№45. ПРОТОКОЛ ДОПРОСА ПОДПОЛКОВНИКА М. БРАУНА


5 мая 1950 г.

Москва


Браун М., 1893 года рождения, уроженец гор. Фрайзинг (Бавария), немец, беспартийный, происходит из семьи крестьянина, с высшим военным образованием, бывший подполковник германской армии.


Допрос начат в 11 ч. 30 мин.


Вопрос: После окончания первой мировой войны в деятельности каких-либо политических партий или организаций Германии вы принимали участие?

Ответ: Да. Летом 1919 года я вступил в «Союз бывших офицеров 18-го баварского полка»[354], а позднее примкнул к национал-социалистическому движению.

Вопрос: Что представлял из себя «Союз бывших офицеров 18-го баварского полка»?

Ответ: Это была легальная организация, созданная с ведома германского правительства и объединявшая в своих рядах офицеров резерва и кадровых офицеров германской армии, служивших ранее в 18-м баварском пехотном полку. В Германии было создано в этот период времени большое количество подобных организаций.

«Союз бывших офицеров 18-го баварского полка» представлял из себя товарищеское объединение офицеров резерва и кадровых офицеров с целью поддержания связи с германским рейхсвером, хранения и передачи боевых традиций молодому поколению военнослужащих, а также для оказания помощи семьям офицеров 18-го баварского пехотного полка, погибших на фронте.

Однако основной целью, которую преследовало германское командование, создавая союзы бывших офицеров, а также союзы унтер-офицеров и рядовых различных полков, являлась организация нелегального учета военнообязанных, способных носить оружие и готовых в случае войны пополнить германский рейхсвер.

Принимая во внимание тот факт, что военно-призывные пункты в Германии согласно условиям Версальского мирного договора в то время были запрещены, вышеуказанные союзы сыграли значительную роль в деле организации учета военнообязанных в Германии.

В 1925 году и в последующие годы, когда германское командование, нарушив Версальский мирный договор, нелегально призывало в германскую армию под видом вольнонаемных служащих большое количество офицеров резерва и военных специалистов, эти союзы принимали активное участие в подборе необходимых для увеличения армии специалистов и офицеров, играя роль посредников между Верховным командованием и отдельными штабами и частями германского рейхсвера.

Вопрос: В чем заключалась ваша работа в этой организации?

Ответ: Являясь членом «Союз бывших офицеров 18-го баварского полка» я посещал вечера воспоминаний и собрания этой организации, на которых обсуждались различные вопросы, касавшиеся внутреннего и международного положения Германии, платил членские взносы и выписывал бюллетени, издаваемые союзом.

Вопрос: В нелегальной подготовке кадров для германской армии вы, как член союза, принимали участие?

Ответ: Нет. К нелегальной подготовке кадров для германского рейхсвера союз, в котором я состоял, не имел никакого отношения.

Вопрос: При каких обстоятельствах вы примкнули к национал-социалистическому движению в Германии?

Ответ: Будучи слушателем нелегально созданной германским командованием Военной академии в городе Мюнхене, являвшимся родиной национал-социализма, откуда фашистские идеи распространялись на всю Германию, я под влиянием национал-социалистической пропаганды стал посещать вместе с женой митинги и собрания, устраиваемые национал-социалистической партией, на которых выступали с пропагандистскими речами Гитлер и его подручные.

Постепенно я превращался по своим внутренним убеждениям в национал-социалиста и стал одобрять большинство пунктов программы этой партии.

Вопрос: Следовательно, вы поддерживали преступную политику гитлеровской партии, направляемую к подготовке и ведению захватнических войн?

Ответ: Да. Вынужден признать, что я являлся сторонником преступной реваншистской и милитаристской политики национал-социалистической партии, направленной к подготовке и ведению агрессивных войн, целью которых являлся захват чужих земель и народов.

Я был также сторонником борьбы с Версальским мирным договором, и стоял за создание сильной, хорошо вооруженной немецкой армии, способной вести захватническую войну.

Однако я прошу принять во внимание, что я был против расовых законов национал-социалистической партии, а также не одобрял войну против Советского Союза.

Вопрос: Выше вы признали, что поддерживали преступную гитлеровскую политику, направленную к разжиганию новой войны. Какова же причина вашего несогласия с гитлеровским планом вооруженного нападения на Советский Союз?

Ответ: Хотя я и не был другом Советского Союза, я как военный специалист гитлеровской армии, исходя из возможностей выигрыша Германией войны против Советского Союза понимал, что война с целью реванша и установления мирового господства, в том числе война против Советского Союза, восстановят против гитлеровской Германии ряд государств Западной Европы и Америки, что приведет Германию к необходимости вести войну на два фронта, которая может лишь означать для Германии полное поражение.

Исходя их этих военных расчетов, я был противником войны против Советского Союза, хотя своей деятельностью на протяжении ряда лет способствовал осуществлению преступной гитлеровской политики, направленной к подготовке вооруженного нападения и ведения войны против Советского Союза.

Вопрос: Однако в процессе следствия вы неоднократно старались показать себя другом Советского Союза и, в частности, на допросе 20 февраля 1947 года даже заявили, что, находясь в 1941 году на пресс-конференции у германского посланника в Румынии Киллингера в присутствии германских дипломатов осмелились заявить, что не верите немецким данным об уничтожении германскими летчиками советской авиации. Какую цель вы преследовали, давая подобные показания?

Ответ: Я должен признать, что на прошлых допросах скрывал от следствия свою принадлежность к числу сторонников национал-социализма и, в то же время старался представить себя другом Советского Союза, рассчитывая при этом повлиять смягчающе на решение вопроса по моему делу. Мои показания относительно, якобы, сделанного мною заявления о советской авиации на пресс-конференции у германского посланника в Румынии Киллингера, являются вымыслом.

Вопрос: Будучи сторонником национал-социализма, когда вы вступили в ряды гитлеровской партии?

Ответ: Военнослужащим германского рейхсвера было запрещено вступать в политические партии Германии, в том числе в национал-социалистическую партию.

Я, конечно, мог вступить в национал-социалистическую партию нелегально, как это сделали некоторые офицеры Баварского рейхсвера, однако, в 1922—[19]23 годах я еще окончательно не решил связать себя с гитлеровской партией, а Мюнхенский путч в 1923 году, к подавлению которого я имел отношение, значительно испортил отношения ко мне со стороны национал-социалистов.

Вопрос: Известно, что после первой мировой войны в Германии и, особенно в провинции Бавария, возник ряд реваншистских организаций фашистского типа. Вы лично состояли в какой-либо из этих организаций?

Ответ: Скрывать не буду. Я действительно состоял ранее членом немецкой националистической организации «Имперский флаг» (Рейхсфлагге)[355].

Вопрос: При каких обстоятельствах вы в нее вступили?

Ответ: Как я уже показал ранее, в 1922—[19]23 годах я обучался в Военной академии Генерального штаба в Мюнхене. Национал-социалистическая партия, милитаристские круги Германии вели в то время усиленную пропаганду, направленную к тому, чтобы поднять патриотические чувства немецкого народа на борьбу с Версальским мирным договором и подготовку реванша за поражение в первой мировой войне.

Я разделял национал-социалистические взгляды относительно создания сильной, хорошо вооруженной армии, способной обеспечить Германии реванш и, поэтому, когда капитан рейхсвера Баварии Рём, являвшийся в то время одним из приближенных Гитлера, создал в 1921 году в гор. Мюнхен реваншистскую военную организацию «Имперский флаг», я добровольно вступил в нее.

Вопрос: Какие задачи ставил перед собой «Имперский флаг»?

Ответ: Название организации «Имперский флаг» является символом возрождения сильной германской армии. Официально «Имперский флаг» именовался патриотической организацией, на самом же деле это была не только патриотическая, а, главным образом, реваншистская организация, на базе которой позднее национал-социалистической партией были созданы штурмовые отряды (СА).

Создавая «Имперский флаг» Рём поставил перед его руководством задачу вовлечь в эту организацию, прежде всего, молодежь из интеллигентской мелкобуржуазной среды, а также бывших военнослужащих с тем, чтобы нелегально обучать их военному делу и, затем в случае войны, призвать в германскую армию. Для того, чтобы сблизить «Имперский флаг» с германской армией — рейхсвером в эту организацию вовлекались также кадровые военнослужащие рейхсвера.

Перед «Имперским флагом» стояла задача пробудить в немецком народе патриотизм и реваншистские идеи и поднять немцев на борьбу с Версальским мирным договором. Одной из задач «Имперского флага» являлась охрана собраний и митингов национал-социалистической партии, причем, когда присутствовавшие на митингах или собраниях выступали с протестами или выражали недовольство фашистскими речами национал-социалистических ораторов, охрана из «Имперского флага» приходила на помощь национал-социалистическому руководству и, пуская в ход палки и ножки от стульев, заставляла молчать, а иногда и разгоняла непослушную публику.

Всю свою работу по вовлечению в организацию новых членов и распространение националистических, реваншистских идей среди немецкого населения «Имперский флаг» проводил путем индивидуальных бесед; каких-либо крупных политических собраний «Имперский флаг» не устраивал.

Осуществлявшаяся германским правительством нелегальная подготовка так называемого «черного рейхсвера» также способствовала распространению влияния «Имперского флага» на реваншистские настроения населения, т.к. члены «Имперского флага», обучавшиеся вместе с другими немцами в «черном рейхсвере» вовлекали последних в ряды своей организации.

Вопрос: Какую работу вы проводили, являясь членом «Имперского флага»?

Ответ: Будучи назначен после окончания Военной академии на должность командира 2-й роты в 19-й пехотный полк рейхсвера в гор. Мюнхене, я руководил нелегальной военной подготовкой членов «Имперского флага», которые вместе с другими немцами обучались военному делу по линии «черного рейхсвера» при моей роте.

Во время пребывания в академии я фактически никакой работы как член «Имперского флага» не вел, т.к. после моего добровольного вступления в эту организацию обер-лейтенант Мюллер Курт, являвшийся доверенным лицом Рёма по вербовке новых членов в «Имперский флаг» среди слушателей Военной академии, хотя и сказал мне, чтобы при случае завербовал кого-либо из своих знакомых в эту организацию, однако, зная, что я сильно загружен учебой сказал, что основная работа по линии «Имперского флага» мне и моим товарищам по академии предстоит после окончания последней.

Несомненно, что, вовлекая в «Имперский флаг» слушателей академии Рём рассчитывал на то, что, будучи направлены в различные части рейхсвера после окончания академии, мы поможем ему распространить влияние «Имперского флага» на германский рейхсвер.

Я состоял в рядах «Имперского флага» до 9 ноября 1923 года, т.е. до того момента, когда эта организация была распущена баварским правительством после неудачной попытки свергнуть вместе с национал-социалистической партией правительство Баварии и установить фашистскую диктатуру.

Вопрос: Сколько человек было вами завербовано в «Имперский флаг»?

Ответ: Хотя я и имел разговор с несколькими знакомыми мне офицерами относительно «Имперского флага», однако, я никого не завербовал в эту организацию.

Вопрос: Покажите о вашем участии в нелегальной подготовке Германии новой захватнической войны?

Ответ: Вскоре после подписания Версальского мирного договора германское правительство и Верховное командование рейхсвера начали нелегальную подготовку к реваншу за поражение в первой мировой войне.

Англо-французские контрольные органы в Германии, которые должны были обеспечить проведение германским правительством демилитаризации в стране и не дать возможности германскому командованию совместно с реваншистскими и милитаристскими кругами Германии подготовить новую агрессию, попустительствовали германским милитаристам, проводившим в широком масштабе нелегальную подготовку военных кадров и их вооружения для предстоящей войны.

Одним из действий германского правительства, грубо нарушающих условия Версальского договора являлась тайная военная подготовка так называемого «черного рейхсвера», который насчитывал свыше 100 тыс. человек, и играл роль резерва официально существовавшего 100 тыс. рейхсвера в планах германских империалистов, направленных к подготовке новой агрессивной войны. Германское правительство, создавая «черный рейхсвер», рассчитывало также, что его можно будет использовать для подавления революционного движения рабочего класса Германии.

Другим действием германского командования, направленным против Версальского мирного договора, являлось укрывательство оружия, боеприпасов, снаряжения и обмундирования, создание тайных складов с оружием и боеприпасами, которые были необходимы для возрождения германской армии в интересах подготовки войны.

Подготовка кадровых военнослужащих 100-тысячного рейхсвера, который был создан с ведома стран Антанты, также являлось нарушением Версальского мирного договора, т.к. германское правительство поставило перед руководством рейхсвера задачу готовить лишь унтер-офицерский состав с тем, чтобы после окончания службы не иметь ни одного рядового военнослужащего. Тем самым германское правительство подготавливало заранее унтер-офицерский состав для предстоящей войны.

Начиная с 1922 года я активно участвовал в подготовке империалистической Германией новой агрессивной войны и, в связи с этим причастен к нарушению условий Версальского мирного договора.

Вопрос: В чем конкретно выразилось ваше участие в подготовке войны?

Ответ: Как я уже показал на прошлом допросе, в 1922 году я принимал участие в составлении строго секретных мобилизационных планов, необходимых германскому командованию для подготовки войны. В последующие годы, когда я закончил Военную академию и командовал 2-й ротой 19-го пехотного полка рейхсвера в гор. Мюнхене, я руководил нелегальной подготовкой «черного рейхсвера». Под моим руководством одновременно обучалось военному делу в течение двух месяцев свыше 100 человек немцев, являвшихся студентами и представителями других сословий, причем часть из них, как я уже показал выше, составляли члены реваншистской военной организации «Имперский флаг».

Обучение «черного рейхсвера» проводилось мною тайно, два раза в неделю в казарме, которую занимала моя рота. В летние месяцы, когда части рейхсвера выезжали в лагеря и на учебные полигоны, подготовка «черного рейхсвера» прекращалась. За время своего пребывания командиром 2-й роты 19-го пехотного полка рейхсвера в гор. Мюнхене с октября 1923 по сентябрь 1926 года мною было нелегально обучено военному делу свыше 300 человек немцев, которые должны были пополнить германскую армию в случае войны.

Я виновен также в укрывательстве оружия, боеприпасов, снаряжения и обмундирования, что являлось нарушением Версальского мирного договора и проводилось мною в связи с подготовкой Германией новой войны. Будучи командиром 2-й роты 19-го пехотного полка, я спрятал в одном из нежилых помещений близ нашей казармы, а также в католическом монастыре в окрестностях гор. Мюнхена 10 станковых пулеметов, свыше 100 винтовок, 10 пистолетов и несколько тысяч штук патронов.

По моему указанию военнослужащие роты содержали это оружие в полном порядке и периодически чистили и смазывали его для того, чтобы использовать в будущем для вооружения армии. Кроме того, в одном из помещений казармы нелегально укрывал 400 комплектов военного снаряжения и обмундирования.

Нелегальная подготовка кадров для германской армии, а также укрывательство оружия, боеприпасов, снаряжения и обмундирования осуществлялись мною по приказу германского командования и были связаны с проводившейся по всей Германии подготовки к новой войне.

В 1927—[19]30 гг., будучи начальником связи 8-го пехотного полка рейхсвера в гор. Франкфурт-на-Одере, я принимал активное участие в подготовке германским командованием нападения на Польшу. Германское правительство вскоре после подписания Версальского мирного договора начало кампанию, направленную к насильственному отторжению от Польши Польского коридора[356], который отошел от Германии по условиям Версальского мирного договора.

В связи с наблюдавшимся в то время обострением отношений между Польшей и Германией из-за Польского коридора, германское командование начало систематически проводить под большим секретом военные маневры на польской границе с целью подготовки нападения на Польшу. Я, как начальник связи полка, при нападении на Польшу должен был обеспечить связь с вышестоящими штабами, частями, участвовавшими в прорыве польской границы, а также с пограничными охранными полками, которые должны были сыграть большую роль при вторжении германских войск на польскую территорию.

Пограничные охранные полки, сформированные нелегально из местного населения пограничных районов, строили укрепления на польской границе, занимались разведкой польской территории, охраняли немецкую границу от проникновения польских разведчиков и, при вторжении германских войск на польскую территорию должны были провести немецкие ударные группы на территорию Польши, так как они хорошо знали местность.

Имея в распоряжении четыре взвода связи, оснащенные различными техническими средствами связи, я в течение ряда лет готовил своих связистов к быстрым и безупречным действиям по установлению связи и передаче боевых приказов и сообщений из действующих частей в вышестоящие инстанции при подготавливаемом Германией нападения на Польшу. Для более тщательной подготовки связи полка к нападению на Польшу, я нанес все линии связи с различными штабами и командными пунктами на карту, составленную нелегально на основании данных германской авиаразведки.

Впоследствии, как я узнал от своего знакомого полковника Диттель[357], служившего ранее вместе со мной в 8-м пехотном полку рейхсвера и принимавшего в 1939 году участие в вооруженном нападении на Польшу, вторжение германских войск на польскую территорию осуществлялось согласно плана, который нами тактически подготавливался и отрабатывался во время военных маневров на польской границе в 1927—[19]30 гг.

Вопрос: Какие-либо секретные задания командования, связанные с подготовкой Германией новой войны вам в это время приходилось выполнять?

Ответ: Да, мне неоднократно приходилось выполнять задания командования, связанные с проводившейся германским командованием подготовкой к новой войне.

Вопрос: Покажите о них подробно.

Ответ: В 1926 году, будучи командиром роты учебного батальона 8-го пехотного полка рейхсвера в гор. Люббен близ Берлина, я получил секретное задание командования возглавить нелегальную подготовку офицеров резерва по курсу современной тактики в гор. Сенфштенберг, в районе каменноугольного бассейна восточнее Берлина.

Нелегальная подготовка офицеров резерва, начавшаяся в то время по всей Германии, преследовала своей целью обучение современной тактике и военному искусству бывших офицеров германской армии и проводилась в связи с подготовкой Германии к новой войне. Я лично подготовил только по курсу современной тактики около 30 офицеров резерва, которые в случае войны должны были пополнить ряды германской армии.

Являясь преподавателем тактики и военной истории в военной школе в гор. Дрездене я, как владеющий итальянским языком, получил в 1932 году от начальника школы полковника Лист секретное задание обучить необходимым знаниям итальянского языка 20 курсантов-летчиков, которые должны были по договоренности с Италией получить практическую летную подготовку на аэродроме в гор. Турине и затем возвратиться в Германию.

Получая это секретное задание от Лист, я был им строго предупрежден о необходимости сохранения в секрете порученного мне дела, т.к. германское командование, начав тайно создавать авиацию и готовить летные кадры с целью подготовки новой войны, грубо нарушило международные договоры. В течение 1 1/2 месяцев я обучал этих курсантов примитивному разговорному языку, и затем они нелегально выехали в Италию.

Насколько я помню некоторых из этих курсантов я обучал также тактике, хотя в то время совершенно не знал, что они должны будут стать офицерами германской авиации, которую Германии было запрещено иметь по условиям Версальского мирного договора.

В том же 1932 году по секретному заданию Верховного командования я выезжал в Берлин для участия в качестве переводчика в переговорах между сотрудниками секретного Химического отдела по подготовке химической войны штаба германского Верховного командования и делегацией сотрудников Химического отдела Военного министерства Италии приглашенных в Германию в связи с итало-германским военным сотрудничеством для ознакомления с состоянием подготовки Германией химических средств к войне.

В течение недели я участвовал в качестве переводчика в переговорах между итальянцами с одной стороны и начальником секретного Химического отдела по подготовке химической войны полковником Окснер и его сотрудниками с другой, а также переводил для итальянской делегации доклады немецких военных специалистов-химиков о различных отравляющих веществах, имевшихся в распоряжении немцев, о способах их применения в войне, о химическом оборудовании, необходимом для использования этих веществ, а также о способах оказания помощи пострадавшим от отравления газом, об обезвреживании отравленной химическими веществами местности, и о защите от отравляющих веществ лошадей.

Проводившаяся секретным Химическим отделом германского командования нелегальная подготовка к химической войне являлась грубым нарушением условий Версальского мирного договора и в связи с этим порученное мне Верховным командованием задание носило строго секретный характер.

Каких-либо других особых поручений, связанных с подготовкой новой войны, я от командования не получал.


Допрос окончен в 17 ч. 15 мин.


Протокол с моих слов записан правильно, и мне прочитан в переводе на немецкий язык.

БРАУН


Допросил: сотрудник Следотдела 2 Гл[авного] упр[авления] МГБ СССР старший лейтенант СМИРНИЦКИЙ

ЦА ФСБ России. Д. Н-20839. В 4-х тт. Т.2. Л.218—217. Подлинник. Рукопись.



Примечания:



3

Die deutschen Kriegsgefangenen des Zweiten Weltkrieges. Bd. 11-VIII: Zur Geschichte der deutschen Kriegsgefangenen in der UdSSR. Mtinchen—Bielefeld, 1965—1971; Streit Ch. Keine Kameradon. Stuttgart, 1978; Blank A. Die deutschen Kriegsgefangenen in der UdSSR. Koln, 1979; Frieser K.-H. Krieg hinter Stacheldraht. Die deutschen Kriegsgefangenen in der Sowjet-union und das “Nationalkomitee Freies Deutschland”. Mainz, 1981; Lehmann A. Gefangen-schaft und Heimkehr. Deutsche Kriegsgefangene in der Sowjetunion. Mtinchen, 1986; Kamer S. Im Archipel GUPVI. Kriegsgefangenschaft und Intemierung in der Sowjetunion 1941 — 1956. Wien—Mtinchen, 1995; «Gefangen in RuBland». Die Beitrage des Symposions auf der Schalla-burg 1995. Graz—Wien, 1995; Kriegsgefangene — Военнопленные. Sowjetische Kriegsgefangene in Deutschland. Deutsche Kriegsgefangene in der Sowjetunion. Dtisseldorf, 1995; Chavkin B. Deutsche Kriegsgefangene in der Sowjetunion // Europaische Sicherheit. Hamburg — Bonn, 1995, № 11; Chavkin В. Die deutschen Kriegsgefangenen in der Sowjetunion 1941—-1955 // Forum fur osteuropaische Ideen und Zeitgeschichte. 1997, № 2. Советские и немецкие военнопленные в годы Второй мировой войны / Сост. В. Селеменев, Ю. Зверев, К-Д. Мюллер, А. Харитонов. Дрезден—Минск, 2004. Более полную библиографию немецких исследований по проблеме пребывания военнослужащих вермахта в советском плену см.: Мюллер К.-Д. Немецкие военнопленные. Современное состояние исследований и будущие перспективы // Советские и немецкие военнопленные в годы Второй мировой войны. С. 338—351.



35

Рейхсмаршал авиации 22 ноября 1942 г. заверил Гитлера, что проблема снабжения всем необходимым окруженной под Сталинградом 6-й армии будет решена люфтваффе. Командование 6-й армии сообщало, что необходимые ежедневные потребности группировки составляют не менее 700 тонн грузов (боеприпасы, снаряжение, обмундирование, продукты и т.п.). Геринг обещал фюреру, что люфтваффе будет ежедневно поставлять 500 тонн, в то время как командование ВВС считало, что в действительности транспортная авиация сможет перебрасывать лишь до 350 тонн. В целом по «воздушному мосту» армия получала ежедневно не более 100 тонн. В ходе операции по воздушному снабжению окруженной под Сталинградом 6-й армии германские ВВС потеряли 488 транспортных самолетов, что составляло две трети численности самолетов германской транспортной авиации. О невыполненном обещании Г. Геринга обеспечить снабжение по воздуху окруженной 6-й армии после войны писал генерал Г. Гудериан. См.: Гудериан Г., Опыт войны с Россией // Типпельскирх К., Кессельрынг А., Гудериан Г., и др. Итоги Второй мировой войны. Выводы побежденных. СПб.; М., 1998. С. 128.



354

Так в документе. Возможно, ошибка переводчика, так как в Мюнхене в данный период дислоцировались 19-й, 20-й и 21-й пехотные полки. Здесь и далее речь идет о 19-м Баварском пехотном полке.



355

«Имперский военный флаг» (нем. Reichskriegsflagge; RKF) — военизированная ветеранская пронацистская организация, созданная капитаном Э. Рёмом в Германии в начале 1920-х годов. В члены RKF зимой 1922 г. вступил будущий рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер. В ноябре 1923 г. члены RKF, объединившись с Гитлером и его соратниками, приняли участие в Мюнхенском путче. См.: Мэнвелл Р., Френкель Г. Знаменосец «Черного ордена». Биография рейхсфюрера СС Гиммлера. 1939-1945. М. 2006. С. 29-33.



356

Польский или Данцигский коридор — название полосы земли, полученной Польшей по Версальскому договору и дававшей ей доступ к Балтийскому морю.



357

Возможно, речь идет о начальнике штаба германской военной миссии в Румынии, полковнике генштаба Альберте Дитле.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх