Глава 33

Выход Италии из войны

18 июля 1943 г. Гитлер внезапно предложил Муссолини встретиться на следующий день на севере Италии. 19 июля в 8 ч 30 мин утра дуче прилетел на аэродром Тревизо (в 30 км к северу от Венеции). Встреча с Гитлером состоялась в Вилла Гаджиа. Муссолини в своих воспоминаниях писал: «Переговоры начались почти сразу; на них присутствовали фюрер, я, помощник секретаря Бастианини, послы фон Макензен и Альфрери, начальник итальянского Генштаба Амброзио, маршал Кейтель, генерал Ринтелен, генерал Варлимонт, полковник Монтесемоло и другие менее важные персоны. Фюрер начал свое выступление в 11 часов дня. Он открыл свою речь ясным и систематизированным резюме, в котором говорилось о положении с сырьем и необходимости отстаивать территории, на которых имелись сырьевые запасы. Затем он перешел к вопросу о военно-воздушных силах, их развертывании, нынешних и будущих возможностях. Перейдя к сражению, которое происходило на Сицилии, он пообещал отправку новых пополнений, особенно артиллерии и пехоты.

Выступление фюрера продолжалось уже в течение полутора часов, когда в комнату вошел офицер. Он был взволнован и бледен. Извинившись, он подошел ко мне и сказал: „В настоящий момент Рим подвергается жестокому воздушному налету“. Это известие, о котором я сообщил фюреру и присутствующим, произвело сильное и тяжелое впечатление. Во время продолжившегося выступления фюрера новости о налете на Рим все еще поступали. Затем между мной и Гитлером произошел разговор, во время которого я подчеркнул необходимость оказания дальнейшей помощи Италии. Мы продолжили нашу беседу на обратном пути — в машине, а затем в поезде. Расставаясь с Гитлером, я сказал ему: „У нас общее дело, фюрер!“

В 5 часов самолет фюрера взлетел с аэродрома в Тревизо. Полчаса спустя я отправился в Рим. Еще до того, как мы пролетели над горой Соракте, Рим предстал перед нами окутанным огромной черной тучей. Это поднимался дым от сотен горящих вагонов на железнодорожной станции Литторио. Мастерские аэропорта были разрушены. Летное поле, покрытое воронками от бомб, было выведено из строя. Пролетая над Римом из Литторио в Ченточелле, мы увидели, что налет был сильным и нанесенный ущерб огромным»[218]. Замечу, что бомбардировки жилых кварталов Рима не были ни ошибкой, ни случайностью.

Ряд итальянских генералов через Швейцарию связались с разведками западных стран и вели тайные переговоры о капитуляции Италии.

В королевской семье главной заговорщицей стала жена наследника престола Умберта Мария Жозе Бельгийская, дочь короля Альберта I. Ее родной брат, бельгийской король Леопольд III, стал фактическим пленником немцев. Мария люто ненавидела немцев и в сентябре 1942 г. через Ватикан вступила в контакт с разведками Англии и США. Однако ее свекор Виктор Эммануил колебался.

И вот, чтобы повлиять на короля и население Италии, американские ВВС произвели варварскую бомбардировку Рима, где практически отсутствовали военные объекты. Мало того, значительная часть города принадлежала нейтральному государству Ватикан. Бомбардировка Рима получила название «Кросспойнт». Утром 19 июля город бомбили 362 американских «летающих крепости» Б-17 и Б-24, а во второй половине дня их сменили 300 бомбардировщиков Б-26 и Б-24. Погибло около 3 тысяч мирных жителей, а еще около 6 тысяч получили ранения[219].

Вернувшись в Рим, Муссолини отправился к Виктору Эммануилу, чтобы доложить ему о встрече с Гитлером. «Я нашел короля хмурым и озабоченным. „Ситуация напряженная, — сказал он. — Так больше продолжаться не может. Сицилия теперь отошла к Западу. Немцы перехитрят нас. Дисциплина в войсках упала. Летчики из Чиампино бежали до самого Веллетри во время налета. Они называют это „рассредоточением“. Я следил за налетом с Вилла Ада, когда пролетело множество самолетов. Но я не думаю, что там было 400 машин, как они утверждают, скорее раза в два меньше. Легенда о Священном городе разрушена. Немцев необходимо поставить перед дилеммой…“

Это составляло суть нашего разговора. Он был последним»[220].

Руководство фашистской партии во главе с Дино Гранди потребовало от дуче собрать Большой Фашистский Совет, не созываемый с 1939 г. 24 июля Совет был созван, и на нем большинством голосов (12 против 7) была принята резолюция, требовавшая отставки Муссолини и передачи всей исполнительной власти королю.

На следующий день Муссолини был вызван к королю. Если верить Муссолини, Виктор Эммануил сказал: «Мой дорогой дуче, дела обстоят неважно. Италия разваливается на части. Сознательность армии упала до предела. Солдаты больше не хотят сражаться. Альпийские полки распевают песню, в которой есть слова о том, что они больше не хотят воевать за Муссолини… Вы, конечно, не можете строить иллюзий в отношении того, как к вам относятся итальянцы. В настоящий момент вы самый ненавистный человек в Италии. Вы не можете рассчитывать больше чем на одного друга. И у вас действительно остался лишь один друг — это я. Вот почему я говорю вам, что вы не должны опасаться за свою безопасность, о которой я позабочусь. Думаю, что сейчас для руководства больше всего подходит маршал Бадольо. Он начнет формировать правительство экспертов исключительно с административными целями и для продолжения войны. А через шесть месяцев будет видно. Весь Рим уже в курсе резолюции Большого совета, и все ждут перемен»[221]. Король нагло врал. Англо-американцы поставили обязательным условием перемирия с Италией выдачу им Муссолини.

На выходе из королевского дворца Муссолини был арестован. Оттуда его тайно перевезли в казарму карабинеров на окраине города, а потом на корвете «Персефона» доставили на остров Понца, где поселили в небольшом домике в рыбачьем поселке.

26 июля было образовано правительство во главе с 72-летним маршалом Пьетро Бадольо. Напомню, что Бадольо имел титул герцога Аддис-Абебского и в 1936–1937 гг. был вице-королем Эфиопии.

В июле 1943 г. представители итальянского военного командования вступили в Лиссабоне в переговоры с союзниками. Президент Рузвельт колебался, стоит ли иметь дело с заговорщиками, свергнувшими Муссолини. У Черчилля таких сомнений не существовало. В письме к Рузвельту британский премьер открыто заявлял: «Моя позиция заключается в том, что теперь, когда Муссолини и фашисты ушли, я готов взаимодействовать с любой итальянской властью, которая приносит пользу».

В первые дни августа переговоры перенесли из Лиссабона в Сицилию.

27 июля Рузвельт представил итальянскому правительству условия перемирия в случае капитуляции Италии. Эти же условия повторил генерал Эйзенхауэр. 1 августа он предупредил по радио итальянское правительство, что если оно будет тянуть с капитуляцией, то Италия подвергнется интенсивной бомбардировке союзной авиации.

Ведя переговоры с союзниками о капитуляции, Бадольо 28 июля отправил Гитлеру секретную телеграмму, где клялся в верности и обещал продолжать войну.

С 8 по 16 августа 1943 г. британская бомбардировочная авиация произвела массированные ночные налеты на Милан и меньшими силами на Турин и Геную. В Милане было уничтожено и повреждено несколько сотен промышленных предприятий, 59 школ и 40 церквей, полностью разрушено около 1500 жилых зданий, 1700 зданий получили сильные повреждения.

Еще более мощные удары по Италии нанесли американские «летающие крепости».

19 августа 1943 г. союзные ВВС начали опробованные за две недели до этого на Гамбурге круглосуточные бомбардировки городов Италии.

И 3 сентября в городке Кассибле (Сицилия) итальянский генерал Каапеллано подписал условия капитуляции, предъявленные союзниками.

Американское командование запланировало 8 сентября высадить на четырех аэродромах в районе Рима 82-ю воздушно-десантную дивизию. А 3 сентября через Мессинский пролив из Сицилии в район Реджен-ди-Каламбрия высадились две пехотные дивизии из 8-й британской армии. Итальянские войска не оказывали англичанам сопротивления.

На переговорах в Кассибле было достигнуто соглашение о том, что 8 сентября союзное командование и итальянское правительство объявят по радио об общих условиях перемирия. Союзники спешно готовили аэродромы, расположенные в Ливии, Киренаике, на Кипре и в Сицилии, на которые по условиям перемирия должны были прибыть итальянские самолеты.

Утром 8 сентября маршал Бадольо отправил союзникам телеграмму, где утверждал, что «численность немецких войск в Риме и его окрестностях настолько велика, что он не может гарантировать безопасность аэродромов в районе Рима, и, поскольку воздушно-десантная дивизия не может высадиться на них, он не может объявить о перемирии до тех пор, пока не будет успешно завершена высадка морского десанта союзников»[222].

Союзное командование забеспокоилось, и тогда генерал Эйзенхауэр нарушил условия соглашения с итальянским командованием и сам в 18 ч 30 мин 8 сентября объявил по радио об условиях перемирия. Теперь весь мир ждал подтверждения этому из Рима. И вот в 19 ч 45 мин Бадольо объявил о безоговорочной капитуляции Италии.

А что же делал король?

Престарелый Виктор Эммануил смертельно боялся всех и вся — немцев, итальянских фашистов и коммунистов, а еще больше — американской «военной администрации». И тогда в окружении короля был придуман хитроумный план — отправить короля с семьей и министрами на итальянский остров Маддалена, находящийся вблизи пролива Бонифачо, разделяющего острова Корсика и Сардиния. Остров расположен в 2–3 км от Сардинии и в 18–20 км от Корсики. Таким образом, небольшой курортный город Маддалена должен был стать столицей королевства Италия.

Из военно-морской базы Специя в ночь с 8 на 9 сентября 1943 г. в порт Чивитавеккья, в 50 км от Рима, вышли эсминцы «Вивальди» и «Да Ноли», которые должны были забрать королевское семейство и доставить его на Маддалену.

Кроме того, в Маддалену должны были прибыть основные силы итальянского флота, базировавшегося на Специи. Итальянские военные и придворные рассудили, что король и министры на Маддалене будут недоступны как немцам, так и союзникам. Соответственно, англо-американцам придется признать королевскую власть, чтобы облегчить себе боевые действия на Апеннинском полуострове.

Серьезным препятствием для реализации этого плана было требование союзников, чтобы все боеспособные итальянские корабли немедленно шли на Мальту под контроль англо-американского флота. Но командовавший кораблями в Специи адмирал Карло Бергамини решил обмануть союзников. В 3 часа ночи 9 сентября 1943 г. итальянский флот вышел из военно-морской базы Специя и направился к Мальте. Но на сей раз итальянцы шли не на перехват британского конвоя, а сдаваться союзникам. Италия вышла из войны. Флот состоял из линкоров «Рома», «Витторио Венето», «Италия» (бывший «Литторио», переименован 15 июля 1943 г.); легких крейсеров «Эугениоди Савойя», «Дука д'Аоста», «Дука дельи Абруцци», «Гарибальди», «Монтекукколи», «Реголо» и восьми эсминцев. Причем линкоры были наиболее сильными кораблями итальянского флота, их полное водоизмещение составляло 46 тыс. т каждый.

Вот как об этом дипломатично говорится у официального историка британского Адмиралтейства С. Роскилла: «Вскоре после восхода солнца наш [то есть английский. — А.Ш.] разведывательный самолет обнаружил итальянские корабли; они следовали предписанным нами курсом. Между тем накануне начальник штаба ВМС Италии адмирал де Кортен намеревался запросить у союзников разрешение следовать с флотом в Маддалену вместо Мальты, потому что в это время итальянское правительство надеялось перебраться на Сардинию. В действительности такого запроса сделано не было, но вполне возможно, что адмиралу Бергамини по телефону сказали, что такой вариант рассматривается союзниками. Поэтому днем 9 сентября итальянский главнокомандующий, видимо по собственной инициативе, изменил курс следования своего флота для прохода между Корсикой и Сардинией, направляясь на Маддалену. Наш разведывательный самолет доложил об изменении курса, и это явилось полной неожиданностью для союзного командования»[223].

В 15 ч 40 мин 9 сентября флот шел параллельно западному берегу Корсики, и уже показались берега Маддалены. И тут наблюдатели обнаружили одиннадцать самолетов, идущих над эскадрой на высоте около 5 км. Идентифицировать принадлежность самолетов не удалось. Позже командиры кораблей утверждали, что приняли самолеты за английские. Но особого значения это не имело — даже если это и были германские бомбардировщики, вероятность попадания авиабомбы с высоты 5 км в движущийся на большой скорости корабль была ничтожно мала.

Но вдруг в 15 ч 41 мин в палубу линкора «Рома» под углом 15° к нормали, то есть почти вертикально, попала бомба. Корабль получил тяжелые повреждения, но сохранил боеспособность с несколько уменьшившимися запасами плавучести и остойчивости.

Но, увы, этим дело не ограничилось. Ровно через 10 минут вторая бомба и тоже почти по нормали попала в палубу полубака «Ромы» между второй башней главного калибра и носовой 152-мм башней левого борта. Бомба пробила броневые палубы и взорвалась в нижней средней части носового машинного отделения, разрушив броневую защиту погреба артиллерийского боезапаса калибра 152 мм, который сдетонировал. Этот взрыв вызвал, в свою очередь, детонацию погребов боезапаса главного калибра № 2 и № 1. (Всего около 700 т боезапасов.)

Очевидцы наблюдали подброшенную взрывом вверх и вращавшуюся в воздухе башню главного калибра весом 1400 т. Корабль потерял ход, полностью прекратилась подача электроэнергии, район носового машинного отделения и погребов был затоплен, возник сильный пожар. Над носовой частью линкора поднялся столб черного дыма на высоту нескольких сот метров. Корабль получил дифферент на нос и стал медленно погружаться. Несмотря на усилия команды по борьбе за живучесть, в 16 ч 18 мин «Рома» переломился и затонул. Вместе с линкором на дно отправилось 1253 итальянских моряка, включая и адмирала Бергамини.

Второй линкор «Италия» также получил прямое попадание бомбы, но «Италии» повезло — бомба попала в носовую часть линкора, пробила корпус и разорвалась уже в воде. Корабль остался на плаву.

Самолеты улетели, а итальянский флот изменил курс и вместо Маддалены пошел на Мальту. 10 сентября корабли, включая поврежденный линкор «Италия», благополучно дошли до Ла-Валетты.

Получив известие о гибели «Ромы», король напугался и вместо Чивитавеккья бежал из Рима на юг Италии в порт Бриндизи, где и сдался союзникам. Маршал Бадольо и ряд генералов бежали из Рима в порт Пескару, где на корвете «Байонете» переправились в Сицилию.

9 сентября, на рассвете, американская 36-я дивизия и английские 46-я и 56-я пехотные дивизии высадились на побережье между Салерно и Агрополи.

Итальянские ВВС с гораздо меньшим энтузиазмом встретили весть о капитуляции. Лишь около 300 итальянских боевых самолетов перелетели на аэродромы союзников. Всех их союзное командование отправило в Северо-Западную Африку — «от греха подальше».

Между тем уже 8 сентября немецкий главнокомандующий генерал-фельдмаршал Альберт Кессельринг объявил на всей оккупированной итальянской территории военное положение, угрожая смертной казнью за любое действие, квалифицируемое как потенциальный саботаж.

Гитлер узнал о смещении дуче в ночь на 26 июня и уже днем поручил начальнику отдела диверсий зарубежной разведки СД гауптштурмфюреру Скорцени освободить Муссолини. А общую разработку операции проводил командующий парашютно-десантными частями генерал Курт Штудент.

Но где же дуче? Скорцени безрезультатно искал его на острове Маддалена, на небольшом островке у острова Эльда и в ряде других мест.

К этому времени итальянцы перепрятали Муссолини в горнолыжный отель «Кампо императоре», расположенный на вершине горы Гран-Сассо в Абруццких Апеннинах в центральной части Италии. Добраться туда можно было только по единственной подвесной канатной дороге. Отель охранял отряд из двухсот карабинеров, которым было приказано в случае попытки освобождения узника застрелить его. А пока Скорцени искал дуче, германские парашютисты под командованием полковника Вальтера Герике выбросились с парашютами около расположения командного пункта итальянской армии. Им удалось захватить 30 генералов и 150 офицеров. Бадольо, как уже говорилось, едва успел унести ноги.

После нескольких стычек десантники из 2-й парашютной дивизии заняли Рим и разоружили итальянский гарнизон.

Наконец-то Скорцени получил достоверные сведения о местонахождении Муссолини. В отель, где находился дуче, как уже говорилось, можно было попасть лишь по канатной дороге. И тогда Штудент и Скорцени разработали следующий план: 12 сентября 1943 г. в 7 часов утра планеры должны были приземлиться на верхнем плато, а десантники одновременно занять станцию подъемника в долине. Для операции выделили 12 транспортных планеров DFS. 23 °C-1 с аэродромов на юге Франции. Каждый такой планер мог перевозить девять десантников.

Затем Скорцени вместе с лейтенантом Карлом Радлем проработали детали операции, а именно: расстояние, оснащение людей, точки приземления каждого планера. В состав группы вошло 120 человек: Скорцени, его 17 диверсантов, итальянский генерал Солетти, который должен был приказать командиру карабинеров сложить оружие, 90 парашютистов и 12 пилотов. Помимо этого были сформированы еще два отряда. В задачу первого отряда входил захват станции подъемника в долине, а второй отряд должен был освободить семью Муссолини, которую новое правительство держало под домашним арестом.

Позже Муссолини так описывал свое спасение: «Было ровно 2 часа дня, когда я, сидя у открытого окна, увидел, что в сотне метров от здания сел планер. Четыре или пять человек в хаки вышли из него, быстро собрали два пулемета и затем двинулись вперед. Несколько секунд спустя другие планеры сели в непосредственной близости, и люди из них повторили тот же самый маневр. Мне и в голову не приходило, что это могут быть англичане. Для них не было никакой необходимости затевать такое рискованное предприятие, чтобы переправить меня в Салерно. Была объявлена тревога. Все карабинеры и полиция выбежали из ворот „Рефьюдж“ с оружием в руках и приготовились отразить нападение. В это время лейтенант Файола вбежал в мою комнату и строго потребовал: „Закройте окна и сидите тихо“.

Вместо этого я остался у окна и увидел, что подошла еще более многочисленная группа немцев, которая захватила фуникулер, поднялась и сейчас решительно двигалась плотной группой от станционной площади к гостинице»[224].

Скорцени подошел к Муссолини и сказал: «Дуче, меня послал фюрер. Вы свободны». «Я знал, я был уверен, что мой друг Адольф Гитлер не оставит меня в беде», — ответил Муссолини.

Теперь встал вопрос о том, как эвакуировать дуче. Ехать на автомобиле около 150 км по неконтролируемой немцами территории было рискованно. Первоначально Скорцени планировал вывезти Муссолини на вертолете «Фокке-Ахгелис» Fa.223, но в последний момент тот вышел из строя. Вскоре вертолет разбился в районе Монблана, и оба летчика погибли.

Тогда на маленькое плато недалеко от отеля сел легкий самолет «Физелер-Шторх» («Аист»), пилотируемый капитаном Герлахом — личным летчиком генерала Штудента. Через час «Физелер-Шторх» приземлился на аэродроме Практика-ди-Маре, где их ждали три бомбардировщика Хе-111, доставившие пассажиров в Вену.

Через день Скорцени и Муссолини прибыли в Мюнхен, где дуче встретился со своей семьей. Из Мюнхена Муссолини отправился в ставку фюрера в Восточной Пруссии, где 15 сентября и состоялась встреча обоих вождей.

После переговоров с фюрером Муссолини под германской охраной отправился в Ломбардию. Там в маленьком курортном городке Сало на живописном берегу озера Гарда Муссолини 23 сентября 1945 г. объявил о низложении Савойской династии и основании Социалистической республики Италия. Вскоре Сало стал столицей этой республики. Демагог Муссолини пообещал установить в Италии власть трудящихся и отобрать землю у помещиков.

Поначалу Муссолини собирался созвать Учредительное собрание, но позже решил ограничиться проведением съезда неофашистской партии, который состоялся в Вероне в ноябре 1943 г. Дуче лично не присутствовал на съезде, а лишь направил делегатам письменное послание: «Народ снова с оружием в руках должен сражаться за нашу республику — социальную, то есть фашистскую, в первоначальном значении Революции».

Фашисты пообещали итальянцам созвать после окончания войны Учредительное собрание. Для участия трудящихся в контроле над производством на предприятиях должны быть созданы ассамблеи, которые изберут советы управления из представителей администрации, техников и рабочих. На съезде также обсуждался вопрос об экспроприации необрабатываемой земельной собственности и создании на ней кооперативов. Сроки создания советов управления не указывались, для этого требовался специальный декрет Муссолини. Фактически же вся власть в занятой немцами части Италии принадлежала генерал-фельдмаршалу Альберту Кессельрингу, командующему германскими войсками на Средиземноморском театре военный действий. Все фабрики и заводы находились под контролем немцев, и на них распространялись правила, действовавшие в Германии. Большая часть добываемого сырья и продовольствия отправлялась в рейх. На занятой немцами территории Италии был введена обязательная трудовая повинность, отклонявшихся от которой судил военный трибунал. Тысячи итальянцев принудительно отправлялись на работу в Германию.

Роль Ватикана в событиях 1943–1944 гг. до сих пор окутана тайной. С одной стороны, близкие к Пию XII лица участвовали в заговоре против Муссолини, а с другой — активно сотрудничали с немцами на оккупированной ими территории в Северной и Средней Италии. Чтобы не быть голословным, приведу выдержки из стенографии допроса германского генерал-лейтенанта Рейнера Штагеля, проведенного 25 августа 1945 г. в Москве.

Р. Штагель: «Все важнейшие учреждения, а также дороги и площади в Риме находились под контролем подчиненных мне воинских частей. Имевшие место в Риме акты саботажа и партизанских выступлений в окрестностях города мне удалось быстро подавить с помощью Ватикана.

Вопрос: Расскажите подробно о вашей связи с Ватиканом.

Ответ: 10 сентября 1943 года мне поступило указание из оперативного штаба верховного командования вооруженными силами взять на себя обеспечение безопасности Ватикана. Учитывая большой авторитет римско-католической церкви в Италии, я решил использовать полученный приказ в целях выполнения собственной задачи — подавления движения сопротивления в Риме.

Обменявшись мнениями с германским послом в Ватикане фон Вецзекер[225], я, по его совету, установил неофициальный контакт с патером Панкрациус[226] — руководителем католического ордена сальваторианцев, по национальности немцем и попросил его информировать меня о возможных трениях между католическим духовенством и подчиненными мне германскими солдатами для принятия соответствующих мер. Во время наших встреч часто присутствовал начальник экономического управления Ватикана, кардинал Канали. Мне без труда удалось убедить обоих священников в том, что подавление „беспорядков“, то есть борьба с итальянскими партизанами, является мероприятием обоюдно выгодным для немецких властей и Ватикана.

В итоге нами было заключено неофициальное устное соглашение, одобренное папой Пием XII, согласно которому германское командование в моем лице обязывалось полностью обеспечивать безопасность Ватикана, выделять охрану для подвоза продовольствия, а также возместить все убытки, причиненные германскими солдатами частной собственности представителей Ватикана. Руководство Ватикана со своей стороны обязывалось соответствующим образом проинструктировать духовенство на местах, дабы оно повлияло на прихожан в целях прекращения сопротивления германским военным властям…

По указанию папского нунция, подчиненные ему священники стали проповедовать в церквях более активную помощь немецким властям и агитировать за отказ от актов диверсий, как неугодных Богу. Кроме того, в целях индивидуальной обработки прихожан, широко использовалась исповедь. Результатом всех этих мероприятий явилось почти полное прекращение актов диверсий в Риме и резкое уменьшение активности партизан»[227].

Поначалу наступление союзников в Южной Италии развивалось относительно успешно. 1 октября 1943 г. британская 7-я танковая дивизия заняла Неаполь. Теперь у союзников появилась реальная возможность быстрыми темпами победоносно закончить итальянскую кампанию. Немецко-итальянские части отступали по всему фронту. 6 октября американская 5-я армия вышла к реке Вольтурно, а английская 8-я армия подошла к Термоли. Таким образом второй этап наступления союзников в Италии был завершен. Оставалось только осуществить третий этап — захватить Рим.

Однако 10 октября войска генерал-фельдмаршала Кессельринга заняли оборону на «линии Густава», которая представляла собой несколько укрепленных позиций, рассредоточенных в глубину и опиравшихся в восточной части полуострова на реку Сангро, а в западной части — на реку Карильяно. На этой линии фронт стабилизировался до конца января 1944 г.

К началу 1944 г. на «линии Густава» находились 10-я германская армия (девять дивизий, из которых пять пехотных, две танковые и две моторизованные). Для охраны побережья и для борьбы с итальянскими партизанами в Северной Италии дислоцировалась 14-я армия (шесть пехотных и одна моторизованная дивизия). Средняя численность каждой дивизии составляла 8–9 тыс. человек. Для поддержки этой группировки имелось около 400 самолетов.

Англо-американские войска в Италии (5-я американская и 8-я английская армии) были объединены в 15-ю группу армий, в состав которой входили шестнадцать пехотных, две бронетанковые и одна воздушно-десантная дивизия, а также четыре отдельные танковые бригады. Все соединения и части союзников были полностью укомплектованы. Так, английская пехотная дивизия по штатам того времени насчитывала 17 941 человека, а американская пехотная дивизия — 13 412 человек.

Для действий в Италии и прилегающих районах союзники имели около четырех тысяч самолетов, а их военно-морские силы в Средиземном море включали в свой состав более трех тысяч судов различных типов.

Во второй половине января 1944 г. англо-американское командование спланировало крупную десантную операцию на западном побережье Италии недалеко от Рима. Части американской 5-й армии должны были высадиться в двух небольших портах Анцио и Неттуно на западном побережье Италии и захватить Альбанские холмы, что обеспечило бы обход с фланга оборонительных позиций противника в районе Кассино, через который проходили шоссейная и железная дороги в Рим. Тогда появлялась возможность избежать фронтального прорыва союзниками этих позиций, считавшихся неприступными.

Но 2 февраля немцам удалось остановить наступление англо-американцев. А через две недели Кессельринг начал контрнаступление и почти прижал десант к морю.

Спасая десантные силы, союзники начали наступление на «линию Густава». Ожесточенные бои развернулись за господствующие высоты в районе монастыря Монте-Кассино.

На монастырь наступал 6-й американский корпус. Оборону Монте-Кассино держали два батальона 4-й парашютной дивизии. 11 февраля 1944 г. американские 34-я и 326-я (Техасская) дивизии и 4-я индийская дивизия попытались овладеть Кальварио и Кассино в ходе общего штурма. «Они не добились успеха и понесли огромные потери. Достаточно сказать о бойне, которой подвергся весь американский 142-й полк на склонах Монте-Кассино.

Урон, понесенный союзниками в первом сражении, привел к приостановлению боевых действий. В период затишья генерал Александер удовлетворил просьбу генерал-лейтенанта Фрейберга подвергнуть бомбовому удару сам монастырь. 15 февраля 229 бомбардировщиков (включая 142 Боинга В-17) сбросили несколько сотен тонн бомб на древнюю святыню, превратив в руины ее толстые стены. По иронии судьбы, результат вышел прямо противоположным тому, который ожидали союзники, стремившиеся лишить немцев возможности использовать монастырь как оборонительную позицию. Разрушив монастырь, они выдали немцам карт-бланш на превращение руин в объект обороны, что те и сделали, с пользой задействовав многочисленные подземные тоннели и катакомбы. С 15 по 18 февраля 4-я индийская и 2-я новозеландская дивизии предприняли попытку взять монастырскую гору Монте-Кальварио и железнодорожную станцию Кассино, однако встретили яростный отпор, вызвавший большие потери, особенно индийской дивизии, ряды которой на склоне буквально выкосили парашютисты-пулеметчики»[228].

И вот 15 марта 1944 г. союзники отправили на Монте-Кассино 600 бомбардировщиков, значительную часть которых составляли «Летающие крепости», и сбросили 1400 тонн бомб. Тем не менее германские парашютисты продолжали удерживать Монте-Кассино до 18 мая, а затем отступили к Риму.

Лишь 4 июня союзники вступили в Рим, оставленный без боя немцами. Затем англо-американские войска, преодолевая сопротивление противника, с боя очень медленно начали движение на север и к 25 июля достигли рубежа Анкона — Сансеполькро — река Арно. К середине августа союзники подошли к «Готской линии». В конце августа они начали наступление на центральном участке фронта, прорвали «Готскую линию» (на этом участке глубина ее составляла 4–5 км) и в октябре вышли на рубеж Равенна — Фаэнца — Вергато. Дальнейшее наступление союзников в Италии было прекращено до весны 1945 г.


Примечания:



2

Почему я привел именно этот пример? Ну, во-первых, дабы показать, что в Ватикане с X века мало что изменилось, а во-вторых, поскольку оная сестра хорошо описана в книгах нашего резидента. О ней мы еще поговорим.



21

Цит. по: Норвuч Дж. История Венецианской республики. С. 191–192.



22

В результате сложных придворных интриг в Византии императора Иоанна VI сменил император Иоанн V.



218

Муссолини Б. Мемуары 1942–1943. М.: Эксмо, 2004. с. 97–98



219

В других источниках приведены иные данные. Минимальная цифра — около двух тысяч убитых и раненых.



220

Муссолини Б. Мемуары 1942–1943. с. 99.



221

Муссолини Б. Мемуары 1942–1943. с. 138.



222

Ричардс Д., Сондерс Х. Военно-Воздушные силы Великобритании во Второй мировой войне (1939–1945). М.: Воениздат, 1963. С. 431.



223

Роскилл С. Флот и война. М.: Воениздат, 1974. Т. III. с. 169–170.



224

Муссолини Б. Мемуары 1942–1943. С. 210.



225

Речь идет о немецком дипломате Эрнсте фон Вайцзеккере.



226

Так в тексте, речь идет о патере Панкретиусе Пфеффере, руководителе Сальваторианского Ордена Екклезиаста. Патер Панкретиус выступил посредником в организации встречи в мае 1944 г. папы Пия XII с высшим руководителем СС и полиции в Италии обергруппенфюрером СС К. Вольфом, который по приказу рейхсфюрера СС Г. Гиммлера и бригадефюрера СС В. Шелленберга искал возможности установления контактов с союзниками.



227

Россия. XX век. Документы. Генералы и офицеры вермахта рассказывают… Документы из следственных дел немецких военнопленных 1944–1951. / Составит. В.Г. Макаров, B.C. Христофоров. М.: Международный фонд «Демократия», 2009. С. 395–396.



228

Макнаб К. Парашютисты III рейха. М.: Эксмо, 2005. С. 117–119.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх