МЕЖДУ ДВУМЯ МИРОВЫМИ ВОЙНАМИ

Интеллидженс сервис и политические зигзаги Лондона. От информационной войны к разрыву дипломатических отношений. «Английский след»


В начале 20-х годов политика правящих кругов Великобритании в отношении Советской России претерпевает существенные изменения. Великобритания идет на развитие торгово-экономических связей с нашей страной, а в 1924 году – на установление с ней дипломатических отношений, за чем последует полоса признаний Советского государства другими странами Запада.

Может показаться парадоксальным такой политический зигзаг Лондона, поспешившего продемонстрировать желание к нормализации отношений с нашей страной. Как же так? Великобритания – ведущая сила военной интервенции, вдохновитель и организатор кровавой Гражданской войны, контрреволюционных выступлений и заговоров – одной из первых капиталистических держав начинает искать пути замирения с Советской Россией, а затем и вовсе идет на ее полное признание? В очередной раз проявился тот «утонченный политический компромисс» Англии, о котором говорил нарком иностранных дел РСФСР Георгий Чичерин, прогнозировавший небезуспешный исход для нашей страны Генуэзской конференции 1922 года.

Безусловно, многое решал военный фактор – провал иностранной интервенции, полный крах походов Антанты, включая разгром Врангеля и неудачу выступления Польши. Однако, как представляется, в значительной мере это объясняется назревшим экономическим кризисом в самой Великобритании (и в Европе и мире в целом) и опасениями опоздать на потенциально богатый российский рынок. Можно назвать это коммерческим прагматизмом, а вернее – заботой о торгашеских интересах британского правящего класса. Нелишне вспомнить, что Англия до Первой мировой войны занимала второе место (после Германии) по экспортным и импортным операциям с Россией.

Но конечно, не все было так просто. В политике Великобритании по отношению к нашей стране прослеживались две тенденции. Одна из них ассоциировалась с такими яростными противниками Советской России и СССР, как Уинстон Черчилль, в друзьях которого числились Борис Савинков и Сидней Рейли; Джордж Керзон, взявший себе в консультанты по русскому вопросу разведчика МИ-1с Пола Дюкса; Локер-Лампсон, заместитель министра иностранных дел, служивший незадолго до этого в армии Колчака, а теперь организатор целого ряда политических провокаций; лорд Ротермир, владелец гигантской газетной империи, крупнейшие издания которой («Таймс», «Дейли телеграф», «Дейли мейл») обеспечивали пропагандистскую войну против нас. Лагерь патологических ненавистников нашей страны включал и множество других лиц.

Вторую тенденцию, связанную с расчетами умеренных торгово-промышленных кругов, выражали Ллойд-Джордж и правые лидеры Лейбористской партии.

Обе эти тенденции причудливо сплетались в единый антисоветский курс, чреватый экономической блокадой Советского государства, а при благоприятных обстоятельствах и новой интервенцией. Так, ловкий политик Ллойд-Джордж был настроен, по словам Черчилля, «вступить в соглашение с новой исторической силой, чтобы ее обезвредить». Ллойд-Джордж к этому времени отойдет от оголтелого антисоветского курса и под влиянием событий станет умеренным политическим деятелем.

Изменилась и тактика британской разведки. От поддержки открыто выступавших против советской власти внутренних сил контрреволюции и организации заговоров они перешли к тайной разведывательно-подрывной деятельности внутри страны с использованием эмигрантских группировок, ставших теперь базой подрывной деятельности разведки. Вместе с тем стратегическая линия оставалась прежней – добиваться если не ликвидации, то ослабления Советского государства, держать его в изоляции, не допускать распространения его влияния.

Руководитель военно-морской разведки Англии Реджинальд Холл, выступая перед сотрудниками разведки в конце Первой мировой войны, говорил: «Я хочу предупредить вас: какими бы трудными и ожесточенными ни были прошлые битвы, нам теперь придется иметь дело с более безжалостным врагом. Это – Советская Россия». Шефы британской разведки подчеркивали, – свидетельствует английский журналист Ф. Найтли в своей книге «Ким Филби – супершпион КГБ», – что нельзя сравнивать бывшего врага – Германию – с новым противником, «не признающим христианских заповедей» [13].

Спецслужбы Великобритании делали все возможное, чтобы помешать нашей стране использовать мирную передышку для укрепления социалистического строя в интересах международной солидарности трудящихся всех стран. Знакомый почерк английской разведки присутствует во всем: в сфере отношений с нашей страной, где правители Великобритании считали целесообразным действовать методами и средствами тайной войны; в организации провокационных налетов на советские заграничные учреждения; в фабрикации фальшивок, с целью дискредитации нашей страны; в лживости средств массовой информации Великобритании. В оценке событий, происшедших между двумя мировыми войнами, нет надобности прибегать к почти беспроигрышному постулату древних римлян «кому выгодно?», достаточно обратиться к очевидным фактам.

Вот некоторые из них:


1921 год

В британских средствах массовой информации развязана разнузданная антисоветская кампания, пророчащая скорый крах Советской России. Материалы, обильно поступающие по каналам разведки, подбрасываются в прессу британским министерством иностранных дел. Разведка черпает эти материалы из белоэмигрантских источников. Информация в газеты поступает также из дешифровальной службы Великобритании, которой в то время удавалось расшифровывать некоторые не очень совершенные коды наших учреждений. При этом расшифрованные материалы иногда выдавались за «полученные нелегально из Советской России».

«Черная пропаганда» раздувает антисоветский психоз: Керзон от имени Форин Офис сообщает о якобы имеющих место восстаниях в Петрограде и Москве, о бегстве Ленина, о белом флаге над Кремлем, о захвате Петрограда повстанцами. Так в Лондоне комментировали Кронштадтский мятеж.

Активные действия английских разведчиков и военных в Средней Азии. Нападение на советские корабли в Черном море. Интриги и провокации британской дипломатии и разведки с целью сорвать соглашения Советской России с Турцией, Ираном, Афганистаном.


1922 год

Подготовка террористических актов против делегации Советской России на Генуэзской конференции. По данным советских источников, специально для этого туда прибыли представители эмигрантских организаций, в том числе главный в то время террорист Савинков. Все это происходит на фоне разнузданной брани британской прессы в адрес предложенной нашей страной программы мира.


1923 год

Публикация в газете лорда Ротермира «Таймс» грубой фальшивки – так называемого «Циркуляра Политбюро ЦК РКП(б)», послужившего своего рода прелюдией к «Письму Коминтерна», которое появится позже. В «Циркуляре» содержатся грубые измышления о «вмешательстве Советской России во внутренние дела Великобритании.

«Ультиматум Керзона» – министра иностранных дел Англии. В нем широко используются инсинуации разведки по поводу якобы осуществляемой Советской Россией «антибританской пропаганды» в Индии, Иране, Афганистане. Провозглашается незаконное право британских траулеров вести промысел в' двенадцатимильной экономической зоне нашей страны в Баренцевом море. Выдвигается требование компенсации за осужденного участника шпионской группы Пола Дюкса – англичанина Дэвисона. Весь этот «Ультиматум» – не что иное, как неприкрытый шантаж, имеющий целью запугать нашу страну разрывом торгово-экономических отношений.

В Лозанне (Швейцария) совершено злодейское убийство полномочного представителя РСФСР в Риме В.В. Воровского, главы советской делегации на Лозаннской конференции. План организации убийства, как считают советские источники, был разработан иностранными спецслужбами, которые и оплатили эту акцию. Исполнители преступления – белогвардейцы Конради и Полунин. Убийство Воровского произошло в обстановке ярой антисоветской кампании не только в Англии, но и в других странах Европы и активизации в связи с этим деятельности эмигрантских организаций. Все это неизбежно проявилось в травле советских делегаций в Гааге и Лозанне. Убийцы не понесли никакого наказания, хотя и были задержаны швейцарскими властями.


1924 год

Публикация в газете «Дейли мейл», принадлежащей тому же Ротермиру, так называемого «Письма Коминтерна» («Письма Зиновьева»). Очередная фальшивка о «коммунистическом заговоре» в Англии, якобы раскрытом Скотленд-Ярдом. В газету оно было передано тем же Форин Офис, а туда «поступило из Берлина». Полностью доказано, что «Письмо Зиновьева», якобы содержащее инструкции Коминтерна английской компартии по свержению правительства Великобритании, специально сфабриковано и распространено по каналам британской прессы в целях подготовки условий для разрыва политических и торговых отношений между двумя странами.


1926 год

Публикация «Белой книги» министерства иностранных дел Великобритании о «документах», будто бы обнаруженных при обыске в помещениях английской компартии и «свидетельствующих» о «вмешательстве» Советского Союза во внутренние дела Великобритании. И снова – инсинуации на эту тему в газетах лорда Ротермира «Дейли телеграф» и «Дейли мейл».


1927 год

Организация провокационного нападения на полпредство СССР в Лондоне.


Погром в полпредстве Советского Союза в Пекине, учиненный спецслужбами генерала-диктатора Чжан Цзолина. Организован по подсказке, а если точнее – по прямому указанию посла Великобритании в Пекине Майлза Лампсона. В нападении на советское полпредство участвовали находившиеся в Китае английские военнослужащие. Обыскам подверглись также помещения КВЖД, Дальневосточного банка, служебное здание военного атташе и квартиры ряда дипломатов. Нападавшие захватили некоторые документы советской военной разведки о ее операциях в Китае, однако этого оказалось совершенно недостаточно для организаторов этой политической провокации. Поэтому были сфабрикованы материалы, якобы захваченные в Пекине, о советских «акциях» против Англии, которые и составили основу очередной «Белой книги» МИД Великобритании под броскими названиями «Документы Коминтерна» и «Документы Советского правительства». На основе этих материалов Форин Офис подготовил ноты, направленные СССР. События в Пекине явились, таким образом, генеральной репетицией того, что вскоре произойдет в Лондоне, отчетливо продемонстрировали «английский след»!

По распоряжению министра внутренних дел Джойнсона Хикса (с санкции премьер-министра Стенли Болдуина и министра иностранных дел Остина Чемберлена) совершено нападение на торговое представительство СССР и англо-советское акционерное общество в Лондоне – АРКОС. Предлог – типично «полицейский»: поиски секретного документа, якобы похищенного из военного министерства Великобритании. Сценарий нападения и обыска был тщательно разработан в британских спецслужбах, к вторжению привлечены значительные силы: крупный отряд полиции, сотрудники контрразведки, переводчики – русские белогвардейцы. Всего до 200 человек, обученных и натренированных специально для провокации. И хотя замысел полностью провалился и никаких свидетельств якобы готовящегося Советским Союзом свержения существующего в Англии строя обнаружено не было, «Таймс» снова поспешила с «сенсационными разоблачениями». Сам Хикс горько сетовал на «неуспех операции», но провокация сделала свое дело – консервативное правительство Болдуина привело Великобританию к разрыву дипломатических отношений с СССР. Болдуин, Чемберлен, Хикс без устали произносили в парламенте гневные филиппики [14] в адрес Советского Союза, зачитывали телеграммы советских учреждений в Лондоне, перехваченные «дешифровальной службой», представляя их как «документы, захваченные в АРКОСе».

Налеты в Пекине и Лондоне отозвались выстрелами в Варшаве: было совершено еще одно злодейское убийство советского представителя – полпреда СССР в Польше П. Войкова. По данным советских источников, убийца – белогвардеец Коверда – был связан с английской разведкой, состоял у нее на содержании.

В результате Первой мировой войны, военной интервенции Антанты и Гражданской войны народное хозяйство нашей страны было фактически полностью разрушено. Промышленность и транспорт не работали. Хаос и разрушение сопровождались массовым исходом из Советской России – эмиграция затронула не только людей откровенно враждебных к советской власти, участвовавших в вооруженной борьбе с нею, но и нейтральные слои населения – квалифицированных служащих, представителей научной и творческой интеллигенции. Эмиграция пополнила ряды зарубежных антисоветских организаций и оказалась благодарной средой для происков иностранных спецслужб, в том числе для английской разведки.

Британские правящие круги в союзе с другими противниками Советской России—СССР стремились, как известно, сорвать укрепление ее экономического и военного потенциала, не допустить появления на мировой арене новой социально-экономической системы. Между тем происходившие в нашей стране внутриполитические процессы объективно были им на руку. После введения нэпа, смерти В.И. Ленина, вынужденных мер советского правительства по выводу страны из тяжелейшего экономического кризиса оппозиция в СССР активизировалась. Неизбежно последовали и ответные меры партийно-государственного аппарата СССР, группировавшегося вокруг И.В. Сталина, направленные на ослабление оппозиции и в конечном счете ее устранение. В конце 20-х – начале 30-х годов борьба с оппозицией стала принимать форму судебных преследований, вылившихся, в частности, в процессы над Промпартией, «Союзным бюро меньшевиков», по так называемому делу «Метро-Виккерс» [15].

В нашей стране и на Западе, в том числе в Великобритании, существуют весьма разные, подчас полярные, точки зрения на эти процессы и события, им предшествовавшие.

На основании материалов судебного процесса 1933 года действия Промпартии и находившихся в СССР представителей компании «Метро-Виккерс» были квалифицированы как акции подпольной организации, связанной с английской разведкой. Великобритания, как заинтересованная сторона, естественно, стремилась представить эти судебные процессы как произвол ОГПУ. Английская пресса подняла шумиху по поводу ужасных условий, в которых содержатся заключенные в советской тюрьме. И это притом, что приговоры суда по «делу Метро-Виккерс» были достаточно мягкими: один из шести арестованных английских инженеров был оправдан, трое были приговорены к выдворению из страны, двое – к двум и трем годам тюремного заключения, замененного вскоре высылкой из СССР. На суде некоторые из них признали предъявленные им обвинения, а после выдворения из Советского Союза заявляли, что с ними обращались «корректно».

Что касается «дела Промпартии», то у наших современных исследователей истории советских спецслужб нет единого мнения по поводу виновности или невиновности осужденных. Одни указывают на связи Промпартии с «Торгпромом» – организацией крупных русских капиталистов-эмигрантов, которая финансировала Промпартию, и, несмотря на недавнюю реабилитацию осужденных членов Промпартии, считают их причастными к шпионским акциям. Другие подчеркивают юридическую некорректность расследования «дела Промпартии», полагают, что все материалы дела сфабрикованы. Споры на эту тему продолжаются, и в них отражаются нынешние противоречивые оценки того исторического периода в жизни Советского Союза и в мире.

На мой взгляд, объяснять возникновение дел Промпартии и «Метро-Виккерс» только лишь стремлением Сталина к укреплению личной власти, его якобы гипертрофированной шпиономанией или «произволом ОГПУ» – необоснованно и, прямо скажем, примитивно. Нельзя забывать, что 20-е годы и начало 30-х годов были драматическим периодом в отношениях между СССР и Великобританией; межгосударственные отношения наших стран, восстановленные в 1924 году, неоднократно балансировали на грани разрыва, который в конце концов и произошел в 1927—1929 годах. Уже в то время Великобритания при содействии других стран Запада сколачивала – и небезуспешно – систему блоков и союзов против СССР. Угроза войны и контрреволюционных выступлений в нашей стране вовсе не была призрачной.

В первые годы после провала интервенции Антанты и завершения Гражданской войны британская разведка лишилась значительной части своей агентуры, которая была либо обезврежена органами ВЧК—ОГПУ, либо бежала за границу. Дипломатические отношения между нашими странами были, как известно, прерваны на долгие годы, и в результате британская разведка потеряла возможность использовать официальные представительства для ведения агентурной работы. Однако это отнюдь не означало полного свертывания разведывательной деятельности Великобритании против Советской республики—СССР. Возможности ее осуществления английские спецслужбы искали в основном за рубежом, в многочисленных эмигрантских организациях, а также через предприятия и фирмы, которые работали на советском рынке.

По данным британских источников, резидентура Интеллидженс сервис в английском посольстве в Москве в 30-х годах только формировалась и была крайне малочисленной – всего один оперработник и секретарша. Собственно говоря, таковой она оставалась еще в течение нескольких лет. В 30-х годах в Москве находился один из старейших сотрудников разведки – Гарольд Гибсон. Однако, несмотря на малочисленность и жесткий контроль со стороны советских органов государственной безопасности, Интеллидженс сервис не прекращала попыток создать в СССР свою агентурную сеть. Организовать эффективную агентурную работу, впрочем, так и не удалось. Значительную, если не решающую, роль в этом сыграли взаимодействие между советской разведкой и контрразведкой, помощь, которую оказали нашей стране источники нашей разведки, внедренные в МИ-6 и МИ-5.

Уже многие годы спустя после описываемых событий органы государственной безопасности СССР получили достоверную информацию об агентурной сети Сикрет интеллидженс сервис, используемой против нашей страны. Списки агентуры включали и тех, кто был завербован еще в дореволюционное время, и тех, кто совершал поездки в Советский Союз (после Второй мировой войны их будут называть в СИС «легальными путешественниками»), и тех, кто по терминологии английской разведки именуется «агентами на месте». То есть советские граждане, проживавшие в СССР и занимавшие более или менее видное положение в государственном аппарате, в промышленности, в науке и так далее. Были среди них и «мертвые души» – плод фантазии СИС, были разоблаченные советской контрразведкой опасные шпионы, были и действовавшие агенты…

К сожалению, серьезные извращения в деятельности органов госбезопасности СССР во второй половине 30-х годов и в некоторые последующие периоды нанесли немалый вред самому нашему государству, дали повод нашим противникам на Западе огульно чернить действия советской разведки и контрразведки, обвинять их в грубом нарушении законности. Такой подход к спецслужбам СССР и Российской Федерации проявляют некоторые наши ангажированные политики и журналисты. Вполне по логике вещей разведывательно-подрывная деятельность спецслужб Запада против нашей страны подчас подается как проявление благородного рыцарства. История противоборства спецслужб Советского Союза и его противников часто переиначивается в угоду бесцеремонному неприятию всего того, что характеризовало жизнь страны в советский период.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх