Загрузка...



Приложение № 1

Доклад начальника ОББ НКВД СССР A.M. Леонтьева на имя заместителя наркома внутренних дел СССР С.Н. Круглова о результатах борьбы с бандитизмом, дезертирством и уклонением от службы в Красной Армии за три года Отечественной войны (с 01.07.41 по 01.07.44)

30 августа 1944 г. Сов. секретно

Содержание

I. Борьба с бандитизмом

Цифровые данные об итогах борьбы с бандитизмом за три года Отечественной войны Оперативная обстановка до войны

Оперативная обстановка после начала военных действий и результаты борьбы с бандитизмом за вторую половину 1941 г.:

по Северному Кавказу

по Закавказью

по Средней Азии и Казахстану

по центральным районам

по Сибири и Дальнему Востоку

Результаты борьбы с бандитизмом в 1942 г.:

по Северному Кавказу

по Закавказью

по Средней Азии и Казахстану

по Сибири и Дальнему Востоку

по центральным районам

Результаты борьбы с бандитизмом в 1943 г.:

по Северному Кавказу и бывшей Калмыцкой АССР

по Украине и центральным, освобожденным от немецких оккупантов областям

по Средней Азии и Казахстану

Результаты борьбы с бандитизмом за 1 половину 1944 г.:

по Украине

по Северному Кавказу

по Средней Азии и Казахстану

по центральным районам

Состояние оперативного учета на 1 июля 1944 г.


П. Борьба с дезертирством

Цифровые данные о задержании дезертиров и уклонившихся от мобилизации за время с 1 июля 1941 г. по 30 июня 1944 г. Борьба с дезертирством в 1941 г.:

Цифровые данные о задержании дезертиров и уклонившихся с начала Отечественной войны по 31 декабря 1941 г.

Антисоветская деятельность дезертиров и уклонившихся в 1941 г.

Причины, способствовавшие дезертирству в 1941 г.

Основные мероприятия НКВД СССР по линии борьбы с дезертирством в 1941 г. Борьба с дезертирством в 1942 г.:

Цифровые данные о задержании дезертиров и уклонившихся в 1942 г.

Антисоветская деятельность дезертиров и уклонившихся в 1942 г.

Мероприятия НКВД СССР по линии борьбы с дезертирством в 1942 г.

Борьба с дезертирством и уклонением от мобилизации в 1943–1944 гг.:

Мероприятия НКВД СССР по усилению борьбы с дезертирством в 1943–1944 гг.

Цифровые данные об изъятии дезертиров и уклонившихся в 1943–1944 гг.

Дезертирство офицерского состава

Антисоветская деятельность дезертиров

Вооруженное сопротивление дезертиров

Вскрываемые ухищрения дезертиров

Склонение дезертиров к явке с повинной

Массовые мероприятия по изъятию дезертиров

Борьба с дезертирством штрафных контингентов

Борьба с преступностью в военкоматах

Борьба с преступностью среди врачей

Борьба с распространением фиктивных документов среди дезертиров

Недочеты в работе госпиталей и военно-пересыльных пунктов, способствующие дезертирству

Борьба с незаконным бронированием военнообязанных


Приложения:

Справка о количестве ликвидированных банд и участников в них за три года Великой Отечественной войны.

Справка о количестве изъятых дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии за три года Великой Отечественной войны.

Справка о количестве изъятых дезертиров из Красной Армии за 1943 г. и 1-ю половину 1944 г.

Справка о количестве изъятых уклонившихся от службы в Красной Армии за 1943 г. и 1-ю половину 1944 г.

Справка о количестве изъятых немецких агентов, ставленников и пособников за 1942, 1943 г. и 1-ю половину 1944 г.

Справка о количестве зарегистрированных и раскрытых бандитских проявлений за три года Великой Отечественной войны.

Справка о количестве убитых в результате бандитских проявлений и наши потери убитыми при проведении операций за три года Великой Отечественной войны.

Справка о количестве оружия, изъятого у бандитско-дезертирского элемента и населения, а также собранного на бывших полях военных действий за три года Великой Отечественной войны.

I. БОРЬБА С БАНДИТИЗМОМ

За три года Великой Отечественной войны органами НКВД на территории Советского Союза ликвидировано: бандгрупп — 7161; участников — 54130.

При этом: убито бандитов — 4076;

арестовано — 42529;

легализовано — 7525.

Кроме того, на территории западных областей Украины ликвидировано 34878 участников банд УПА и ОУН, при этом:

убито бандитов — 16338;

взято в плен — 15991;

явилось с повинной — 2549.

Всего ликвидировано бандитов — 89008.

По Советскому Союзу изъято:

дезертиров из Красной Армии — 1210224;

уклонившихся от службы в Красной Армии — 456667.

В порядке очистки от враждебных элементов освобожденных от немецких оккупантов территорий арестовано 20439 и убито 96 человек, в том числе:

вражеских парашютистов — 809;

агентов германской разведки — 1005;

изменников Родины, перебежавших на сторону врага во время военных действий, — 380;

работников гестапо — 23;

полицейских — 7046;

бургомистров — 41;

старост — 1339;

руководящих работников организованных немцами учреждений — 75;

участников зверств оккупантов — 61;

прочих ставленников и пособников немцев — 9756.

При проведении операций по изъятию бандитов, дезертиров, уклонившихся от службы в Красной Армии, и другого преступного элемента наши потери убитыми составили:

оперативных работников — 226;

офицеров и бойцов войск НКВД — 1085;

бойцов истребительных батальонов и доброотрядов — 72;

совпартактива — 87;

Всего: 1470.

Изъято у бандитско-дезертирского элемента и населения, а также собрано на бывших полях военных действий оружия:

самолетов — 1;

орудий — 84;

минометов — 1020;

пулеметов — 7186;

автоматов — 18860;

винтовок — 200018;

револьверов — 23744;

гранат — 132731 и 481 ящ.;

ПТР — 1281;

артснарядов — 19638;

мин — 86029 и 587 ящ.;

патронов — 27813060 и 1036 ящ.;

прочего оружия — 63128;

взрывчатых веществ — 5100 кг и 292 яш.

За отчетный период по Советскому Союзу зарегистрировано 11851 бандитское проявление, раскрыто 9774.

В результате бандитских проявлений убито:

советско-партийных работников — 342;

работников НКВД и НКГБ — 187;

офицеров и бойцов Красной Армии и войск НКВД — 392;

других граждан — 2013.

Всего — 2934.

Оперативная обстановка до войны

К началу Отечественной войны наиболее пораженными бандитизмом являлись Западная Украины, Западная Белоруссия и Северный Кавказ.

На территории западных областей Украины и Белоруссии действовали группы украинских и белорусских националистов, развернувших активную борьбу против советской власти после воссоединения этих областей с Советским Союзом. На 1 июля 1941 г. по Западной Украине было учтено 94 банды с 476 участниками в них и 1171 других нелегалов; по Западной Белоруссии числилось на учете 17 банд с 90 участниками и 106 нелегалов. Вражеская деятельность этих банд выражалась в совершении террористических актов над советско-партийными работниками и членами их семей, нападениях на командиров и бойцов Красной Армии, работников НКВД и НКГБ, ограблении государственных учреждений и предприятий, а также населения. Только за май и июнь 1941 г. в западных областях Украины и Белоруссии было зарегистрировано 135 террористических актов и убийств и 84 налета и ограбления.

На Северном Кавказе — в бывшей Чечено-Ингушской АССР, являвшейся на протяжении ряда лет наиболее пораженной бандитизмом республикой, продолжали действовать бандитские группы из бывших кулаков и участников вооруженных антисоветских выступлений, имевших место в 1925, 1930, 1932 гг. и в январе 1941 г.

Несмотря на значительное количество ликвидированных в прошлые годы бандитских групп, к началу Отечественной войны на территории бывшей Чечено-Ингушской АССР действовало 7 кадровых и 14 вновь образовавшихся банд общей численностью 96 человек. Активность этих банд не прекращалась. В январе-феврале 1941 г. действовавшая с 1938 г. террористическая банда Магомадова Идриса совместно с бывшими кулаками тремя братьями Ескиевыми, спровоцировав население Хильдихороевского сельсовета, Итум-Калинского района, организовала вооруженное выступление против советской власти.

Деятельность остальных банд в Чечено-Ингушетии носила также подрывной характер. Лишь в течение мая и июня 1941 г. ими было совершено четыре террористических акта, одно убийство и девять крупных ограблений колхозов и государственных предприятий.

Наибольшие по численности, но серьезные по проявлениям бандитские группы действовали в Дагестанской АССР. Из 8 бандгрупп с 23 участниками, состоявших на учете к 1 июля 1941 г., 5 банд с 15 участниками являлись террористическими.

В остальных республиках и краях Северного Кавказа до войны действующих банд не было. Однако Краснодарский и Ставропольский края и бывшая Кабардино-Балкарская АССР являлись исключительно серьезными объектами работы по линии борьбы с бандитизмом, так как на территории их проживало значительное количество бывших участников различных антисоветских националистических и бандитско-повстанческих формирований, часть из которых находилась на нелегальном положении.

В Закавказье — в Грузинской, Азербайджанской и Армянской ССР к началу Отечественной войны активно действующих банд также не было. Но пограничные районы этих республик подвергались налетам закордонных банд, состоявших из бывших участников разгромленных националистических организаций и бандитско-кулацких формирований, бежавших в Турцию и Иран после подавления их открытых выступлений против советской власти. Незначительные остатки указанных формирований скрывались и на территории Грузии, Армении и Азербайджана, но активности не проявляли. В Грузинской ССР к началу войны действовало большое количество мелких уголовно-грабительских групп, занимавшихся скотокрадством и другими кражами.

В Сибири и на Дальнем Востоке к началу войны серьезных бандитско-повстанческих формирований не было. Однако в ряде районов Приморского, Хабаровского и Алтайского краев, Бурят-Монгольской и Якутской АССР, Иркутской и Читинской областей проживало значительное количество бывших белоказаков, участников контрреволюционных повстанческих формирований, кулацких вооруженных выступлений и другого антисоветского элемента. По одной лишь Читинской области такого контингента было учтено свыше трех тысяч человек.

Кроме того, в республиках, краях и областях Сибири находилось большое количество различных спецпереселенцев и сосланных врагов советского народа. На территории Иркутской области к началу военных действий проживало 20 тысяч бывших кулаков-казаков, переселенных из Украины и Забайкалья; 8 тысяч семей бывших кулаков, высланных из других районов Советского Союза; 3 тысячи семей бывших польских осадников; 7 тысяч перебежчиков из Польши, Финляндии, Германии и других иностранных государств; 150 бывших троцкистов и зиновьевцев, высланных из Ленинграда.

Наряду с этим, в перечисленных районах Сибири и Дальнего Востока находилось значительное количество бывшего преступного элемента, осевшего после отбытия сроков наказания в лагерях и колониях НКВД.

В Бурят-Монгольской АССР, Алтайском крае, Читинской области и других скрывалось много преступников, бежавших из мест заключений, которые занимались кражами, мелкими грабежами, а иногда и вооруженными ограблениями. Только за январь-сентябрь 1941 г. из лагерей и колоний НКВД Бурят-Монгольской АССР бежало 352 заключенных.

Обстановка в Сибири и на Дальнем Востоке была усугублена еще и обострением взаимоотношений между Советским Союзом и Японией. Агентурно-следственные материалы органов НКГБ свидетельствовали об активизации японской разведки, рассчитывавшей использовать бывший бандитско-повстанческий, кулацкий и иной антисоветский элемент в своих целях.

В целом по Советскому Союза оперативная обстановка к началу Отечественной войны характеризовалась следующими данными по линии борьбы с бандитизмом: за апрель, май и июнь 1941 г. органами НКВД ликвидировано: бандгрупп — 58, участников — 665

На1 июля 1941 г. оставалось на учете:


Банд

Участников

По СССР

196

971

Из них:


По Украине

94

476

По Белоруссии

17

90

По Северному Кавказу и Закавказью

65

285

По остальным районам Советского Союза

20

120

Оперативная обстановка после начала военных действий и результаты борьбы с бандитизмом за вторую половину 1941 г.

С началом военных действий бандитско-повстанческий элемент повсеместно активизировал свою вражескую деятельность. Ориентируясь на приход немцев, бывшие участники вооруженных антисоветских выступлений, разгромленных повстанческих, контрреволюционных организаций, бывшие белоказаки, кулаки, бандиты, участники религиозных сект и т. д. начали группироваться.

В целях подрыва военной мощи Советского Союза и оказания помощи немецко-фашистским войскам указанные элементы повели среди населения антисоветскую, пораженческую агитацию, агитацию за дезертирство из Красной Армии и уклонение от службы. Привлекая на свою сторону бандитов, дезертиров, уклонившихся и других нелегалов, они начали создавать бандитско-повстанческие группы и формирования, ставя своей задачей организацию вооруженных выступлений в тылу Красной Армии.

Подрывная деятельность антисоветских элементов значительно усиливалась с продвижением немецких войск в глубь нашей страны. К октябрю 1941 г. в ряде тыловых районов Советского Союза возникло большое количество бандитских групп.

Существовавшие при органах милиции отделы-отделения по борьбе с бандитизмом не обеспечивали успешную ликвидацию действующих банд и предупреждение возникновения новых. В связи с этим 30 сентября 1941 г. НКВД СССР был издан приказ за № 001414 об организации в органах НКВД отделов и отделений по борьбе с бандитизмом. Согласно этому приказу в составе НКВД Грузинской, Армянской, Азербайджанской, Узбекской, Казахской, Таджикской, Туркменской, Киргизской ССР, Дагестанской и бывшей Чечено-Ингушской АССР, в составе Управлений НКВД Ставропольского, Краснодарского, Хабаровского, Приморского краев и Сталинградской области были созданы Отделы по борьбе с бандитизмом со штатом от 14 до 67 чел.

В составе НКВД Украинской и Карело-Финской ССР, Северо-Осетинской, Абхазской, Аджарской, Бурят-Монгольской и бывшей Кабардино-Балкарской и Калмыцкой АССР, Управлений НКВД Красноярского и Алтайского краев, Ростовской, Тамбовской, Новосибирской, Омской и Читинской областей были созданы отделения по борьбе с бандитизмом со штатом от 7 до 20 чел.

При НКВД СССР был организован Отдел по борьбе с бандитизмом со штатом 22 человека.

Организация отделов-отделений по борьбе с бандитизмом дала возможность органам НКВД значительно усилить борьбу с бандитизмом и уже к концу 1941 г. ликвидировать ряд серьезных бандитско-повстанческих формирований.

Во второй половине 1941 г. органами НКВД было ликвидировано:

бандгрупп — 178;

участников — 1604.

При этом:

убито бандитов — 140;

арестовано — 1464.

Изъято:

дезертиров из Красной Армии — 710755;

уклонившихся от службы в Красной Армии — 71541.

Наши потери убитыми:

оперативных работников — 5;

офицеров и бойцов войск НКВД — 11.

У бандитско-дезертирского элемента и населения изъято оружия:

автоматов — 5;

винтовок — 200;

револьверов — 121;

гранат — 23;

патронов — 3651;

прочего оружия — 117.

За вторую половину 1941 г. зарегистрировано 50 бандитских проявлений, из них раскрыто 21.

В результате бандпроявлений убито:

советско-партийных работников — 8;

офицеров и бойцов Красной Армии и войск НКВД — 8;

других граждан — 56.

Основное внимание Отдела НКВД СССР по борьбе с бандитизмом было обращено на ликвидацию бандитизма на Северном Кавказе и в Закавказье.

Еще до начала военных действий в ряде горных районов бывшей Чечено-Ингушской АССР органами НКВД устанавливалось обактивление кулацко-мульских, бандитских и буржуазно-националистических элементов, направленное на подготовку вооруженного выступления против советской власти. Активную работу в этом направлении проводили такие к-р националистические авторитеты, как Исраилов Хасан — бывший адвокат, Муртазалиев Джаватхан — крупный религиозный авторитет, Шерипов Маирбек и другие.

Вражеская деятельность этих элементов значительно усилилась после начала военных действий и при приближении линии фронта к Северному Кавказу. Исраилов Хасан, Шерипов Маирбек и их активные соучастники вели агитационную работу по срыву мобилизации в Красную Армию и других оборонных мероприятий советской власти. С помощью религиозных авторитетов среди населения распространяли пораженческие и провокационные слухи.

Вследствие этих причин, а также отсутствия массово-разъяснительной работы среди населения со стороны партийно-советских органов и допущенных искривлений со стороны райвоенкоматов проведенная с 29 августа по 2 сентября 1941 г. мобилизация населения бывшей Чечено-Ингушской АССР в военно-строительные батальоны Юго-Западного фронта была сорвана. От указанной мобилизации уклонилось и дезертировало из сформированных уже батальонов свыше 1000 человек. Дезертиры и уклонившиеся вооружались и переходили на нелегальное положение.

Скрывавшихся в горах нелегалов группировали и привлекали на свою сторону главари кадровых банд, большинство которых к этому времени было связано между собой и к-р националистическими идеологами Чечни — Исраиловым, Шериповым и другими.

Так создавались повстанческие кадры, которые сосредоточивались в трудно доступных местах высокогорных районов Чечни и имели большое влияние на отсталую часть населения. Это влияние привело к тому, что в октябре 1941 г. в ряде селений Галанчожского, Шатоевского и Итум-Калинского районов наблюдалось растаскивание колхозного имущества, массовая неуплата налогов, отказ от получения повесток о явке в райвоенкоматы и рост дезертирства призванных контингентов.

Население, совершавшее указанные антигосударственные и антиколхозные проявления, впоследствии было спровоцировано на вооруженные выступления против советской власти, которые произошли разновременно с 28 октября по 3 ноября 1941 г. в Шатоевском, Галанчожском и Итум-Калинском районах. В выступлениях принимало участие до 800 человек. Организаторами и руководителями этих выступлений явились — в селении Борзой, Шатоевского района — Шерипов Маирбек, в Никороевском и Нашхоенском сельсоветах, Галанчожского района — Исраилов Хасан, в селении Бавлой, Итум-Калинского района — два брата Мусостовы.

Благодаря своевременно принятым мерам НКВД бывш. Чечено-Ингушской АССР и Грозненским комитетом обороны вооруженные выступления были быстро ликвидированы. В результате операций, проведенных чекистско-войсковыми группами, которым были приданы три звена авиации, убито 19, ранено 4 и арестовано 5 активных повстанцев. Остальные участники выступления, скрывшиеся вначале в горах, возвращены в селения.

При вооруженных столкновениях с повстанцами с нашей стороны было убито 19, ранено 21 и пропало без вести 3 чел.

У бандитов изъято 70 единиц огнестрельного оружия, в том числе 43 единицы (винтовок — 34, револьверов — 5 и гранат — 4), захваченные ими у убитых бойцов чекистско-войсковых групп.

Организаторам вооруженных выступлений Исраилову Хасану, Шерипову Маирбеку, Муртазалиеву Джаватхану и наиболее активным участникам — братьям Мусостовым, Ватаевым, Анзоровым, Борщигову и другим удалось скрыться.

В целях розыска и ликвидации скрывшихся повстанцев агентурной разработки и изъятия активных участников выступлений, вернувшихся в селения, в указанных трех районах были созданы оперативные группы во главе с руководящими работниками НКВД.

Однако к началу 1942 г. организаторы и вдохновители вооруженных выступлений остались не разысканными и, несмотря на то, что во второй половине 1941 г. было ликвидировано 12 банд со 100 участниками, основные очаги бандитизма не были ликвидированы.

На территории Дагестанской АССР после начала военных действий заметно усилилась активность вражеских элементов. Агентурно-следственные материалы свидетельствовали об активной работе некоторых главарей банд, направленной на подготовку антисоветских выступлений и диверсионных актов.

В целях предотвращения открытых вооруженных выступлений, диверсионных и террористических актов в наиболее пораженные бандитизмом районы Дагестана были направлены оперативные группы НКВД. Мероприятиями, проведенными опергруппами НКВД за последние шесть месяцев 1941 г., убито 27 и арестовано 197 бандитов и пособников. Кроме того, арестовано 710 человек за контрреволюционную деятельность и задержано 955 дезертиров из Красной Армии.

До организации Отдела ББ, т. е. до октября 1941 г. — работа по борьбе с бандитизмом в Ставропольском крае фактически отсутствовала. На 20 сентября 1941 г. ни одной действующей бандгруппы на учете не состояло. В то же время факты свидетельствовали о том, что свыше 800 дезертиров из Красной Армии и лиц, уклонившихся от военной службы, находились на нелегальном положении и занимались совершением налетов на колхозы, совхозы и другие государственные предприятия и учреждения.

Вскоре, после организации, Отдел УНКВД Ставропольского края по борьбе с бандитизмом выявил и взял в агентурную разработку около 300 бывших участников бандитских и повстанческих формирований, часть из которых находилась на нелегальном положении, уклонившись от военной службы, и вела активную вражескую деятельность.

Наиболее пораженной бандитизмом оказалась территория бывшей Карачаевской автономной области.

21 сентября 1941 г. неизвестной вооруженной бандгруппой был совершен налет на строительство золотого прииска «Мушт», Мало-Карачаевского района. Во время налета бандитами были убиты: начальник строительства тов. Куклин, парторг строительства тов. Брус, завхоз тов. Базыкин, старатель тов. Гариев и ранен старатель тов. Поляков. Кроме того, бандой был ограблен магазин прииска, откуда были взяты промтовары на сумму 1103 руб.85 коп. золотом. По подозрению в налете на золотой прииск «Мушт» 25 октября 1941 г. была арестована группа лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии, в числе 5 человек, — Вайрамукова Исы, Боташева Джумы, Тулпарова и др.

Допросом арестованных участников этой группы и дальнейшими агентурно-оперативными мероприятиями по другим делам было установлено наличие на территории бывшей Карачаевской автономной области бандитско-повстанческой организации с единым руководящим центром.

Выявленная бандитско-повстанческая организация подготовляла вооруженное выступление против советской власти в Карачае и Кабардино-Балкарии, приурочивая его к моменту приближения немецких захватчиков к Северному Кавказу. Активные участники организации проводили вербовку повстанческих кадров, создавая из числа бандитско-кулацкого элемента, дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии, подпольные повстанческие и бандитские группы. Они занимались также вопросами приобретения оружия, лошадей и продовольствия для повстанцев.

Из показаний арестованных и агентурных данных было видно, что руководителями организации являлись:

Юсупов Шокман — бывший председатель Верховного Суда бывшей Кабардино-Балкарской АССР, снятый с этой должности в 1940 г. и исключенный из ВКП(б) за взяточничество и пособничество бандэлементу. Скрывался под чужой фамилией.

Крымшаухалов Долхат — бывший карачаевский князь, находился на нелегальном положении, скрываясь под чужой фамилией.

Байрамуков Кады — бывший активный участник мартовского восстания в 1930 г. в Карачае, находился на нелегальном положении.

Кучуков Кучук — бывший князь, руководитель мятежа в 1930 г. в Чегемском и Баксанском ущельях, находился на нелегальном положении.

Мурачаев Магомед — бывший балкарский князь, работал в одном из колхозов гор. Кисловодска.

Келеметов Азрет — бывший балкарский князь, работал в колхозе «Скакун», Новоселецкого района.

Материалами дела устанавливалась связь Юсупова, Крымшаухалова и Кучукова с немцами.

Организация своим влиянием охватила ряд селений Карачая и Кабардино-Балкарии. В октябре 1941 г. была выявлена и ликвидирована повстанческая группа в селении Кичи-Балык, Мало-Карачаевского района, с арестом 15 чел. во главе с Байрамуковым Иса. Участники группы имели связь с представителями руководящего центра организации Байрамуковым Кады и Юсуповым через связников Биджиева Голая и Гулиева Ташу.

Вскрыты и частично ликвидированы аналогичные повстанческие группы в аулах Терез и Джага с арестом 5 активных участников их — Байрамкулова Хамита, Ахтаова Османа и др.

По данным камерной агентуры, руководителем повстанческих групп в аулах Терез и Джага являлся помощник Мало-Карачаевского райпрокурора Эвзеев, который в конце августа 1941 г. провел совещание с участниками групп. На этом совещании обсуждались вопросы подготовки вооруженного выступления. Эбзеев, предупредив о предстоящем изъятии оружия у населения, дал установку сдавать негодное оружие. Кроме того, он дал указание об укрытии от учета конского поголовья и овец с тем, чтобы в последующем направить их в аул Верхняя Мара для повстанцев.

Организация уже имела несколько созданных ею бандитских групп. Скрывавшийся в горах участник руководящего центра организации Байрамуков Кады сам являлся главарем банды и вел активную работу по расширению ее и созданию новых банд-групп. Ближайшим помощником его являлся Гулиев Ташу, который, вербуя в селениях дезертиров и лиц, уклонившихся от военной службы, для участия в вооруженном выступлении, направлял их в горы к Байрамукову Кады. Активными участниками организации являлись братья Дудовы Хаджи-Ислам и Ислам-Магомед, бывшие князья, участники вооруженного выступления в 1930 г., скрывавшиеся на протяжении 13 лет, возглавляя банды.

В декабря 1941 г. в станице Суворовской, Ставропольского края, райотделением НКВД были арестованы уклонившиеся от мобилизации в Красную Армию — Мольцан Эйвальд Августович — немец, уроженец села Уваровка, Емелыпинского района, Украинской ССР, Птахин Алексей Петрович, уроженец ст. Суворовской, и Полежака Иван Максимович, уроженец ст. Боргустанской, Суворовского района.

Вместе с ними был изъят их укрыватель Асанов — бывший кулак и участник к-р восстания в 1920 г.

Допросом и камерной разработкой Мольцан было установлено, что в 1933 г. он был завербован для шпионской и другой подрывной работы в Советском Союзе германским консулом в Москве, куда он выезжал из Украины с агентом немецкой разведки Шульцем Альбертом Карловичем. По заданию Шульца в 1934 г. Мольцан выехал на Северный Кавказ для создания повстанческих очагов.

Приехав на Кавказ, Мольцан установил связь с немецкими агентами Шермахером Ивальдом Ивановичем и братьями Швагериус Виктором Фридриховичем и Альбертом (Генрихом) Фридриховичем, с которыми контактировал свою работу. Для выполнения полученного задания Мольцан завербовал Швагериус Ивана Иванович, Швагериус Леонида Ивановича, Домке Адольфа Карловича и бывшего польского агента Грудинко Леонида Демьяновича. После нападения Германии на СССР Мольцан активизировал свою деятельность и создал повстанческую группу, в которую успел вовлечь уклонившихся от мобилизации в Красную Армию Птахина, Полежака, Попова и бывшего кулака Дударева. Группа намеревалась совершать налеты на колхозы, военкоматы, склады с оружием, убийства работников НКВД и постепенно увеличивать свой состав с тем, чтобы впоследствии организовать вооруженное восстание против советской власти.

Всего к концу 1941 г. Отделом УНКВД Ставропольского края по борьбе с бандитизмом было ликвидировано 8 бандитско-повстанческих групп с 38 участниками, задержано 1047 дезертиров из Красной Армии, из них свыше 800 человек находилось на нелегальном положении, представляя мелкие вооруженные группы.

На территории бывшей Кабардино-Балкарской АССР организованным Отделом НКВД по борьбе с бандитизмом было учтено 550 бывших бандитов и участников к-р повстанческих выступлений. В связи с войной и приближением фронта к Северному Кавказу указанный контингент лиц возобновил свою вражескую деятельность.

В июле 1941 г. НКВД бывшей Кабардино-Балкарской АССР было заведено агентурное дело на группу бывших кулаков, князей и других антисоветских лиц, проживавших в селении Нижний Баксан, Эльбрусского района.

Группа ставила своей задачей организацию вооруженного выступления против советской власти в момент приближения фронта к Кабардино-Балкарии. Участники группы вели среди населения пораженческую агитацию, вербовали повстанческие кадры и занимались вопросами приобретения оружия.

Как выяснилось впоследствии, эта группа являлась частью бандповстанческой организации, существовавшей в Карачае и Кабардино-Балкарии во главе с Юсуповым Шокманом, Крымшаухаловым, Келеметовым Азретом и другими. Указанная группа была создана по заданию Юсупова Шокмана Биджиевым Голаем — жителем города Кисловодска, уклонившегося от военной службы, который, специально приехав в Эльбрусский район, завербовал в организацию Этезова Юсупа — бывшего кулака и Юсупова Магомета — бывшего стражника и поручил им дальнейшую работу по созданию повстанческих групп в Эльбрусском и других районах Кабардино-Балкарии.

Выполняя задание Биджиева, Этезов Юсуп вовлек в свою группу до 27 участников и создал повстанческую группу в Чегемском районе в селениях Верхний Чегем, Булунгу, Эльтюби и других, назначив во главе ее бывшего кулака и организатора к-р вооруженного выступления в 1930 г. — Байсултанова Анзора.

Аналогичная повстанческая группа была вскрыта и ликвидирована в селении Эльбрус, Эльбрусского района. Арестованный руководитель группы Тилов Юсуф — бывший кулак, участник к-р вооруженного выступления в 1930 г., на допросе показал, что в повстанческую организацию он вовлечен Биджиевым Голаем и Этезовым Юсупом и по их заданию создал группу повстанцев в селении Эльбрус.

В конце 1941 г. и в январе 1942 г. все указанные повстанческие группы в основном были ликвидированы. Арестовано свыше 50 активных участников, в том числе: члены руководящего центра организации — Келеметов Азрет и Мурачаев Магомед, связник руководящего центра — Биджиев Голай, главари повстанческих групп — Этезов Юсуп, Тилов Юсуф и другие.

В Краснодарском крае осевшие с времен Гражданской войны участники разгромленных белых армий, бело-зеленых банд, повстанческих формирований и т. д. до июня 1941 г. большой активности не проявляли. Возникавшие отдельные подпольные антисоветские группировки распространяли клеветнические измышления о Советском Союзе и его руководителях.

С начала военных действий вражеская деятельность антисоветских элементов заметно усилилась. Вначале она была направлена на срыв мобилизации в Красную Армию, а позже с приближением фронта к Северному Кавказу — на организацию бандитских и повстанческих групп. Банды формировались исключительно из дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии, и возглавлялись преимущественно бывшими кулаками, участниками к-р организаций, белоказачьих банд и т. д.

В сентябре 1941 г. вскрыта и ликвидирована антисоветская, повстанческая группа в составе 12 человек, возглавляемая бывшим руководителем дашнакской организации Тутуляном, который в 1933 г. бежал из-под стражи, эмигрировал в Турцию и перед войной возвратился в Краснодарский край. Группа Тутуляна ставила своей задачей объединение повстанческих кадров и вооруженную борьбу против советской власти в тылу Красной Армии.

В ноябре 1941 г. ликвидирована банда, возглавляемая бывшим добровольцем белой армии, впоследствии руководителем бело-зеленой банды Кобзевым. Участники банды, рассчитывая на приход и помощь немцев, намеревались организовать восстание в тылу Красной Армии.

В декабре 1941 г. ликвидированы две связанные между собой банды, общей численностью 14 чел., возглавляемые бывшими кулаками Семеновым и Язвельским. Участники группы ставили задачей организацию вооруженного восстания в нашем тылу в целях обеспечения быстрейшего продвижения немецких войск.

Указанные факты свидетельствуют о том, что Краснодарский край в первые месяцы войны оказался значительно пораженным бандитизмом и дезертирством. Только за октябрь, ноябрь и декабрь 1941 г. на территории края было ликвидировано и изъято 82 бандита и задержано 5250 дезертиров из Красной Армии.

Работа НКВД Северо-Осетинской АССР в начале войны характеризовалась проведением профилактических мероприятий по предупреждению возникновения бандитизма. Наряду с ликвидацией трех выявленных бангрупп с 12 участниками, с 1 июля по 31 декабря 1941 г. органами НКВД республики было изъято 408 бывших участников различных антисоветских формирований, задержано 2585 дезертиров из Красной Армии и 257 уклонившихся от военной службы.

Таким образом, во второй половине 1941 г. на Северном Кавказе органами НКВД ликвидировано:

бандгрупп — 39;

участников — 506

При этом:

убито — 49;

арестовано — 457.

Кроме того, задержано дезертиров из Красной Армии — 12365 и лиц, уклонившихся от военной службы, — 1093.

С первых дней войны в Закавказских республиках бывшие участники антисоветских, националистических организаций — дашнаки, муссаватисты и другие — развернули пораженческую агитацию среди населения, призывая его к дезертирству и уклонению от службы в Красной Армии. В ряде районов Грузинской, Азербайджанской и Армянской ССР возникли различные антисоветские группы, которые начали устанавливать связь с бывшими главарями и активными участниками повстанческих формирований, бежавшими в свое время в Иран и Турцию. Одновременно они начали брать под свое влияние скрывавшихся дезертиров из Красной Армии и лиц, уклонившихся от военной службы, и создавать из них бандповстанческие группы. Вражеская деятельность этих групп была направлена на совершение террористических актов над советско-партийным активом и ограбление колхозов; отдельные руководители групп ставили своей задачей поднятие вооруженного восстания против советской власти.

В октября 1941 г. в Талинском районе, Армянской ССР ликвидирована повстанческо-террористическая группа Надояна Али и Авлояна-Бро, в составе 8 бывших участников разгромленной курдской националистической организации «Хайбун», вернувшихся из ссылки. Участники группы совершили террористический акт над председателем колхоза тов. Бшояном и его 12-летним сыном, а потом перешли на нелегальное положение и занимались бандитизмом.

В ноябре 1941 г. в Ахтинском районе Армянской ССР ликвидирована бандповстанческая группа в составе 13 бывших участников тюркской, мусаватистской организации, возглавляемая закордонным бандитом Азизом Бадал оглы. Участники группы распространяли слухи о неминуемой гибели советской власти и проводили работу по срыву оборонных мероприятий в Ахтинском районе.

В Сталинирском районе Юго-Осетинской автономной области Грузинской ССР ликвидирована бандповстанческая группа, возглавляемая бежавшим из ссылки кулаком Пышковым. Участники группы ставили своей задачей организацию вооруженного выступления против советской власти. В этих целях они вели антисоветскую, пораженческую агитацию среди населения и вовлекали в свою группу новых участников.

Органами НКВД были установлены факты, когда легализованные в прошлом бывшие участники разгромленных националистических организаций, после мобилизации их в Красную Армию, проводили в своих частях пораженческую агитацию и призывали красноармейцев к дезертирству.

В декабре 1941 г. в Алавердском и Степанаванском районах Армянской ССР была ликвидирована банда в составе 16 дезертиров из 138 стрелковой дивизии, возглавляемой старшиной Гиколян. Как было установлено следствием, старшина Гиколян среди бойцов своего подразделения систематически проводил агитацию за дезертирство и лиц, склонных к этому, объединил в группу. При следовании дивизии на фронт группа во главе с Гиколяном дезертировала из эшелона, захватив при этом 16 винтовок и большое количество патронов. Кроме того, в целях препятствия переброски боеприпасов на фронт участники группы привели в негодность пять грузовых автомашин.

Прибыв в указанные районы, группа Гиколяна занялась бандитизмом, совершая ограбления колхозов и совучреждений

Следует отметить, что Наркоматы внутренних дел Грузинской, Азербайджанской и Армянской ССР первые месяцы войны успешно справились с задачами ликвидации возникших бандповстанческих формирований, обеспечив своевременное пресечение их преступных намерений.

Во второй половине 1941 г. на территории Грузии было ликвидировано 20 банд со 100 участниками, задержано 1132 дезертира из Красной Армии; в Азербайджане ликвидировано 29 банд со 107 участниками, задержано 1804 дезертира; в Армении ликвидировано 3 банды с 37 участниками.

Всего по Закавказью во второй половине 1941 г. ликвидировано 52 банды с 244 участниками и задержано 2936 дезертиров из Красной Армии.

В довоенный период оперативная обстановка в Республиках Средней Азии и Казахстане характеризовалась наличием большого количества остатков ликвидированных ранее басмаческих и иных бандповстанческих формирований. К началу войны на территории Узбекской ССР состояло на учете 7943 бывших басмача, Туркменской ССР — 1729, Таджикской ССР — 1802, Киргизской ССР — 1258 и Казахской ССР — 1566.

Проживавший в Средней Азии басмаческий элемент большой активности не проявлял, однако бежавшие за кордон бывшие главари басмаческого движения, объединив вокруг себя своих единомышленников, продолжали подрывную деятельность на советской территории, ориентируясь на уцелевшие остатки басмачества и лиц, отбывших наказание за участие в бандах.

Некоторые пограничные районы Среднеазиатских республик подвергались налетам закордонных бандгрупп. Например, в Туркменской ССР за 1940 год и первую половину 1941 г. было ликвидировано 37 таких банд со 158 участниками.

С начала военных действий басмаческий и прочий антисоветский элемент значительно активизировал свою вражескую деятельность. Возросшая активность этих элементов, имевших связь с главарями к-р националистической эмиграции, выражалась:

в распространении антисоветских, пораженческих слухов, в агитации среди населения за уклонение от военной службы и дезертирство из Красной Армии;

в организации вооруженных бандитских групп с целью совершения налетов на колхозы, угона скота и захвата продуктов питания; I

в популяризации бывших главарей басмаческого движения, находящихся в эмиграции, и в подготовке к созданию новых басмаческих формирований для вооруженных выступлений против советской власти.

Усилилась вражеская деятельность и к-р националистических эмиграционных кругов.

По данным Кабульской резидентуры НКВД СССР, разведорганов Таджикской, Туркменской и Узбекской ССР, в июле 1941 г. видный представитель узбекской эмиграции Абдурашид Вай обратился к премьер-министру Афганистана — Хашим Хану с предложением своих услуг по формированию вооруженных отрядов басмачей против СССР.

В том же году известный эмигрант Иман Шейх Очильды, проживающий в Афганистане, провел у себя совещание с явно антисоветскими, повстанческими целями.

В декабре 1941 г. видный эмигрант Абдул Ахад Кары посетил в Кабуле некоторых авторитетов к-р националистической эмиграции и информировал их об образовании на севере Афганистана «Комитета» по разведыванию повстанческой работы на территории Советского Союза.

Созданные в ноябре 1941 г. в НКВД Республик Средней Азии Отделы по борьбе с бандитизмом развернули работу по выявлению и обеспечению агентурным наблюдением бывшего басмаческого элемента. Уже к концу 1941 г. НКВД Казахской ССР было дополнительно выявлено и взято на учет 3882 бывших участника бандповстанческих формирований, НКВД Таджикской ССР — 1703 бывших басмача, из них 70 бывших курбашей.

В результате агентурно-оперативных мероприятий, проведенных органами НКВД Среднеазиатских республик и Казахстана, во второй половине 1941 г. ликвидировано 34 банды с 324 участниками и арестовано 270 активизировавшихся бывших басмачей.

В начале войны рост бандитизма в центральных районах Советского Союза шел в основном за счет выходцев из семей бывших кулаков, купцов, служителей религиозного культа и других антисоветских лиц, которые, не желая защищать советскую власть, уклонялись от призыва и мобилизации в Красную Армию, переходили на нелегальное положение и объединялись в банды. В Тамбовской и Ярославской областях, в Татарской, Башкирской, Мордовской, Чувашской, Удмуртской и Марийской АССР банды формировались из бывших участников кулацких антисоветских выступлений, которые также уклонялись от службы в Красной Армии и переходили на нелегальное положение.

Возникшие банды совершали террористические акты над советско-партийным активом, уби<вали>йства отдельных граждан с целью грабежа и <производили> налеты на колхозы и совхозы. Кроме того, участники этих банд и проживающий легально антисоветский элемент вели среди населения пораженческую агитацию, призывая к дезертирству из Красной Армии и уклонению от военной службы.

Под влиянием антисоветской агитации враждебных элементов и с продвижением немецко-фашистских войск в глубь страны количество дезертиров и лиц, уклонившихся от призыва и мобилизации в Красную Армию, с каждым месяцем увеличивалось. Дезертиры и уклонившиеся, скрываясь в лесах, объединялись в группы, занимались кражами и грабежами населения.

Например: до войны на территории Ростовской области не было ни одной действующей бандгруппы, а к сентябрю 1941 г. органами НКВД было выявлено 12 банд со 119 участниками преимущественно из дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии.

В Тамбовской области в начале войны состояла на учете лишь одна бандгруппа с 3 участниками, к сентябрю 1941 г. дополнительно выявлено 8 бандгрупп с 26 участниками, а к концу 1941 г. по области было выявлено и ликвидировано 26 банд с 73 участниками, кроме того, задержано 6255 дезертиров из Красной Армии.

Усилившаяся с началом войны вражеская деятельность антисоветских элементов в Сибири и на Дальнем Востоке шла главным образом в направлении попыток создания бандитско-повстанческих формирований и организации вооруженной борьбы против советской власти, используя для этой цели дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии, а также спецпереселенцев и беглых преступников из лагерей и колоний НКВД.

Наибольшую активность в создании бандповстанческих формирований проявили бывшие кулаки, купцы и белогвардейцы, проживавшие в таежных районах Новосибирской области. Благодаря своевременно принятым мерам со стороны органов НКВД, возникшие бандповстанческие группы вскрывались и ликвидировались в самом зародыше и их преступные намерения пресекались.

За вторую половину 1941 г. и январь 1942 г. на территории Новосибирской области органами НКВД ликвидировано 12 бандповстанческих формирований с 279 участниками в них. Кроме того, задержано 914 дезертиров и 814 уклонившихся от службы в Красной Армии.

Активизации повстанческой деятельности антисоветских элементов в Новосибирской области способствовала работа немецкой агентуры, заброшенной туда задолго до войны.

В декабре 1941 г. Нарымским окружным отделом НКВД был арестован находившийся на нелегальном положении немец Мейер Федор Федорович, уроженец г. Камышин Сталинградской области, бывший служащий торговых фирм в России.

На следствии Мейер показал, что для работы в пользу германской разведки он был завербован в 1902 г. в гор. Астрахани немцем, Брандт Давидом Христиановичем. В этом же г. Мейер был передан на связь резиденту немецкой разведки Пиникеру Александру Яковлевичу и по его заданиям в дореволюционное время занимался сбором сведений военно-политического и экономического характера в царской России. В 1922 г. по предложению Пиникера, Мейер выехал в Сибирь для организации повстанческой работы. Находясь в Нарымском округе, Мейер в 1927 г. получил от Пиникера инструктивное письмо с требованием усилить работу по созданию повстанческой организации и подготовке вооруженного восстания против советской власти на случай войны между Германией и СССР или между Японией и Советским Союзом.

В Нарымском округе Мейер установил связь и привлек к выполнению подрывной работы скрывающихся бывших купцов Базуева, Чернова и бывших кулаков Степанова, Петухова, Чернова П., Горбунова и Малкова. С помощью указанных лиц Мейер разновременно завербовал 83 чел. и создал повстанческие группы в Парабельском, Парбигском, Пудинском, Шегарском и Куйбышевском районах Нарымского округа.

Показания Мейера полностью были подтверждены арестованными по делу Черновым, Кучумовым и другими.

Серьезные бандповстанческие формирования были выявлены и ликвидированы в Якутской АССР. С началом войны в Якутии начались перебои в снабжении населения продовольствием и промышленными товарами. Это обстоятельство, наряду с временными успехами немецко-фашистских войск на фронте, было использовано враждебными элементами в своих антисоветских целях. Под влиянием распускавшихся ими слухов о вступлении Японии в войну и скорой гибели советской власти политически неустойчивая часть населения уклонялась от призыва в Красную Армию, вооружалась и уходила в тайгу. Скрывавшиеся в тайге нелегалы вовлекались в бандповстанческие формирования.

На базе Усть-Наталья Аллах-Юньского района органами НКВД была выявлена и ликвидирована бандповстанческая организация, возглавлявшаяся бывшим колчаковцем — Коркиным, работавшим заведующим золотоскупочного магазина, и выходцами из кулацких семей — Хайдеевой, работавшей заведующей амбулаторией базы, Петрусенко, заведующим магазином рабочего снабжения, и Тарасенко, кладовщиком базы

Организация возникла в сентябре 1941 г. Главари ее ставили задачей объединить антисоветски настроенных лиц и поднять вооруженное восстание против советской власти. На своих сборищах руководящие участники организации обсуждали вопросы широкого вовлечения в организацию скрывавшихся бандитов, дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии. В результате вербовочной работы им удалось привлечь на свою сторону 57 человек.

На одном из совещаний участники организации наметили 15 апреля 1942 г. днем выступления против советской власти. Руководство восстанием было поручено специально созданному штабу во главе с Коркиным. В целях приобретения оружия повстанцы намеревались обезоружить охрану прииска, работников милиции, а потом захватить приисковое управление, объявить народу о свержении советской власти, освободить заключенных из лагерей Дальстроя и распространить восстание по всей Якутии.

Проведенными органами НКВД мероприятиями все 57 участников организации арестованы.

Аналогичные, но небольшие по численности бандповстанческие формирования были ликвидированы в Читинской и Омской областях.

В Приморском и Хабаровском краях, после начала войны против Германии, активную работу по созданию бандповстанческих формирований и диверсионно-террористических групп проводили агенты японской разведки.

В декабре 1941 г. Управлением НКВД Приморского края арестован Аянко Василий, показавший, что он еще в 1924 г. был завербован китайцем Ви-Си-Лином для шпионской работы в СССР, а в 1937 г. перевербован японской разведкой, от которой получил задание, кроме сбора шпионских сведений, организовывать на территории СССР бандповстанческие и диверсионно-террористические группы, приурочивая их активные действия к моменту нападения Японии на Советский Союз.

До 1941 г. Аянко занимался сбором шпионских сведений о военном строительстве на Дальнем Востоке, а в 1941 г., установив связь с японским разведчиком, бывшим главарем Хунхузской банды — Кялунзигой Алексеем, приступил с ним к созданию диверсионно-террористической группы и к вербовке бандповстанческих кадров среди народностей Севера — орочен, удэгейцев и других.

Арестованный Кялунзига подтвердил показания Аянко, сообщив, что по заданию японской разведки им организована диверсионная группа в составе 6 чел., которая должна была с началом военных действий Японии против СССР подрывать железнодорожные мосты, дороги, связь и другие важные в военном отношении сооружения. Кроме шести диверсантов, Аянко и Кялунзига привлекли для выполнения своих преступных намерений еще 26 человек.

Все участники созданной им организации арестованы.

В Хабаровском крае была вскрыта и ликвидирована японская резидентура в составе 13 агентов, возглавляемая японским разведчиком — удэгейцем Пиянко.

Следствием по делу установлено, что участники резидентуры, проживавшие в разных районах края, должны были создавать бандитско-повстанческие группы и после нападения Японии на СССР выступить в тылу Красной Армии, совершать убийства советско-партийных работников и налеты на государственные учреждения и предприятия.

Всего за вторую половину 1941 г. в Сибири и на Дальнем Востоке было ликвидировано 20 бандитских и повстанческих групп с 413 участниками.

Результаты борьбы с бандитизмом в 1942 г.

Оперативная обстановка в 1942 г. характеризовалась дальнейшим ростом и активизацией бандитизма. Рассчитывая на победу фашистской Германии, бандитско-повстанческие и прочие антисоветские элементы на Кавказе, в Средней Азии, в Сибири и на Дальнем Востоке вели активную работу по подготовке вооруженных выступлений против советской власти.

Благодаря своевременно принятым мерам, органами НКВД возникавшие бандповстанческие формирования выявлялись и ликвидировались в самом зародыше.

Итоги борьбы с бандитизмом за 1942 год по Союзу ССР таковы:

ликвидировано банд — 1381;

участников — 11220.

При этом:

убито бандитов — 1212;

арестовано — 8299;

легализовано — 1709.

Изъято:

дезертиров из Красной Армии — 140912;

уклонившихся от службы в Красной Армии — 76192.

Наши потери убитыми:

оперативных работников — 34;

офицеров и бойцов войск НКВД — 149;

совпартактива -21.

Изъято у бандитско-дезертирского элемента и населения, а также собрано на бывших полях военных действий оружия:

орудий — 36;

минометов — 188;

пулеметов — 721;

автоматов — 2488;

винтовок — 41535;

револьверов — 6755;

гранат — 34003;

ПТР — 5;

артснарядов — 16155;

мин — 15663;

патронов — 13072407;

прочего оружия — 13486

В течение года зарегистрировано 1458 бандитских проявлений, из них раскрыто 746.

В результате бандитских проявлений убито:

советско-партийных работников — 75;

работников НКВД и НКГБ — 39;

офицеров и бойцов Красной Армии и войск НКВД — 101;

других граждан — 192.

Всего: 407 человек.

На территории бывшей Чечено-Ингушской АССР оставшиеся не ликвидированными в 1941 г. остатки повстанческих формирований во главе с Исраиловым Хасаном, Муртазалиевым Джаватханом и Шериповым Маирбеком в 1942 г. продолжали проводить подрывную работу. Они устанавливали связь и объединяли скрывавшиеся банды. Действуя на отсталые слои населения через местные авторитеты, они вербовали новые повстанческие кадры среди дезертиров, уклонившихся от службы в Красной Армии, и других антисоветски настроенных лиц.

В первом квартале 1942 г. в республике началась мобилизация в Красную Армию. Вследствие вражеской деятельности антисоветских элементов мобилизация по существу была сорвана. По нарядам Наркомата обороны, к 25.Ш-1942 г. в Красную Армию должно было быть направлено 14 тысяч человек, но к 28 марта было отправлено лишь 4395 военнообязанных. Причем из сформированной национальной кавалерийской дивизии и других воинских частей дезертировало 2365 человек. Остальной призывной контингент от службы в Красной Армии уклонился. Из большинства селений горных районов все мужское население ушло в горы.

Поступавшие из районов агентурно-следственные материалы свидетельствовали о том, что главари бандповстанческих формирований ожидали наступления немцев и при приближении линии фронта к Чечено-Ингушетии намеревались поднять в тылу Красной Армии вооруженное восстание.

В связи с временной отменой призыва в армию чеченцев и ингушей обстановка в республике была разряжена. Значительное количество дезертиров и уклонившихся вернулось в селения. Органами НКВД было легализовано большинство переменного состава кадровых банд. Население приступило к работе в колхозах и участвовало в осуществлении хозяйственно-политических мероприятий.

Однако в связи с начавшимся в июне 1942 г. наступлением немцев на Южном фронте и с оккупацией ряда районов Северного Кавказа оперативная обстановка в Чечено-Ингушетии резко изменилась. Скрывавшиеся националисты Шерипов, Исраилов и Муртазалиев, называя себя агентами Гитлера и руководителями комитета якобы созданной ими Чечено-Горской национал-социалистической партии, значительно активизировали свою вражескую деятельность.

Росту и активизации бандитизма способствовала деятельность заброшенных в Чечено-Ингушетию нескольких групп немецких парашютистов, которые ставили своей задачей организацию вооруженного выступления против советской власти, используя для этой цели действующие банды.

Исраилов Хасан, Шерипов и другие главари бандитско-повстанческих групп, связавшись с руководителями немецких парашютистов, офицерами германской армии Ланге, Реккертом, Губе Османом и другими и заручившись их помощью, повели работу по подготовке вооруженного выступления.

16-17 августа 1942 г. объединенные кадровые банды Бадаева Амчи, Магомадова Идриса, Хамзаева Кудуза, Исмаилова-Сангиреева, Махмудова, Девзелигова и других, а также спровоцированная часть местного населения, возглавляемые Шериповым и Исраиловым, совершили нападение на райцентр Шароевского района — Химой и селения Дзумсой и Тазбичи, Итум-Калинского района. Бандиты в этих селениях разгромили партийные и советские учреждения, распустили колхозы, растащили колхозные стада и разогнали советско-партийный актив. 18 августа повстанцы в количестве около 1500 чел. окружили райцентр Итум-Кале, но подоспевшими на помощь Итум-Калинскому гарнизону войсками НКВД были разогнаны.

Вражеская деятельность бандитских элементов усилилась и в других районах республики. Бандиты, перейдя к открытым действиям, осуществляли налеты на колхозы, угоняли скот, громили помещения сельсоветов, совершали террористические акты над советско-партийным активом и нападения на оперативно-войсковые группы НКВД.

На сторону восставших перешел ряд работников советско-партийных органов и райотделений НКВД — начальник Старо- Юртовского РО НКВД — Эльмурзаев, помощник оперативного уполномоченного — Дахадаев, участковый уполномоченный Шатоевского РО НКВД — Хачукаев, милиционеры Тугузов, Исаев и другие.

Учитывая серьезность создавшегося положения, НКВД СССР были приняты следующие меры:

Во всех горных районах бывшей Чечено-Ингушской АССР созданы гарнизоны внутренних войск НКВД;

В пораженных бандповстанческой деятельностью районах организованы шесть оперативно-войсковых групп, во главе с руководящими работниками НКВД СССР.

По договоренности с Обкомом ВКП(б) на места направлены ответственные советско-партийные работники для проведения соответствующей разъяснительной работы.

В результате мероприятий, проведенных органами НКВД за период сентябрь-декабрь 1942 г.:

убито бандитов — 257;

арестовано — 489;

легализовано — 399.

Всего: 1145.

Кроме того, изъято 216 семей активных бандитов, уничтожено 100 хуторов и домовладений, арестовано 278 дезертиров из Красной Армии.

В числе убитых: идеолог бандповстанческого движения в Чечено-Ингушетии, организатор вооруженных выступлений в 1941 и 1942 гг. — Шерипов Маирбек, руководитель группы немецких парашютистов — Реккерт, главари банд — Баммат-Гиреев, Дашаев, Исмаилов Абдурашид и др.

Во второй половине 1942 г. усилилась вражеская деятельность антисоветских элементов и на территории Дагестанской АССР. Главари образовавшихся бандитских, повстанческих и иных антисоветских повстанческих формирований, ориентируясь на приход немцев, вели подготовку к вооруженному выступлению против советской власти.

С началом продвижения немецких войск на Северный Кавказ разведывательные органы противника усилили заброску в Дагестан своей агентуры, завербованной преимущественно из числа военнослужащих, находившихся в плену, с задачей организации вооруженного восстания в тылу Красной Армии, объединив и возглавив действующие банды.

К осени 1942 г. количество оперирующих бандитов в Дагестанской АССР увеличилось в несколько раз. На 1 января 1942 г. состояло на учете 64 бандита, в августе того же года их насчитывалось 1500 человек. Кроме того, скрывалось свыше 1000 дезертиров из Красной Армии и около 800 лиц, уклонившихся от военной службы.

Наряду с ростом численности увеличилась и активность бандитских формирований.

В начале сентября объединившиеся банды Цумадинского и Цунтинского районов, общей численностью до 100 человек, возглавляемые Гаджиевым и Гусейновым, в течение двух суток осаждали районный центр Шаури, пытаясь захватить его. В ряде районов Западного и Южного Дагестана бандиты совершали налеты на колхозы, угоняли скот, громили помещения сельсоветов, убивали советский и партийный актив. Всего таких бандпроявлений в течение сентября, октября и ноября 1942 г. было зарегистрировано 89.

В целях нанесения удара по активизировавшимся бандитско-повстанческим формированиям НКВД Дагестанской АССР, по планам, утвержденным НКВД СССР, были проведены две чекистско-войсковые операции: первая — с 15 сентября по 1 октября 1942 г. в горных районах, граничащих с бывшей Чечено-Ингушской АССР, и вторая — в октябре 1942 г. в южных районах Дагестана.

Наряду с осуществлением активных оперативно-войсковых мероприятий по ликвидации действующих бандгрупп, через советско-партийный актив, местные авторитеты, родственников бандитов и дезертиров проводилась работа по разложению скрывающихся бандформирований, отрыву рядовых участников от главарей банд.

В результате этих мероприятий НКВД Дагестанской АССР бандитские формирования к концу 1942 г. в основном были разгромлены.

За время сентябрь-декабрь 1942 г. было разоблачено и арестовано 17 вражеских парашютистов и 24 других немецких агентов, ликвидировано 38 банд, при этом:

убито бандитов — 210;

арестовано — 318;

легализовано — 1178.

Всего: 1706.

Кроме того, арестовано 594 и легализовано 720 дезертиров из Красной Армии, арестовано и легализовано 606 других нелегалов.

Несмотря на арест в конце 1941 г. и в начале 1942 г. многих активных участников вскрытой повстанческой организации на территории Карачая и Кабардино-Балкарии, оперативно-чекистские мероприятия по окончательной ликвидации повстанческого подполья НКВД бывшей Кабардино-Балкарской АССР и УНКВД Ставропольского края проводились недостаточно решительно.

Руководящее ядро повстанческой организации — Юсупов Шокман, Крымшаухалов, Байрамуков Кады и другие остались не изъятыми, и в январе-феврале 1942 г. в ряде селений Кабардино-Балкарии возникли новые бандповстанческие группы.

В Чегемском районе продолжала действовать созданная в 1941 г. по указанию Юсупова Шокмана повстанческая группа в составе 13 чел., возглавляемая бывшим кулаком, организатором вооруженного выступления в 1930 г. — Байсултановым Анзором.

В Кубинском районе действовала повстанческая группа в составе 17 человек, возникшая в январе 1942 г. во главе с бывшим участником Куркужинского вооруженного восстания — Дыговым Ксута и бывшим членом ВКП(б) — Шуковым Жамалдином, исключенным из партии в 1939 г. за связь с врагами народа.

В Зольском районе действовала повстанческая группа в составе 7 чел., возникшая в январе 1942 г., во главе с бывшим участником бандповстанческой организации Урусовым Гамель.

В Нагорном районе действовала повстанческая группа в составе 6 чел., возникшая в январе 1942 г., во главе с бывшим кулаком Шериевым Даду — активным участником вооруженной политбанды, ликвидированной в 1930 г.

В составе перечисленных повстанческих групп находились бывшие дворяне, кулаки, участники вооруженных антисоветских выступлений и другие антисоветски настроенные лица. Участники групп на своих сборищах обсуждали вопросы создания вооруженных банд из дезертиров и уклонившихся от службы в Красной Армии с тем, чтобы впоследствии начать активную борьбу против советской власти и этим оказать помощь гитлеровским войскам в оккупации республики.

Ввиду того что НКВД бывшей Кабардино-Балкарской АССР с неоправдываемой медлительностью осуществлял мероприятия по реализации этих дел, НКВД СССР в апреле 1942 г. были даны специальные указания об активизации работы по ликвидации всего бандповстанческого подполья в Кабардино-Балкарии.

В результате проведения в жизнь этих указаний главари и активные участники повстанческих групп были арестованы. Всего до оккупации немцами Кабардино-Балкарии было ликвидировано 10 бандитских и повстанческих групп с 68 участниками.

В Ставропольском крае, особенно на территории бывш. Карачаевской автономной области, в 1942 г. продолжался рост бандитизма. Оставшиеся не изъятыми в 1941 г. руководящие участники повстанческой организации Байрамуков Кады, Дудов, Гулиев Ташу и другие группировали вокруг себя бандитско-дезертирский элемент и создавали новые банды, которые совершали налеты с целью ограбления на колхозы, государственные учреждения и предприятия, осуществляли террористические акты над работниками местных советско-партийных органов. Только за первую половину 1942 г. органами НКВД была выявлена 21 банда со 135 участниками.

Перед летним наступлением в 1942 г. немецких войск на Кавказ разведывательные органы противника начали забрасывать своих агентов в Карачай.

В июне 1942 г. в горах был обнаружен лагерь четырех вражеских парашютистов и семи присоединившихся к ним местных бандитов и дезертиров.

При оказании вооруженного сопротивления семь участников группы, в том числе и все парашютисты, были убиты, остальные скрылись. Руководителем парашютистов являлся Мурат Варагун — бывш. белый офицер, находившийся в эмиграции в течение 22 лет. Кроме разного оружия, на месте стоянки парашютистов были изъяты: мощная рация, коды, шифры, дневник работы разведчиков, списки главарей банд и к-р националистического элемента Карачая, Дагестана и Чечено-Ингушетии. Помимо разведывательной работы, парашютисты имели задачу установить связь с действующими бандитами, вооружить и использовать их в борьбе против советской власти в тылу Красной Армии.

В результате мероприятий, проведенных Управлением НКВД до момента оккупации края, ликвидированы 16 банд с 94 участниками, при этом убито 11 и арестовано 83 бандита.

В Краснодарском крае на 1 января 1942 г. действовало 10 банд с 80 участниками.

В течение первой половины 1942 г. было выявлено 37 новых бандгрупп в составе 199 человек. Новые банды возникали исключительно из дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии, и возглавлялись преимущественно бывшими участниками бандповстанческих и бело-казачьих формирований.

С наступлением весны активность бандитских элементов значительно усилилась. Увеличилось количество грабежей и хищений колхозного имущества. Агентурой и следственными материалами устанавливалось, что большинство банд ставит своей задачей в момент приближения фронта выступить против советской власти и организовать теракты над советско-партийным активом. В целях приобретения оружия бандиты намеревались совершить нападения на отдельных работников и помещения райотделений НКВД. Главарь одной из банд Абян Кеворк собирался установить связь с командованием немецкой армии с тем, чтобы получить некоторую материальную помощь и соответствующие указания.

Учитывая близость фронта, рост бандитизма и наличие большого количества скрывающихся дезертиров из Красной Армии, Управлением НКВД Краснодарского края в наиболее пораженные бандитизмом районы (лесогорная часть края и плавни Приазовья) были высланы оперативные группы ОББ. В итоге работы оперативных групп, до оккупации края, было ликвидировано 32 банды с 218 участниками и задержано 5160 дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии.

Всего за 1942 г. по Северному Кавказу ликвидировано 183 банды с 3869 участниками, при этом убито 656, арестовано 1608 и легализовано 1605 бандитов.

В1942 г. значительный рост бандитизма наблюдался также в Закавказье. Это видно из следующих данных:

Ликвидировано

Во 2 половине 1941 г.

В 1 половине 1942 г.

Во 2 половине 1942 г.

Бандгрупп

52

121

169

Участников

244

629

906


Из 290 бандгрупп с 1535 участниками, изъятых за 1942 г. по Закавказью, на территории Азербайджанской ССР ликвидировано 163 банды с 748 участниками, Грузинской ССР — 74 банды с 417 участниками и Армянской ССР — 53 банды с 370 участниками.

Формирование банд шло главным образом за счет дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии.

С приближением фронта к предгорьям Кавказа активность бандитско-дезертирского элемента увеличилась. В Грузии и Армении стали возникать крупные по численности повстанческие банды, вдохновляемые и возглавляемые бывшими участниками буржуазно-националистических организаций.

В Чохатурском районе Грузинской ССР органами НКВД была выявлена банда в составе 39 дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии, возглавляемая Барамидзе Севарияном, одним из руководящих участников существовавшей в Ванском районе подпольной к-р повстанческой организации.

Эта банда была создана тремя братьями Барамидзе Севарияном, Валерианом и Асланом по заданию организации, которая ставила своей задачей поднятие вооруженного восстания против советской власти при приближении немецких войск к Грузии.

Активные участники банды широко развернули пораженческую агитацию среди населения, распространяли фашистские листовки, вербовали в банду новых участников. Терроризируя население, бандиты срывали оборонные мероприятия местных советско-партийных органов. До конца 1942 г. банда совершила восемь убийств и 15 вооруженных налетов на колхозы.

Для ликвидации банды и подпольной повстанческой организации НКВД Грузинской ССР была командирована специальная группа оперативных работников. В результате мероприятий, проведенных в феврале и марте 1943 г., банда в основном была ликвидирована. Главари братья Барамидзе и 6 участников банды убиты, 18 арестованы и 5 легализованы. Кроме того, арестованы 12 участников подпольной к-р повстанческой организации.

В Телавском районе Грузинской ССР была выявлена повстанческая банда численностью до 80 тушинцев, возглавляемая бывшими меньшевиками Бобгиашвили А.Я. - ветеринарным врачом, окончившим филологический факультет, и Имедидзе М.И. - инженером-лесоводом.

Участники банды ставили своей задачей организацию вооруженной борьбы против советской власти и для этой цели среди неустойчивой части населения вели пораженческую агитацию, вербуя новые кадры повстанцев.

При проведении операции главари и два участника банды убиты, 68 арестованы, остальные явились с повинной.

В Басаргечарском районе Армянской ССР была выявлена и ликвидирована повстанческая банда, возглавляемая Аласкяровым Мсыр — бывшим членом КП(б) Армении, председателем колхоза, уклонившимся от мобилизации в Красную Армию.

В начале апреля 1942 г. банда Аласкярова состояла из 6 дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии, позже к ним присоединились другие бандгруппы, и к 1 октября того же г. численность ее дошла до 70 чел. Ближайшим помощником Аласкярова являлся бывший член КП(б) Армении и депутат Верховного Совета Армянской ССР, дезертировавший из Красной Армии, — Касумов Вали.

Участники банды ставили своей целью организацию вооруженной борьбы против советской власти. Бандглаварь Аласкяров пытался установить связь с немецкими парашютистами, выброшенными на территорию Кировобадского района Азербайджанской ССР, и информировать их о своей готовности оказать помощь немецко-фашистским войскам. Для этого он направлял в Азербайджан своего отца Мешали Касума Аласкярова.

За время своего существования банда совершила три террористических акта над сельскими активистами, расстреляла восемь красноармейцев-топографов и ограбила ряд колхозов, угнав при этом 330 голов скота.

При ликвидации банды изъято 2 автомата, 34 винтовки и 9 пистолетов.

В 1942 г., особенно в период летнего наступления немцев на Кавказ, вражеская деятельность бандитских, повстанческих и прочих антисоветских элементов в Средней Азии и Казахстане значительно усилилась. За счет дезертиров из Красной Армии, оборонной промышленности, лиц, уклонившихся от военной службы, бывших басмачей и участников других повстанческих формирований возникло большое количество новых банд.

С ростом банд увеличились и бандитские проявления, выражавшиеся в ограблении колхозов, угоне скота, антисоветско-пораженческой агитации, организации откочевок в песковые районы и нелегальных переходах за кордон.

Росту и активизации бандитизма способствовало наличие широкой укрывательской базы бандитов и связь бандитских элементов с отдельными руководителями местных советско-партийных органов.

В целях ликвидации действовавших банд и изъятия дезертиров, уклонившихся, беглых и других нелегалов, являвшихся базой возникновения новых бандформирований, органами НКВД были проведены следующие мероприятия:

Увеличены штаты отделов по борьбе с бандитизмом в НКВД Узбекской ССР с 15 до 38 человек, в НКВД Казахской ССР — с 56 до 66 человек.

Для обеспечения агентурно-оперативных мероприятий Отдела ББ в Узбекскую ССР введен 285 полк внутренних войск НКВД.

В пораженных бандитизмом областях организованы оперативные группы НКВД с привлечением истребительных батальонов и советско-партийного актива.

Для оказания помощи в организации и проведении мероприятий по ликвидации бандитизма в Казахскую, Таджикскую и Киргизскую ССР выезжали бригады оперативных работников ОББ НКВД СССР.

В результате осуществления указанных мероприятий за 1942 год по Республикам Средней Азии и Казахстану ликвидировано 285 банд с 2625 участниками, изъято 567 человек антисоветского элемента, задержано 18069 дезертиров из Красной Армии и лиц, уклонившихся от военной службы, из них:



Кроме того, органами НКВД изъято 19570 дезертиров из оборонной промышленности, беглых и прочего преступного элемента.

НКВД Узбекской ССР была ликвидирована бандитско-повстанческая группа Алиева Музафара, возникшая при следующих обстоятельствах.

В октябре 1942 г. бывший уполномоченный милиции Ховалингского райотделения НКВД, Кулябской области, Таджикской ССР, — Алиев Музафар во время дежурства захватил из РО НКВД пять винтовок и вместе с 20 членами колхоза им. Максима Горького перешел на нелегальное положение.

Встретившись в горах со скрывавшимся бывш. заведующим Отделом агитации и пропаганды Ховалингского райкома КП(б) Таджикистана Мирзоевым, Алиев организовал банду, которая ставила своей задачей: добиться массового уклонения от военной службы и дезертирства из Красной Армии, использовав эти кадры для пополнения банды; установить связь и склонить бывших басмачей, проживающих в Афганистане, на вооруженное выступление против советской власти.

В конце 1942 г. банда Алиева была в основном ликвидирована. Однако скрывавшийся с двумя соучастниками Алиев Музафар к маю 1943 г. организовал новую банду численностью до 40 чел. В состав банды вошли — бывший председатель сельсовета Рахимов, два председателя колхоза, три учителя, секретарь колхозного правления, член КП(б) Таджикистана Асаев и другие лица, уклонившиеся от службы в Красной Армии.

Руководители банды связались с находившимся в Афганистане бывшим басмаческим главарем Шали Рахмет Раджабобу и получили от него согласие об оказании вооруженной помощи при открытом выступлении против советской власти и содействия в переходе банды за кордон в случае провала выступления.

При проведении операции 3 участника банды были убиты, 61 бандит и пособник арестованы.

НКВД Казахской ССР была ликвидирована банда Омарова Ржиман, возникшая в июле 1942 г. в Жана-Аркинском районе, Карагандинской области, в составе 40 дезертиров из Красной Армии, оборонной промышленности, лиц, уклонившихся от призыва, и прочего преступного элемента.

Руководящим ядром банды являлись — Омаров — бывший бай, дезертир из Красной Армии, Кожаахматов — уголовник, дезертир из Красной Армии, Айтмагамбатов — бывший учитель и комсомолец, уклонившийся от призыва, Аменов — сын бая, скотокрад, дезертир из оборонной промышленности.

Бандиты, скрываясь в труднодоступных горных местах, объединяли вокруг себя нелегалов и мелкими группами совершали вооруженные налеты на колхозы, геологоразведывательные партии, отделения исправительно-трудовых лагерей НКВД, захватывали скот, лошадей и продукты питания. В течение июля-августа 1942 г. бандой было угнано 300 лошадей.

Проведенными операциями из состава банды убито 8 и арестовано 38 участников и их пособников. Изъято 247 лошадей.

Следствием установлено, что банда Омарова была создана по указанию бывшего муллы Туспекова — участника существовавшей к-р националистической организации, членами которой являлись также Омаров и Кожаахметов. Банда ставила задачей активную борьбу против советской власти под лозунгом «создания самостоятельного казахского государства».

Аналогичные бандповстанческие формирования были ликвидированы и в остальных Республиках Средней Азии.

В 1942 г. в Якутской АССР, Омской и Иркутской областях продолжалась работа по ликвидации возникших бандитско-повстанческих формирований.

НКВД Якутской АССР в начале 1942 г. в Аллах-Юньском районе была выявлена повстанческая банда в составе 19 дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии, возглавляемая выходцем из кулацкой семьи — якутом Орловым.

Банда именовала себя «Обществом спасения России от большевизма» и ставила своей задачей создание крупных повстанческих отрядов и поднятие вооруженной борьбы против советской власти. Участники банды развили исключительно большую активность в июне 1942 г. В целях приобретения оружия и создания продовольственной базы, в течение указанного месяца они совершили четыре крупных налета на склады золотых приисков и зимовки охотников, во время которых убили оперативного уполномоченного НКВД тов. Коробова, бойца приисковой охраны Быкова и двух рабочих, захватили 10 карабинов, 4 револьвера и пистолета, 10 кг взрывчатых веществ, патроны, золото, продукты и шесть лошадей.

11 июля 1942 г. при проведении операции бандглаварь Орлов был убит, 18 участников арестованы.

Менее активные бандповстанческие группы были ликвидированы Управлениями НКВД Омской и Иркутской областей.

В остальных республиках, краях и областях Сибири и Дальнего Востока мероприятия органов НКВД в 1942 г. были направлены на ликвидацию мелких бандитских групп, состоявших преимущественно из дезертиров Красной Армии, лиц, уклонившихся от военной службы, и беглых из мест заключений.

Эти группы, скрываясь в глухих, таежных районах, в целях приобретения себе продуктов питания, занимались грабежами и кражами.

Всего за 1942 г. по Сибири и Дальнему Востоку было ликвидировано 254 бандитские группы, общей численностью 1298 человек, при этом убито 119 и арестовано 1179 бандитов.

В 1942 г. в несколько раз увеличился бандитизм в центральных районах Советского Союза. Это видно из следующих данных:


Ликвидировано

Во 2-й половине 1941 г.

В 1942 г.

Бандгрупп

31

344

Участников

108

1718


Почти все бандгруппы состояли из дезертиров Красной Армии и лиц, уклонившихся от военной службы. Преступная деятельность банд носила уголовно-грабительский характер.

Результаты борьбы с бандитизмом в 1943 г.

Успешной борьбе с бандитизмом в 1943 г., особенно во втором полугодии, способствовали реорганизация органов НКВД, а в связи с этим значительное увеличение штатной положенности, укрепление руководящего и оперативного состава центрального и периферийных отделов-отделений по борьбе с бандитизмом. Общая штатная численность аппаратов по борьбе с бандитизмом по Союзу ССР в октябре 1941 г. составляла 712 человек, в июле 1944 г. — 5900.

Усиление аппаратов по борьбе с бандитизмом дало возможность повысить качество агентурно-оперативной работы и на основе ее широко использовать в деле ликвидации банд войска НКВД.

Итоги работы по борьбе с бандитизмом за 1943 г. по Советскому Союзу таковы:

ликвидировано банд — 3875;

участников в них — 30312.

При этом:

убито бандитов — 2341;

арестовано — 22575;

легализовано — 5396.

Изъято:

дезертиров из Красной Армии — 197912;

уклонившихся от службы в Красной Армии — 174512.

В порядке очистки от враждебных элементов освобожденных от немецких оккупантов территорий арестовано 10667 и убито 39 человек, в том числе:

вражеских парашютистов — 542;

агентов германской разведки — 489;

полицейских — 3091;

прочих ставленников и пособников немцев — 6584.

Наши потери убитыми:

оперативных работников — 105;

офицеров и бойцов войск НКВД — 219;

бойцов истребительных батальонов и доброотрядов — 62;

совпартактива — 60.

Изъято у бандитско-дезертирского элемента и населения, а также собрано на бывших полях военных действий оружия:

орудий — 19;

пулеметов — 2201;

минометов — 248;

автоматов — 6057;

винтовок — 76409;

револьверов — 8280;

гранат — 43235;

ПТР — 262;

артснарядов — 2483;

мин — 25231;

патронов — 4434538;

прочего оружия — 17870.

В течение г. зарегистрировано 7714 бандитских проявлений, из них раскрыто 6439.

В результате бандпроявлений убито:

советско-партийных работников — 193;

работников НКВД и НКГБ — 92;

офицеров и бойцов Красной Армии и войск НКВД — 138;

других граждан — 1082.

Всего: 1505.

В начале 1943 г. напряженное положение создалось на территории бывшей Калмыцкой АССР.

До войны политическая обстановка в Калмыцкой АССР была удовлетворительной. Действовавшие отдельные бандитские группы, случаи дезертирства и другие антисоветские проявления ничем особым не выделяли Калмыкию из других районов Советского Союза. Резкий перелом в худшую сторону произошел, когда немцы начали летнее наступление 1942 г. Находившаяся на фронте в районе Ростова-на-Дону 110 калмыцкая национальная кавалерийская дивизия проявила неустойчивость. В частях дивизии началось массовое дезертирство. Дезертиры группами, в некоторых случаях со своими командирами, возвращались домой и среди населения распускали всевозможные пораженческие слухи.

С приближением фронта к Калмыкии местные антисоветские, националистические и бандитские элементы активизировались. Из дезертиров 110-й дивизии они создали крупные банды, которые своими действиями сорвали эвакуацию скота из Калмыкии. Немецкие мотоциклисты устанавливали связь с бандами и предлагали им расхищать колхозный и совхозный скот для личных нужд и для германской армии, заявляя при этом, что Красная Армия уже разбита и советской власти больше не существует. Бандитский элемент и большинство населения Калмыкии активно начали расхищать скот, часть его передавали командам мотоциклистов, а часть присваивали себе.

С захватом территории Калмыкии немцы использовали сложившуюся обстановку, повели политику заигрывания с калмыками и, по существу, переориентировали на себя большинство населения — калмыков. В налаживании своих взаимоотношений с ними немцы широко использовали обещание — выселить весной 1943 г. из Калмыкии все русское население и этим развязали калмыкам руки в отношении русских.

В ряде мест калмыки беспощадно расправлялись с коммунистами, партизанами и другими патриотами из числа русских.

Под руководством привезенного немцами «наместника Калмыкии» белоэмигранта, доктора Долл, немецкое командование сформировало из бандитско-дезертирского элемента калмыцкий кавалерийский легион, состоявший из 14 эскадронов, общей численностью 1500 человек. Командиром легиона был назначен известный бандит и скотокрад, уклонившийся от призыва в Красную Армию, Огдонов Басанг.

Эскадроны в Калмыкии выполняли разведывательные и карательные функции, расстреливали партизан, коммунистов, командиров Красной Армии, грабя совхозы и колхозы. За активную предательскую работу Огдонов Басанг был награжден немецким командованием орденом «Крест» 2 степени.

В связи с поспешным отступлением немцев из Калмыкии, они оказались не в состоянии своевременно эвакуировать оттуда все эскадроны, и часть их осталась в Калмыкии. Оставшимся эскадронам немцы приказали перейти на нелегальное положение и вести активную борьбу против советской власти.

К бандам примкнули бывшие полицейские, служащие сельских управ и другие пособники немцев. Надеясь на возвращение германской армии, участники банд подрывали экономическую мощь совхозов и колхозов, совершали террористические акты, нападали на воинские гарнизоны.

Только по показаниям арестованных участников разгромленных банд за период январь-ноябрь 1943 г. ими совершено вооруженных налетов с ограблениями — 28, убийств советско-партийных работников и патриотов родины — 35, убийств военнослужащих Красной Армии — 28. Кроме того, ими было оказано 18 вооруженных сопротивлений оперативно-войсковым группам НКВД, во время которых убито бандитами 12 и ранено 10 чел.

Банды имели широкую моральную и материальную поддержку со стороны калмыцкого населения и систематически информировались им о количестве, местонахождении и передвижении оперативных групп НКВД.

НКВД бывшей Калмыцкой АССР с работой по ликвидации действующих банд не справился, и до мая 1943 г. положение в республике оставалось напряженным.

В целях организации и проведения мероприятий по скорейшей ликвидации банд в Калмыкию были командированы руководящие работники НКВД СССР с оперативным составом центрального аппарата по борьбе с бандитизмом. В пораженных бандитизмом районах было создано более 20 оперативных групп, за счет подразделений 29 кавалерийского полка и 21 бригады войск НКВД, усилены воинские гарнизоны. Оперативным группам были переданы самолеты У-2, Р-5 и ИЛ.

Наряду с проведением чекистско-войсковых мероприятий, оперативные группы развернули работу по разложению банд, склонению к явке с повинной их участников.

В результате осуществленных мероприятий к августу 1943 г. было ликвидировано 23 банды с 786 участниками, при этом убито бандитов 64, арестовано 381 и легализовано 341.

Остатки разгромленных банд прекратили активные бандитские действия. Их преступная деятельность возобновилась с выброской немцами 1 октября 1943 г. на территории Калмыкии парашютной группы в составе 5 человек, возглавляемой бывшим руководителем калмыцкого легиона Огдоновым Басангом. Огдонов имел задание активизировать деятельность бандповстанческих элементов в Калмыкии, подготовить посадочные площадки для немецких десантных самолетов и проводить шпионскую работу. Из состава группы 27 октября был задержан радист Ворона-Мартынюк, 8 ноября явился с повинной парашютист Эрдниев, участник группы Халгаев разбился при приземлении. Огдонов Басанг и его соучастник Эренценов, связавшись с действовавшими бандитами, скрылись. Мероприятия, проводимые НКВД бывшей Калмыцкой АССР по ликвидации остатков разгромленных банд и вражеских парашютистов, положительных результатов не давали, так как они тщательно укрывались калмыцким населением.

В декабре 1943 г. по специальному решению советского правительства из бывшей Калмыцкой АССР было выселено 27981 семейство калмыков с численностью 90881 человек, из них:



В ходе операции по выселению калмыков органами НКВД было задержано и арестовано 348 участников бандитских групп, дезертиров из Красной Армии и других антисоветских лиц.

За время оккупации в ряде районов бывшей Кабардино-Балкарской АССР немецкая разведка из числа антисоветского и бандитского элемента, а также дезертиров и военнопленных кабардинцев и балкарцев создала специально вооруженные отряды, которые использовались оккупантами в борьбе против партизан и частей Красной Армии.

После изгнания немцев из Кабардино-Балкарии эти вооруженные отряды, выполняя указания разведывательных органов противника, не прекратили своей вражеской работы. Немцами перед ними была поставлена задача: воспрепятствовать восстановлению советской власти до возвращения германских войск на Кавказ.

В Черекском районе созданная немцами бандитско-повстанческая организация насчитывала свыше 300 человек. Во главе ее находились бывший пропагандист Черекского райкома ВКП(б) Жангуразов Якуб, политбандит Занкишиев Исмаил и другие. Аналогичные бандповстанческие формирования были созданы в Эльбрусском, Чегемском и других районах республики.

При вступлении частей Красной Армии и внутренних войск НКВД участники банд оказали им организованное вооруженное сопротивление. Засевшие в Черекском ущелье банды Жангуразова и Занкишиева сопротивлялись в течение всего января 1943 г. В результате проведенных чекистско-войсковых операций вооруженное сопротивление бандитов было сломлено. Бандиты, разбившись на мелкие группы, скрылись в горы. Значительное количество повстанцев, мобилизованных в банды, дезертиров из Красной Армии и лиц, служивших у немцев, вернулись в селения, сдали оружие и были легализованы.

В начале февраля 1943 г. НКВД бывшей Кабардино-Балкарской АССР провел массовое изъятие немецких агентов, ставленников и пособников, а также участников вооруженного выступления и других антисоветских лиц.

На 1 марта было задержано 2128 человек, из них: шпионов и подозрительных по шпионажу — 85, диверсантов — 14, немецких ставленников и пособников — 685, бандитов — 578, дезертиров — 168, прочего антисоветского элемента — 600.

После проведенной операции весь оперативный состав республиканского и районных аппаратов НКВД был занят фильтрацией задержанных и следствием по делам привлеченных к уголовной ответственности лиц. С этого времени борьба со скрывающимися бандами фактически не велась. Бандиты, почувствовав ослабление работы органов НКВД, активизировали свою преступную деятельность, начали совершать налеты на колхозы, совхозы и советские учреждения. 27 мая 1943 г. одна из банд численностью до 15 человек напала на Эльбрусское райотделение НКВД и освободила из КПЗ 5 заключенных.

В начале июня 1943 г. в Кабардино-Балкарию была командирована бригада оперативных работников ОББ НКВД СССР. Ознакомившись с обстановкой, бригада установила, что на территории республики к тому времени действовало 47 банд с 1300 участниками.

В целях усиления работы по ликвидации бандитизма по указанию НКВД СССР были приняты следующие меры:

укреплен опытными работниками Отдел по борьбе с бандитизмом; за счет прикомандированных сотрудников НКВД Украинской ССР, бывшей Калмыцкой и Крымской АССР увеличены штаты райотделений НКВД до 10 оперативных работников. Укреплен руководящий состав РО НКВД.

Во всех пораженных бандитизмом районах созданы гарнизоны из подразделений 170 стрелкового полка и 18 кавалерийского полка войск НКВД.

Из проверенных местных жителей организованы специальные конные отряды для борьбы с бандитизмом.

В результате проведенных мероприятий во второй половине 1943 г. ликвидировано 33 банды с 1369 участниками, при этом: убито 71, арестовано 176 и легализовано 1102 бандита. Кроме того, убито 4 и арестовано 7 вражеских парашютистов.

Всего за 1943 год ликвидировано 33 банды с 2398 участниками, при этом убито 112, арестовано 1096 и легализовано 1190.

Оккупировав Ставропольский край, немецкое командование в Карачае установило тесную связь с местными националистами, главарями банд, руководителями мусульманского духовенства и мюридских сект и их представителей и создало так называемый Карачаевский национальный комитет. Во главе комитета были поставлены известные кадровые бандиты Байрамуков Кады и Лайпанов Муратби. При отступлении с Северного Кавказа разведывательные органы противника на территории бывшей Карачаевской автономной области создали бандповстанческие формирования из числа своих ставленников, бандитов, дезертиров Красной Армии и других антисоветски настроенных лиц.

В январе 1943 г. главари бандповстанческих формирований, мусульманское духовенство и националисты организовали в Учкуланском районе антисоветское вооруженное выступление, в котором участвовало 400 человек.

После ликвидации выступления многие участники его мелкими группами перешли на нелегальное положение. Главари и активные участники банд, руководимые скрывшимся организатором вооруженного выступления Дуловым Исламом, продолжали вести среди населения антисоветскую, пораженческую агитацию, группируя вокруг себя бандитско-дезертирский элемент.

Бандитам оказывали большую помощь немецкие парашютисты, забрасываемые разведывательными органами противника при активном участии бежавшего с немцами Карачаевского национального комитета во главе с Байрамуковым Кады и Лайпановым Муратби.

Мероприятиями, проведенными Управлением НКВД Ставропольского края за период февраль-июнь 1943 г., было ликвидировано 18 банд с 916 участниками. Несмотря на значительное количество изъятых бандитов, к началу июля 1943 г. на территории одной лишь Карачаевской автономной области насчитывалось свыше 2000 бандитов, немецких ставленников и дезертиров из Красной Армии, которые совершали террористические акты, нападения на работников НКВД, бойцов и командиров войск НКВД, занимались ограблением колхозов и государственных мероприятий.

Согласно приказу НКВД СССР за № 001003 от 18 июня 1943 г. по бывшей Карачаевской автономной области были проведены следующие мероприятия:

Укреплено руководство УНКВД, увеличены и укомплектованы опытными работниками штаты Отдела по борьбе с бандитизмом и райотделений НКВД;

Во всех районах Карачая дислоцированы сильные гарнизоны войск НКВД и организованы оперативно-войсковые группы;

Для усиления массово-разъяснительной и агитационной работы в аулы Карачая направлены ответственные работники Обкома ВКП(б).

В целях оказания практической помощи УНКВД Ставропольского края в Карачай командирована оперативная группа Отдела НКВД СССР по борьбе с бандитизмом.

Работа оперативных групп НКВД была направлена на внедрение в действующие банды внутренней агентуры, способной обеспечивать ликвидацию бандглаварей или подведение банд под оперативный удар.

Одновременно с этим, через местные авторитеты, духовенство и родственников скрывающихся бандитов осуществлялись мероприятия по разложению действующих банд, отрыву рядовых участников из-под влияния главарей с последующей их легализацией. Вместе с тем проводились оперативно-войсковые операции по ликвидации или изъятию главарей и участников банд, отказывавшихся явиться с повинной и сдать оружие.

Все эти мероприятия дали положительные результаты, а именно: за вторую половину 1943 г. было ликвидировано 116 банд с 1749 участниками.

Всего за 1943 год по Ставропольскому краю ликвидировано 134 банды с 2905 участниками, при этом: убито 280, арестовано 1276 и легализовано 1349 бандитов.

В числе ряда серьезных главарей и участников банд был физически ликвидирован организатор вооруженного выступления в Учкуланском районе Дудов Ислам, бывший князь, доброволец белой армии, скрывавшийся с 1930 г.

Во исполнение директивы НКВД СССР от 26 октября 1943 г. за № 52/20468 Управлением НКВД Ставропольского края в ноябре 1943 г. успешно проведена операция по изъятию и направлению в штрафные части Красной Армии добровольно явившихся дезертиров, а также бандитов, не совершивших тяжких преступлений.

Планом проведенных операций был предусмотрен вызов всех легализованных бандитов и дезертиров с последующим арестом главарей и участников банд, совершивших террористические и диверсионные акты, а также установленных среди них немецких агентов и активных карателей.

В результате проведенной операции с 15 по 25 ноября направлено в штрафные части 366 и арестовано 365 легализованных бандитов и дезертиров.

В конце 1943 г., по особому решению советского правительства, органами НКВД проведена операция по выселению из пределов Ставропольского края карачаевского населения. Всего было выселено: 15597 семей карачаевцев с численностью 59506 человек, из них:



После изгнания противника с территории Краснодарского края на Кубани возникло значительное количество бандитских формирований преимущественно из числа бывших служащих немецких карательных и административных органов и дезертиров из Красной Армии.

Работа Отдела УНКВД по борьбе с бандитизмом была направлена на выявление и обеспечение ликвидации возникших бандгрупп. В пораженные бандитизмом лесогорные районы края были командированы оперативные группы ОББ с воинскими подразделениями.

В результате мероприятий, проведенных в течение первых шести месяцев 1943 г., ликвидировано 40 банд с 306 участниками. Однако с наступлением летнего периода бандитско-дезертирские элементы, ориентируясь на возвращение немецких оккупантов, начали объединяться в крупные банды и активизировали свою вражескую работу. Многие бандгруппы угрожали расправой партийно-советскому активу и совершали нападения на колхозы и совхозы.

В целях предотвращения дальнейшей активизации бандитизма и ликвидации действующих бандгрупп НКВД СССР были приняты следующие меры:

Увеличен штат Отдела УНКВД Красноярского края по борьбе с бандитизмом с 13 до 31 человека;

В Управлении НКВД Адыгейской автономной области создано отделение по борьбе с бандитизмом в количестве 6 человек.

В 39 районных отделениях НКВД края введены по 1–3 постоянных работников по борьбе с бандитизмом.

Всего по краю штат работников по борьбе с бандитизмом увеличен с 13 до 102 человек.

За счет подразделений Орджоникидзевской дивизии внутренних войск НКВД усилены воинские гарнизоны.

Во второй половине июля 1943 г. в помощь УНКВД края командирована бригада ОББ НКВД СССР в составе 12 оперативных работников.

В результате мероприятий, проведенных во второй половине 1943 г., ликвидировано 167 банд с 1610 участниками.

Всего за 1943 год по краю ликвидировано 207 банд с 2250 участниками, при этом убито 211, арестовано 1052 и легализовано 987 бандитов.

Мероприятия, проведенные органами НКВД в 1942 г. в бывшей Чечено-Ингушской АССР, не обеспечили изъятие ряда руководителей и активных участников вооруженных антисоветских выступлений. На 1 января 1943 г. продолжали действовать 34 бандгруппы с 220 участниками. Среди них: руководители повстанческой организации, именовавшейся Национал-социалистической партией кавказских братьев, — Исраилов Хасан и Муртазалиев Джаватхан, главари кадровых банд Магомадов Идрис, Алхастов Иби, Хамзаев Кудуз, Сахабов Расул, Бадаев Амчи и Сангиреев. Кроме того, на территории Чечено-Ингушетии скрывалось 47 немецких парашютистов, сброшенных в разное время в составе групп Реккерта, Ланге и Губе Османа.

Указанные бандглавари объединяли мелкие бандитские группы и совершали налеты, грабежи и убийства. Руководители повстанческой организации Исраилов, Муртазалиев и другие, выполняя указания немецких парашютистов, продолжали активную работу по формированию повстанческих кадров и подготовке нового вооруженного выступления против советской власти.

По показаниям арестованного в июне 1943 г. Исраилова Хусейна (брата Исраилова Хасана), в мае 1943 г. на горе Доку у селения Маисты, Итум-Калинского района состоялось сборище представителей одиннадцати секций «Национал-социалистической партии кавказских братьев», на котором было решено подготовить и поднять вооруженное восстание против советской власти в момент ожидавшегося повстанцами летнего наступления немцев на Кавказ.

В первой половине 1943 г. работа НКВД бывшей Чечено-Ингушской АССР по ликвидации бандитизма была мало эффективной. Проводимые оперативно-войсковые мероприятия в достаточной мере не подготовлялись и не всегда сочетались с агентурными мероприятиями. Вследствие этого ликвидация кадровых банд не обеспечивалась.

За первые шесть месяцев 1943 г. было ликвидировано 19 банд с 518 участниками в них, при этом убито 196, арестовано 267 и легализовано 55 бандитов. Несмотря на это, количество действующих банд увеличилось почти вдвое. Если на 1 января 1943 г. было учтено 34 банды с 220 участниками, то на 1 сентября того же г. состояло на учете 60 банд с 406 участниками.

В целях пресечения дальнейшего роста бандитизма в Чечено-Ингушетии и обеспечения ликвидации действующих банд НКВД СССР были приняты следующие меры:

Увеличены штаты Отдела по борьбе с бандитизмом с 30 до 67 человек.

Усилены опытными работниками и доведены до 10 человек оперативного состава штаты райотделений НКВД горных районов.

Для обеспечения ликвидации переходящих в Грузию банд увеличены и доведены до 5 оперативных работников штаты райотделений НКВД Грузинской ССР, граничащих с Чечней.

В Чечено-Ингушетию командирована оперативная группа Отдела НКВД СССР по борьбе с бандитизмом.

В сентябре 1943 г. сменено руководство Наркомата внутренних дел и Отдела ББ Чечено-Ингушетии.

На месте, в семи наиболее пораженных бандитизмом районах были созданы оперативные группы НКВД. Опергруппам приданы подразделения 141 полка внутренних войск НКВД. На территории Грузии в районах, граничащих с Чечней, организованы оперативно-войсковые заслоны из 25 работников НКВД Грузинской ССР, трех рот 40 полка и двух рот 263 полка внутренних войск НКВД.

Агентурно-оперативные мероприятия осуществлялись по двум направлениям: ликвидация бандитских групп путем проведения чекистско-войсковых операций и разложение банд через агентуру и авторитетов с последующей легализацией участников их. Проводимые мероприятия НКВД сочетались с усилением разъяснительной работы по линии партийных и советских органов. По договоренности с Обкомом ВКП(б) бывшей Чечено-Ингушской АССР в пораженные бандитизмом районы были высланы бригады партийных работников.

В результате этих мероприятий за вторую половину 1943 г. на территории бывшей Чечено-Ингушской АССР ликвидировано 95 банд с 725 участниками, при этом убито 47, арестовано 173 и легализовано 505 бандитов.

В ходе операции были физически ликвидированы главари банд и активные участники вооруженных антисоветских выступлений Махмудов Сарали, Сахабов Расул, Шуаипов Янгулби и другие. Склонены к явке с повинной, легализованы и впоследствии арестованы: организатор и руководитель ряда вооруженных выступлений в Чечне, крупный мусульманский авторитет, скрывавшийся с 1925 г., Муртазалиев Джаватхан, главари кадровых банд и повстанческих отрядов Сангиреев Керим, Бадаев Амчи, Байсагуров, Алхастов и другие; убито и арестовано 15 немецких парашютистов, среди них Губе Осман, бывший белоэмигрант, полковник разведслужбы немецкой армии, переброшенный на Кавказ для организации вооруженного восстания против советской власти.

Всего за 1943 год на территории бывшей Чечено-Ингушской АССР ликвидировано 114 банд с 1453 участниками, при этом убито 243, арестовано 650 и легализовано 560 бандитов.

На 1 января 1943 г. в Дагестанской АССР продолжали действовать 20 бандгрупп со 105 участниками. Эти группы являлись остатками разгромленных в 1942 г. бандитско-повстанческих формирований и в начале г. активности не проявляли.

С наступлением весенне-летнего периода активность бандитско-дезертирского элемента повысилась. Увеличилось количество действующих банд и участников в них.

В течение первой половины 1943 г. органами НКВД были выявлены 53 новых бандгрупп с 384 участниками, из них в марте, апреле и мае 35 банд с 240 участниками.

Возникновение новых бандгрупп произошло в основном за счет дезертиров из Красной Армии, различного антисоветского элемента и частично за счет легализованных бандитов. За первые шесть месяцев 1943 г. из числа ранее легализованных по причинам боязни ареста, провокации к-р элемента и недостаточной работы среди них со стороны органов НКВД вновь перешло на нелегальное положение 66 бандитов.

В целях ликвидации возросшего бандитизма в Дагестанской АСРР НКВД СССР были приняты следующие меры:

Штатная положенность Отдела по борьбе с бандитизмом увеличена с 22 до 37 человек.

В десяти пораженных бандитизмом районах Дагестана увеличены штаты оперативного состава райотделений НКВД на 2–3 человека в каждом.

Из подразделений 289 стрелкового полка внутренних войск НКВД организованы гарнизоны и созданы оперативные группы НКВД.

В июне 1943 г. в Дагестан направлена бригада оперативных работников Отдела НКВД СССР по борьбе с бандитизмом.

В результате проведенных мероприятий на территории Дагестанской АССР в течение 1943 г. ликвидировано 82 банды с 807 участниками, при этом убито 129, арестовано 490, легализовано 208 бандитов.

Таким образом, за 1943 год по Северному Кавказу ликвидировано 596 банд с 10044 участниками, при этом убито 1028, арестовано 4676 и легализовано 4342 бандита

В 1943 г. в освобожденных районах Украины из числа немецких ставленников и пособников, а также дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии, возникло большое количество бандитских групп. С наступлением весенне-летнего периода преступная деятельность этих банд значительно активизировалась. Бандиты совершали террористические акты над советско-партийными работниками, ограбления колхозов, совхозов и отдельных граждан, сопровождавшиеся изнасилованием и убийствами потерпевших.

За 1943 год органами НКВД Украинской ССР ликвидировано 77 таких бандгрупп с 363 участниками, при этом убито 8 и арестовано 355 бандитов.

С изгнанием немцев усилили свою вражескую работу украинские националисты. В Днепропетровской, Запорожской, Полтавской, Киевской, Житомирской, Сталинской и других восточных областях Украины органами НКВД вскрыты и ликвидированы подпольные группы украинских националистов, возникшие в период немецкой оккупации. Эти группы, руководимые центральным проводом ОУН, ставили своей задачей создание Самостийной Украины, путем вовлечения в ОУН широких масс украинского населения и подготовки боевых кадров, способных поднять вооруженное восстание против советской власти.

Участники подпольных организаций распространяли среди населения националистическую литературу, вовлекали новых членов в ОУН, создавали группы боевиков.

В результате реализации агентурных материалов ликвидировано 26 групп ОУН с 22 участниками.

В числе арестованных руководители групп Литвиненко, Кравец, Козленке, Бондаренко, Пономаренко и другие.

В порядке очистки освобожденной территории Украины от враждебных элементов Отделом НКВД УССР по борьбе с бандитизмом задержано 22 вражеских парашютиста, 198 немецких агентов и 2219 ставленников и пособников врага.

Аналогичные бандгруппы, состоявшие из ставленников и пособников немцев, а также дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии, были ликвидированы в 1943 г. в остальных прифронтовых и центральных, освобожденных от немецких оккупантов, областях.

По результатам борьбы с бандитизмом выделяются следующие области:

В начале 1943 г. в Республиках Средней Азии и Казахстане басмаческие и прочие антисоветские элементы, в связи с расширением мобилизации в Красную Армию и на работу в оборонную промышленность, усилили пораженческую агитацию среди населения и работу по созданию из числа скрывающихся бандитов, дезертиров, лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии, и других нелегалов вооруженных банд. Некоторые бывшие басмачи, в целях срыва мобилизации в Красную Армию и на трудовой фронт, склоняли призывной контингент к бегству за кордон.

В ряде районов Средней Азии и Казахстана возникшие бандгруппы совершали террористические акты, налеты на колхозы и совхозы, угоняли лошадей и рогатый скот. В результате бандитских проявлений в течение 1943 г. по Республикам Средней Азии и Казахстану было убито 6 работников НКВД, 5 офицеров и бойцов войск НКВД, 50 советско-партийных работников и 75 колхозников и других граждан.

В целях ликвидации действующих банд НКВД СССР были приняты следующие меры:

Увеличены штаты республиканских отделов по борьбе с бандитизмом. Созданы аппараты по ББ в областных Управлениях НКВД. Так, общая штатная положенность работников ОББ по Узбекской ССР была увеличена с 38 до 132 человек, по Казахской ССР с 66 до 362, по Туркменской ССР с 13 до 82, по Таджикской ССР с 15 до 90 и по Киргизской ССР с 13 до 80.

Для обеспечения агентурно-оперативных мероприятий органов НКВД в распоряжение народных комиссаров внутренних дел выделены части войск НКВД.

Созданы и обучены специальные добровольческие отряды по борьбе с бандитизмом из местных жителей-активистов. По Таджикской ССР имелось 70 доброотрядов с 1750 бойцами, по Киргизской ССР 42 отряда с 722 бойцами, по Туркменской ССР 15 отрядов общей численностью 214 человек.

Партийно-советскими органами усилена массово-политическая работа среди населения.

В Казахскую, Киргизскую, Туркменскую и Таджикскую ССР выезжали бригады оперативных работников ОББ НКВД СССР.

В результате мероприятий, проведенных органами НКВД в 1943 г., по Средней Азии и Казахстану ликвидировано 772 банды с 5193 участниками, при этом убито 256, арестовано 4768 и легализовано 169 бандитов, из них:



Кроме того, органами НКВД изъято 32785 дезертиров из оборонной промышленности, беглых и других нелегалов.

В первой половине 1943 г. НКВД Киргизской ССР ликвидировано бандитско-повстанческое формирование, действовавшее на территории Тянь-Шаньской, Ошской и Джалал-Абадской областей, в составе 114 участников.

Следствием установлено, что с начала Отечественной войны бывшие активные участники ранее ликвидированной националистической организации, именовавшейся социал-туранской партией, Чулуков, Ширматов и другие создали разветвленное басмаческо-повстанческое формирование, которое ставило задачей организацию вооруженного выступления против советской власти. Активные участники формирования искривляли политику партии и советской власти в аулах, вели пораженческую агитацию и подготовляли массовые откочевки за кордон. На своих нелегальных сборищах они обсуждали вопросы срыва мобилизации в Красную Армию и подготовки вооруженного выступления.

Руководители формирования в Чон-Алайском районе, Ошской области создали вооруженную банду в составе 30 человек, во главе с бывшим участковым уполномоченным милиции Джанкунбаевым, которая совершила нападение на райотделение НКВД, освободила из камеры предварительного заключения 15 арестованных, убила председателя колхоза Мурсабаева, ранила райпрокурора и, захватив с собой свыше 70 семей колхозников, пыталась прорваться за кордон. Банда полностью ликвидирована.

Результаты борьбы с бандитизмом за 1-ю половину 1944 г.

В 1943 г. органы НКВД добились значительного снижения бандитизма во всех районах Советского Союза Если на 1 января 1943 г. состояло на учете 639 банд с 5193 участниками, то на 1 января 1944 г. оставалось на учете 438 бандгрупп с 2150 участниками.

Однако в первой половине 1944 г. произошло резкое увеличение бандитизма за счет западных областей Украины, на территории которых начали активно действовать банды украинских националистов.

Еще в период немецкой оккупации Украины руководство контрреволюционной Организации украинских националистов (ОУН) начало проводить работу по созданию своей вооруженной силы — Украинской повстанческой армии (УПА).

Банды УПА комплектовались путем вербовки и мобилизации украинского мужского населения. Руководящий состав УПА, укомплектованный из проверенных, активных участников ОУН — галичан, обучался в специально созданных школах. Центральным проводом ОУН и командованием УПА были разработаны структура УПА, методы и формы конспирации, связи, снабжения и т. д.

С продвижением Красной Армии на запад руководство ОУН и УПА в целях сохранения своих кадров от разгрома дало указание формированиям УПА разойтись по домам и лесным базам, пропустить наступающие части Красной Армии и, оказавшись в их тылу, начать активные действия, направленные на парализацию деятельности советской власти и подрыв мощи Красной Армии.

Активные преступные действия банд УПА начались с января 1944 г. Бандиты совершали убийства советско-партийных работников и лиц, лояльно настроенных к советской власти, налеты на райотделения НКВД, НКГБ, райкомы партии и другие советские учреждения, нападения на воинские машины, мелкие группы офицеров и бойцов, на обозы с вооружением, боеприпасами и продовольствием.

Только по одной Ровенской области за период февраль-июнь 1944 г. зарегистрировано свыше 200 таких бандпроявлений. Значительное количество бандитских проявлений имело место в Волынской, Тарнопольской, Черновицкой и других западных областях Украины.

В целях ликвидации банд УПА и оуновского подполья НКВД СССР были приняты следующие меры:

В городе Ровно создан оперативный штаб, а в пораженных бандитизмом районах оперативные группы во главе с руководящими работниками НКВД СССР и УССР.

Во всех районах и крупных населенных пунктах расставлены сильные гарнизоны войск НКВД.

Из 1500 отобранных партизан созданы отряды по борьбе с бандитизмом.

В составе ОББ НКВД УССР организовано специальное отделение по ликвидации банд УПА и оуновского подполья.

Для оказания практической помощи и участия в ликвидации формирований УПА в Ровенскую область командирована бригада оперативных работников ОББ НКВД СССР.

В результате проведенной работы по ликвидации банд УПА и ОУН за первую половину 1944 г. органами НКВД убито 16338, взято в плен 15991 и явилось с повинной 2549. Всего — 34878. Арестовано 3676 участников УПА и ОУН.

По восточным областям Украины ликвидировано (без данных за июнь) 95 бандгрупп с 457 участниками.

Кроме того, арестовано 285 немецких агентов, 2922 быв. полицейских, 520 быв. старост и 8019 прочего антисоветского элемента Изъято и направлено в лагеря НКВД 3914 человек спецконтингента — военнослужащих, вышедших из окружения, находившихся в плену и т. д.

Изъято:

дезертиров из Красной Армии — 28201;

лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии — 47956.

Наши потери убитыми:

работников НКВД — 37;

офицеров и бойцов войск НКВД и Красной Армии — 655;

пропало без вести работников НКВД, офицеров и бойцов — 112.

В остальных республиках, краях и областях Советского Союза итоги борьбы с бандитизмом за первую половину 1944 г. таковы:

ликвидировано банд — 1727;

участников в них — 10994.

При этом:

убито бандитов — 383;

арестовано — 10191;

легализовано — 420.

Изъято:

дезертиров из Красной Армии — 132444;

уклонившихся от службы в Красной Армии — 86466.

В порядке очистки от враждебных элементов освобожденных от немецких оккупантов территорий Советского Союза арестовано 9720 и убито 56 человек, в том числе:

вражеских парашютистов — 239;

агентов германской разведки — 491;

изменников Родины, перебежавших на сторону врага во время военных действий, — 380;

работников гестапо — 23;

полицейских — 3955;

бургомистров — 41;

старост — 1339;

руководящих работников организован, немцами учреждений — 75;

участников зверств оккупантов — 61;

прочих ставленников и пособников немцев — 3172.

Наши потери убитыми:

оперативных работников — 82;

офицеров и бойцов войск НКВД — 706;

бойцов истребительных батальонов и доброотрядов — 10;

совпартактива — 6.

Изъято у бандитско-дезертирского элемента и населения, а также собрано на бывших полях военных действий оружия:

самолетов — 1;

орудий — 29;

пулеметов — 4264;

минометов — 584;

автоматов — 10310;

винтовок — 81874

револьверов — 8588;

гранат 55470 и 481 ящ.;

ПТР — 1014;

артснарядов — 1000;

мин — 45135 и 587 ящ.;

патронов — 10302464 и 1036 ящ.;

взрыввеществ — 5100 кг и 292 ящ.;

прочего оружия — 31656.

В течение 6 месяцев 1944 г. зарегистрировано 2629 бандитских проявлений, из них раскрыто 2568.

В результате бандпроявлений убито:

советско-партийных работников — 66;

работников НКВД и НКГБ — 56;

офицеров и бойцов Красной Армии и войск НКВД — 145;

других граждан — 683.

Всего: 950.

На Северном Кавказе в феврале с.г. органами НКВД проведены специальные мероприятия по чеченцам и ингушам, в марте с.г. по балкарцам. В результате операции из бывш. Чечено-Ингушской АССР выселено 104279 семей чеченцев и ингушей с количеством 520055 человек, из них:



Из Кабардинской АССР выселено — 44415 балкарцев, из них в Казахскую ССР -21115 и в Киргизскую ССР — 23300.

В ходе операции в Чечено-Ингушетии убито 9 и арестовано 1227 бандитов, в Кабардино-Балкарии арестовано 440.

После проведения спецмероприятий на территории Грозненской области и Кабардинской АССР продолжалась работа по ликвидации остатков бандповстанческих формирований и новых бандгрупп из лиц, уклонившихся от переселения.

В Дагестанской АССР, в Ставропольском и Краснодарском краях осуществлялись мероприятия по изъятию бандитских групп, состоящих из бывших немецких ставленников и пособников, а также дезертиров из Красной Армии и лиц, уклонившихся от военной службы.

В республиках и краях Северного Кавказа во второй половине 1944 г. также была усилена работа по ликвидации пособнической базы бандитов.

Всего на Северном Кавказе за первые шесть месяцев 1944 г. ликвидировано 145 банд с 2551 участником и 593 пособниками.

По сравнению с предыдущими годами степень пораженности бандитизмом Среднеазиатских республик намного уменьшилась. Действующие ныне небольшие по численности банды из дезертиров Красной Армии, оборонной промышленности и лиц, уклонившихся от военной службы, занимаются главным образом ограблением частных лиц и колхозов и в некоторых случаях — нападениями на отдельных советско-партийных работников и военнослужащих.

За первую половину 1944 г. в Средней Азии и Казахстане было зарегистрировано 150 бандитских проявлений, из них: ограблений частных лиц — 108, ограблений колхозов — 32, нападений на совпартактив — 3, нападений на работников НКВД, офицеров и бойцов войск НКВД — 7.

За указанный период органами НКВД Среднеазиатских республик ликвидировано 238 таких бандгрупп с 1288 участниками. Кроме того, изъято 9550 дезертиров из оборонной промышленности, беглых и прочего антисоветского элемента.

Налажена агентурная работа среди спецпереселенцев. В этих целях были увеличены штаты аппаратов ОББ НКВД Казахской ССР на 9 человек, периферийных органов республики на 137 человек, аппарата ОББ НКВД Киргизской ССР на 6 человек и периферийных органов республики на 33 человека

Из среды спецпереселенцев в течение апреля, мая и июня с.г. выявлено и арестовано 165 бывших бандитов, немецких ставленников и пособников. В настоящее время разрабатывается 667 человек.

Для обслуживания спецпереселенцев-калмыков, расселенных в Алтайском и Красноярском краях, Новосибирской и Омской областях, при аппаратах ОББ УНКВД этих краев и областей созданы специальные группы оперативных работников по 3 человека в каждой сверх прежней штатной положенности ОББ.

В результате работы этих групп выявлено и арестовано 23 бывших участника созданных немцами банд и в настоящее время разрабатывается 258 человек.

В первой половине 1944 г. работа органов НКВД центральных областей РСФСР была направлена на приобретение квалифицированной внутренней и маршрутной агентуры, способной своевременно выявлять и обеспечивать подведение под оперативный удар действующие бандитско-грабительские группы из ставленников и пособников врага, дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии.

Малочисленные по составу эти группы проявляют большую активность, совершая грабежи, убийства, кражи и другие уголовные преступления. За первые шесть

месяцев на территории центральных областей РСФСР было зарегистрировано 1435 бандитских проявлений, что составляет 54 % от всего количества бандпроявлений, имевших место в СССР.

По результатам ликвидации бандитско-грабительских групп выделяются следующие области:



В мае и в июне 1944 г. отмечена активность разведывательных органов противника по заброске в наш глубокий тыл своих агентов-парашютистов с заданием организации бандитско-повстанческих формирований из числа бандитов, дезертиров, лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии, и других нелегалов.

С такими заданиями были заброшены 3 группы вражеских парашютистов в составе 17 человек на территорию Казахской ССР, 45 агентов на территорию Калмыцкой АССР, 41 в Орловскую, 29 Калининскую области.

В целях ликвидации вражеского парашютного десанта и остатков бандитских формирований на территорию бывшей Калмыцкой АССР направлялась оперативная группа Отдела НКВД СССР по борьбе с бандитизмом.

Бригады оперативных работников ОББ центра выезжали также в Казахскую ССР, Кабардинскую, Чувашскую, Мордовскую АССР, Грозненскую, Орловскую и Кировскую области.

Всего за 1943 г. и первую половину 1944 г., для оказания практической помощи в работе по ликвидации действующих банд и выполнения специальных заданий НКВД СССР, на периферию выезжали 36 бригад оперативных работников Отдела НКВД СССР по борьбе с бандитизмом.

Из них:



Продолжительность пребывания в командировках отдельных категорий оперативного состава Отдела НКВД СССР по борьбе с бандитизмом характеризуется следующими данными:

начальника отдела — 7 месяцев;

заместителей начальника отдела по 9 м-цев;

начальников отделений по 6–7 м-цев;

заместителей нач-ков отделений по 2–3 м-ца;

старших оперативных уполномоч. по 5–6 м-цев;

оперативных уполномоченных по 2–3 м-ца;

помощников оперативн. уполном. по 1–2 м-ца;

радиооператоров по 2–3 м-ца

В целях активизации борьбы с бандитизмом и обмена опытом в работе в ноябре 1943 г. в Москве проведено оперативное совещание с начальниками Отделов по борьбе с бандитизмом УНКВД Московской, Ленинградской, Калининской, Орловской, Курской, Воронежской, Тульской, Рязанской, Ивановской, Ярославской и Смоленской областей.

Кроме того, в течение декабря 1943 г. и первой половины 1944 г. вызывались с докладами и инструктировались по вопросам работы 17 начальников отделов по борьбе с бандитизмом из других краев и областей.

На 1 июля 1944 г. по Советскому Союзу учтено:

бандитских групп — 421;

участников и бандодиночек — 8455;

дезертиров из Красной Армии — 33564;

уклонившихся от военной службы — 2570.

Степень пораженности бандитизмом и дезертирством отдельных районов Советского Союза характеризуется следующими данными:



В составе действующих банд находятся: участников ОУН и УПА — 6683, или 78,8 %, дезертиров и лиц, уклонившихся от службы в Красной Армии, — 694, или 8,6 %, бывших участников к-р вооруженных выступлений — 263, или 3,1 %, бывших немецких ставленников и пособников — 140, или 1,6 %, прочего антисоветского элемента — 675, или 7,9 %.

В настоящее время Отделом НКВД СССР по борьбе с бандитизмом обращено особое внимание на ликвидацию банд УПА, действующих на Украине. Для оказания практической помощи в работе НКВД Украинской ССР командирована бригада оперативных работников ОББ НКВД СССР в составе 23 человек.

Наркоматам внутренних дел Среднеазиатских республик даны указания о более широком применении мероприятий по склонению к явке с повинной участников банд и дезертиров, используя для этого местные и родственные авторитеты. В целях предотвращения возникновения новых банд предложено усилить работу по изъятию дезертиров из оборонной промышленности, беглых и других нелегалов.

Обращено внимание на активизацию работы по выявлению и изъятию пособнической базы бандитов и обеспечению быстрейшей ликвидации банд, действующих длительное время.

НКВД Казахской и Киргизской ССР, Управлениям НКВД Алтайского и Красноярской краев, Новосибирской и Омской областей дано указание об усилении агентурной работы среди спецпереселенцев и недопущению с их стороны бандитских или иных антисоветских проявлений. Подобраны и направлены в указанные органы НКВД списки бандитов и компрометирующие данные на них, имевшиеся в ОББ НКВД СССР.

В данное время, согласно Вашим указаниям, на Северном Кавказе проводятся специальные мероприятия по окончательной ликвидации бандитизма. Как и в предыдущие годы, наряду с усилением чекистско-войсковых мероприятий по ликвидации банд, осуществляется работа по склонению бандитов к явке с повинной. Сочетание этих мероприятий дает положительные результаты.

С задачей ликвидации остатков бандитских формирований, действовавших на территории бывшей Калмыцкой АССР, в Астраханской области находится оперативная группа ОББ НКВД СССР в составе 8 человек.

В целях оказания помощи в работе по очистке от враждебных элементов и ликвидации возможных бандформирований, оставленных противником в Прибалтике, туда командирована группа работников ОББ центра в числе 13 человек.

Работа органов НКВД центральных областей РСФСР, Сибири и Дальнего Востока направлена на обеспечение ликвидации действующих мелких бандитско-грабительских групп.

ІІ. БОРЬБА С ДЕЗЕРТИРСТВОМ

С начала Отечественной войны и по июнь месяц 1944 г. органами НКВД задержана дезертиров из Красной Армии — 1210224 чел.; уклоняющихся от мобилизации — 456667 чел. Всего: 1666891 чел.

Результаты борьбы с дезертирством за 2-ю половину 1941 г.

Наибольшее число задержанных падает на 1941 год. Так, с начала Отечественной войны до конца 1941 г. территориальными, транспортными и особыми органами НКВД задержано 710755 дезертиров и 71541 уклонившихся от мобилизации в Красную Армию, всего — 782296 чел.

Основная масса дезертиров (469887) задержана Особыми отделами НКВД во фронтовых районах. На железнодорожном и водном транспорте органами НКВД задержано дезертиров 32526 чел., уклонившихся от мобилизации 7497 чел.

Территориальными органами НКВД задержано в 1941 г. 208342 дезертира и 64044 уклонившихся.

По количеству задержанных дезертиров и уклонившихся более пораженными районами являлись следующие:

Ленинградская область — 83536;

Украинская ССР — 41119;

Московская область — 25522;

Воронежская область — 18366;

Орловская область — 14286;

Северный Кавказ — 13458;

Курская область — 11505.

В значительной мере дезертирству способствовала возросшая активность антисоветских элементов, находившихся в тылу. Они обрабатывали контингенты, мобилизованные в Красную Армию, и вели среди них пораженческую, повстанческую, террористическую агитацию. Так, например:

Казак Свинцов (Северо-Казахстанская область) на проводах призванных в армию заявил: «Мужики, вас посылают в бойню, а сами коммунисты находятся в тылу. Вам незачем защищать советскую власть, она вам не нужна».

С аналогичным призывом обратился к уходившим в Красную Армию казак Афанасьев (Гурьевская область): «Товарищи, Вы едете на фронт, но знайте, за кого бороться, только не за советскую власть, а против нее».

Под влиянием агитации контрреволюционных элементов некоторые мобилизованные в армию при отправке в части высказывали пораженческие, повстанческие настроения.

«Мы им навоюем, мы сумеем повернуть штыки против и все будет покончено».

(Соколов, казак, сын кулака, Алма-Атинская обл.).

«Меня призывают в РККА для защиты советской власти, но я ее защищать не буду. Я готов перебить всех местных коммунистов и тех, которые мне будут попадаться на фронте».

(Егоров, казак, Северо-Казахстанская область).

Антисоветские настроения среди контингентов мобилизованных в первые месяцы войны были отмечены в ряде других районов СССР.

«Сейчас я отправляюсь на фронт, но я буду стрелять в своих врагов-коммунистов».

(Аикулов С.С., Башкирская АССР).

Володин М.И. (Солотчинский район, Рязанской области), судимый за хулиганство, собрав на призывном пункте группу мобилизованных, заявил: «За коммунистов воевать не пойду, защищать гадов не буду».

Влияние антисоветских элементов на часть мобилизованных контингентов сказалась не только на росте дезертирства и уклонения от призыва и мобилизации в армию, но и на образовании в ряде мест антисоветских групп из дезертиров и уклонившихся. Так, например:

В Таласском районе, Киргизской ССР, ликвидирована антисоветская группа в числе 7 дезертиров-киргиз, скрывавшаяся в горах. Арестованные участники группы быв. кулаки Тептаев и Пшеналиев показали, что они ожидали скорого прибытия в район немецких войск и готовились к переходу на сторону противника.

Арестованные Киселевским горотделом УНКВД Новосибирской области участники антисоветской группы в числе 10 уклонившихся от призыва в Красную Армию — Плохин, сын колчаковского офицера; Пекунов — из кулаков; Брякин — показали, что они намеревались добыть оружие и совершать убийства представителей соввласти.

В селе Аушилер, Нальчикского района, ликвидирована антисоветская группа, состоявшая из 8 дезертиров. Руководитель группы Чеченов Адальбы, исключенный в 1940 г. из колхоза за разложенческую работу, связался с видными в прошлом муллами Исуповым, Черкесовым и др., приступил к вербовке в группу лиц призывного возраста, склонял их к уходу в горы.

При приближении фронта группа намеревалась оказать помощь немцам путем вооруженного нападения с тыла на части Красной Армии.

Группы из дезертиров и уклонившихся, сколоченные антисоветскими элементами, националистами, церковниками, сектантами и другими, ликвидированы в Чкаловской, Акмолинской, Горьковской и других областях.

Вместе с тем в ряде случаев антисоветские элементы вели организованную работу по сколачиванию антисоветских групп и банд из дезертиров и уклонившихся непосредственно во фронтовом тылу.

В декабре 1941 г. в Краснолиманском районе Сталинской области (Юго-Западный фронт) ликвидирована банда, возглавляемая братьями Коломацкими Василием и Николаем, которыми было завербовано свыше 50 уклонившихся от призыва. Задачи банды: вести вооруженную борьбу с частями Красной Армии, партизанскими отрядами и милицией, оказывать помощь немцам при наступлении. На сборищах бандитов, в лесу, Коломацкий зачитывал фашистские листовки и выступал в антисоветском духе.

В декабре 1941 г. на Юго-Западном фронте ликвидирована группа дезертиров и уклонившихся в числе 14 человек, возглавляемая дезертиром из Красной Армии сыном попа Каминским (бывший начальник ремонтной бригады 28 отд. понтонного батальона).

Участники группы имели фальшивые документы об освобождении от военной службы и намеревались организованно перейти на сторону противника.

При ликвидации группы изъято оружие, боепатроны, чистые бланки с печатями.

В феврале 1941 г. на Брянском фронте ликвидирована группа в числе 6 бывш… военнослужащих, находившихся в окружении противника, возглавляемая бывш. комвзвода Новиковым. Бандиты занимались ограблением и убийством представителей сельского партактива и военнослужащих.

При ликвидации группы изъято оружие, боеприпасы, лошади и продовольствие.

В декабре 1941 г. на Ленинградском фронте ликвидирована группа в числе 4 чел., занимавшаяся вооруженными налетами и убийствами военнослужащих, доставлявших пищу частям на передовую линию фронта.

Аналогичные антисоветские группы из дезертиров и уклонившихся от военной службы были ликвидированы на Южном, Северо-Западном, Волховском и других фронтах, а также в прифронтовых областях. Зачастую они ставили своей целью переход на сторону противника.

Наряду с влиянием антисоветского элемента на некоторую неустойчивую часть военнообязанных, уклонившихся от мобилизации, и военнослужащих, дезертировавших из Красной Армии, отмечены и другие причины, способствовавшие дезертирству, уклонению от мобилизации и проникновению дезертиров в глубокий тыл.

В 1941 г. была слабо организована заградительная работа в прифронтовой полосе. В первые месяцы войны не было достаточной организованности и порядка в ряде частей Красной Армии, не была налажена проверка документов у гражданского населения и военнослужащих.

Вместе с тем не было необходимой четкости и согласованности в работе органов НКВД по борьбе с дезертирством. Так, директивой НКВД СССР № 239 от 13 сентября 1941 г. отмечалось отсутствие у некоторых Особых отделов НКВД согласованности с территориальными органами НКВД в деле розыска дезертиров.

Указанные недочеты, а также обстановка на фронтах до декабря 1941 г. в известной мере способствовали дезертирству и уклонению от мобилизации.

Директивой НКВД СССР № 283 от 6 декабря 1941 г. наркомам внутренних дел союзных и автономных республик, начальникам краевых и областных управлений НКВД было предложено лично наладить борьбу с дезертирством, организовать заслоны, патрулирование (используя в этих целях органы милиции и истребительные батальоны), регулярную проверку документов, провести соответствующую вербовку агентуры и осведомления для выявления и ареста дезертиров, привлекать к ответственности по законам военного времени лиц, заведомо укрывающих дезертиров.

В 1941 г. руководство работой по борьбе с дезертирством осуществлялось б. 3 Управлением НКВД СССР (приказ НКВД СССР № 001713 от 25.12.1941).

Результаты борьбы с дезертирством в 1942 г.

В связи с изменением обстановки на фронте и принятием более решительных мер борьбы с дезертирством по линии военного командования и органов НКВД (формирование войск по охране тыла действующей армии, систематическая массовая проверка документов, усиление агентурно-оперативных мероприятий) с конца 1941 г. отмечается снижение дезертирства и уклонения от военной службы.

В 1942 г. органами НКВД задержано дезертиров из Красной Армии 140912 и уклонившихся от мобилизации 76192. Всего 217104, в том числе Особыми отделами 12574, транспортными органами 59612, территориальными органами НКВД 144918.

По количеству задержанных в 1942 г. более пораженными являлись следующие районы СССР:

Московская область — 11434;

Азербайджанская ССР — 7741;

Горьковская область — 7661;

Воронежская область — 7530;

Киргизская ССР — 6223;

Тамбовская область — 6099;

Саратовская область — 5767;

Краснодарский край — 5160;

Новосибирская область — 4881;

Узбекская ССР — 4555;

Рязанская область — 4503;

Калининская область — 4139;

Казахская ССР — 4106;

Вологодская область — 3736;

Кировская область — 3692;

Куйбышевская область — 3680;

Пензенская область — 3440;

Грузинская ССР — 3338;

Ярославская область — 3033.

В 1942 г. антисоветские элементы продолжали организовывать дезертиров и уклонившихся от службы в армии в антисоветские формирования. Причем в ряде случаев антисоветские элементы, проникшие в военкоматы и лечебные учреждения, укрывали дезертиров и уклонившихся путем выдачи им фиктивных документов. Например:

НКВД Армянской ССР арестован за антисоветскую деятельность нач. 1 части Сталинского военкомата гор. Ереван ст. политрук Саркисян, сын кулака, в прошлом был связан с троцкистской организацией, его близкие родственники репрессированы как дашнаки.

В числе освобожденных Саркисяном за взятки от службы в Красной Армии были участники повстанческой дашнакской организации — Меликян, Саркисян, Давтян, Адамян, Междумян и другие, с которыми он был связан до их ареста.

УНКВД Семипалатинской области ликвидирована группа взяточников, возглавляемая зав. 4 поликлиникой гор. Семипалатинска Трушевским, антисоветски настроенным.

Группа за короткий срок освободила за взятки под видом болезни и путем искусственного вызова заболеваний — 15 человек.

НКВД Северо-Осетинской АССР арестован главный врач тубдиспансера Лодаев, осетин, враждебно настроенный к советской власти, освобождающий военнообязанных от службы в Красной Армии путем выдачи им за взятки справок о заболевании туберкулезом.

Значительная часть антисоветских групп из дезертиров и уклонившихся от мобилизации в армию, находившихся на нелегальном положении, ставила перед собой террористические цели.

Более характерными из числа ликвидированных в 1942 г. дезертирских, террористических групп являются следующие:

В октябре 1942 г. Пронским РО УНКВД Рязанской области ликвидирована группа дезертиров в составе Богатырева, Титова и Москалева, которые с целью совершения теракта в ночь на 24 августа бросили гранату в дом колхозника-активиста Косырькова.

В октябре 1942 г. в Ермишенском районе Рязанской области ликвидирована бандгруппа Сорокового в составе 8 дезертиров из Красной Армии, совершившая убийство секретаря Степановского сельсовета Куличкова, поджог дома председателя сельсовета Брызгачевой и ряд ограблений. При проведении операции два бандита убиты, 6 арестованы.

В июле 1942 г. в Балтайском районе Саратовской области ликвидирована бандитско-террористическая группа дезертиров в составе Антошина — быв. активного эсера, Чертова, Земляникова, судимых за хулиганство, и других в числе 5 человек.

Участники группы совершили ряд ограблений колхозов и намечали организовать террористические акты над сельским активом, разработав планы убийств.

В июне 1942 г. в Архангельском районе Башкирской АССР арестованы вооруженный дезертир из Красной Армии сын кулака Скуин и 4 его пособника. Группа ставила своей задачей организацию терактов против партийно-советского актива района.

Вместе с тем органами НКВД ликвидированы дезертирские формирования, ставившие своей целью сколачивание повстанческих кадров для активной вооруженной борьбы с советской властью. Некоторые из них прямо готовились к тому, чтобы облегчить продвижение немецко-фашистских войск.

В ноябре 1942 г. Шамшадинским РО НКВД Армянской ССР ликвидирована повстанческая группа Бильяна, в составе 5 дезертиров из 21 отдельного учебного танкового полка, ставившая своей целью создание мощной бандповстанческой организации для разгрома райцентра, а в случае вторжения немецких войск в Закавказье поднять вооруженное восстание в тылу и этим ускорить продвижение немцев.

В декабре 1942 г. в Матчинском районе Ленинабадской области ликвидирована группа дезертиров в составе 12 чел, проводившая работу по сколачиванию басмаческих и других повстанческих кадров. Участники группы намеревались напасть на райцентр с целью захвата оружия и убийства местных совпартработников.

В числе семи арестованных находились Азизов Хошак — бывший третий секретарь Матчинского РК ВКП(б), Шарипов, член ВКП(б) и другие.

В декабре 1942 г. УНКВД по Джамбулской области Казахской ССР ликвидирована к-р повстанческая группа, состоявшая из дезертиров и уклонившихся от призыва и мобилизации в Красную Армию, возглавлявшаяся бывшим военкомом Джамбулского райвоенкомата Мажитовым, в прошлом арестовывавшемся за националистическую деятельность.

Участники группы вели пораженческую агитацию, склоняли к дезертирству и уклонению от призыва в армию, снабжали поддельными документами.

Имея связь с другими группами дезертиров, скрывавшимися в Джамбулской области, группа Мажитова ставила своей задачей объединение их для борьбы с советской властью.

В отдельных случаях дезертиры распространяли среди населения антисоветские листовки с целью сколачивания повстанческих групп.

В октябре 1942 г. Ворошиловским РО УНКВД Молотовской области, арестован Шишкин, дезертировавший из 47 железнодорожного батальона

Проводя антисоветскую агитацию среди населения и распространяя антисоветские листовки, намеревался организовать повстанческую группу.

В листовке от 22 мая Шишкин писал:

«Все, кто хочет хорошей жизни, идите в партизаны, нарушайте телефонную связь, железные дороги, бейте и уничтожайте партийцев, советский актив. Время пришло, скоро с советской властью будет покончено».

В другой листовке он призывал:

«Сжигайте все мосты на реках и речках… делите хлеб, скот, сено, овощи между собой, ни одного килограмма не сдавайте советской власти».

Участники контрреволюционных националистических организаций, дезертировавшие из Красной Армии, также занимались антисоветской деятельностью.

В августе 1942 г. Транспортным отделом НКВД Южно-Уральской железной дороги ликвидирована группа дезертиров из 249 эстонской стрелковой дивизии в составе Лыузасс, Лукк и Соо, являвшихся членами эстонской националистической организации «Кайтселиит».

Участники группы намеревались перейти линию фронта в Эстонию для проведения там антисоветской работы.

Органами НКВД ликвидированы антисоветские группы, состоявшие из дезертиров-офицеров. Так, например:

В марте 1942 г. в Спокойненском районе Краснодарского края ликвидирована группа в числе 7 лейтенантов, дезертировавших из Красной Армии, возглавляемая Муштой Н.Л.

Участники группы проводили антисоветскую пораженческую агитацию, организовывали слушание фашистских радиопередач, привлекая гражданское население и военнослужащих.

Заслуживает внимание ликвидированная группа дезертиров, ставившая своей целью вызвать конфликт между СССР и Японией.

Арестованный в декабре 1942 г. УНКВД Камчатской области Хабаровского края дезертир Марченко показал, что, скрываясь совместно с дезертиром — бывшим милиционером Выкопаловым, они намеревались поджечь два японских рыбных завода на Камчатке с целью вызвать конфликт между Японией и СССР и в случае захвата Камчатки Японией перейти на службу к японцам.

Значительная часть дезертиров из Красной Армии переходила на сторону противника и, будучи завербована немецкими разведывательными органами, пробиралась в наш тыл для шпионской работы.

Более характерными из ликвидированных шпионских дезертирских групп и дезертиров-одиночек являются следующие:

В сентябре 1942 г. в Иглинском районе Башкирской АССР ликвидирована шпионско-террористическая группа в количестве 7 чел., руководителем которой являлся дезертир Гарустович, происходящий из кулаков.

Гарустович на следствии показал: в августе 1941 г. с группой в 8 чел. под Калугой сдался в плен немцам, был завербован немецкой разведкой и переброшен в тыл СССР со шпионскими заданиями.

Находясь в Иглинском районе, организовал шпионско-террористическую группу, в которую были вовлечены его брат Гарустович, уклонившийся от призыва, два сына кулака Трофимова и другие.

УНКВД Иркутской области в мае 1942 г. задержан дезертировавший с Ленинградского фронта курсант Ленинградского военно-инженерного училища Жебодаев.

Следствием установлено, что в Ленинграде он был завербован в антисоветскую организацию Минкевичем, студентом физико-математического факультета для выполнения шпионской работы в пользу немцев.

По заданию Минкевича Жебодаев вел разложенческую работу среди красноармейцев, подстрекая их к дезертирству.

Кроме того, выполнил ряд других шпионских заданий Минкевича.

Несмотря на продолжавшуюся деятельность антисоветских элементов и немецко-фашистской агентуры, а также на то, что в ряде частей все еще имели место недочеты, отмеченные приказами НКО № 227 от 28.07. и 323 от 16.10. - принятыми мерами дезертирство из Красной Армии в 1942 г. было резко снижено. Органы НКВД значительно усилили борьбу с дезертирством. В 1942 г. были изданы следующие основные приказы и директивы об усилении борьбы с дезертирством и уклонением от призыва и мобилизации.

В соответствии с Постановлением Государственного Комитета Обороны от 16 января 1942 г. № 1159с «О порядке передвижения военнообязанных в военное время и ответственности за уклонение от воинского учета», обязавшим НКВД СССР и НКО организовать систематическую проверку документов, устанавливающих отношение граждан к воинской обязанности, приказом НКВД СССР № 00167 от 24 января 1942 г. наркомам внутренних дел республик, начальникам краевых и областных Управлений НКВД было предложено в целях выявления лиц, уклоняющихся от призыва и мобилизации, производить во всех населенных пунктах и на путях сообщений периодическую проверку документов у граждан.

Одновременно НКО был издан приказ № 064 от 24 января 1942 г. о порядке передвижения военнообязанных в военное время и мероприятиях по борьбе с уклонением их от учета, призыва и мобилизации.

Эти мероприятия дали возможность вести более эффективную борьбу с дезертирством и уклонением от призыва и мобилизации.

Кроме того, директивой НКВД СССР № 265 от 7 июля 1942 г., отмечавшей недочеты в работе органов НКВД по борьбе с дезертирством, а также недочеты в работе отдельных аппаратов СПО, руководивших борьбой в дезертирством, предлагалось развернуть агентурно-оперативную работу всех органов НКВД в этом направлении.

Приказ народного комиссара обороны № 227 от 28.07.1942 о создании штрафных частей в значительной мере сказался на сокращении дезертирства из Красной Армии.


Результаты борьбы с дезертирством в 1943 г. и за первую половину 1944 г.


Приказом НКВД СССР № 002264 от 14 октября 1942 г. руководство и контроль за работой органов НКВД по борьбе с дезертирством и уклонением от призыва и мобилизации возложены на Отдел НКВД СССР по борьбе с бандитизмом, а в НКВД-УНКВД на отделения (группы) по борьбе с бандитизмом.

С конца 1942 г. принят ряд новых мер усиления борьбы с дезертирством.

В соответствии с Постановлением Государственного Комитета Обороны № 2401сс от 11.10.1942 и приказом НКВД СССР № 002265 от 14.10.1942, дезертиры, занимающиеся бандитизмом, вооруженными грабежами и контрреволюционной повстанческой работой, подлежали с этого времени заочному осуждению, причем указанные преступления квалифицировались по ст. 58–16 УК РСФСР. На основании этого же приказа, после осуждения дезертиров, через Особое совещание подлежат выселению их семьи.

Эти мероприятия и, в частности, репрессирование членов семей, скрывавшихся дезертиров-бандитов, давали положительные результаты в борьбе с пособниками и укрывателями.

10 декабря 1942 г. директивой НКВД СССР № 553 наркомам внутренних дел, начальникам краевых и областных управлений НКВД было предложено осуществить ряд специальных агентурно-оперативных мероприятий по изъятию бандитско-дезертирского элемента (внедрение в бандитско-дезертирские формирования внутренней агентуры, создание агентурно-осведомительной сети в местах укрытия дезертиров, выявление пособнической базы, использование в национальных районах местных авторитетов для разложения дезертирских формирований и другие).

В соответствии с этим указанием органы НКВД начали перестройку работы по борьбе с дезертирством в сторону активизации ее.

Приказом НКО № 0413 от 21.08.1943 командирам частей и соединений было предоставлено право направлять своей властью, без суда, в штрафные части лиц сержантского и рядового состава, провинившихся в совершении некоторых видов преступлений.

Под действие приказа подпали также лица, впервые дезертировавшие из Красной Армии, не совершившие более тяжких преступлений.

НКВД СССР дано указание № 453 от 14.09.1943 о порядке исполнения органами НКВД этого приказа. Вместе с тем дан ряд указаний об устранении недочетов, задерживающих передачу дезертиров начальникам гарнизонов (№ 52/20912 от 3.11.1943, 35/1585 от 19.10.1943,35/35 и 35/37 от 05.01.1944,35/325 от 19.01.1944,35/584 и 35/585 от 14.02.1944).

В целях установления согласованности в работе органов НКВД, милиции и войск НКВД по борьбе с дезертирством в октябре 1943 г. были даны соответствующие указания нач. ГУМ НКВД СССР, нач. ГУЛАГ НКВД СССР, нач. штаба истребительных батальонов НКВД СССР, нач. Главного управления внутренних войск, нач. Главного управления войск НКВД по охране тыла действующей Красной Армии, нач. Главного управления пограничных войск НКВД СССР, а также всем органам НКВД (№ 35/1748 от 10.11.1943).

В связи с тем что на территории республик, краев и областей, освобожденных от немецких оккупантов, имеется большое количество оружия и боеприпасов, брошенных немецкими захватчиками, а также оставленных наступающими частями Красной Армии, органам НКВД дано указание № 137 от 12.04.1944 об организации сбора, хранения и охраны их при перевозке в тыл с тем, чтобы исключить возможность использования оружия и боеприпасов дезертирами.

Значительное внимание было уделено упорядочению учета дезертиров и уклонившихся с тем, чтобы систематически организовывать розыск их.

По этому вопросу органам НКВД дан ряд специальных указаний за 35/437 от 19.01.1944,35/685 от 24.02.1944 и 35/2442 от 29.05.1944

В июне 1943 г. в Отделе НКВД СССР по борьбе с бандитизмом было организовано специальное отделение по борьбе с дезертирством, что дало возможность сделать эту работу более целеустремленной и эффективной, наладить соответствующую информацию в руководящие инстанции, усилить руководство органами НКВД и разработать ряд мероприятий, способствующих снижению дезертирства.

Результаты работы по борьбе с дезертирством из Красной Армии и уклонением от призыва и мобилизации в 1943 г. и с 1 января по 1 июля 1944 г. характеризуются следующими данными:

В 1943 г.:

задержано дезертиров 191028, уклонившихся — 172452, всего задержано дезертиров и уклонившихся 363480;

убито дезертиров и уклонившихся, оказавших вооруженное сопротивление, — 454.

Из числа задержанных дезертиров:

арестовано органами НКВД, НКГБ, «Смерш» и Прокуратуры — 122475;

передано начальникам гарнизонов и райвоенкоматам по приказу НКО № 0413 от 21.08.1943 — 68553.

Из числа задержанных уклонившихся:

арестовано и привлечено к уголовной ответственности — 35340;

передано в военкоматы и органы Прокуратуры — 137112;

легализовано дезертиров — 6476;

легализовано уклонившихся — 2014.

Изъятые органами НКВД в 1943 г. дезертиры из Красной Армии и уклонившиеся от призыва и мобилизации (задержанные, убитые и легализованные) распределяются по районам Союза ССР:



Значительные результаты по изъятию дезертиров и уклонившихся в 1943 г. достигнуты в следующих республиках, краях и областях.



С 1 января по 1 июля 1944 г.:

задержано дезертиров из Красной Армии — 158011;

убито дезертиров из Красной Армии — 197;

легализовано дезертиров из Красной Армии — 2437.

Всего изъято дезертиров: 160645 чел.


Из числа задержанных и легализованных дезертиров:

арестовано органами НКВД, НКГБ, «Смерш» и Прокуратуры — 46077;

передано начальникам гарнизонов — 110505;

задержано уклонившихся от призыва и мобилизации в Красную Армию — 132782;

убито — 7;

легализовано — 1633.

Всего изъято уклонившихся: 134422 чел.


Из числа задержанных и легализованных уклонившихся от призыва и мобилизации в Красную Армию:

арестовано органами НКВД, НКГБ, «Смерш» и Прокуратуры — 11557;

передано в военкоматы — 117453.


Изъятые органами НКВД в 1944 г. дезертиры из Красной Армии и уклонившиеся от призыва и мобилизации (задержанные, убиты и легализованные) распределяются по районам Союза ССР:



Значительные результаты по изъятию дезертиров и уклонившихся в 1944 г. достигнуты в следующих республиках, краях и областях:



На 1 июля 1944 г. состоит в розыске: дезертиров из Красной Армии — 33564; уклонившихся от призыва и мобилизации — 2570. Всего разыскивается: 36134.

Объявленные в розыск распределяются по районам Союза ССР:

центральные области — 12429;

Средняя Азия — 7835;

Сибирь и Дальний Восток — 7581;

Северный Кавказ — 3078;

Закавказье — 2608;

прифронтовые области — 2603.

Дезертирство офицерского состава

Органами НКВД задерживается значительное количество дезертиров из числа офицерского состава. Только за 4 месяца 1944 г. задержано 1015 чел.

Преобладающее большинство из них скрывалось по фиктивным документам. Некоторые после дезертирства занимались преступной деятельностью, при задержании оказывали вооруженное сопротивление.

Среди задержанных дезертиров офицеров имелись лица с уголовным прошлым.

У НКВД по Орловской области 19.02.1944 задержан дезертир из Красной Армии — гвардии майор Шепилов, пом. нач. штаба 125 стрелкового корпуса по оперативной части.

Шепилов скрывался по подложным документам у своих родственников.

При задержании у него обнаружены: гербовая печать военного прокурора 125 стрелкового корпуса, 12 чистых бланков с печатью и штампами штаба 125 стрелкового корпуса, удостоверение личности на имя военного прокурора 125 стрелкового корпуса Шепилова и многие другие фиктивные документы.

Расследованием установлено, что Шепилов является уголовником-рецидивистом. Он судим 6 раз; в 1943 г. военным трибуналом Елецкого гарнизона был осужден по ст. 193-3 «в» УК РСФСР к 10 годам лишения свободы с отсрочкой исполнения приговора и отправкой на фронт.

В феврале 1944 г. Никологорским РО УНКВД по Ивановской области задержан дезертировавший из 165 авиаполка 17 армии старший лейтенант Гавриченков Ф.С., похитивший мастичную гербовую печать воинской части № 15959 и два штампа воинских частей № 15959 и 4030.

Связавшись с преступным элементом, Гавриченков добывал различные бланки и, используя похищенные штампы и печати, занимался изготовлением фиктивных документов.

Арестованный в апреле 1944 г. НКВД Азербайджанской ССР — майор медслужбы Гаджиев Нунай Гасанович дезертировал в сентябре 1943 г. из 39 офицерского полка 2 Украинского фронта. Будучи начальником санитарной службы, выписал себе историю болезни с освобождением на 6 месяцев. В гор. Баку лично изготовил штамп о взятии на учет в Управлении военного коменданта и продолжал скрываться до задержания.

В феврале 1944 г. Железноводским горотделом УНКВД по Ставропольскому краю арестован капитан Бережной М.Г. - нач. штаба 25 воздушно-десантной дивизии, скрывавшийся по поддельным документам.

В марте 1944 г. на Ташкентской железной дороге в поезде задержан бывший помощник командира 136 отдельного полка связи по технической части Мирошниченко, дезертировавший в январе 1943 г. и скрывавшийся по поддельным документам.

Обыском у него обнаружено большое количество фиктивных документов, печать 84 отдельного полка связи, оттиски других печатей, два пистолета «ТТ» и 103000 рублей. Мирошниченко с сожительницей Акоповой разъезжали по городам СССР и занимались спекуляцией.

В ночь на 01.04.1944 в гор. Батуми был установлен дезертир из Красной Армии Шилин — помощник начальника штаба полка в/ч п/я 21242. При задержании оказал вооруженное сопротивление и был убит.

В мае с.г. Бородинским РО НКВД, УССР задержан гвардии майор Алексеев, пом. командира 640 армейско-истребительного противотанкового полка по строевой части и ст. сержант 47 стрелкового корпуса Кидяев.

Следствием установлено, что 28 апреля с.г. Алексеев выехал с Кидяевым из гор. Тернополь в гор. Киев. Пользуясь своим служебным положением, Алексеев заготовил бланки путевых листов, справку о закреплении автомашины за шофером и подделал паспорт на нее. Прибыв в гор. Киев, Алексеев и Кидяев похитили возле городского театра легковую автомашину «М-1», принадлежащую начальнику военно-воздушных сил Киевского военного округа.

Следственный материал направлен прокурору Первого Украинского фронта.

В мае с.г. в гор. Ленинграде ликвидирована группа из дезертиров офицеров, занимавшаяся квартирными кражами. В состав группы входили офицеры 136 офицерского полка — капитан Семенов, лейтенанты Феликсов и Дормачев.

Антисоветская деятельность дезертиров

В 1943 и 1944 гг. многие скрывавшиеся дезертиры и уклонившиеся от службы в Красной Армии продолжали заниматься антисоветской деятельностью. Националисты, кулаки, бывшие белые и другие контрреволюционные элементы использовали дезертиров и уклонившихся в своей антисоветской работе и сколачивали из них антисоветские формирования.

На территории Котайского района Армянской ССР ликвидирована группа в составе 4 дезертиров и уклонившихся от службы в Красной Армии, возглавляемая разыскиваемым бывшим руководителем к-р повстанческой курдской националистической организации Аджаяном Омаром. Последний при задержании оказал вооруженное сопротивление. Изъято оружие и боепатроны. Все участники группы арестованы.

В январе 1943 г. в Камышловском районе Свердловской области, ликвидирована вооруженная группа в составе 8 дезертиров, возглавляемая бывшим добровольцем колчаковской армии, активным участником карательных отрядов Крысановым.

Группа проводила к-р повстанческую агитацию, совершила ряд вооруженных ограблений граждан и подготавливала налет на оружейный склад воинской части.

В ряде случаев ликвидированные антисоветские формирования из дезертиров и уклонившихся ставили перед собой повстанческие, террористические цели и намеревались оказать помощь немецко-фашистским войскам. Так, например:

В марте 1943 г. на территории Арысского района, Казахской ССР ликвидировано повстанческое формирование в составе 50 человек.

Банду возглавляли Джалбарисов Бархат, 1893 г. рождения, бывший бай, дезертир из Красной Армии; Тууркамбаев Ушебай и Косалиев Мундрасу.

Подавляющее большинство участников состояло из уклонившихся от призыва в Красную Армию. Скрываясь в землянках и других убежищах, специально оборудованных в зарослях камыша на берегу реки Сыр-Дарья, группа занималась налетами на колхозы, совхозы и местных жителей.

Следствием установлено, что формирование возникло в августе 1942 г. и ставило перед собой задачу вооруженного выступления против советской власти и оказания помощи немецко-фашистским войскам.

В этих целях главари формирования концентрировали в местах своего укрытия антисоветский элемент и особенно уклонившихся от мобилизации, дезертиров из Красной Армии, организованно проводили сбор средств для приобретения оружия и создавали продовольственную базу.

В январе 1943 г. в Сузакском районе, Южно-Казахстанской области, Казахской ССР в горах «Кара-Тау» ликвидирована повстанческая группа Абишева Икласа, в составе 16 уклонившихся от военной службы и дезертиров.

Группа ставила своей задачей вооруженное выступление против местных органов власти, вербовала новых лиц и, в случае неудачи выступления, намеревалась перейти границу в Афганистан.

В апреле 1943 г. ликвидирована террористическо-повстанческая группа Бабаева Хошан, оперировавшая на территории Захматабадского района, Таджикской ССР, состоявшая из 23 уклонистов от призыва в Красную Армию.

В марте 1943 г. бандитами были убиты 9 активистов Ново-Абадского района и 1 чел. ранен.

Помощник главаря Мухарамов Юсуп Хан показал, что участники группы, не желая служить в Красной Армии, намерены были организовать восстание против советской власти, уничтожить советско-партийный, колхозный актив и сорвать призыв в Красную Армию.

В Зианчуринском районе, Чкаловской области скрывался дезертир из Красной Армии Ординарцев, числившийся погибшим на фронте.

18 мая 1944 г. Ординарцев совершил убийство председателя колхоза «Красный Октябрь» Ефремова за то, что он предложил его жене Ординарцевой Татьяне подписаться на третий государственный военный заем. При задержании Ординарцев пытался бежать, но был смертельно ранен.

Арестованы активные соучастники убийства — отец, жена и сын Ординарцева.

Скрывавшийся в Пензенской области дезертир из Красной Армии Емелин, имевший оружие «наган» и финский нож, намеревался убить работника милиции Белобородова (за арест его отца) и совершить теракт над председателем колхоза Фаюстовым.

При задержании Емелин оказал вооруженное сопротивление и ранил бригадира колхоза Алешина, в связи с чем был убит.

Некоторые дезертиры из Красной Армии совершали террористические акты над сельскими активистами, участвовавшими в борьбе с ними.

Арестованный в Тульской области дезертир из Красной Армии Степанов показал, что совместно с отцом и сестрой совершил убийство Макриевой, которая намеревалась сообщить о нем органам власти.

Следствием по делу арестованных в Чкаловской области уклонившихся от мобилизации в Красную Армию казахов Идалиева и Утемисова установлено, что ими совершено убийство казаха Ирденова и его жены, которых они заподозрили в связи с органами НКВД.

По делу арестовано 6 дезертиров из Красной Армии, соучастников убийства.

Нурлатским РО УНКВД Татарской АССР в мае 1944 г. арестован дезертир из Красной Армии Ковеев, из семьи кулака, татарин, судимый в 1943 г. по ст. 193-7 п. «г», 165 ч. III, 107 и 72 УК РСФСР, с применением п. 2 к ст. 28 УК.

Будучи направлен в штрафной батальон, Ковеев снова дезертировал и по прибытии на родину, с целью мести партийно-советскому активу села за раскулачивание и репрессирование отца (осужден к ВМН), преследование его как дезертира, намеревался поджечь дом председателя сельсовета Сафиуллина.

Волынским РО УНКВД Орловской области арестована группа дезертиров из Красной Армии в составе отца и сына Сытниковых и Черкасова, скрывавшихся в искусно замаскированных тайниках и занимавшихся грабежами.

В ноябре 1943 г. бандиты подготавливали совершение террористического акта над председателем колхоза Алексеевым, разоблачившим их грабительскую деятельность.

14.04.1944 бандиты встретили тринадцатилетнего Комкова, знавшего их в лицо. Боясь быть разоблаченными, они убили Комкова и труп бросили в реку.

Характерно, что многие скрывавшиеся дезертиры из Красной Армии в своей антисоветской деятельности ориентировались на «скорую победу» немецко-фашистских войск, их агитация среди населения, записи в дневниках носили явно профашистский характер. Некоторые дезертирские группы намеревались организовать печатание и распространение антисоветских листовок.

Уярским РО УНКВД Красноярского края арестованы уклонившиеся от службы в Красной Армии Емельшин и Попов. У Емельшина при обыске изъят дневник, который он вел с 1937 г. В дневнике изложены его антисоветские взгляды. Так, например, он записал: «Неужели будет радость, все вздыхаю день и ночь, Гитлер выслал свое войско и решил беде помочь. Разогнал он все колхозы, распустил и весь народ, Гитлер волю нам несет. Неужели он придет Гитлер, из оков нас раскует, нас он выпустит на волю, счастье нам он принесет».

Емельшин и Попов при задержании оказали вооруженное сопротивление. Емельшин был ранен.

Арестованный в апреле 1944 г. УНКВД по Западно-Казахстанской области Скосарев, будучи настроен антисоветски, уклонялся от мобилизации с начала Отечественной войны.

При аресте у Скосарева изъяты рукописи, в которых он клеветал на партию и советское правительство, восхвалял фашистский строй и проявлял пораженческие настроения.

Арестованный в марте 1944 г. Мартыновским РО УНКВД по Ростовской области дезертир из Красной Армии Рябов показал, что сколоченная им антисоветская группа из дезертиров намеревалась организовать печатание и распространение листовок антисоветского содержания.

Значительную антисоветскую активность проявляли церковники, дезертировавшие из Красной Армии и уклонявшиеся от призыва и мобилизации.

Арестованные в марте 1944 г. УНКВД Ивановской области дезертиры братья Гусевы, давая показания о своих антисоветских настроениях, заявили: «Все проводимые мероприятия советской властью противозаконны и исполнять их нельзя, так как они противоречат учению Христа. Убивать немцев большое преступление против православной церкви, так как немцы такие же люди, как и мы, учением Христа убивать людей запрещается».

УНКВД по Горьковской области в марте 1944 г. ликвидирована дезертирская группа Ганькина в составе 4 активных церковников. Скрываясь с 1942 г., они устраивали богослужения и, пользуясь этим, проводили профашистскую агитацию среди населения. На следствии заявили, что защищать Советский Союз с оружием в руках не будут.

Среди задерживаемых дезертиров из Красной Армии имеется значительное число лиц, находившихся в плену у немцев, а также проживавших на временно оккупированной территории.

Следствием установлено, что многие из них являлись активными немецкими пособниками и ставленниками, а также завербованы немецкой разведкой.

После освобождения нашими частями захваченной территории и мобилизации этих контингентов в Красную Армию некоторые из них, будучи обработаны немцами, дезертируют и занимаются антисоветской деятельностью.

Арестованный УНКВД Ставропольского края Дорошенко в 1942 г. попал в плен к немцам. В период оккупации Ставропольского края поступил на службу в полицию, занимался изъятием оружия у населения, транспортировкой его для немецких частей и т д.

После бегства немцев Дорошенко снова был призван в Красную Армию и дважды дезертировал.

Арестованные в апреле 1944 г. НКВД УССР Лотвинов и Федоровцев, проживая на временно захваченной территории, служили в полиции.

Лотвинов участвовал в расстреле пленных красноармейцев. При отступлении немцев вступил в немецкую армию. Будучи захвачен в плен частями Красной Армии, бежал и работал в гор. Никополе. После призыва в Красную Армию — дезертировал.

Федоровцев активно участвовал в задержании советских парашютистов и партизан, которые были расстреляны. Впоследствии скрыл предательскую работу и был призван в Красную Армию, откуда дезертировал

Арестованный в марте 1944 г. в Смоленской области дезертир из Красной Армии Мелкозеров, находясь на временно оккупированной территории, изъявил желание работать у немцев по выявлению партизан, коммунистов и связанных с ними лиц. Впоследствии был принят в полицию и участвовал в карательных мероприятиях против партизан.

Арестованный в марте 1944 г. УНКВД по Воронежской области дезертир из Красной Армии Лунин, проживая на временно оккупированной территории, лично задерживал и доставлял в немецкую комендатуру бойцов и офицеров Красной Армии, попавших в окружение.

Арестованный в марте 1944 г. Ковровским горотделом УНКВД по Ивановской области Великий, будучи завербован немцами, получил задание выявлять лиц, хранивших оружие, партизан и коммунистов. При отступлении немцев ему было поручено остаться в тылу и заниматься диверсионной работой, на что он дал согласие.

УНКВД по Ивановской области в апреле 1944 г. арестован дезертир из Красной Армии Куликов, скрывавшийся в доме родителей в специально оборудованном тайнике. При обыске у него изъят дневник с антисоветскими записями. Установлено, что, находясь в плену у немцев, в 1941 г. был завербован немецкой разведкой и после двухнедельной подготовки переброшен в наш тыл с террористическими и диверсионными заданиями.

В январе 1944 г. УНКВД по Наманганской области, Узбекской ССР задержан дезертир Лысенко, который еще до службы в Красной Армии, проживая в Воронежской области, в 1942 г. был завербован немецкой разведкой и выполнил ряд заданий по разведыванию обороны частей Красной Армии.

В январе 1944 г. УНКВД по Самаркандской области Узбекской ССР задержан дезертир Шукуров, который, находясь в плену у немцев, был завербован и переброшен на нашу сторону с заданиями шпионско-диверсионного характера. Шукуров назвал ряд других лиц, завербованных немецкой разведкой.

В марте с. г. в Свердловской области арестован Ковалев. Находясь в плену у немцев, был завербован и в числе 4 агентов переброшен в тыл Красной Армии для сбора данных об аэродромах в гор. Москве и Московской области, движении воинских эшелонов и линии фронта и др.

В апреле с. г. в Киргизской ССР арестован Мотаев. В течение 6 месяцев находился в плену у немцев, был ими завербован и переброшен в расположение частей Красной Армии. Дезертировав с передовой линии фронта, пробрался в Ошскую область.

Отмечены случаи, когда формирования из дезертиров сколачивались и возглавлялись немецкими разведчиками-парашютистами. Так:

На территории Гизельдонского района Северо-Осетинской АССР ликвидирована бандгруппа в составе 7 дезертиров. Группу возглавляли немецкие разведчики-парашютисты Махнев и Фидаров, сброшенные с самолета на территорию бывшей Чечено-Ингушской АССР.

Бандгруппа совершила несколько ограблений и намеревалась совершить теракты против партийных и советских работников.

Установлено, что немецкие разведорганы распространяли среди военнослужащих специальные листовки, в которых они призывали дезертировать из Красной Армии.

На территории Молдавской ССР обнаружены сброшенные с самолетов листовки, озаглавленные «Инструкции для солдат и офицеров Красной Армии». В них дается ряд «постановлений», например:

«… Лучше не дожидаться, пока тебя саданет куском железа, и спасаться иначе. Уходите в тыл. Если вы это проделаете толково, то дело увенчается успехом…».

«… С передовой лучше всего уходить во время боевых операций. С фронта лучше всего уходить при передвижении части, незаметно отстав…».

«…Что с собой брать… Оружие и боеприпасы на случай внезапной встречи с заградительными отрядами НКВД и милиции. Помните, вооруженному человеку ничего не страшно, а его все боятся. С безоружным же справится каждый милиционер, вооруженный ржавым „наганом“. Кроме того, с оружием можно при случае кое-чего раздобыть. Помимо этого солдат или группа солдат с оружием не внушает никому подозрений. Безоружных принимают за дезертиров…».

«… Что делать дальше… Либо уйти в леса и скрываться в них до конца войны. Все леса советского тыла полны партизан — власовцев и „зеленых“. Если уйти в лес, то встретите их и можете к ним присоединиться. Можно скрыться в глубоком тылу, в городе, среди населения…».

В таком же духе написаны другие места «инструкции». Заканчивается она словами «следуйте этим указаниям и вы сохраните свою жизнь».

В ходе ликвидации оуновского подполья в освобожденных западных областях Украинской ССР установлено, что руководителями УПА была проведена в широких масштабах работа, направленная к срыву мероприятий по мобилизации военнообязанных в ряды Красной Армии и одновременному насильственному уводу мужского населения в свои отряды. В этих целях банды УПА через специальных пропагандистов проводили агитационную работу в щэодах и селах, используя различные клеветнические измышления. В ряде мест военнообязанным, под угрозой расправы, предлагалось при объявлении мобилизации в Красную Армию уходить в леса и присоединяться к отрядам УПА

Бандитами распространялись слухи в селах, что семьи ушедших в Красную Армию будут уничтожены.

В населенных пунктах Межиричского района Ровенской области, когда мобилизация еще не объявлялась, пропагандисты УПА предупреждали население, чтобы в случае объявления мобилизации в РВК никто не являлся. Когда в Глудовском сельсовете РВК было разослано 200 повесток с вызовом военнообязанных для прохождения медицинской комиссии — никто не явился.

В Рокитновском районе Ровенской области районным проводником ОУН и главарем банды «Остапом» было проведено совещание, на котором он заявил: «Мы должны всецело содействовать селу — выполнить план поставок хлеба и других продуктов питания для УПА, вести агитацию, чтобы с приходом Красной Армии люди не шли в армию, а прятались».

Комендант «СБ» района «Сова» (Тучинский район Ровенской области) в начале марта с. г. заявил: «Мы сейчас получили от руководства ОУН приказ вновь объединиться, одновременно наказывать тех, кто попытается оказывать помощь советской власти. Этих людей вместе с семьями нужно уничтожать».

В отдаленных районах бандитами УПА распространялись специальные листовки, призывавшие военнообязанных уходить в банды.

11 марта с.г. в селе Липно Степанского района Ровенской области участниками УПА было расклеено несколько листовок, с призывом к населению не являться в военкомат, а уходить в банды УПА, оперирующие в лесах.

В ряде мест участники ОУН и УПА, в целях срыва мобилизации, организовали бандитские налеты на РВК, команды мобилизованных, председателей и секретарей сельсоветов, забирали и уничтожали списки учета военнообязанных.

24 февраля с.г. к председателю Кунинского сельсовета Мизочского района Ровенской области явилось 6 чел., одетых в форму офицеров и рядового состава Красной Армии, и под угрозой оружия забрали у него списки учета военнообязанных села, оставив ему расписку: «Поквитования цим отверждаю, що дня 24.2.44 р. забраны списки селен яки булы в сельраде. Забрано виддилом УПА. Комендант УПА „Гуляй“».

В ночь на 7 марта бандгруппой совершен вооруженный налет на Ровенский РВК. Бандитами убиты 2 лейтенанта — работники РВК, частично сожжено здание военкомата.

12 марта с.г. из села Суховицы Клеванского района Ровенской области на призывной пункт РВК следовало 75 человек военнообязанных, подлежавших призыву в Красную Армию.

Командир УПА «Пидхмарный», узнав об этом, дал указание инструктору боевой подготовки — перехватить колонну и направить в лес.

Участники УПА «Летчик», «Ковальчук» и др. выполнили это распоряжение.

Инструктор Данилин арестован.

12 марта с.г. в Цуманском районе Волынской области колонна в составе 175 чел., призванных в Красную Армию, сопровождавшаяся бойцами кавполка, между селами Матейки — Герасимовка из лесу была обстреляна бандой. Бойцы кавполка, сопровождавшие колонну, открыли ответный огонь. Банда скрылась.

3 марта с.г. Мизочским РВК Ровенской области в селах Мизоч, Белашов и Дермань была объявлена мобилизация военнообязанных. Узнав об этом, оуновцы в ночь на 3 марта выслали туда вооруженные группы, которые объявили населению, что мобилизация в Красную Армию прекращена, и провели мобилизацию всего мужского и частично женского населения в отряды УПА.

Все «мобилизованные» насильно уведены в леса, в результате чего в РВК никто не явился.

В связи с этим в западных областях УССР имело место массовое уклонение военнообязанных от мобилизации в Красную Армию.

При проведении мероприятий по отправке военнообязанных из Ровенской, Волынской, Тернопольской и других областей многие скрылись.

Так, по состоянию на 1 июля 1944 г. органами и войсками НКВД задержано 27361 уклонившихся от мобилизации.

Вместе с тем значительная часть военнообязанных, призванных в западных областях УССР, дезертирует из частей Красной Армии и с предприятий оборонной промышленности.

Дезертиры из числа указанных контингентов задержаны в Сталинградской, Воронежской, Орловской, Смоленской, Ивановской, Ленинградской, Ростовской, Тульской и др. областях. Все они настроены антисоветски, многие были прямо связаны с ОУН и УПА. Пробираясь на Украину, ведут антисоветскую агитацию среди населения. В ряде случаев они скрываются с оружием, похищаемым в частях.

В июне мес. с.г. Владимирским ГО УНКВД Ивановской области задержан дезертир из Красной Армии Кононевич, проживавший на временно захваченной территории УССР. Состоя в ОУН, он собирал у населения продукты питания и одежду для УПА. Кононевич заявил, что в Красную Армию попал случайно, так как был застигнут врасплох нашими частями и тут же мобилизован, иначе никогда не стал бы служить в Красной Армии и защищать советскую власть. «Советы защищать нечего, дезертировал из Красной Армии я с тем, чтобы пробраться к себе на родину, там примкнуть к своим товарищам, совместно с которыми вести борьбу с советской властью».

Арестованный УНКВД Сталинградской области участник ликвидированной группы, дезертировав из числа контингентов, мобилизованных в западных областях УССР, Поддубный заявил: «При поляках жилось лучше, чем при советской власти. Опять хочется жить по-старому — единолично».

Группа, в состав которой входил Поддубный, обезоружила конвоира.

Ряду органов НКВД по месту дислоцирования частей сформированных из указанных контингентов дано указание о тщательной фильтрации задерживаемых дезертиров с целью выявления лиц, связанных с украинскими националистическими организациями и немецкими разведывательными органами.

На освобожденной территории Молдавской ССР антисоветский элемент ведет активную работу среди военнообязанных с целью срыва мобилизации в Красную Армию. Антисоветской обработке также подвергаются военнослужащие, склоняемые к дезертирству.

В апреле с.г. в целях срыва мобилизации в Красную Армию жителей Сорокского уезда бывшие ставленники немецко-румынских властей — молдаваны: Бодю, в период оккупации работавший лесником, и Баражин, в период оккупации, работавший зам. старосты села, собрали вокруг себя 40 военнообязанных, обработали их и увели в лес под предлогом производства оборонных работ. В лесу среди уведенных проводили к-р агитацию: «Вы здесь будете работать, пока в селе пройдет комиссия, а затем к этому времени придут румыны и немцы, и мы пойдем в свою армию».

Проведенными мероприятиями удалось убедить их, что они обмануты к-р элементом, и после суточного пребывания в лесу все добровольно явились в село на призывной пункт.

Бодю и Баражин арестованы.

10 мая с.г. из 52 полка, дислоцируемого в г. Могилеве, дезертировало 74 чел., часть из них возглавлял Гуменин, молдаванин, кулак, бывший член кузитской партии, в период оккупации работал помощником примаря.

Принятыми мерами все дезертиры задержаны. Гуменин арестован.

20 апреля с.г. Катюжанским военкоматом Сорокского уезда направлена в полк команда в составе 460 чел., призванных жителей Молдавии. В пути следования бывшие члены румынской железногвардейской партии Потарак, Чернотлог и Стратилат проводили среди мобилизованных антисоветскую работу и склоняли их к дезертирству, вследствие чего к месту назначения не прибыло 70 чел.; они ушли в лес и сформировались в две дезертирские группы под руководством Потарак, Чернотлог и Стратилат.

Принятыми мерами 65 чел. добровольно явились в часть.

Атакским РО НКВД Молдавской ССР установлено, что бывш. помещик Рагу возглавил группу из 7 дезертиров, среди которых проводил пораженческую и профашистскую агитацию.

Вместе с тем установлено, что после освобождения Молдавии в Красную Армию проникали активные враги, впоследствии дезертировавшие.

В Атакском районе Сорокского уезда арестован дезертир из Красной Армии Устрой, переодетый в женское платье. В период оккупации Молдавии румынскими войсками служил в жандармерии. После освобождения Молдавии и призыва Устрой в Красную Армию проводил антисоветскую агитацию среди бойцов. Соответствующей обработкой ему удалось склонить к дезертирству 15 человек.

В Тырновском районе Молдавской ССР скрывалась группа дезертиров из Красной Армии, возглавляемая Раку. В период оккупации немецко-румынскими войсками Бессарабии, Раку принимал активное участие в издевательствах над евреями и их расстрелах. В мае 1944 г. Раку был задержан и приговорен к ВМН через повешение. Приговор приведен в исполнение.

Следствием по делу арестованных дезертиров из Красной Армии Киу А.Н., Киу Г.Н. и Топало установлено, что они являются непосредственными участниками массовых арестов и расстрелов еврейского населения Ими было расстреляно около 120 человек.

В 1941 г. при отходе частей Красной Армии из Молдавии Киу А. и другие в количестве 23 чел., будучи вооружены румынской разведкой, принимали активное участие в обстреле отходивших групп красноармейцев.

В Резинском районе Оргеевского уезда задержан дезертир из Красной Армии Друпа. В период оккупации Молдавии немецко-румынскими войсками был тесно связан с румынской жандармерией и полицией, выдавал советских активистов, принимал участие в убийстве евреев, разграблении их имущества.

Контрреволюционные националистические элементы в Белоруссии также оказывают влияние на военнообязанных, в связи с чем многие уклоняются от призыва и мобилизации, а часть дезертирует из Красной Армии. Так, например:

В Полесской области Белорусской ССР в апреле 1944 г. задержана вооруженная группа дезертиров (Коренец, Слуцкий и другие). Следствием установлено, что до службы в армии они проживали на территории, временно захваченной немцами, и были обработаны в националистическом духе: «Необходимо защищать земли только Белорусской республики, а землю других республик защищать не нужно».

Участник группы Слуцкий показал: «До нас донесся слух, что наш полк перебрасывают на один из фронтов другой республики, в то время как мы находились поблизости от своих домов. Выполняя задание националистов, мы группой в количестве 10 чел. дезертировали и разошлись по своим домам».

Скрывающиеся в отдельных районах Вилейской области участники белопольского формирования, возглавляемого поручиком Тур, проводят вербовку местных жителей — поляков в легионы и ведут агитацию, направленную к срыву призыва в Красную Армию. В связи с этим в Островецком районе никто из лиц призывного возраста в военкомат не явился. Большинство мужчин ушло в лес. Такое же положение в Сморгоньском районе.

В Вороновском, Радуньском и Лидском районах Барановичской области местные жители, подлежащие призыву в Красную Армию, не являются на переучет в военкоматы. В Радуньском районе из 5000, подлежавших переучету, явились несколько сот.

По агентурным данным УНКВД Барановичской области, 27 июля представитель польского эмигрантского правительства Статкевич, бывший польский офицер, проводил нелегальное собрание в дер. Пашкевичи с участием представителей деревень Радуньского района. Задача собрания — сорвать призыв в Красную Армию.

Этим не ограничивается антисоветская деятельность поляков, направленная к срыву призыва и мобилизации в Красную Армию.

В связи с объявлением приказа военного комиссара Литовской ССР о призыве в Красную Армию лиц 1926–1909 гг. рождения на территории Литовской ССР распространяются листовки «окружной правительственной делегации города Вильно», призывающие уклоняться от явки в призывные пункты.

Текст призыва:

«Гражданам гор. Вильно и Северо-Восточного края Польской республики.

После того как бесправно были призваны в армию мужчины от 18 до 45 лет по индивидуальным повесткам — сегодня объявлен приказ № 1 военного комиссара Литовской ССР, согласно которому призываются в Красную Армию мужчины 1926–1909 г. рождения, постоянные жители или временно проживающие на территории Литовской ССР.

Суверенная власть Польской республики, а также правительства Англии и США никогда не давали СССР права управлять восточными землями Польши, этим самым жители этой территории не перестали быть подданными Польши. Международное право запрещает временным оккупантам мобилизовать в армию население, поэтому упомянутый приказ является явным бесправием.

Объявлять мобилизацию имеет право только законное правительство, а таким для поляков является польское правительство в Лондоне.

Последнее в лице премьера Миколайчика в настоящее время ведет переговоры в Москве с правительством СССР относительно взаимоотношений между Польшей и СССР, а также обсуждает вопрос о призыве поляков в освобожденных от немцев районах в польскую армию. Объявление мобилизации в Красную Армию, перед тем как объявлены результаты польско-советской конференции, приведет к лишению польского контингента.

Призываем всех граждан республики Польши, проживающих в северо-восточных районах, уклоняться от явки в призывные пункты до окончания польско-советских переговоров и оглашения законных распоряжений правительства польской республики по вопросу мобилизации польского населения, о чем последнее будет поставлено в известность соответствующими органами польского правительства.

Окружная правительственная делегация г. Вильно

Команда Виленского и Новгородского округов

Вильно, 6 августа 1944 г.».

Всем органам НКВД дано развернутое указание № 163 от 16 мая 1944 г. об усилении агентурно-оперативных мероприятий по вскрытию антисоветской деятельности дезертиров, разоблачению среди них изменников, предателей и выявлению антисоветских элементов, организующих антисоветскую работу среди дезертиров и уклоняющихся от мобилизации.

Вооруженное сопротивление дезертиров

Многие дезертиры из Красной Армии, находясь на нелегальном положении, скрываясь в лесах и других местах, имеют огнестрельное и холодное оружие. Зачастую при задержании они оказывают вооруженное сопротивление нашим оперативным группам.

Характерными случаями оказания упорного вооруженного сопротивления дезертирскими группами являются следующие:

В Майкопском районе Краснодарского края с момента изгнания немецко-фашистских войск оперировала вооруженная дезертирско-бандитская группа из 6 чел., возглавляемая Плетниковым. Бандиты были настроены профашистски и ожидали возвращения немцев. Во время выпивки они провозглашали тосты «за немецкую армию», «за возвращение немцев» и т. д.

При ликвидации группы в августе 1943 г. бандиты оказали вооруженное сопротивление. Главарь Плетников подал команду «не сдаваться». При перестрелке все бандиты уничтожены. Изъято: 5 винтовок, пистолет «ТТ», гранат 5, 153 боепатрона.

Другая вооруженная бандитско-дезертирская группа из 10 чел., оперировавшая в Майкопском районе, возглавлялась бывшим немецким старостой Якушко.

При ликвидации банды чекистско-войсковой группой в августе 1943 г. во время перестрелки главарь Якушко подал команду «за оружие, биться до последнего патрона, не сдаваться, кто побежит — убью».

Другие бандиты кричали бойцам: «Вы за кого воюете. Мы — за освободительную армию».

В результате перестрелки убиты Якушко и 5 других бандитов, остальные задержаны. Изъято: 1 автомат, 7 винтовок, пистолет, 2 гранаты, кинжал, 2 немецких штыка, 110 боепатронов, награбленные продукты и вещи.

В мае с.г. при проведении операции в Похвистневском районе Куйбышевской области по ликвидации дезертирской группы, состоявшей из Абдулова, Сукаева и Загурского, ими было оказано вооруженное сопротивление. В результате завязавшейся перестрелки Абдулов и Сукаев убиты, а Загурский задержан.

Вооруженное сопротивление при задержании оказывали и дезертиры-одиночки. Так, например:

Дезертир из РККА Зверев, оказав вооруженное сопротивление опергруппе, ранил начальника Невьянского РО УНКВД Свердловской области т. Смиронова.

При вторичной перестрелке в феврале с.г. Зверев был убит.

В феврале 1944 г. при задержании дезертира Возникова он бросился с вилами на сотрудников опергруппы Оршанского РО НКВД Марийской АССР, в результате чего был убит.

В июне с.г. при проведении операции в дер. Нелядино Октябрьского района Рязанской области по задержанию дезертира из Красной Армии Малашкина, последний, оказав сопротивление, штыком ранил начальника Октябрьского РО НКВД т. Насонова и пытался бежать, но начальником милиции, участвовавшим в операции, был убит.

УНКВД по Актюбинской области был установлен дезертир из Красной Армии Зотов, числившийся во всесоюзном розыске. При задержании он оказал вооруженное сопротивление, ранив из пистолета системы «Коровина» работника ОББ УНКВД Горбенко, работницу мехзавода Дежуренко и рабочего Красавина. При оказании сопротивления Зотов был убит.

В 1943 и 1944 гг. убито 658 дезертиров из Красной Армии и уклонившихся от призыва и мобилизации, оказавших вооруженное сопротивление при задержании.

Вскрываемые ухищрения дезертиров

Усиление органами НКВД агентурно-оперативных и массовых мероприятий по изъятию дезертиров и уклонившихся заставило их перейти к более ухищренным формам укрытия и маскировки. Многие задержанные скрывались в искусно замаскированных убежищах, переодевались в женское платье и изменяли свою внешность до неузнаваемости.

Тайники, в которых скрывался дезертирский элемент, выявлялись, главным образом, через агентуру.

Более характерными примерами укрытия и маскировки задержанных дезертиров и уклонившихся являются следующие:

Группа дезертиров в составе Полева, Логвинова и др. скрывалась более двух лет в Лосевском районе, Воронежской области в специально оборудованном укрытии, куда они проникали следующим путем: отец Полева спускал их в бадье в колодец. На глубине 6 метров из сруба колодца вынималось бревно и через это отверстие они проникали в вырытое ими убежище (глубокие ямы).

УНКВД по Саратовской области ликвидирована группа дезертиров скотокрадов в количестве 12 казахов, скрывавшаяся в двух специально выстроенных землянках. Там были устроены печи, в которые вставлялись котлы. Под ними находились листы жести, а под жестью начинался проход в специальное укрытие, где и скрывались дезертиры. Землянки были соединены между собой проходом длиной в 15 метров.

В Масля иском районе Омской области дезертир Ахметов был обнаружен под высокой бочкой, дно которой было приподнято настолько, что под ним свободно помещался человек. Сверху было налито около трех ведер воды.

В Воробьевском районе Воронежской области задержан дезертир Агошин, скрывавшийся под печкой своего дома. Подземный ход был выведен во двор и у выхода закрывался специальной крышкой, засеянной табаком.

УНКВД Орловской области задержаны дезертиры из Красной Армии Кузьмин и Никульников, скрывавшиеся в специально изготовленном подземном убежище в скотном сарае. Проход в убежище был сверху покрыт тремя накатами бревен, на которых находился скот.

Задержанный Куйбышевским РО НКВД (Таджикская ССР) дезертир Зинатов скрывался в женском платье под паранджой среди других женщин, которые обрабатывали шерсть.

Задержанный Мариинско-Посадским РО НКВД Чувашской АССР дезертир Судихов скрывался под видом больной женщины. При задержании он был обнаружен лежавшим на печи в женском платье с малолетними детьми.

Дезертир Кабилов (гор. Наманган, Узбекской ССР), когда в дом приходили с обыском, завертывался в специально приготовленную баранью шкуру и ложился в стадо баранов.

В апреле 1943 г. при осмотре сарая бараны бросились бежать, а Кабилов, завернутый в баранью шкуру, остался на месте и был задержан.

Дезертир Инамов скрывался более года в Пашском районе Узбекской ССР на высоком дереве, в гнезде аиста.

Отмечены случаи, когда скрывавшиеся дезертиры и уклонившиеся, пользуясь беспечностью отдельных руководителей, пробирались в ряды партии, комсомола и назначались на ответственную работу.

Киселевским ГО УНКВД Кемеровской области установлено: Максименко, происходящий из крестьян-середняков, в июне мес. 1941 г. при вызове в горвоенкомат, в целях уклонения от мобилизации в Красную Армию, заявил, что является сыном кулака-спецпереселенца. В связи с этим у него, как не подлежавшего призыву в армию, был изъят военный билет и выдан соответствующий документ.

Максименко устроился на работу в Киселевторг, где распространял слух, что по состоянию здоровья освобожден от военной службы.

Директор Киселевторга Олентич и начальник отдела кадров Давыдович не проверили его военных документов.

«Проявив» себя на работе и в общественной жизни коллектива, Максименко был принят кандидатом в члены ВКП(б) и выдвинут на должность зам. директора Киселевторга.

При приеме в партию он также скрыл, что отец его в 1937 г. репрессирован органами НКВД как враг народа.

Максименко арестован.

Тем же ГО НКВД установлено, что работавший в гор. Киселевке физруком школы ФЗО № 7 Жулдыбин, 1924 г. р., является Дягилевым, дезертировавшим из Красной Армии в 1942 г.

Раздобыв у своего товарища его личное свидетельство о рождении на имя Жулдыбина, 1927 г. р., поступил в ФЗО и, проявив себя в учебе и на работе, был принят в члены ВЛКСМ и вскоре избран на руководящую комсомольскую работу.

По окончании ФЗО оставлен в школе на штатной должности физрука.

Дягилев привлечен к уголовной ответственности.

Органами НКВД вскрываются и другие ухищрения, к котором прибегают военнообязанные, уклоняющиеся от службы в Красной Армии.

На территории, освобожденной от немецких захватчиков, установлено много случаев, когда военнообязанные уклоняются от призыва и мобилизации по фиктивным документам, приобретенным при немцах.

В апреле с.г. в освобожденном Ашенском районе Калининской области выявлено 19 уклонившихся от призыва.

В период немецкой оккупации многие, в целях уклонения от работы и отправки в Германию, за взятки добывали через старост и других лиц паспорта с уменьшенным возрастом, а также поддельные метрические выписки.

Пользуясь тем, что в бывших оккупированных районах документация записи актов гражданского состояния уничтожена, указанные лица, не желая служить в Красной Армии, используют указанные фиктивные документы и скрывают свой действительный возраст. Так, например, задержанные Рачеев, 1925 г. рождения, имел документ, что он 1928 г. рождения; Моисеев, 1926 г. рождения, имел документ, что он 1927 г. рождения; Васильев, 1925 г. рождения, имел документ 1928 г. рождения.

В Запорожской области УССР в июне с.г. произведена проверка документов у лиц 1926, 1927 и 1928 годов рождения. Последующим сличением документов с данными ЗАГС выявлено 2202 чел., изменивших себе год рождения. Все они переданы в райвоенкомат для последующего направления в Красную Армию.

Аналогичные случаи выявлены в других районах, освобожденных от немецких захватчиков.

Склонение дезертиров к явке с повинной

Проводимая органами НКВД работа по склонению к добровольной явке дезертиров и уклонившихся от службы в Красной Армии дает положительные результаты.

Для этой цели используются члены семей дезертиров, местные авторитеты, агентурно-осведомительная сеть и ранее легализованные дезертиры.

В течение 1943 г. явилось с повинной 8490 дезертиров и уклонившихся. За первое полугодие 1944 г. — 4070 чел.

Наиболее успешную работу в этом направлении проводили УНКВД по Ставропольскому краю (явилось с повинной 992 чел.), НКВД Азербайджанской ССР (576), НКВД Грузинской ССР (901), НКВД Туркменской ССР (1510), бывш. НКВД Чечено-Ингушской АССР (1536), НКВД Дагестанской АССР (848), УНКВД по Краснодарскому краю (749), НКВД Казахской ССР (1366), НКВД Узбекской ССР (763).

Положительные результаты достигнуты также в ряде других районов Союза ССР.

Зачастую к добровольной явке были склонены опасные преступники. Например:

В результате работы агента «Герми» в апреле 1944 г. в Астрахан-Базарское РО НКВД Азербайджанской ССР явился с повинной Таришев Нусрат Балаш оглы, дезертировавший в январе 1942 г. и скрывавшийся в течение двух лет на территории Ирана, за измену Родине заочно приговоренный к расстрелу. Таришев назвал более 20 лично ему известных дезертиров-изменников Родины, происходящих из Азербайджанской ССР, скрывающихся на кочевках Шахсеванских племен.

По его же данным установлен дезертир Рагимов Вальбен Джаби, длительное время скрывавшийся в Иране и вернувшийся на советскую территорию. Будучи обработан агентом «Султан», Рагимов добровольно явился в РО НКВД, где и был арестован.

В Успенском районе Краснодарского края скрывался Исмаилов Мусса, трижды дезертировавший из Красной Армии. РО НКВД предприняло несколько операций для поимки Исмаилова, но они оказались безрезультатными. Через агентуру было установлено, что председатель колхоза Кешмидов является родственником Исмаилова и, как местный авторитет, может оказать на него влияние. Кешмидов был обработан, ему поручили склонить Исмаилова к явке с повинной. Через непродолжительное время Исмаилов явился в РО НКВД.

На 1 июля 1944 г. в органах НКВД состоит на учете 3827 легализованных дезертиров и уклонившихся.

Основная масса сосредоточена на территории:

Дагестанской АССР — 2072 чел.;

Казахской ССР — 262 — "-;

Таджикской — "- 328 — "-;

Грузинской — "- 110 — "-;

Киргизской — "- 148 — "-;

Узбекской — "- 168 — "-;

Туркменской — "- 141 — "-;

Краснодарского края — "- 91 — "-.

В соответствии с директивой НКВД СССР № 52/20929 от 03.11.1943 органы НКВД ведут проверку дезертиров, склоняемых к добровольной явке, после чего значительная часть передается в штрафные части. Преобладающее большинство из них не отмечено в преступной деятельности после легализации. Отдельные случаи антисоветских настроений отмечены среди легализованных в Дагестанской АССР.

Органам НКВД дано специальное директивное указание № 482 от 04.10.1943 об усилении работы по склонению дезертиров к явке с повинной.

Массовые мероприятия по изъятию дезертиров

Опыт работы показал, что в борьбе с дезертирством имеют большое значение облавы, проверки документов, прочесывания мест вероятного укрытия дезертиров и другие массовые операции. К участию в них привлекаются воинские части местных гарнизонов, истребительные батальоны, советско-партийный актив и другие силы.

Начиная со второй половины 1943 г. ряд органов НКВД, в соответствии с указанными НКВД СССР, тщательнее подготавливает массовые операции, сочетает их с агентурной работой и в связи с этим добивается положительных результатов (УНКВД Краснодарского, Хабаровского краев, Ростовской, Смоленской, Горьковской, Калининской, Московской, Новосибирской, Свердловской областей, НКВД республик Средней Азии, НКВД БССР и другие).

В апреле мес. 1944 г. удачно проведена чекистско-войсковая операция в Калининской области:

УНКВД по Калининской области была тщательно подготовлена и проведена с 10 по 20 апреля чекистско-войсковая операция по изъятию дезертиров, бандитов, изменников и предателей. В операции участвовало 6545 человек, в том числе бойцов истребительных батальонов — 5045, сотрудников НКВД, НКГБ, милиции, офицеров и бойцов войск НКВД — 1500.

При проведении операции была активизирована работа агентурно-осведомительной сети.

Во время операции изъято: шпионов и подозрительных по шпионажу — 5, немецких ставленников и полицейских — 24, бандитов — 12, дезертиров из Красной Армии — 859, уклонившихся от призыва и мобилизации — 114, отставших от эшелонов — 439, дезертиров военной промышленности и трудового фронта — 297, нарушителей законов военного времени — 1500, другого преступного элемента — 367.

Изъято оружия 790 единиц и патронов — 13838.

Заслуживает внимания авиадесантная операция, проведенная в Туркменской ССР.

С целью выявления и изъятия дезертиров, скрывающихся в районах Кара-Кума, значительно отдаленных от административных центров, с 23 марта по 26 апреля с.г. силами 4 авиационного полка войск НКВД, при участии работников ОББ, была проведена операция, в которой участвовал взвод парашютистов в количестве 25 человек. После предварительной авиаразведки выбрасывались на парашютах оперативные группы, которые производили проверку.

Всего проверено 143 колодца и дождевых ям, расположенных в северной части Ашхабадской и Марыйской областей. Из проверенных 676 чел., выброшенными десантными группами, задержано 18 дезертиров.

Операция показала, что внезапность проверки отдаленных мест концентрации дезертирского элемента дает положительные результаты.

Из операций, проведенных в других краях и областях, по тщательности подготовки и результатам заслуживают внимания следующие:

При проведении чекистско-войсковой операции в марте с.г. в районах Витебской области задержано дезертиров и уклонившихся от мобилизации 396 чел.

С 20 по 25 марта с.г. в ряде городов и районов Хабаровского края, при проверке документов задержано дезертиров и уклонившихся — 47, нарушителей военно-учетных правил — 2106, нарушителей погранично-паспортного режима — 2514.

В январе 1944 г. в Краснодарском крае во время облав изъято дезертиров и уклонившихся от мобилизации 341 чел. В июне в Краснодаре, Ейске и 10 районах задержано 337 дезертиров и уклонившихся.

Проведенными облавами в районах Смоленской области с 26.12.1943 по 05.01.1944 задержано 1020 дезертиров, уклонившихся от мобилизации, нарушителей паспортного режима и разных подозрительных лиц.

11 октября 1943 г. всем органам НКВД направлена ориентировка за № 35/1502 о тщательно подготовленной чекистско-войсковой операции, проведенной в Калининской области, давшей положительные результаты.

Народным комиссарам внутренних дел республики, начальникам краевых и областных управлений НКВД было рекомендовано учесть этот опыт и проводить такие операции для изъятия дезертирского и другого преступного элемента.

Борьба с дезертирством штрафных контингентов

На основании материалов, поступивших в Отдел НКВД СССР по борьбе с бандитизмом, было установлено, что многие судебные органы необоснованно применяли отсрочку исполнения приговора с направлением в действующую армию (примечание 2 к статье 28 УК РСФСР и соответствующие статьи УК других союзных республик) к лицам, осужденным за контрреволюционные преступления, бандитизм, разбой, грабежи, ворам-рецидивистам, лицам, имевшим уже в прошлом судимость за перечисленные преступления, в также неоднократно дезертировавшим из Красной Армии.

Вместе с тем не было должной охраны при отправке на фронт осужденных с отсрочкой исполнения приговора. Вследствие этого многие осужденные имели возможность дезертировать и снова совершать преступления. Например:

Афонин в 1942 г. был осужден военным трибуналом Рязанского гарнизона за дезертирство к 5 годам лишения свободы с отправкой на фронт, в пути следования дезертировал. В марте 1943 г. тем же военным трибуналом осужден но ст. 193-7 п. «г» к 7 годам лишения свободы с отправкой на фронт, в пути следования снова дезертировал. В мае 1943 г. военным трибуналом за дезертирство был осужден к 10 годам лишения свободы с отправкой на фронт, из воинской части четвертый раз дезертировал и занимался грабежами.

Майоров, ранее судим за уголовные преступления, в ноябре 1941 г. из воинской части дезертировал. 18.02. был арестован и военным трибуналом Ивановского гарнизона осужден к 10 годам лишения свободы с отправкой на фронт. 09.05.1942 из воинской части вторично дезертировал, но вскоре был арестован и 08.08.1942 по ст. 72 ч. 1 и 193-7 «г» военным трибуналом 6 ЗАБ осужден к 10 годам лишения свободы с отправкой на фронт. Из воинской части третий раз дезертировал. В августе 1942 г. снова был арестован и привлечен к уголовной ответственности по ст. 193-7 «г» и 193-14 «д».

25.11.1942 военный трибунал Ивановского гарнизона приговорил Майорова к 10 годам ИТЛ. 24.02.1943 тот же трибунал вынес определение об отправке его на фронт.

07.04.1943 Майоров из-под стражи был освобожден и направлен на военно-пересыльный пункт, откуда 08.06.1943 скрылся. После задержания военный трибунал Ивановского гарнизона вынес определение об оставлении прежней меры наказания.

Королев, дважды судимый за дезертирство к 10 годам с отправкой на фронт, третий раз дезертировал из воинской части и 20.07.1942 военным трибуналом по ст. 193-7 п. «г» был осужден к ВМН с заменой 10 годами лишения свободы и отправкой на фронт, в пути следования четвертый раз дезертировал.

Печонкин в марте 1943 г. дезертировал из воинской части, под видом отставшего явился к военному коменданту гор. Владимира, откуда без выяснения личности был направлен через Владимирский горвоенкомат в Ивановский военно-пересыльный пункт. В апреле с.г. из воинской части снова дезертировал и прибыл в гор. Иваново.

08.04.1943 Печонкин был задержан военным комендантом и без проверки направлен на тот же военно-пересыльный пункт; в пути следования в воинскую часть третий раз дезертировал. 15.04. возвратился на пункт, где находился до 13.05.,а затем с пункта скрылся

В мае 1943 г. Печонкин был арестован и военным трибуналом Ивановского гарнизона осужден по ст. 193-7 п. «г» к 10 годам лишения свободы снова с отправкой на фронт.

Сергеев, дважды дезертировавший из Красной Армии, в 1942 г. был задержан Пышминским РО УНКВД Свердловской области и выдворен в КПЗ. Сломав решетку, он бежал и занимался грабежами. Вскоре был задержан и военным трибуналом Уральского военного округа приговорен к расстрелу с заменой — отправкой на фронт. Из части дезертировал третий раз.

Также неудовлетворительно была организована охрана дезертиров, которые направлялись в штрафные части по приказу НКО № 0413 от 21.08.1943.

22 октября 1943 г. на ст. Исаково Киевской железной дороги прибыл воинский эшелон, следовавший на фронт, в составе которого находилась команда из 130 штрафников. Трое из них — Юдин, Теньков и Калашников в сопровождении бойца были отпущены в село. Напоив бойца самогоном, они отобрали у него винтовку и предложили следовать за ними.

Впоследствии штрафники ограбили двух колхозников, а сопровождавшего бойца избили. Воспользовавшись темнотой, он скрылся и прибыл к эшелону.

Принятыми мерами грабители были задержаны. Находясь под охраной четырех вооруженных бойцов, оказали вооруженное сопротивление и бежали.

При преследовании Юдин убит, Теньков ранен, Калашников скрылся.

26 ноября 1943 г. 37 красноармейцев-штрафников, следовавших на Западный фронт, отстали от части, самовольно разместились в деревне Краськи Демидовского района, Смоленской области и потребовали от предколхоза снабжения их самогоном и продуктами. За отказ выполнять незаконные требования он был ими задержан и помещен на несколько часов в холодный амбар. Открыв стрельбу, штрафники приступили к грабежу колхозников. В доме колхозницы Никифоровой выломали дверь, а ее выгнали из квартиры.

Принятыми мерами РО НКВД, при помощи бойцов войсковой части, бесчинства штрафников были прекращены, зачинщики арестованы, остальные направлены по назначению.

Такое положение приводило к массовому дезертирству штрафных контингентов, и борьба с ними становилась неэффективной.

Этот вопрос был поставлен перед НКЮ СССР, Прокурором СССР и Наркоматом обороны. По предложению НКВД СССР был издан приказ НКО, НКВД, НКЮ и Прокурора Союза ССР № 004/0073/006/23сс от 26 января 1944 г., запрещающий судам и военным трибуналам применять примечание 2 к статье 28 УК РСФСР (и соответствующие статьи УК других республик) к осужденным за контрреволюционные преступления, бандитизм, разбой, грабежи, ворам-рецидивистам, лицам, имевшим уже в прошлом судимость за перечисленные преступления, а также неоднократно дезертировавшим из Красной Армии.

Тем же приказом было установлено, что все осужденные с применением примечания 2 к ст. 28 УК РСФСР не вливаются в общевойсковые части, а направляются в штрафные части Красной Армии в сопровождении военнослужащих.

Указанные мероприятия значительно снизили случаи необоснованного применения судами примечания 2 к ст. 28 УК РСФСР. Однако охрана контингентов, направляемых в штрафные части Красной Армии в порядке приказа НКО, НКВД, НКЮ и Прокурора Союза ССР № 004/0073/006/23сс от 26 января 1944 г. и приказа НКО № 0413 от 21 августа 1943 г., все еще организована неудовлетворительно, в связи с чем штрафники дезертируют с военно-пересыльных пунктов, в пути следования в части, из штрафных частей и занимаются бандитско-грабительской деятельностью.

В Шигровском районе Курской области арестован дезертир из Красной Армии Иванов, с декабря 1943 г. он трижды задерживался как дезертир и направлялся в соответствии с приказом НКО № 0413 в распоряжение начальника гарнизона гор. Курска. Во всех случаях в пути следования совершал побеги, после чего систематически занимался кражами в поездах и на железнодорожных станциях.

Дезертир из Красной Армии Васютин трижды задерживался и во всех случаях совершал побеги в пути следования из райвоенкоматов на пересыльный пункт.

В марте 1944 г. в деревне Игнатовка Гомельской области были расквартированы 96 штрафников, следовавшие на фронт. Группа штрафников набросилась на конвоиров-автоматчиков, пытаясь обезоружить их. 3 штрафника убиты, 11 чел. бежали и занялись грабежами.

В апреле с.г. из 17 отдельного штрафного батальона, следовавшего из гор. Владимира Ивановской области на Белорусский фронт, на станции Калинковичи бежало 13 штрафников. Группу возглавляли старшины Семенычев и Селин, сфабриковавшие фиктивные документы на всех бежавших. У одного из конвоировавших красноармейцев штрафники отняли автомат ППШ с боепатронами, у пассажира похитили чемодан с носильными вещами.

8 штрафников во главе с Семенычевым арестованы Хотынецким РО УНКВД по Орловской области.

9 апреля с.г. из гор. Клинцы Орловской области выехала на фронт штрафная рота 4 ЗСП. В районе гор. Гомель из воинского эшелона дезертировало в полном составе отделение красноармейцев-штрафников в количестве 12 человек во главе с командиром отделения Козачкиным. Козачкин 6 человек направил в Сумскую область к месту их жительства, а сам с 5 дезертирами возвратился в Клинцовский район и занялся хищением продуктов питания у местного населения.

Козачкин и соучастник по грабежам Орлов арестованы.

В ночь на 7 апреля с.г. на станции Катайск (Курганская область) находился поезд № 967, в составе которого имелось три вагона штрафников. Не подчинившись сопровождавшей охране в составе 16 человек, штрафники прорвались в гор. Катайск и ограбили 4 квартиры.

При отправке поезда два грабителя были задержаны.

Узнав об этом, штрафники, находившиеся в вагонах, стоп-краном остановили поезд, набросились на работников НКВД с ножами и камнями и освободили грабителей.

В феврале 1944 г. УНКВД по Ленинградской области задержан Покромович, дважды осужденный военным трибуналом Ленинградского гарнизона за дезертирство из Красной Армии и подделку документов.

Находясь в 158 отдельной штрафной роте Покромович 14 января с.г. дезертирвал третий раз, похитил гербовую печать части и четыре чистых бланка командировочных предписаний. Проживая в Ленинграде по фиктивным документам, занимался преступной деятельностью.

Отдел НКВД СССР по борьбе с бандитизмом систематически информирует начальника Главного управления формирования и укомплектования Войск Красной Армии тов. Смородинова о недочетах в охране штрафных контингентов. Главупраформ дает соответствующие указания штабам военных округов и фронтов, однако до настоящего времени побеги штрафников с военно-пересыльных пунктов и в пути следования в части не изжиты.

Всем органам НКВД направлено специальное указание за № 35/2240 от 18 мая 1944 г. о том, чтобы систематически вскрывать недочеты в работе военно-пересыльных пунктов, способствующие дезертирству штрафных контингентов, и принимать меры через военное командование и руководящие партийные органы к их устранению.

Борьба с преступностью в военкоматах

Органы НКВД на местах уделяют большое внимание вскрытию и устранению недочетов в работе военкоматов, так как они в значительной мере способствуют укрывательству дезертиров и военнообязанных, уклонившихся от службы в Красной Армии.

Установлены следующие основные недочеты в работе военкоматов: запущенность учетов контингентов, отсутствие контроля за расходованием бланков воинских документов, засоренность райвоенкоматов случайными и непроверенными людьми и отсутствие бдительности.

Неудовлетворительное состояние учета военнообязанных характеризуется следующим примером:

В мае 1944 г. по всем областям Узбекской ССР задержано 5250 уклонившихся от призыва и мобилизации в Красную Армию и 3748 нарушителей воинского учета.

Наличие этого контингента в республике следует отнести, главным образом, за счет неудовлетворительной постановки учета военнообязанных в военкоматах и военно-учетных столах милиции.

Зачастую руководители колхозов и хозяйственных организаций, в погоне за рабочей силой, принимают на работу лиц без воинских документов и фактически становятся на путь укрытия военнообязанных.

Такие факты отмечены в Андижанской, Самаркандской, Наманганской, Сурхан-Дарьинской и Ферганской областях.

В процессе фильтрации задержанных установлено, что большинство уклоняющихся и нарушителей военного учета — это колхозники, многие из них задерживались и направлялись в военкоматы для оформления воинских документов. Райвоенкоматы сразу не оформляли их, а устанавливали сроки явки. Военнообязанные в эти сроки в РВК не являлись и продолжали уклоняться.

На основании материалов, поступавших в 1943 г., было установлено, что при комплектовании военкоматами команд мобилизованных и призывников, направлявшихся в части Красной Армии, допускались серьезные ошибки.

Военкоматы плохо готовились к отправке команд, для сопровождения их выделялись непроверенные лица. Среди призывников и мобилизованных массово-политическая работа проводилась недостаточно. Следствием этого являлись эксцессы среди мобилизованных и массовое дезертирство.

Военком Кунградского района Кара-Калпакской АССР Жуков 18 мая 1943 г. отправил в армию 468 чел. вместо полагавшихся 400 чел. В пути следования команды Жуков решил вернуть лишних 68 чел., отобрав для этого председателей, бригадиров и счетоводов колхозов.

Остальные призывники, подстрекаемые антисоветским элементом, потребовали оставления отсеянных или возвращения всей команды. При наведении порядка был избит сопровождавший команду нарсудья Уразымов. 19 мая к месту нахождения команды прибыли нач. РО Абдулин и секретарь райкома партии Сандыбеков. Среди призывников начались выкрики: «Пусть воюют и районные работники». Жуков, Сандыбеков и председатель райисполкома Сеитов разбежались. Оставшийся Абдулин, работник НКВД Бедрин и представитель райвоенкомата Резник были зверски убиты. Зачинщики эксцесса арестованы.

В конце апреля 1943 г. из числа призванных и мобилизованных в армию военкоматами Краснодарского края в пути следования дезертировало 1000 человек.

Андижанским горвоенкоматом (Узбекская ССР) был назначен старшим команды из 10 мобилизованных — Атакумов, осужденный к 5 г. м с отправкой на фронт. На станции Андижан Атакумов распустил команду и сам дезертировал.

До последнего времени военкоматы выдавали свидетельства об освобождении от военной службы на основании копий медицинских документов. Пользуясь этим, многие дезертиры из Красной Армии и уклонившиеся от военной службы приобретают фиктивные документы, копии заверяют в нотариальных конторах и представляют в военкоматы, а подлинники уничтожают.

Арестованные УНКВД по Саратовской области дезертиры Кудряшов и Аленкин приобрели у дезертира Петрова за 10 тысяч рублей фиктивные свидетельства о болезни, якобы выданные эвакогоспиталем, копии заверили в Саратовской нотариальной конторе и получили по ним в Кировском райвоенкомате свидетельства об освобождении от службы в армии.

Случаи выдачи военкоматами свидетельств об освобождении от военной службы на основании копий фиктивных медицинских документов, заверенных в нотариальных конторах, отмечены в Армянской, Узбекской ССР, Марийской АССР, Свердловской, Астраханской, Челябинской, Ростовской, Кировской, Калининской областях, Ставропольском, Краснодарском краях и других местах.

Вместе с тем дезертиры из Красной Армии, пользуясь беспечностью работников городских и районных военкоматов, на основании заявлений и справок об «утере» воинских документов без особых затруднений получают новые документы, принимаются на военный учет, направляются в воинские части.

В этих случаях военкоматы не проверяют заявлений об утере документов и личности заявителей в соответствующих органах НКВД.

Задержанный в марте 1944 г. дезертир из Красной Армии Кочмарев в январе явился в Холм-Жирковский РВК Смоленской области и заявил, что направлен госпиталем, но документы утерял. На основании этого заявления Кочмареву был выдан военный билет.

В апреле месяце 1944 г. Губахинским горвоенкоматом Молотовской области без всякой проверки был направлен в армию разыскиваемый дезертир Федосеев.

В мае 1944 г. УНКВД по Молотовской области задержан неоднократно дезертировавший из Красной Армии Басалаев. Следствием установлено, что, совершив побег из штрафной роты, прибыл в поселок Половинка Молотовской области, явился в райвоенкомат и заявил об утере документов, после чего им был получен военный билет.

Дезертир из Красной Армии Юдин явился в Комсомольский РВК Ивановской области и заявил о похищении у него всех документов. РВК без всякой проверки направил его на работу в артель, как ограниченно годного.

Нередки случаи, когда райвоенкоматы не проверяют оснований к документам, которые они подписывают, в связи с чем многие документы выдаются по различным фиктивным справкам. Так, например:

УНКВД но Ростовской области установлено в январе 1944 г., что военкомы Сталинского, Октябрьского, Мясниковского, Ленинского, Железнодорожного, Пролетарского и Андреевского райвоенкоматов на основании явно фиктивных документов выдали дезертирам из Красной Армии 104 свидетельства об освобождении от военной службы.

Отмеченные недочеты, а также бесконтрольность райвоенкоматов со стороны вышестоящих военных комиссариатов привели к тому, что многие сотрудники райвоенкоматов на протяжении продолжительного времени за взятки выдают дезертирам из Красной Армии и военнообязанным, уклонившимся от призыва и мобилизации, фиктивные документы об освобождении от военной службы.

НКВД Узбекской ССР установлены случаи выдачи фиктивных документов дезертирам работниками военкоматов Фрунзенского, Куйбышевского, Октябрьского, Сталинского и Центрального районов гор. Ташкента, Карасуйского, Орджоникидзевского, Беговатского, Ахан-Гаранского районов Ташкентской области, а также военкоматов Самаркандской, Бухарской и Ферганской областей.

Начальник 1 части Фрунзенского РВК Онухов выдал фиктивные документы спекулянту Исабаеву за 10 тысяч рублей, дезертиру Самигову за 13 тысяч рублей и другим.

Аналогичные факты установлены в других перечисленных военкоматах. Виновные арестованы.

В феврале 1944 г. установлено — начальник административно-хозяйственной части Шахринауского РВК Трубицин, начальник 1 части Октябрьского РВК Коломиец (Таджикская ССР) в течение продолжительного времени занимались хищением бланков воинских документов, которые сбывали за крупные взятки среди дезертиров. Трубицин распространил более 50 военных документов. В распространении фиктивных документов ему помогали председатели колхозов Раджабов, Бобоханов и другие лица, которые были связаны с дезертирами.

Начальник 2 части Ханларского РВК (Азербайджанская ССР) Багдасаров и начальник админхозчасти Нерсесов выдавали дезертирам фиктивные документы о прохождении фильтрации в спецлагере НКВД № 240 и другие. По фиктивным документам некоторые были сняты с военного учета. Багдасаров и Нерсесов получили у дезертиров 51 тысячу рублей, продукты питания и разные вещи.

Райвоенком Пригородного РВК (бывш. ЧИАССР) Новоселов и сотрудники РВК Горбушин и Иванов систематически выдавали за крупные взятки фиктивные документы дезертирам из Красной Армии, которые были сняты с военного учета. У Джанаева и 7 других дезертиров получено за это 38800 рублей.

УНКВД Ставропольского края в ноябре 1943 г. арестован инструктор Александровского райвоенкомата Калмыков. На протяжении ряда месяцев систематически похищал бланки свидетельств об освобождении от военной службы и командировочных удостоверений, которыми за взятки снабжал дезертиров из Красной Армии.

УНКВД Курской области вскрыты крупные злоупотребления со стороны военкома Горшеченского РВК капитана Пурахина и др. руководящих работников военкомата

Пурахин систематически получал взятки за незаконное бронирование и освобождение от службы в Красной Армии.

Полученные в виде взяток Пурахиным и работниками РВК в большом количестве продукты сбывались по спекулятивным ценам. Кроме того, Пурахин систематически выдавал воинские проездные документы и продовольственные аттестаты лицам, не имевшим отношения к службе в Красной Армии. Они разъезжали по личным делам в различные города Советского Союза.

Следственное дело передано прокурору Курского гарнизона.

В апреле с.г. Ворошиловским горотделом УНКВД Ворошиловградской области ликвидирована шайка воров, в которую входили уклонившиеся от службы в Красной Армии цыгане Боглаенко, Казиматов, Федоренко, Никитин и др. При аресте у них изъяты фиктивные справки об освобождении от службы в Красной Армии, выданные Ворошиловградским горвоенкоматом, а также чистые бланки со штампом и печатью военкомата

Следствием установлено, что бланки были приобретены участницей группы Золотаревой у машинистки горвоенкомата Могильной по 1500 рублей за экземпляр.

Могильная (в период оккупации работала в немецкой полевой жандармерии переводчицей) показала, что, принимая участие в работах гарнизонной врачебной комиссии и имея доступ к чистым бланкам, систематически похищала их и через Золотареву сбывала разным лицам.

На основании информации НКВД Азербайджанской ССР штабом Закавказского военного округа была обследована работа Маштагинского райвоенкомата, в результате чего установлено, что нач. части РВК Мирзоев Али Аббас Ага Али оглы по фиктивным документам принял на военный учет 20 дезертиров из Красной Армии, которым были выданы свидетельства об освобождении от военной службы.

Кроме того, Мирзоев самовольно продлевал отпуска лицам, подлежавшим переосвидетельствованию или возвращению в воинские части, и несвоевременно отправлял в штрафные части осужденных.

Мирзоев и 16 человек дезертиров арестованы, а военком Бекмурадов от работы отстранен и привлекается к ответственности.

В преступную работу сотрудников военкоматов вовлекаются работники военно-учетных столов органов милиции. Этому способствует отсутствие надлежащего контроля за их работой.

Установлен ряд случаев снабжения дезертиров работниками военно-учетных столов фиктивными документами и др. преступных действий. Например:

В марте 1944 г. Управлением НКВД Карагандинской области арестован нач. ВУС 2 горотд. милиции гор. Караганда — Баймагамбетов, занимавшийся оформлением на военный учет дезертиров предприятий военной промышленности и подделкой документов. Так, за взятку в 500 руб. оформил на военный учет дезертира военной промышленности Жумабекова.

Неоднократно вызывал в ВУС зам. нач. шахты № 26 Абрамович и, под угрозой отправки на фронт, требовал выдачи талонов на получение продуктов из магазина шахты.

При обыске у Баймагамбетова обнаружено 50 таких талонов.

Таким же путем им получены взятки у других лиц.

Баймагамбетов на следствии показал, что оформление на в/учет дезертиров он производил по договоренности с другими работниками отделения милиции.

Арестованный в марте 1944 г УНКВД по Алтайскому краю дважды дезертировавший из Красной Армии Бердышев за 500 рублей приобрел через сотрудницу ВУС

3 отделения милиции гор. Барнаула Сафанову военный билет с отметкой «годен к нестроевой службе». На основании этого билета получил паспорт и работал на швейной фабрике.

Брат Бердышева, дезертировавший из Красной Армии, приобрел у Сафановой за 300 рублей аналогичный военный билет.

Арестованные в марте 1944 г. НКВД Таджикской ССР работники Орджоникидзе-Абадского РВК райвоенком Мансуров, нач. 2 части Панькин и заведующий военно-учетным столом Русских, будучи связаны между собой, выдавали дезертирам и уклонившимся за взятки фиктивные документы.

УНКВД по Новосибирской области в июне 1944 г. арестован дважды дезертировавший из Красной Армии Прозоров.

Следствием установлено, что при содействии своей сестры Качаловой он приобрел у начальника ВУС 1 отделения милиции гор. Томска Ивановой за 3000 рублей военный билет с отметкой о негодности к строевой службе.

Военный трибунал Томского гарнизона приговорил Прозорова к 10 годам, Иванову к 7 годам ИТЛ и Качалову к 3 годам условно.

НКВД СССР дано специальное указание № 250 от 12.05.1943 об усилении органами НКВД контроля за работой военно-учетных столов.

Борьба с преступностью среди врачей

Бесконтрольность в работе военкоматов и военно-учетных столов сказалась на работе многих военно-врачебных комиссий. Зачастую врачи, привлеченные к работе этих комиссий, встают на путь прямой преступной связи с дезертирами и уклонившимися, которых они незаконно освобождают от службы в Красной Армии. Нижеприводимые примеры подтверждают это.

В феврале 1943 г. НКВД Московской области ликвидирована группа татар-дезертиров и уклонившихся от военной службы в составе Аляутдинова, Мустафина и др. Находясь в преступной связи с врачами призывного пункта Пушкинского райвоенкомата Турбевичем, Селезневым, Постниковым, Коквиной, нач. 1 части военкомата Яптевым и писарем Половинкиным, получали фиктивные заключения и свидетельства о негодности к военной службе и сбывали их дезертирам и другим лицам за суммы от 3 до 20 тысяч рублей.

По показаниям врача Турбевич, ими с начала Отечественной войны освобождено от службы в Красной Армии около 100 чел.

По делу арестовано 17 человек.

НКВД Армянской ССР установлено, что зав. райздравотделом Петросян, будучи председателем военно-врачебной комиссии Спитакского райвоенкомата, за взятки, получаемые через завхоза райздравотдела Ламбаряна, систематически оформлял лицам, уклонившимся от службы в Красной Армии, фиктивные документы о негодности к военной службе.

Преступным путем Петросяном было освобождено от призыва и мобилизации в Красную Армию 8 человек, которые при освидетельствовании военно-экспертной комиссией признаны годными к военной службе.

Председатель военно-врачебной комиссии Сталинского РВК (Ростовская область) врач Григорович, находясь в преступной связи с военнообязанными, направляла их по условленным запискам к врачу поликлиники Чараевой и препаратору Попандопуло, которые выдавали им фиктивные анализы для освобождения от службы в Красной Армии

УНКВД по Ростовской области арестованы Серебрякова — врач военно-врачебной комиссии военкомата Сталинского района и Хлебникова — зав. терапевтическим отделением больницы неотложной помощи гор. Ростова. Будучи, связанными между собой, за взятки деньгами и продуктами питания освобождали дезертиров от службы в Красной Армии путем выдачи фиктивных заключений о наличии у них заболеваний.

Фабрикацией фиктивных заключений о болезни занимались не только члены военно-врачебных комиссий военкоматов. Этот вид преступной деятельности широко распространен среди врачей гражданских лечебных учреждений, особенно в тех случаях, когда их заключения являются решающими для освобождения от военной службы (заболевания туберкулезом, шизофренией, заключения рентгенологов, анализы и т. п.), а также среди работников госпиталей.

НКВД Татарской АССР в 1943 г. ликвидирована группа медицинских работников лечебно-туберкулезных учреждений гор. Казани в числе 14 чел., возглавляемая главным врачом Золотухиной.

Участники группы с начала Отечественной войны по сговору между собой выдавали за крупные суммы денег и продукты питания совершенно здоровым лицам, уклонявшимся от мобилизации, фиктивные документы о наличии у них активной формы туберкулеза.

По фиктивным документам, выданным группой, было освобождено от мобилизации до 50 чел.

Золотухина приговорена к расстрелу, 9 участников группы к 10 годам лишения свободы каждый, остальные к разным срокам наказания.

В сентябре 1943 г. НКВД Азербайджанской ССР арестована группа медицинских работников гор. Баку в составе Гадерзиевой, Юзбашева — врачей рентгенологов поликлиники трудовой экспертизы и Шарифова — хирурга, заведующего хирургическим отделением больницы имени Семашко.

Участники группы выдали за взятки более 20 фиктивных рентгено-заключений дезертирам и уклонившимся от службы в Красной Армии, на основании которых райвоенкоматы освободили их от военной службы.

Некоторые врачи и другие медработники искусственно вызывали заболевания у военнообязанных с целью освобождения от службы в Красной Армии.

Кировобадским ГО НКВД Азербайджанской ССР арестована Кенгерлинская — дочь крупного помещика, зав. медицинским пунктом села Кадыли Сафаралиевского района.

За взятки она производила уколы, вызывающие тяжелое болезненное состояние, лицам, уклоняющимся от призыва и мобилизации в Красную Армию.

Следствием по делу арестованных фельдшера амбулатории ст. Горький Грачева и его жены, работавшей медсестрой в амбулатории, установлено: они были связаны с Кузьминой, которая подыскивала военнообязанных, уклонявшихся от службы в Красной Армии, приводила к себе на квартиру, где Грачевы производили им уколы, вливая под кожу бензин. Этим вызывалась искусственная опухоль, в связи с чем уклонившиеся освобождались от военной службы и продолжительное время находились на излечении в госпиталях.

За укол Грачевы получали по 2500 рублей, из которых 1000 рублей уплачивали Кузьминой.

Так, 23 марта с.г. Грачевыми были сделаны уколы Горину, Шуршилову, Матвееву и Баукову, за что получили 10000 рублей. Производством уколов Грачевы занимаются с 1934 г.

Борьба с распространением фиктивных документов среди дезертиров

Широкая возможность использования фиктивных документов для освобождения от службы в Красной Армии привела к тому, что многие преступные элементы организовали массовое изготовление и распространение их. К этой преступной деятельности привлекаются работники типографий, госпиталей, лица, имеющие доступ к бланкам, штампам, печатям, машинистки и другие.

В 1943 и 1944 гг. органами НКВД ликвидировано значительное количество групп и одиночек, занимавшихся фабрикацией фиктивных документов для дезертиров и уклонившихся. Несмотря на активную борьбу многих органов НКВД с этим видом преступлений, до настоящего времени пользование ими распространено еще широко.

Из ликвидированных групп более характерными являются следующие:

В гор. Алма-Ата ликвидирована уголовная группа, которую возглавлял студент 4 курса Казахского медицинского института Степаненко, уклонившийся от мобилизации по фиктивным документам. При обыске у Степаненко изъято большое количество чистых бланков со штампами и печатями воинских частей и учреждений, много подложных документов и крупная сумма денег.

В состав группы входили студенты медицинского института Эйнаров и Пименов.

Вместе со Степаненко они занимались подделкой документов и распространением их среди уклонившихся от воинской службы.

УНКВД по Карагандинской области в апреле 1944 г. установлено:

Секретарь шахты № 20 треста «Ленинуголь» Сандалова, член ВЛКСМ, и секретарь редакции газеты «За уголь» Садыков, ранее судимый за антисоветскую деятельность, имея доступ к печатям и штампам шахты, по фиктивным доверенностям получали в типографии бланки командировочных удостоверений, которые распространяли среди военнообязанных. С 1943 г. ими было продано 210 бланков. Для выявления лиц, намеревавшихся приобрести фиктивные документы, в преступную работу были вовлечены сотрудники шахты Качура и Сокольский.

УНКВД по Краснодарскому краю в марте 1944 г. арестованы дезертиры Честных, Зайков, Терешин и другие в числе 8 чел. Изготовив ряд печатей и штампов воинских частей и госпиталей, они разъезжали по городам Союза и занимались фабрикацией фиктивных документов, которые сбывали дезертирам за крупные суммы денег.

Наборщики типографии Архангельского района Краснодарского края Андриенко, член ВЛКСМ, и Пустовалова, будучи связанными с дезертиром из Красной Армии Левенец, изготовляли по его заданию различные бланки для фиктивных документов.

Левенец и его соучастники дезертиры Иглин и Доля сфабриковали гербовые печати и распространили большое количество фиктивных документов. По изготовленным фиктивным аттестатам они систематически получали продовольствие, которое сбывали по спекулятивным ценам. Все участники группы арестованы в апреле 1944 г.

УНКВД Ростовской области в мае с.г. вскрыта группа лиц, снабжавшая за крупные суммы дезертиров и уклонившихся от службы в РККА фиктивными документами.

Организатором группы являлся дезертир из Красной Армии Хохлов — капитан интендантской службы. Проживая в г. Ростов-на-Дону, изготовлял фиктивные документы о болезни от имени эвакогоспиталя № 3883 и воинских частей и за каждый из них получал от 4 до 10 тысяч руб.

Вместе с соучастником дезертиром Сухановым он продал дезертирам до 40 фиктивных документов, по которым они в военкоматах гор. Ростов-на-Дону и Ростовской области получали свидетельства об освобождении от воинской службы.

При аресте Хохлова изъяты револьвер системы «наган» с 41 патронами, каучуковая печать, типографский шрифт, разные бланки, отпечатанные на пишущей машинке, которые он использовал для изготовления фиктивных документов.

В мае 1944 г. НКВД Мордовской АССР арестован дезертир из Красной Армии Сурков, у которого изъяты подложные документы о негодности к службе в Красной Армии.

Следствием установлено, что в феврале 1944 г. ст. инспектор боевой подготовки Комитета Трудовых Резервов при СНК МАССР Курдюшкин, участник Отечественной войны, капитан, зная, что Сурков дезертир, за вознаграждение сфабриковал справку эвакогоспиталя о предоставлении ему краткосрочного отпуска и вторую справку о том, что он признан ограниченно годным. Наряду с этим Курдюшкин выдал Суркову направление на работу в Краснослободское ремесленное училище на должность военрука. Через несколько дней Сурков был признан годным к строевой службе и направлен в часть, откуда снова дезертировал.

Курдюшкин вторично выдал ему за вознаграждение две фиктивные справки о негодности к службе в Красной Армии, по которым он проживал и занимался кражами.

Курдюшкин арестован.

Нередко преступные элементы из числа работников военкоматов были тесно связаны с уголовниками и вместе с ними организованно распространяли фиктивные документы среди дезертиров и уклонившихся от службы в Красную Армию.

Характерной в данном случае является группа, ликвидированная УНКВД по Ростовской области.

УНКВД Ростовской области в 1944 г. вскрыта преступная деятельность значительной группы лиц, занимавшихся фабрикацией фиктивных документов для дезертиров и уклонившихся. Группу возглавлял уголовник-рецидивист Аваков. По делу арестован 51 чел., в том числе:

3 работника Сталинского РВК г. Ростова; 3 врача поликлиники № 1, входившие в состав военно-врачебной комиссии военкомата; 4 средних медицинских работника, изготовлявших фиктивные медицинские документы.

Военком Сталинского района — майор Полханов 8 месяцев находился в преступной связи с Аваковым и систематически освобождал военнообязанных от службы в Красной Армии, за что разновременно получил от Авакова свыше 100 тысяч руб., разные вещи и продукты.

Аваков фабриковал фиктивные свидетельства госпиталей о болезни, передавал их работавшему в военкомате соучастнику Бурназову, который заполнял бланки свидетельств об освобождении от военной службы. Полханов подписывал их, через Бурназова вручал Авакову, а он за суммы до 10 тыс. руб продавал дезертирам. Из вырученных денег Полханов получал до 4 тыс. руб., Бурназов до 2 тыс. руб., часть денег Аваков уплачивал другим сообщникам, начальникам частей военкомата Филимонову и Ошуркову.

Кроме того, Филимонов и Ошурков сами за взятки выдавали дезертирам свидетельства об освобождении от военной службы.

Все арестованные преданы суду военного трибунала.

Дезертиры и уклонившиеся от мобилизации приобретают фиктивные документы за крупные суммы. Так:

Дезертир Буденко, скрывавшийся на территории Саратовской области, приобрел у Назарова два фиктивных свидетельства об освобождении от военной службы, уплатив за них 40000 рублей.

Арестованный НКВД Армянской ССР дезертир Мосесян показал, что фиктивные документы о негодности к военной службе им были приобретены за 60000 рублей.

В ряде случаев дезертиры, пользуясь фиктивными документами, выдавали себя за сотрудников НКВД и НКГБ и под видом их занимались преступной деятельностью.

В мае с.г. Ровнянским РО УНКВД Кировоградской области УССР задержаны дезертиры из Красной Армии Броников, Еремин и Усольцев.

Следствием установлено: предъявив председателю сельсовета фиктивные удостоверения о том, что они являются сотрудниками НКВД, дезертиры заявили, что прибыли с целью проведения собраний среди колхозников по вопросам международного положения. В трех колхозах они провели собрания, после чего, под видом работников

НКВД, произвели ряд обысков у местных жителей, изымая носильные вещи и продукты питания.

При обыске изъяты: поддельная гербовая печать воинской части и фиктивные удостоверения на каждого из них.

В апреле с.г. Угличским РО НКВД задержан дезертир из Красной Армии Соловьев, назвавшийся сотрудником Транспортного отделения НКГБ станции Буй Северной железной дороги.

При задержании у Соболева изъяты финский нож, которым он пытался оказать сопротивление работнику Угличского РО, и 14 подложных документов ТО НКГБ станции Буй и полевого склада № 1470, при помощи которых занимался мошенничеством.

Органы НКВД на местах обнаруживают у некоторых задерживаемых дезертиров из Красной Армии похищенные ими печати, штампы и чистые бланки воинских частей. Расследование устанавливает, что хищению способствует неудовлетворительное хранение их в штабах частей.

В декабре 1943 г. УНКВД по Новосибирской области задержан дезертир из Красной Армии Домбровский-Гарагулин.

Следствием установлено: в феврале 1943 г. после освобождения из-под стражи и направления в действующую армию был назначен старшим писарем штаба 3 Особого стрелкового батальона 121 ОСБ. После расформирования части переведен на ту же должность в 241 СП 95 СД, откуда в августе 1943 г. дезертировал, похитив гербовую печать и угловой штамп 3 ОСБ и 121 ОСБ, пистолет «ТТ», большое количество различных воинских документов. Используя похищенное, Домбровский-Гарагулин фабриковал документы, выдавая себя за капитана, и в течение 5 месяцев разъезжал по городам СССР.

Злоупотребления и недочеты в работе военкоматов, военно-врачебных комиссий, военно-учетных столов органов милиции, преступная деятельность врачей гражданских лечебных учреждений и лиц, занимающихся изготовлением и распространением фиктивных документов, дают широкую возможность скрываться большому количеству дезертиров и военнообязанных, уклонившихся от призыва и мобилизации в Красную Армию.

В соответствии с указаниями НКВД СССР органы НКВД на местах, особенно за последнее время, значительно активизировали работу по скрытию преступности, способствующей дезертирству.

Вместе с тем ОББ НКВД СССР систематически ставит эти вопросы перед Наркоматом обороны, в связи с чем Главное управление формирования и укомплектования войск Красной Армии дало ряд указаний военным округам и фронтам об устранении отмеченных недочетов. В частности, военкоматам запрещено выдавать свидетельства об освобождении от воинской обязанности на основании копий документов, выдавать документы лицам, заявившим об утере их, без проверки этих лиц в органах НКВД.

Кроме того, Военный совет Главупраформа Красной Армии 14 июля 1944 г. предложил командующим войсками военных округов и ряда фронтов усилить борьбу с преступными элементами, проникшими на работу в военкоматы, установить порядок, исключающий возможность использования бланков воинских документов в преступных целях, а также устранить недочеты и злоупотребления в работе, способствующие дезертирству.

В целях усиления борьбы с преступностью в военкоматах, способствующей дезертирству и уклонению от призыва и мобилизации, органам НКВД даны специальные указания за № 35/2498 от 31.05.1944,35/3105 от 07.07.1944 и 35/3599 от 03.08.1944.

Недочеты в работе госпиталей и военно-пересыльных пунктов, способствующие дезертирству

Органами НКВД задерживается значительное количество дезертиров из числа выздоравливающих военнослужащих, находящихся на излечении в госпиталях НКО и Наркомздрава СССР.

Установлено, что дезертирство из госпиталей является следствием неудовлетворительного состояния воинской дисциплины среди военнослужащих, находящихся на излечении, а также отсутствия надлежащего наблюдения за режимом и порядком содержания в госпиталях со стороны администрации и начальников гарнизонов. Приказ НКО № 016-1943 г., устанавливающий определенный порядок и дисциплину в госпиталях, не выполняется.

Имея возможность самовольно отлучаться из госпиталей, военнослужащие зачастую приобретают оружие и организуются в бандитско-грабительские группы. Так, например:

На территории Лискинского района Воронежской области ликвидирована вооруженная группа Долженко, состоявшая из 4 военнослужащих, находившихся на излечении в Средне-Икорецком эвакогоспитале № 4081.

Участники группы совершали вооруженные ограбления, после которых возвращались в госпитали и продолжали проживать там.

Награбленные вещи сдавали соучастнице Коровиной, которая сбывала их.

Александровским ГО УНКВД по Ивановской области ликвидирована группа Красноярова, состоявшая из трех военнослужащих, находившихся на излечении в эвакогоспитале № 5856.

Участники группы самовольно отлучались в город Струнино, совершали квартирные кражи, а краденные вещи сбывали в гор. Александрове на рынке.

В результате обследования в июне 1944 г. всех госпиталей Удмуртской АССР выявлено, что приказ НКО № 016 от 1943 г. начальниками госпиталей и гарнизонов не выполняется, вследствие отсутствия соответствующих комендантских групп.

В 1944 г. органами НКВД Удмуртской АССР вскрыт ряд преступлений, совершенных ранбольными.

Зубарев, находившийся на излечении в госпитале № 3750, с группой лиц совершил убийство сторожа Киселева и ограбление склада детсада № 40. До ограбления Зубарев совершил две квартирные кражи.

Ранбольные госпиталя № 3151 Степаненко, Лекужев и Глебов совершили ряд краж путем взлома замков и стекол в г. Ижевске.

В гор. Сарапуле группа ранбольных госпиталя № 1735 (Васильченко, Толстиков и другие) совершила 5 уличных ограблений граждан.

Многие ранбольные занимаются спекуляцией водкой, железнодорожными билетами, беспрепятственно группами, в халатах и нижнем белье, ходят по рынкам, пьют там водку, играют в карты и т. д.

Все это является результатом того, что ранбольные пользуются свободным выходом с территории госпиталей и их поведение никем не контролируется.

Местные начальники гарнизонов свою бездеятельность в части выполнения приказа НКО № 016 объясняют отсутствием нужных команд для реагирования на поведение раненых в населенных пунктах.

О всех выявляемых фактах НКВД Удмуртской АССР доводит до сведения местных партийных органов и УРАЛВО.

Исключительно серьезным является положение в госпиталях городов Кавказской Минеральной группы.

На протяжении длительного времени отсутствуют порядок и дисциплина в госпиталях. В Кисловодске, Пятигорске, Железноводске, Ессентуках, Минводах среди ранбольных широко распространены массовые самовольные отлучки, хулиганство, пьянство, дебоши, избиение и бандитизм. В гор. Кисловодске азартная игра в карты на крупные суммы денег среди лечащихся в госпиталях приняла настолько широкие размеры, что местные власти вынуждены проводить в парке специальные облавы. Для совершения преступлений некоторые ранбольные связываются с бандитами, грабителями.

Военнослужащие Солодков, Быковченко и Незамакин, находившиеся на излечении в Пятигорском госпитале (санаторий № 1), связались с бандитско-грабительской группой Кунашева и совершили ряд вооруженных ограблений и убийств, в том числе убийство пом. нач. лагеря военнопленных № 147 Кеворкова и др. После совершения преступлений бандиты возвращались в госпиталь.

Кисловодским горотделом НКВД за 5 месяцев 1944 г. арестовано 52 военнослужащих, преимущественно из числа ранбольных, за уголовные преступления.

Пятигорским ГО НКВД за это же время арестовано за кражи и грабежи 20 ранбольных.

Ессентукским ГО НКВД арестовано за кражи ранбольных 31 чел.

При приеме военнослужащих на излечение в некоторых госпиталях документы тщательно не проверяются, в связи с чем туда проникает преступный элемент, получает зарплату, обмундирование, а при выписке соответствующие документы с вымышленными офицерскими званиями (Замков, Белый, Фунда, Черников, Макеев, Грабовский и др.).

Отсутствие дисциплины и порядка в госпиталях городов Кавмингруппы создает благоприятную обстановку для дезертирства. Пятигорским РО НКВД задержано 12 дезертиров из госпиталей, Кисловодским РО НКВД 35 и т. д.

О создавшемся положении в госпиталях УНКВД по Ставропольскому краю информированы секретарь крайкома ВКП(б) тов. Суслов и командование СКВО.

Кроме того, вследствие отсутствия надлежащего порядка при отправке выздоравливающих военнослужащих в военкоматы и воинские части многие из них, имея на руках соответствующие документы, к месту назначения не являются, дезертируют и в ряде случаев становятся на путь преступной деятельности.

На территории Ново-Бугского района Николаевской области ликвидирована вооруженная дезертирская группа Ерохина в составе трех человек. После выписки из госпиталя они были направлены в воинские части, куда не явились, дезертировали и под видом сотрудников контрразведки «Смерш» 6 Гвардейской армии совершали ограбления колхозников.

У арестованных участников группы изъято: автомат ППШ, две винтовки, боепатроны, гербовая печать и различные чистые бланки.

Вместе с тем, некоторые военнослужащие, находящиеся на излечении в госпиталях, пользуясь халатностью работников, похищают различные бланки и печати, фабрикуют медицинские документы и по ним получают в военкоматах свидетельства об освобождении от воинской службы.

Некоторые сотрудники госпиталей выдают дезертирам за взятки фиктивные документы.

НКВД Грузинской ССР вскрыта преступная работа начальника госпиталя № 4546 Смирнова и секретаря врачебной комиссии Белоусова, которые были связаны с сотрудником комендантского управления гор. Сухуми Маргания и вместе с ним за взятки выдавали дезертирам документы об освобождении от службы в Красной Армии.

Указанные недочеты в работе госпиталей и преступная деятельность сотрудников значительно способствуют дезертирству военнослужащих.

В целях усиления борьбы с дезертирством из госпиталей Отделам ББ дано указание № 35/2855 от 20.06.1944 систематически вскрывать недочеты и злоупотребления в госпиталях, способствующие дезертирству военнослужащих, находящихся на излечении, а также направляемых по выздоровлении в военкоматы и воинские части, и принимать меры через военное командование и руководящие партийные органы.

Во многих случаях отмечается отсутствие должного порядка и учета военнослужащих на военно-пересыльных пунктах, а также в составе воинских команд. Это дает возможность дезертирам в течение длительного времени безнаказанно скрываться и пристраиваться к воинским командам, следующим к местам назначения. Характерными являются следующие примеры:

Задержанный 15 апреля с.г. в Чкаловской области Савельев-Грицко-Васько показал, что 1 мая 1943 г. он дезертировал из Чкаловского пулеметного училища, где служил старшиной роты, некоторое время скрывался в Абдулинском районе, после чего снова прибыл в г. Чкалов и явился к коменданту города, которым был направлен на пересыльный пункт. При перекличке по списку в составе команды недоставало одного человека под фамилией Грицко. Воспользовавшись этим, он отозвался и под этой фамилией зачислен курсантом школы санинструкторов № 10. В октябре 1943 г., находясь на практике в одном из госпиталей г. Чкалова, вторично дезертировал и до ноября 1943 г. скрывался в городах Куйбышеве и Пензе. В Пензе он присоединился к воинской команде, назвал себя Васько, так как при перекличке не оказалось одного бойца под этой фамилией. В составе этой команды был направлен в 7 ОЗЛПС в гор. Свердловск, где прослужил до 9 апреля с.г. 9 апреля командованием 7 ОЗЛПС в числе 13 чел. направлен в командировку в гор. Москву. В пути следования со станции Пенза снова дезертировал, встретился с воинской командой, которая сопровождала с фронта вагон с неисправным оружием. Познакомившись с составом команды, ему удалось собрать автомат ППШ, а боевые патроны у него имелись.

Савельев арестован.

НКВД Удмуртской АССР вскрыты крупные злоупотребления в работе Мало-Пургинского военно-пересыльного пункта.

Начальник пункта — капитан Корнеев и начальник формирования Леонович призванных в армию лиц, годных к строевой службе, направляли на работы в колхозы, совхозы и на предприятия, получая за это продукты. Направляемые на работы довольствовались за счет колхозов. Вместе с тем они числились на довольствии в пункте. Положенные командам продукты похищались.

Осужденные за дезертирство с применением примечания 2 к 28 ст. УК направлялись Корнеевым за взятки в тыловые части, или содержались длительное время на пункте.

Учет контингентов проходивших через пункт был запущен, вследствие чего о дезертирстве военнослужащих и лиц, следовавших в штрафные части, узнавали через 2–3 месяца.

Формирование команд для пополнения частей производилось формально без фильтрации контингентов, в результате чего в школы и части спецназначения зачислялись лица с уголовным прошлым.

Хозяйство пункта находилось в хаотическом состоянии.

Работа пункта была полностью дезорганизована. Этому способствовало отсутствие контроля за работой пункта со стороны военного комиссара Удмуртской АССР. Виновные арестованы.

О недочетах в работе военно-пересыльных пунктов информируется начальник Главупраформа Красной Армии.

Борьба с незаконным бронированием военнообязанных

Органы НКВД систематически вскрывают незаконное бронирование дезертиров и уклонившихся со стороны многих руководителей хозяйственных организаций и колхозов. Зачастую этому способствуют плохой учет военнообязанных в учреждениях и на предприятиях, а также отсутствие должной проверки документов при приме на работу.

Отмечены многочисленные случаи бронирования военнообязанных под видом специалистов, в то время, как они используются по должностям, не подлежащим бронированию.

Некоторые руководители хозяйственных организаций под предлогом недостатка рабочей силы принимают на работы и бронируют военнообязанных, заведомо зная, что они дезертиры или уклонившиеся от службы в армии.

Указанные недочеты и злоупотребления, способствующие дезертирству и уклонению от службы в армии, чаще всего имеют место благодаря плохому контролю со стороны райвоенкоматов за бронируемыми контингентами.

Из числа вскрытых случаев приводится несколько более характерных:

В апреле с.г. произведенной проверкой вскрыта преступная деятельность директора Костюковичского стеклозавода (Гомельская область, Белорусская ССР) Калешко и нач. транспортного отдела завода Бондарева, которые систематически незаконно бронировали военнообязанных. Так, ими были забронированы 12 человек дезертировавших с Первого Белорусского фронта, причем двое из них — Дроздовский и Марков дезертировали на автомашине, принадлежащей воинской части.

На указанных дезертиров Калешко и Бондарев сфабриковали фиктивные документы о том, что они якобы до поступления на завод работали по вольному найму.

Бондарев, Калешко и дезертиры арестованы.

По авиамастерским Ворошиловградского военного училища установлено 5 случаев незаконного бронирования и 3 случая укрывательства уклонившихся от призыва в армию. Например:

Фисенко, годный к строевой службе, забронирован как моторист, а работал плановиком и бронированию не подлежал.

Дубровин, годный к строевой службе, забронирован как слесарь, а работал зав. столовой и бронированию не подлежал.

Незаконное бронирование производилось с ведома командования училища (майора Овинникова). Материалы переданы военному прокурору.

По заводу № 231 выявлено незаконно забронированных 18 человек, уклонившихся от в/учета и мобилизации в Красную Армию, и два дезертира.

Гельман годен к строевой службе, забронирован как инженер, работал агентом снабжения.

Харитонов забронирован как инструктор, а работал агентом по снабжению.

Козорезов, будучи в ноябре 1943 г. призван в Красную Армию и зачислен в команду для отправки в воинскую часть, со сборного пункта дезертировал, устроился на заводе № 231 и с ведома пом. директора завода Козлова не вставал на в/учет.

Гутарев был призван в Красную Армию, но со сборного пункта дезертировал и без документов Козловым был принят на работу.

Козлов, будучи информирован горвоенкоматом о дезертирстве Гутарева, заявил: «… Мне нет дела, что Гутарев дезертир, мне нужны люди».

Об изложенном информирован Обком ВКП(б), а материалы в отношении Козлова переданы прокурору для привлечения его к ответственности.

Нач. обстановки Верхне-Иртышского Управления речного пароходства Литвинов, пользуясь правом бронирования бакенщиков, забронировал по этой должности работающих в колхозе своих родственников, которые по занимаемым ими должностям бронированию не подлежали. Среди забронированных был Зенков — дезертир из Красной Армии, разоблаченный как агент немецкой разведки.

О Литвинове информирован Обком ВКП(б).

В июне 1944 г. Разважевским РО НКВД Киевской области установлено, что начальник лесозавода № 3 Киевского окружного Военно-строительного Управления — ст. техник-лейтенант Степанков совместно с кассиром завода Онищенко за взятки приняли на завод и лесоразработки 120 чел. дезертиров и уклонившихся от службы в Красной Армии.

Проведенной операцией по проверке документов у лиц, работающих на лесозаводе и лесоразработках, было задержано 59 дезертиров из Красной Армии.

Следствием установлено, что после оформления на работу дезертиры направлялись на разные участки лесоразработок, все группы имели между собой связь. При проверке документов работниками НКВД на одном участке об этом немедленно сообщалось на другие участки, и дезертиры скрывались.

Степанов и Онищенко преданы суду.

УНКВД по Краснодарскому краю в июне с.г. выявлено 27 дезертиров из Красной Армии, работающих на лесосплавном пункте Управления военно-восстановительных работ № 12.

Установлено, что нач. лесобазы УВВР № 12 Савенко и нач. лесосплавного пункта Лунев, заведомо зная о дезертирстве принимаемых, беспрепятственно оформляют их на работу.

Лунев при приеме дезертиров на работы заявлял: «Кто бы ты ни был, у нас все равно сойдешь, но только не забывай и работай».

УНКВД совместно с ТО НКГБ проводятся мероприятия по изъятию дезертиров и привлечению укрывателей к ответственности.

В целях усиления борьбы с незаконным бронированием военнообязанных и приемом на работу дезертиров и уклонившихся от призыва и мобилизации органам НКВД дано специальное указание за № 79 от 26.02.1943.

НКВД-УНКВД на местах систематически информируют руководящие партийные органы о незаконном бронировании военнообязанных и виновных в этом привлекают к ответственности.

23 мая 1944 г. всем органам НКВД разослан обзор агентурно-оперативной работы по борьбе с дезертирством и уклонением от призыва и мобилизации в Красную Армию, в котором поставлены конкретные задачи на летний период 1944 г. Кроме того, органам НКВД систематически давались конкретные указания по работе, исходя из особенностей республик, краев и областей.

Директивные указания НКВД СССР, практическая помощь, оказываемая сотрудниками ОББ НКВД СССР, выезжающими в командировки, а также вызов в Москву начальников отделов по борьбе с бандитизмом для инструктажа — значительно обогатили опыт периферийных работников по линии борьбы с дезертирством, в связи с чем в 1943 и 1944 гг. удалось добиться более значительных результатов по сравнению с 1941 и 1942 гг.

Начальник отдела НКВД СССР по борьбе с бандитизмом

Комиссар государственной безопасности 3 ранга А. Леонтьев


ГАРФ, Ф. Р-9478, Оп. 1, Д. 63, Л. 1-197. Подлинник.









 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх