• События в Дакаре 23—25 сентября 1940 года
  • Глава 6

    Бои в Атлантике

    События в Дакаре 23—25 сентября 1940 года

    То, что французские линкоры Richelieu и Dunkerque могли еще принимать участие в боевых действиях в конце сентября 1940 года, создавало англичанам стратегические и психологические трудности. Они опасались, хотя и напрасно, что эти два корабля рано или поздно поднимут германский флаг, если не выступят открыто под германским командованием. Dunkerque получил серьезные повреждения 3 июля в порту Мерсэль-Кебир. Через 4 дня Richelieu в порту Дакар также был нанесен тяжелый ущерб от попадания торпед английских самолетов с авианосца Hermes в корму и правый борт. В этой акции также приняли участие крейсеры Australia и Dorsetshire. Поскольку ни один из двух боевых партнеров не добился успеха, англичане подготовили крупный удар, который должен был повлечь за собой не только военные, но и политические последствия. Они рассчитывали добиться объединения вооруженных сил вишистской Франции и свободных французов. Флотилия, находившаяся под командованием адмирала Каннингема, состояла из линкоров Barham и Resolution, авианосца Ark Royal, крейсеров Devonshire, Australia и Cumberland, также соответствующего количества эсминцев, и появилась 23 сентября у Дакара. В принципе инициатива должна была исходить от свободных французов, для этого на британский флагман был взят французский генерал де Голль. Он намеревался сначала переговорами, а затем, если они не дали бы результатов, при помощи насилия получить согласие губернатора Бойссона на высадку 2400 французов, за которыми последовало бы вдвое большее количество англичан.

    Операция «Угроза» планировалась в строжайшем секрете в Лондоне, однако, по-видимому, не все хранили молчание.

    От британской флотилии к губернатору были направлены парламентеры. Последний, обсудив предварительно ситуацию с адмиралом Ландри, комендантом порта Дакара, и адмиралом Лакроа, командующим ВМС на этой морской базе, и, согласно полученному из Парижа приказу, отказал в высадке. Richelieu, крейсер Montcalm и Georges Leygues, несколько эсминцев и три подводные лодки Ajax, Persee и Beveziers находились внутри акватории порта или на верфях. Когда в 10.15 английские эсминцы приблизились к порту на расстояние выстрела, батареи открыли огонь. Через 10 минут вся британская флотилия оказалась под огнем береговых орудий, разыгралась артиллерийская дуэль.

    Туман, существовавшая неизвестность относительно фактического соотношения сил и неверный маневр препятствовали любой попытке высадиться.

    Диспропорция британских и французских вооруженных сил была значительной, и все преимущества были на стороне британцев. Две из трех подводных лодок, Persee и Ajax, были готовы к выходу в море. Beveziers находилась на верфи. Исправным был лишь один из двух ее дизельных двигателей. Корпус лодки был выкрашен ярко-красным суриком, так что самолеты противника могли обнаруживать ее даже под водой. В то время как ремонтно-восстановительные работы продолжались в спешке, командиры обеих оставшихся лодок, несмотря на опасность, попытались выполнить приказ о выходе. События в Мерсэль-Кебире, стоившие жизни 1300 французским морякам, произошли лишь два месяца назад. Persee и Ajax покинули порт в надводном положении из-за отлива. В 10.40 Persee (капитан-лейтенант Лапиерр) взяла курс на мыс Верде, где ожидалась высадка противника. Ajax (капитан– лейтенант Гвимон) проследовала курсом на порт Руфискью, где начали показываться первые войсковые транспорты.

    В 11.37 лодка Persee, выпустив четыре торпеды по британскому крейсеру, была обнаружена одним из самолетов и потоплена градом бомб. Лидеры эскадренных миноносцев Surprise, Calais и Gazelle из-за орудийного огня британской флотилии были вынуждены повернуть назад, при попытке спасти уцелевших с подводной лодки, и лишь чудом избежали потерь. Когда потопление Persee увидели c борта Ajax, лодка начала отход за Прир. Адмирал Каннингем в 11.54 держал в руках ответ губернатора на свой ультиматум, в котором говорилось: «Мы заявляем вам, что будем сопротивляться любой высадке».

    В 13.30 Гвимон счел, что наступил момент еще одной вылазки. Однако тотчас после выхода из порта лодка стала объектом бомбардировок для самолетов. Одна из бомб взорвалась у корпуса, нанеся повреждения лодке. Командир скомандовал «немедленное погружение», и лодка легла на дно на глубине 35 метров. Поскольку повреждения наружной обшивки были не слишком значительны, Гвимон смог через три четверти часа усердных ремонтных работ поднять лодку со дна и взять курс на назначенные ему для атаки цели. Лодка была тотчас обнаружена и обстреляна глубинными бомбами, так что до наступления ночи оставалась под водой. Она лишь ненадолго всплыла, чтобы по радио проинформировать адмирала Ландри о своем местоположении, в 10 морских милях юго-восточнее Горэ.

    На следующее утро в 8.00 лодка, намереваясь выйти в атаку, в результате применения глубинных бомб английскими эсминцами получила серьезные повреждения трубопровода, перископа и системы топливных цистерн, так что вода в нескольких местах проникала в лодку. После того как все попытки устранить повреждения оказались напрасными, у командира осталась возможность спасти экипаж и затопить лодку. Ajax находилась на расстоянии лишь 500 метров от британского эсминца Fortune, от которого и получила смертельные попадания. В то время как англичане спасали терпящих бедствие, Гвимон открыл кингстоны. Он поднялся в рубку и спрыгнул в воду, когда лодка была затоплена по самый люк.

    В 10.15 Ajax навсегда погрузилась под воду.


    Таким образом, осталась лишь Beveziers (капитан-лейтенант Ланселот). Ее командиру не приходилось вынуждать механиков, работавших над пуском дизельных двигателей, работать из последних сил. Они трудились всю ночь, так что в 5.00 их лодка смогла доложить о выходе в море. Адмирал Ландри выслал ее на то место, где затонула лодка Ajax. В тот день Ланселот трижды пытался приблизиться на расстояние пуска торпед к английским линкорам, державшим Дакар под огнем 380-мм орудий, то в подводном положении, то на перископной глубине. Однако эсминцы были начеку, и Beve– ziers была вынуждена быстро погружаться, чтобы уйти от глубинных бомб, взрывавшихся вокруг лодки.

    Адмирал Каннингем и генерал де Голль рассчитывали на то, что на пути операции по высадке и братского воссоединения войск разделенной на две части Франции не возникнет препятствий. После недолгого обсуждения они согласились, что операцию «Угроза» необходимо прервать. Однако из Лондона пришел приказ предпринять еще одну, последнюю попытку.

    Ланселот вынужден был вернуться в порт для подзарядки батарей. Во время этого короткого промежутка времени он предоставил своим людям передышку, несмотря на то что с большей охотой выдал бы им кисти и краску, чтобы закрасить серым цветом красный свинцовый сурик, который выдавал Beveziers даже под водой.

    Командир посоветовался с капитаном 1-го ранга Марцином, командиром Richelieu. При указании курса, которого за день до этого держались британские корабли, оба поняли, что британцы оставались вне досягаемости батарей Маммеля и Бэль-Аир. Вероятно, британцы стали бы вести себя так же и во время новой атаки.

    В утреннем тумане 25 сентября Beveziers покинула свой порт. В 8.25 она все еще находится на удалении 34 000 метров от Barham и Resolution. Оба британских линкора провели ночь в открытом море и теперь держали курс на побережье, для того чтобы повторить бомбардировку Дакара.

    8.47. 30 000 метров… 9.00. 22 000 метров… Richelieu и береговые батареи открывают огонь…

    Два эсминца стерегут оба больших британских корабля, как сторожевые собаки. Один из них приближается к Beveziers, идущий на перископной глубине, на 500 метров. Расстояние до Resolution также сокращается.

    – Аппараты I, II, III и IV внимание! Четыре торпеды с интервалом в 1 секунду, – приказывает Ланселот, смотрящий в перископ.

    – Огонь! Убрать перископ!

    Время идет очень медленно… После того как торпеды пущены, кажется, что время остановилось… Однако неожиданно раздался треск, может быть, даже два раза; на глубине 25—30 метров под водой без специальных приборов едва ли можно правильно все оценить. Ланселот не может всплыть, потому что море вокруг кишит кораблями, которые наверняка видели оставленную на воде торпедами пенную дорожку.

    Resolution получил пробоину в левом борту в районе мостика – в дыру шириной 15 метров, через которую поступали тонны воды. Мазут загорелся, однако, несмотря на крен в 12 градусов, корабельные переборки выдержали. Остальные корабли поспешили на помощь, и Resolution после тяжелого перехода в 400 морских миль удалось доставить во Фритаун…

    25 сентября, 9.30. Британские корабли, из которых некоторые, особенно Cumberland, попали под артиллерийский огонь, прекратили обстрел Дакара…

    Beveziers поворачивает обратно в порт, не получив ни единого повреждения.

    Капитан С. Роскилл пишет: «Дакар, без сомнения, был очень важен для контроля маршрутов вокруг мыса Доброй Надежды. Также обоснованными были и опасения того, что корабли и самолеты противника смогут использовать этот порт в качестве базы. Однако ни надводные корабли, ни подводные лодки не использовали его в качестве исходного пункта для атак наших торговых судов. В свете последних событий операция «Угроза» может все же оказаться не нужной».

    Следует добавить, что Дакар обладал единственным большим доком – 205 метров в длину.

    Такое же недоразумение, которое можно назвать драмой, произошло 7 ноября 1940 года. Подлодка типа «1500 тонн» Poncelet (капитан-лейтенант Бетран де Сосин) была атакована в районе мыса Лопез у побережья Габуна британским эсминцем Mylor, двумя патрульными катерами и несколькими самолетами. Когда лодка была в состоянии, близком к потоплению, командир отдал приказ на всплытие и приказал экипажу покинуть лодку, сам же, оставшись на борту, открыл кингстоны. Затем, будучи верен девизу своей семьи: «Лучше умереть, чем отступить», отправился вместе с Poncelet на дно.





     

    Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх