Глава 19

Мукденское сражение

10 октября 1904 г. царь записал в своем дневнике: «День стоял тихий, серый, но хороший. Поехали к обедне и завтракали одни. Гуляли вдвоем, затем Аликс вернулась домой, а я продолжал прогулку и убил пять ворон… Решил назначить Куропаткина главнокомандующим на Дальнем Востоке с освобождением Алексеева от этой обязанности, но с оставлением его наместником…»

В высочайшем рескрипте на имя Алексеева Николай II писал: «Высоко ценя ваши боевые заслуги и в изъявление искренней Моей признательности, жалую вас кавалером Императорского ордена Нашего Святого Великомученика и Победоносца Георгия третьей степени, коего знаки при сем препровождая, пребываю к вам навсегда неизменно благосклонный и искренно благодарный Николай».

Читая сей рескрипт, создается впечатление, что «макаки» наголову разбиты. Теперь главнокомандующим становится генерал Куропаткин. Маньчжурская армия в конце октября была разделена на две армии: 1-ю, под командованием самого Куропаткина, и 2-ю, которую принял командующий войсками Виленского округа генерал Гриппенберг.

Увы, то было не совсем так. Пока японцы штурмовали Порт-Артур, Куропаткин в Маньчжурии с октября 1904 г. по январь 1905 г. «накапливал силы».

В октябре 1904 г. из Одесского военного округа подошел VIII армейский корпус генерала Мылова (14-я и 15-я пехотные дивизии), а с Дона — 4-я казачья дивизия 2-й очереди. Взамен ушедших на Дальний Восток войск в Киевском и Одесском военных округах были развернуты из резервных бригад 51-я, 56-я, 68-я, 73-я и 78-я пехотные дивизии. Из Московского округа на Дальний Восток отправилась 61-я пехотная дивизия. В ноябре и декабре 1904 г. на Дальний Восток из западных пограничных округов прибыли: 1-я, 2-я и 5-я стрелковые бригады, сведенные в Сводно-стрелковый корпус под командованием генерала Чурина, а из Виленского округа — XVI армейский корпус генерала Топорнина (25-я и 41-я пехотные дивизии). В конце ноября 1-ю армию принял генерал Линевич, и была образована 3-я армия под командованием генерала Каульбарса. Генерал Куропаткин сохранил за собой главное руководство.

Конец декабря 1904 г. ознаменовался попыткой конного рейда генерала Мищенко на Инкоу (с 26 декабря 1904 г. по 6 января 1905 г.). Этот рейд хорошо описал эмигрант А. А. Керсновский: «Сборный отряд в 8000 шашек при 22 орудиях, обремененный огромным вьючным обозом с пешими проводниками, выполнил эту пародию на кавалерийский набег в высшей степени неудачно. Ни малейших результатов этот „наполз“ на Инкоу не имел. В операции участвовали 78 эскадронов, сотен и охотничьих команд. Колоссальный обоз (взятый, несмотря на обильную продовольствием местность) доходил до полторы тысячи вьюков. Средняя величина перехода была около 23 верст — хорошая пехота ходит быстрей. Генерал Мищенко распорядился „всячески избегать атак в конном строю“. Приказание это ему, как артиллеристу, простительно, но выполнение его подчиненными Мищенки, настоящими кавалеристами, как генерал Самсонов и герой Караджалара генерал Греков, непростительно. Подойдя к Инкоу 30 декабря, Мищенко не сумел даже воспрепятствовать уходу оттуда поездов, спешил свой отряд, атаковал станцию, введя в дело всего около трети своих сил, был отбит двумя японскими ротами и ретировался. Трофеи всего этого набега — 15 пленных. Наш урон — 39 офицеров, 321 нижний чин»[79].

Куда более успешный партизанский рейд совершил в первых числах февраля 1905 г. один японский эскадрон, поддержанный шайкой хунгузов. Этот эскадрон атаковал русские коммуникации севернее города Телин, расположенного в 75–80 верстах на север от Мукдена. Этот незначительный инцидент имел самые неожиданные последствия. Начальнику охраны КВЖД, генералу Чичагову померещились неисчислимые полчища, грозящие из Монголии. Своих 25 тысяч казаков и пограничников ему показалось мало, и он стал слать панические донесения главнокомандующему. Генерал Куропаткин, поддавшись этому паническому настроению, снял с фронта около корпуса и спешно отправил его в глубокий тыл (где тем временем все неприятельское «нашествие» было ликвидировано одним не растерявшимся фельдфебелем с командой пограничников). Так полтораста японских всадников вывели из строя русских армий до тридцати тысяч человек накануне генерального сражения…

Чтобы не возвращаться более к охране КВЖД, замечу, что японцы попытались совершить диверсию на железной дороге и совсем в глубоком тылу — на перегоне от Хинганского перевала до станции Цицикар. В феврале 1904 г. подполковник Шязо Юкока, капитан Тейско Оси и четыре японских студента отправились из Пекина к Цицикару под видом китайских купцов. Они совершили тяжелый сорокадневный переход через внешнюю Монголию и рано утром 30 марта 1904 г. вышли к железной дороге в 20 верстах от станции Турчиха. Японцы присели позавтракать перед минированием дороги. За этим их и застал конный казачий разъезд 26-й сотни Заамурского округа. Студентам удалось ускользнуть, а оба офицера были схвачены. На двух вьючных мулах были найдены полтора пуда пироксилина, бикфордовы шнуры с запалами к ним, ружье, палка-кинжал, литографированная инструкция подрывного дела, записные книжки, карты, приспособления для порчи телеграфа, привязные китайские косы и прочее. Оба задержанных были одеты в монгольские костюмы.

Последнее обстоятельство и дало возможность судить их как шпионов. 7 апреля 1904 г. военный суд в Харбине приговорил обоих офицеров к смертной казни через повешение. Приговор был приведен в исполнение немедленно. А четверо студентов 12 апреля были убиты монголами.

Замечу, что на лояльность к России значительной части монголов существенно повлияла позиция далай-ламы — главы тибетских и монгольских буддистов. Далай-лама после вторжения британских войск в Тибет бежал в Монголию и рассчитывал на помощь России.

Но вернемся в Мукден. К началу февраля 1905 г. к японцам подошло серьезное подкрепление — 3-я армия генерала Ноги, освободившаяся после сдачи Порт-Артура.

Мукденское сражение стало крупнейшим в войне 1904–1905 гг. и одним из крупнейших сражений в военной истории до Первой мировой войны. Сражение развернулось по фронту до 100 верст и в глубину до 60 верст и продолжалось в течение двух недель. Русские потеряли около одной пятой своего боевого состава, а японцы — около четверти.

12 февраля 1905 г. 5-я и 1-я японские армии стремительно атаковали 1-ю армию генерала Линевича, начав Мукденское сражение. С 13 по 16 февраля по всему фронту русской 1-й армии шел жестокий бой. Конный отряд Ренненкампфа отразил наступление 5-й армии Казамуры, Иванов и Зарубаев сразу же остановили Куроки. Обе японские армии несли большие потери, а I армейский корпус генерала Мейндорфа легко отбил пытавшегося им помочь генерала Нодзу.


Японская артиллерия на походе. Маньчжурия. 1905 г.


Генерал Куропаткин направил в 1-ю армию 72-ю дивизию и снял с фронта 2-й армии I Сибирский корпус. Из-за наступления японцев русский главнокомандующий уже не помышлял о наступлении 2-й армии, хотя это был бы самый лучший способ оказать помощь атакованной 1-й армии. Забыв о своем первоначальном плане, Куропаткин предлагал перейти в наступление уже не правофланговой армией, а левофланговой — на 1-ю японскую армию генерала Куроки. Но 16 февраля выяснилось, что 3-я армия генерала Ноги двинулась долиной реки Ляохэ на Синминтин. Одновременно 2-я армия генерала Оку атаковала 2-ю русскую армию генерала Кульбарса. В бой пошла «ударная группа» японских армий…

Осознав опасность, Куропаткин приказал Линевичу вернуть во 2-ю армию I Сибирский корпус и стал поспешно вводить в бой пачками свой последний резерв — XVI корпус. О наступлении Куропаткин больше и не думал, а лишь пассивно отражал удары японцев. Растерявшись, колеблясь, многократно меняя свои решения, русский главнокомандующий выдергивал тут батальон, там — два, здесь — полк, составлял из этих собранных «с бору по сосенке» частей отряды и немедленно бросал их в бой под командой случайных начальников, не давая им определенной задачи и даже не ориентируя как следует.


Генерал Оку


С 17 по 22 февраля бесследно исчезли, растворившись в отрядах, все корпуса и даже все дивизии 2-й русской армии. Появились отряды: генералов Мылова, Церпицкого, Гернгросса, Топорнина, фон дер Лауница и еще масса совсем мелких отрядов, которыми зачастую командовали штаб-офицеры. 2-я армия генерала Кульбарса перевела свои силы на правый берег Хуньхэ, отбиваясь от наступавших частей 2-й армии генерала Оку, и преградила 3-й армии генерала Ноги путь на Мукден.

22 февраля в ходе кровопролитного боя под Юхуантуном был сломлен наступательный порыв генерала Оку, а 23 февраля при Тхенитуне ударом отрядов Церпицкого и Гернгроса 3-я японская армия была остановлена. Русская 25-я пехотная дивизия под Юхуантуном полностью уничтожила японскую бригаду генерала Намбу. Из 4800 японцев уцелели лишь 550. Но и растерявшийся Кульбарс оставил здесь 36 батальонов. Намбу со своими шестью батальонами отвлек, таким образом, на себя силы, в шесть раз превосходящие. В бою при Тхенитуне русские взяли два японских орудия и шесть пулеметов, но сильная песчаная буря помешала развитию успеха.

Японское наступление захлебнулось. Тогда 24 февраля 1-я армия генерала Куроки прорвала фронт русской 1-й армии под Киузаном (в промежутке между I армейским и IV Сибирским корпусами). В образовавшийся прорыв хлынули японские гвардия и 12-я дивизия, направив удар на тылы русской 3-й армии. Этот прорыв оказался роковым. У генерала Линевича было двойное превосходство (80 батальонов против подставивших свой фланг 40 японских батальонов), но он и не подумал контратаковать, направив все силы на то, чтобы отступить «в полном порядке». Линевич умудрился так разбросать свои силы, что, несмотря на двойное превосходство, русские везде оказались в меньшинстве. Слабый отряд Левестами (9 рот) принял на себя удар целой японской дивизии. Песчаный ураган, дувший русским в лицо, скрыл подход японских частей. Вообще под Киузаном у русских было три отряда, действовавших без всякой связи друг с другом.


3-дюймовая горная пушка обр. 1904 г. на позиции. Маньчжурия, 1905 г.


Вечером 24 февраля генерал Куропаткин подписал приказ об общем отступлении.

Положение 3-й русской армии по обе стороны железной дороги было критическим: атакованная армией Нодзу и обойденная армией Куроки, она рисковала оказаться «в мешке». Трудными арьергардными боями 25 и 26 февраля 2-я и 3-я русские армии обеспечили себе отход, совершавшийся в невероятно трудных условиях. Так, на северовосточной окраине Мукдена японцы захватили скопившиеся обозы, включая обоз штаба II Сибирского корпуса.

9 марта генерал Линевич телеграфировал царю: «Обнаружено, что во время паники у Мукдена из рядов армии потоком потекли на север к Харбину, частью при обозах, а большей частью поодиночке, около 60 тысяч нижних чинов, преимущественно запасных. Таковой повальный уход солдат из армии в тыл за всю мою 50-летнюю службу я встречаю первый раз, и простите, Ваше Величество, что Вас огорчаю, но не считаю возможным скрыть столь неслыханное явление».

Потери русской армии по официальным данным.[80]



Всего русские потеряли убитыми, ранеными и пропавшими без вести 1977 офицеров и 87 446 нижних чинов. Вся тяжесть боя легла на долю пехоты (97 % потерь).

Орудий было потеряно: во 2-й армии — 22, в 3-й армии — 10. Пулеметов всего потеряно четыре.

В других изданиях приводятся другие цифры русских потерь. Так, А.А. Керсновский пишет о 58 оставленных орудиях.

Одним из трофеев японцев стала кровать русского главнокомандующего Куропаткина, которую победители отправили в Японию и выставили в музее.

25 февраля царь записал в дневнике: «Опять скверные известия с Дальнего Востока: Куропаткин дал себя обойти и уже под напором противника с трех сторон принужден отступить к Телину. Господи, что за неудачи. Имел большой прием. Вечером упаковывали подарки офицерам и солдатам санитарного поезда Алике на Пасху».


Примечания:



7

Болгурцев Б. Стратегическая ошибка князя Горчакова. СПб: Гангут. Выпуск 5. 1993.



8

Подробнее об этом см.: Широкорад А.Б. Русско-турецкие войны. Минск: Харвест; Москва: ACT, 2000.



79

Керсновский А.А. История русской армии. Т. 3. С. 75.



80

Военная энциклопедия. Т. XVI. с. 474.





 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх