• Первые боевые действия
  • Потопление авианосца Ark Royal 14 ноября 1940 года и линкора Barham 25 ноября 1940 года
  • Управляемые торпеды итальянцев 18 декабря 1941 года

  • Мышеловка
  • Британские подлодки
  • Глава 7

    Подводные лодки в Средиземном море

    (1940-1942)

    Первые боевые действия

    Потопление авианосца Ark Royal 14 ноября 1940 года и линкора Barham 25 ноября 1940 года

    В Гибралтаре базировалась эскадра «H» под командованием адмирала Соммервиля. Поскольку в связи с близостью Италии Мальта рассматривалась как угрожаемый район, морские силы адмирала Каннингема были перебазированы в Александрию1.

    Между двумя этими базами Тунисский пролив, образованный между островом Сицилия и мысом Бон, за которым день и ночь велось наблюдение итальянскими ВВС и ВМС, образовывал препятствие, разрезавшее Средиземное море на две отдельные части. Корабли адмирала Чампиони находились в состоянии боевой готовности для нападения на конвои, пытавшиеся прорваться через пролив.

    Когда в сентябре 1940 года началось наступление итальянцев в Ливии, британцы тут же взяли под пристальное наблюдение итальянскую флотилию. Большая военно-морская база подверглась бомбардировке с самолетов авианосца Illustrious 11 ноября; 27 ноября разыгралась битва между британской флотилией «H» и подтянутыми из Александрии линейного крейсера Ramillies с одной стороны и флотилии адмирала Чампиони – с другой стороны; 28 марта 1941 года последовало морское сражение у мыса Матапан, в котором итальянцы потеряли три крейсера и два эсминца.

    После окончания военных операций во Франции и отказа немцев от проведения операции «Морской лев» Средизем– номорье стало главным театром военных действий, а Мальта, Греция, Крит, Кипр, Египет и Суэцкий канал – его горячими точками.

    События на море доказали прогресс и храбрость британцев, с другой стороны – выявили недостаточность кооперации между итальянскими ВВС и ВМС, а также неприспособленность итальянцев к ведению ночного боя. Хотя в декабре 1940 года немцы и перебазировали на Сицилию свой 10-й авиакорпус, этого усилия было недостаточно для того, чтобы эффективно противопоставить что-либо британским атакам.

    Англичане поддерживали в Средиземном море две базы подводных лодок: на Мальте находилась 4-я флотилия (4 лодки типа О и две лодки – минные заградители типа Porpoise), которая была усилена 10-й флотилией (девять 630-тонных лодок типа U в феврале 1941 года. В Александрии находилась 1-я флотилия (12 лодок типа P и R), прибывшая с Дальнего Востока.

    Мальта с находившимися там подводными лодками страдала от продолжительных налетов 10-го авиакорпуса. Жизнь на борту этих лодок, находящихся в гавани, была невыносимой, и экипажи предпочитали боевые выходы, которые казались менее опасными, чем пребывание в порту. Некоторые из них ложились вдоль пирса на дно, чтобы выжить во время налетов. Интенсивность работ на верфях Мальты снизилась на треть от обычной производительности труда2.

    Подлодки – минные заградители Rorqual и Cachalot, имевшие относительно большие пространства для размещения грузов, использовались для снабжения Мальты топливом и боеприпасами. Лодка Cachalot при выполнении подобной задачи в июле стала жертвой итальянской подводной лодки. Rorqual 31 марта 1941 года уничтожила итальянскую подлодку Pier Capponi.

    Во время освобождения Крита 29 июля Thrasher доставила в Александрию 78 солдат. Другие британские подлодки также успешно выполняли подобные задачи. Во время одного из подобных предприятий 20 июля Union была потоплена торпедами одного из итальянских катеров[16].

    Атаки на конвои стран оси участились во второй половине 1941 года. Они проводились в тесном взаимодействии ВМС и ВВС, а также с 10-й флотилией. Они так сильно беспокоили Верховное командование вермахта, что вынудили сменить маршруты германо-итальянских конвоев. Прямая линия сообщений, соединявшая Мессину, Триполи и Бенгази, находилась в пределах досягаемости истребителей Королевских ВВС, прибывших в июне на Мальту, 49 самолетов «Харрикейн» авианосцев Ark Royal и Furious, а также бомбардировщиков «Бленхейм» из Гибралтара.

    Конвои государств оси брали впредь курс «ост», на мыс Матапан, а затем проскальзывали через проход, существовавший между районами Мальты и Марка-Матук, за которым не было установлено наблюдения.

    Во время патрулирования в районе у Мессины и Тарента британские подводные лодки докладывали о взлетевших самолетах и о вышедших из этих портов военных кораблях. Им удалось даже уничтожить несколько из них. Опасения того, что сообщение между Италией и Северной Африкой может быть нарушено и таким образом окажется затруднено снабжение германо-итальянских войск, побудили Гитлера отдать приказ и направить подводные лодки в Средиземное море.

    Идя против своей воли и только под влиянием давления Верховного командования вермахта, Дёниц направил в этот район шесть подводных лодок. В конце сентября они пересекли пролив Гибралтар, а еще четыре последовали за ними в начале ноября.

    Вход подлодок в Средиземное море оказался существенным фактором: 13 ноября в 15.41 U-81 (капитан-лейтенант Гуггенбергер) торпедировали Ark Royal в районе Гибралтара, когда авианосец (22 600 брт) возвращался после операции против одного из итальянских конвоев. После того как экипаж предпринял напрасные попытки удержать корабль над водой, 14 ноября в 6.13 ему пришлось покинуть судно, после чего авианосец затонул вблизи Гибралтара. Это была особая потеря для британских ВМС, поскольку адмирал Каннингем располагал в то время лишь одним кораблем этого типа3.

    25 ноября Каннингем вышел вместе со своей первой дивизией линейных кораблей (Queen Elizabeth, Barham и Valiant) и девятью эсминцами из Александрии для проведения операции против большого конвоя, состоявшего из танкеров, направлявшегося в Триполи. Во время этой операции в 16.29 Barham, флагман вице-адмирала Придхэм-Виппеля, был потоплен торпедами U-331 (капитан-лейтенант фон Тизенгаузен). Сразу после этого лодка совершила всплытие и едва избежала попытки тарана со стороны Valiant. Лодке, которой снова пришлось погружаться, удалось невредимой уйти от глубинных бомб эсминцев.

    Ark Royal потерял одного человека; во время потопления Barham вместе с командиром, капитаном 1-го ранга Куком, погиб 861 человек из состава экипажа. Потопление этих кораблей долгое время скрывалось британским адмиралтейством. Незадолго до наступления полуночи 14 декабря U-557 (капитан-лейтенант Паульсен) удалось своими торпедами расправиться с крейсером Galatea в 30 морских милях западнее Александрии.

    В это время Мальта почти ежедневно подвергалась налетам авиации противника, в результате чего снабжение этого района становилось все сложнее осуществлять.

    С сентября германский Генеральный штаб заметил угрозу снабжению частей, находившихся в Африке, исходившую от действий английских подводных лодок, особенно от подлодок с Мальты. Гросс-амирал Редер в этой связи отдал приказ: «Во избежание полной потери частей государств оси, ведущих боевые действия в Северной Африке, предпринять скорейшие меры для устранения этой угрозы».

    С октября по декабрь 1941 года британские подводные лодки уничтожили шесть германских торговых судов (17 413 брт) и 19 судов под итальянским флагом (61 805 брт). В целом в 1941 году Италия потеряла 191 единицу общим водоизмещением 820 775 брт из 608 торговых судов водоизмещением более 500 брт, общим водоизмещением 2 205 980 брт, которыми располагала Италия на 1 января этого года в Средиземном море.

    Сегодня известно, что результат деятельности итальянских подводных лодок в Средиземноморье во время Второй мировой войны равнялся нулю. И все же…

    Управляемые торпеды итальянцев

    18 декабря 1941 года

    В вечерних сумерках 18 декабря 1941 года итальянская подводная лодка Scire приблизилась к порту Александрии, после совершения марша частично в подводном, частично – в надводном положении. Командир лодки, князь Валерио Боргезе, приказал всплыть в позиционное положение. Шесть человек, одетые в черные гидрокостюмы и с аквалангами на спинах, уже находившиеся в готовности, выбрались из рабочего люка и, прощаясь, помахали князю рукой. Князь готовил их для выполнения специального задания. Он получил приказ доставить этих людей к месту выполнения боевой задачи. Затем были открыты дверцы прикрепленных к борту лодки контейнеров, и из них извлекли три торпеды, называвшиеся в итальянских ВМС SLC – торпеды тихого хода. Примечательными техническими особенностями их конструкций были два члена экипажа:

    SLC-221 – капитан-лейтенант Дуранд де ла Пенн и инструктор-аквалангист Бианчи;

    SLC-222 – капитан военно-морской инженерной службы Марцеглиа и унтер-офицер водолаз Шергат;

    SLC-223 – капитан Мартелотта и водолаз-инструктор Марино.

    Двухпилотные торпеды были спущены на воду, и на их спине уселись попарно друг за другом шестеро людей. В это время Scire удалялась на среднем ходу, погрузившись под воду.

    Черная как смоль ночь, безветрие и абсолютно спокойное море. Три SLC двигались совсем близко друг к другу над водой в направлении входа в порт. Вот уже на расстоянии 500 метров показался прибрежный маяк. В полной тишине шестеро аквалангистов достали из мешков бутерброды, которые все же были немного влажными, и съели их с удовольствием. Поскольку они немного опережали расписание, у них оказалось немного времени пообщаться. Они находились в районе минного поля, однако скользили над минами. Наконец они повернули к пирсу, который должны были обогнуть.

    Неподалеку находился сторожевой катер, бросавший глубинные бомбы, что, однако, не имело никакого отношения к ним, а было лишь обыкновенным вечерним профилактическим мероприятием. Аквалангистов не обнаружили, и пришло время нырять. Было видно лишь шесть голов, продвигавшихся сквозь волны. Перед ними открылось боновое заграждение для прохода трех торпедных катеров, и итальянцы использовали эту возможность, чтобы проскользнуть внутрь акватории порта… Их цели были определены и спланированы заранее:

    Valiant для Дуранда де ла Пенна, Queen Elizabeth – для Марцеглиа и один из крупнейших, находившихся в порту нефтяных танкеров – для Мартелотты.

    2.19. Дуранд находится лишь в 30 метрах от Valiant и плывет, держа голову над водой, перед ним всплывают противоторпедные сети линкора. SLC-221 пробирается над ними, возникшее в результате небольшое волнение воды тотчас вновь стихает. Хотя огни Valiant и затемнены, однако то здесь, то там можно различить свет. Кажется, что на гиганте, чей борт возвышается сейчас над Дурандом, все спят. Вахтенные клевали носом. Отважный пловец поднырнул так близко под днищем корабля, что мог дотронуться до киля рукой. Неожиданно он почувствовал, что его торпеда двигается под водой не так, как должна. Похоже, она стала слишком легкой. Капитан-лейтенант оглядывается, он обнаруживает, что Бианчи нет, его место пусто. Вероятно, он без сознания плавает на поверхности. Офицер всплывает, чтобы найти товарища, однако его напарника нигде не видно. Поскольку, несмотря ни на что, Дуранд должен выполнить боевую задачу, он снова ныряет и ложится на дно. Над ним вырисовывается призрачный контур его цели. Дуранд думает о своих товарищах, занятых работой, которая сейчас уже должна быть выполнена… Однако, когда он вновь принимается за дело, часовой механизм взрывателя не запускается. Он обезвреживает взрывной заряд и извлекает механизм взрывателя из корпуса. Неисправность вскоре устранена, поскольку Дуранд уже сотни раз отработал все необходимые движения. Через сорок минут пребывания под водой капитан-лейтенант полностью утомлен, он дрожит всем телом. Чувствуя, что его силы на исходе, закрепляет заряд не на корпусе, а непосредственно над собой, в носовой части корабля, затем быстро всплывает, срывает с лица кислородную маску и полной грудью вдыхает свежий воздух. В нескольких метрах от линкора он видит буй, к которому пришвартован Valiant. На нем в тени гиганта он рассмотрел человека, подающего ему знаки. Это Бианчи лежит на буйке, почти скрытый от посторонних глаз за якорной цепью.

    В тот же момент звучит ружейный выстрел, луч прожектора скользит через пост и освещает обоих моряков… Через несколько секунд на полном ходу к ним спешит баркас… Оба итальянца взяты на борт Valiant, и их ведут на допрос. Конечно, они разместили взрывное устройство на борту Valiant, но где именно? Они отвечают – и не без гордости – лишь на вопросы об их происхождении и называют свои имена. Они не хотят говорить? Ну хорошо, их проводят узкими коридорами, затем по лестницам ведут вниз, и они оказываются в самом низу носовой части корабля, их помещают в небольшой носовой отсек, как раз в том месте, под которым Дуранд закрепил свою мину…

    Вскоре последует взрыв, и они подорвутся вместе с кораблем. Однако итальянец всегда найдет выход из положения. Дуранд требует, чтобы его провели к командиру… Остается ровно десять минут до того момента, когда должен будет произойти взрыв.

    – Господин командир, уведите своих людей в безопасное место. Корабль вот-вот взлетит на воздух, и вы уже ничего с этим не сделаете, – говорит он.

    – Где мина?

    Дуранд не отвечает.

    – Хорошо, уведите пленного обратно в носовую часть корабля.

    Придя туда, Дуранд с ужасом замечает, что Бианчи исчез.

    Взрыв! Линкор с оглушающим треском медленно начинает заваливаться на бок. Камера, в которой находится Дуранд, тускло освещается через иллюминатор на уровне ватерлинии. Сотрясением от взрыва дверь распахнуло настежь, и через нее итальянец выбегает на палубу. Там он натыкается на матросов, бегущих к надстройкам, и снова сталкивается с командиром.

    – Где Бианчи, что вы с ним сделали? – спрашивает Дуранд.

    Со своего места Дуранд может увидеть порт, небо над которым в утренних сумерках кажется багровым. Перед ним в 500 метрах находится Queen Elizabeth. И там, на линкоре, тоже раздается сильный взрыв. Ужасный треск, летящие обломки, мазут, вытекающий из пробоины и начинающий гореть…

    Марцеглиа и Шергат выполнили задачу…

    SLC-222 достигла Queen Elizabeth в 3.15. Марцеглиа включил таймер взрывателя и разместил торпеду на запланированном месте. Хотя двухместная торпеда и была замечена ранее, Марцеглиа спрятался под днищем корабля. Оба пловца смогли позже скрыться и достигнуть берега, где сняли гидрокостюмы и спрятали их за лодкой, вытянутой на берег. Затем, как самые безобидные в мире парни, они проследовали на вокзал Александрии и выехали в Каир. Но там они были арестованы египетской полицией и выданы англичанам.

    Мартелотта и Марино также нашли свой большой танкер. Когда они хотели установить мину под его днищем, еще один, более мелкий танкер причалил к борту своего большого брата. При этом он предоставил итальянцам такое укрытие, что они преспокойно смогли выполнить свою работу. Взрыватель был установлен на три часа. Мартелотта и Марино оставили на воде небольшие зажигательные заряды, от которых после взрыва должна была загореться растекавшаяся нефть.

    Двигаясь под водой, они направлялись со своей торпедой к выходу из порта. Вначале они опасались наличия такого большого количества кораблей вокруг, однако их не обнаружили. На суше они уничтожили свою SLS и спрятали гидрокостюмы.

    При попытке покинуть порт они были арестованы и доставлены в тюрьму.

    В 5.54 услышали три взрыва, последовавшие один за другим. Из этого заключили, что все три группы успешно выполнили задание.

    Шесть пленных с одной стороны, а с другой – два получивших значительные повреждения линкора водоизмещением по 32 000 брт, на долгое время вышедших из строя, и два нефтяных танкера, полностью сгоревших вместе со своим ценным грузом!

    Огромный успех!

    На Queen Elizabeth вблизи ее котла разорвалась бронированная плита, образовалась пробоина длиной 2,4 метра и 4– 5 сантиметров шириной. Поскольку корабль погружался без крена, огромная пробоина на днище была обнаружена позднее. 5 апреля 1942 года линкор был доставлен в док, где оставался продолжительное время. «По счастливой случайности, – пишет капитан Роскилл, – удалось удержать оба линкора на ровном киле, так что спецслужбы противника и его авиация не смогли оценить полного успеха своих действий. Британский военный флот в Средиземном море был нейтрализован»4. Успех итальянских торпед, управляемых двумя подводниками, заставил Черчилля задуматься. Почему бы англичанам не предпринять подобные операции?

    Нельзя ли таким же образом атаковать Tirpitz, лежавший в норвежском фьорде, как это было проделано в порту Александрии?

    18 января, через месяц после событий в Египте, Черчилль писал генералу Айсмэю, начальнику объединенного Генерального штаба трех родов войск: «Прошу проинформировать меня о том, что было предпринято для того, чтобы итальянская операция в Александрии и все другие подобные операции были взяты нами в качестве примера. В начале войны полковник Джефферис выдвигал в этой области несколько неплохих идей, однако не нашел поддержки. Неужели итальянцы опередили нас в воплощении в жизнь научного прогресса? Противоположная ситуация была бы вероятнее. Я прошу четко изложить мне настоящее положение дел в этой области».

    Черчилль и британское адмиралтейство сначала держали в секрете информацию о том, что Valiant и Queen Elizabeth длительное время будут непригодны для участия в боевых действиях. Однако правду скрыть не удалось. Когда британские матросы возвращались из Египта на родину, они рассказывали о ночи ужасов в Александрии, и руководство ВМС было вынуждено обнародовать временное выбытие из строя обоих линкоров, а также причины, по которым это произошло.

    23 апреля 1942 года Черчилль сделал заявление в нижней палате парламента: «По этой причине теперь Средиземное море осталось без линкоров. Поэтому в Северную Африку были направлены несколько авианосцев и самолеты с южного и северного побережий Англии, туда, где в них есть острая необходимость».

    Вскоре после этой речи германские подводные лодки в Средиземноморье получили приказ обнаружить и уничтожить авианосцы.

    Мышеловка

    29 ноября 1941 года Дёниц получил от Верховного командования ВМС приказ о боевом применении всех подводных лодок в Средиземноморье и в районе западнее Гибралтара. В приказе говорилось: «Обстановка и значение удержания некоторых позиций в Средиземном море для общего ведения войны вынуждает к решительному сосредоточению усилий боевого применения подводных лодок до восстановления положения»5.

    Командующий подводными лодками не был согласен с такой стратегией и объявил об этом в вышестоящих ведомствах. Для него Атлантика была и по-прежнему оставалась горячей точкой ведения подводной войны, поскольку там следовало ожидать решения исхода войны. Кроме того, он негативно воспринимал Средиземное море, поскольку там в 1917 году, после уничтожения своей лодки, он попал в английский плен. В этом тесном морском районе, в котором британским ВМС и ВВС с Гибралтара, Мальты и Александрии было нетрудно контролировать пути сообщений, подводные лодки редко могли находиться в надводном положении. «Также в состоянии обороны с трудом представлялось возможным вновь направить в Атлантику лодки, побывавшие в Средиземном море. Постоянное сильное течение, не говоря уже о встречном прибрежном течении, проходит из Атлантики через пролив Гибралтар в Средиземное море, – пишет Дёниц. – Хотя оно и облегчает подлодкам проникновение в Средиземное море, лодки, вынужденные при этом погружаться из-за наблюдения со стороны противника, под водой несет течением в Средиземное море, однако при прохождении из пролива Гибралтар на западе в Атлантику этот фактор становится чрезвычайно неблагоприятным. Движение над водой против течения в сложившемся военном положении потребовало бы слишком много времени для того, чтобы осуществить выход из Средиземного моря за одну– единственную ночь. Движение под водой, к которому с большой вероятностью были бы вынуждены прибегать подлодки из-за наблюдения противника, едва ли возможно в центре пролива, так как течение слишком сильно сносит подлодки обратно в Средиземное море, в то время как навигация по краям пролива при встречном течении слишком сложна в создавшемся военном положении. Таким образом, лодки из Атлантики, однажды попавшие в Средиземное море, находились там… в мышеловке»6.

    С огромной неохотой, только следуя приказу, Дёниц направил 15 лодок в западный и 10 лодок – в восточный районы Средиземноморья.

    Потери подтвердили стратегические взгляды адмирала: 16 ноября 1941 года корвет Marigold потопил U-433 восточнее Гибралтара после того, как лодка уже прошла пролив; 28 ноября U-95 в результате атаки торпедами голландской лодки O-21 постигла та же участь. 11 декабря в тех же водах была потоплена U-127. 16 декабря по несчастному стечению обстоятельств U-557 стала жертвой тарана итальянского торпедного катера Orion. 21 декабря своими бомбами самолет 812-й эскадрильи берегового базирования уничтожил в районе Гибралтара U-451. 23 декабря U-79, а еще через 5 дней U-57 были потоплены эсминцами сопровождения у Александрии.

    Семь германских лодок были уничтожены за шесть недель, этого было слишком много!

    Германские подлодки дорого заплатили за торпедирование Barham и Ark Royal, а также уничтожение или нанесение ущерба крейсерам Neptune, Aurora, Renelope и Kandahar, получившим либо пробоины от торпед, либо подорвавшимся на минах. Поскольку лодки гибли одна за другой, Дёниц посылал одно за другим сообщения в Верховное командование ВМС, в которых он настоятельно указывал на то, как важно наращивание усилий в ведении войны подводными лодками в Атлантике после вступления в войну Соединенных Штатов.

    Британские подлодки

    Среди стран Средиземноморья главными театрами военных действий были Крит, Балканы и Северная Африка, где Роммель после своих побед в Триполи и Крисномке потерпел поражение в битве под Эль-Аламейном и был вынужден отступать перед 8-й британской армией. На море действовала 1-я британская флотилия подводных лодок из Александрии в Эгейском море и в районе побережья Киренаики, в то время как 10-я флотилия беспрерывно атаковала германо-итальянские конвои, шедшие в Ливию. Британские подводные лодки также принимали участие в освобождении Крита. Как уже было упомянуто, при этом Thrasher доставила 78 человек в Александрию. Для лодки водоизмещением 1100 тонн это, несомненно, геройский поступок.

    Во второй половине года усилилась деятельность английского подводного флота, поскольку среднее число задействованных подводных лодок возросло с 8 до 12. Их действия были столь активными, что, как уже было упомянуто, германо-итальянским конвоям приходилось менять маршруты. Британские подводные лодки должны были также косвенно участвовать в обеспечении безопасности направлявшихся из Гибралтара на Мальту и двигавшихся на юге Сицилии конвоев, ведя наблюдение за тем, где и когда итальянские конвои покидали порты.

    Под наблюдением должны были находиться также маршруты следования конвоев противника, при этом временами подводные лодки вынуждены были действовать на территории минных полей.

    Они патрулировали в районе Цикладен, у побережья Пелопоннеса и в Адрии, где было налажено германо-итальянское судоходство малыми судами.

    Torbay (капитан 3-го ранга Миерс из 1-й флотилии подводных лодок в конце июля у мыса Малия) потопила несколько парусных судов; в канале Доро, несмотря на мощное прикрытие со стороны эсминцев, лодка торпедировала торговое судно и танкер. Наконец, орудийным огнем она потопила еще один парусник с войсками и грузом снабжения на борту.

    5 июля у острова Сюра лодка обнаружила итальянскую подлодку Jantina (600 тонн) и потопила ее двумя торпедами. Снова у мыса Малия Torbay потопила сопровождавшийся эсминцем итальянский танкер Strombo.

    В тесном взаимодействии с Королевскими ВВС, надводными силами ВМС и с подводными лодками в 1941 году в Средиземном море было потоплено 259 000 брт германо-итальянского торгового флота. При этом речь шла не о торговых судах, перевозящих обычные товары, а о танкерах, перевозивших жизненно важное топливо для танков Африканского корпуса.

    В противоположность стратегическим взглядам адмирала Дёница, которому Верховное командование ВМС отдало приказ о направлении подводных лодок в «мышеловку» для поддержки действовавшего в Африке корпуса, адмирал Каннингем писал тогда: «Каждая из наших лодок в Средиземном море стоит на вес золота».





     

    Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх