидов доносил в Россию: «В общих выражениях он (султан) говорит о соглашении с нами о совместной защите Дарданелл. Но, зная его двуличие, я полагаю, что не следует вступать на этот путь, если только он… не укажет сам точных основ соглашения». В следующей телеграмме Нелидов, пытавшийся сохранить осторожность и сдержанность, все же выдает свое волнение: «Я не могу не обратить самым настойчивым образом внимание императорского правительства на огромную опасность, которую представила бы для нас европейская акция на Босфоре, которая навсегда заперла бы нас в Черном море».[60]

Опасения Петербурга в отношении намерений британского кабинета отнюдь не были беспочвенны. Англичане в 1882–1885 гг. заняли Египет и Судан. В 1882–1888 гг. под «опеку» Англии попал весь юг Аравийского полуострова от Адена до Катора. Остров Кипр был оккупирован еще в 1878 г.

Летом 1895 г. премьер-министром стал лорд Солсбери. Лорд был настроен крайне воинственно и немедленно предложил план раздела Оттоманской империи. Согласно плану Солсбери Англия получала Месопотамию, всю Аравию, остров Крит и брала под контроль Черноморские проливы. Италии, которая уже тогда начала говорить о «нашем море», т. е. об обращении Средиземного моря в «Итальянское озеро», Солсбери предложил отдать в качестве отступного две области Оттоманской империи — Триполитанию (современную Ливию) и Албанию. Но на Албанию уже имела виды Австро-Венгрия, которую решительно поддержала Германия. Узнав, что передача Албании итальянцам считается в Германии неприемлемой, Солсбери дал понять, что может дать компенсации Италии в других местах, например в Марокко и даже в Тунисе, т. е. за счет Франции.

В ноябре 1895 г. Солсбери предложил ввести британскую эскадру в Мраморное море. Кабинет министров безоговорочно поддержал своего премьера. Королева Виктория с энтузиазмом отнеслась к этому предложению. Напомню, что британскую королеву Николай II звал бабушкой, поскольку он был женат на ее внучке Алисе Гессенской. Но, увы, категорически против операции выступил первый лорд Адмиралтейства Гошен. Он заявил, что, войдя в Мраморное море, флот окажется запертым, как в мышеловке, между французской и русской эскадрами. Солсбери ворчливо ответил Гошену, что если его корабли сделаны из стекла, то понятно, что придется изменить политику.

Замечу, что опасения Гошена насчет французского флота, второго после английского по величине, были вполне обоснованны. Франция была крайне недовольна оккупацией Египта, на который она сама имела виды еще со времен короля Людовика XIV и генерала Бонапарта. Назревал англо-французский конфликт в верховьях Нила, и, наконец, Франция вряд ли пожелала бы отдать Марокко и Тунис.

И вот через год Англия вновь готовится к вторжению в Проливы, благо расправы над греками и армянами давали для этого достаточно поводов. Британская пресса начала массированную кампанию за вмешательство в турецкие дела. Бывший премьер-министр Гладстон, которому было уже 86 лет, сделал в Ливерпуле программное заявление против «непредсказуемого Турка», империя которого заслуживала того, чтобы «быть стертой с карты мира» как «позор цивилизации» и «проклятие человечества». Он заклеймил султана как «Абдула Великого Убийцу».

В Петербурге ждали вторжения англичан в Проливы буквально со дня на день, и Николай II принимает решение опередить вероятного противника и занять Босфор, а по возможности и Дарданеллы. И это было не волюнтаристское решение, а реализация заранее продуманного плана.


Примечания:



5

В 1860-х гг. в России пушкам одного калибра в зависимости от длины ствола давали № 1–4. Наиболее длинные имели № 1.



6

Отчет МТК за 1870 г. СПб., 1871. С. 19.



59

А. И. Нелидов принадлежал к старинному дворянскому роду Нелидовых, известному еще с XV в. В начале XVI в. от Нелидовых отделилась ветвь Отрепьевых-Нелидовых, к которой принадлежал и знаменитый Юрий Богданович Отрепьев.



60

Телеграммы Нелидова от 26 (14) августа и 3 сентября (22 августа) 1896 г.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх