Под стенами Сиракуз

(Д. П. Каллистов)

Афиняне долго и упорно вели осаду Сиракуз. Им удалось окружить город с суши и с моря. Они ввели свой флот в сиракузскую гавань, а со стороны суши окружили город осадной стеной. Сиракузяне отчаянно защищались, но их положение казалось безнадежным. Многие сицилийские города готовы были перейти на сторону афинян, а некоторые уже выслали им в помощь свои отряды. В самих Сиракузах все чаще раздавались голоса о безнадежности дальнейшего сопротивления. Уже были начаты переговоры с Никием об условиях сдачи, но в это время совершенно неожиданно и для сиракузян, и для афинян положение резко изменилось.

Спарта направила в Сицилию крупный отряд под командованием опытного полководца Гилиппа. Гилиппу удалось захватить несколько афинских укреплений, а затем прорваться в осажденный город. Настроение сиракузян резко изменилось. Теперь уже афинянам нечего было думать о том, чтобы взять город со стороны суши. И на море афинянам не удалось добиться решающих успехов.

Уныние охватило афинян. После отозвания Алкивиада и смерти Ламаха, убитого в начале похода, командование перешло к Никию. Противник сицилийской экспедиции с самого начала, нерешительный по натуре, Никий окончательно потерял надежду на успех. Он отправил в Афины народному собранию малодушное письмо. «Получилось так, — писал он в этом письме, — что не мы осаждаем других, а сами ими осаждены». Никий просил народное собрание отозвать войска из Сицилии или выслать крупное подкрепление и деньги. Ссылаясь на болезнь, он просил освободить его от командования.

Письмо Никия пришло в Афины в трудный момент: спартанцы вторглись в Аттику и заняли Декелею. Днем и ночью афинские граждане должны были находиться на страже у стен своего города; ежедневно происходили стычки с врагом. И все же афинское собрание, обсудив письмо Никия, не освободило его от командования и не отозвало своих войск из Сицилии. Чтобы довести дело до конца, было решено послать новый отряд кораблей и новые войска в Сицилию под командованием опытного и энергичного полководца Демосфена.

Но пока Демосфен собирал силы и готовился к отплытию, в Сицилии произошло еще одно сражение, неудачное для афинян. Семь афинских кораблей были потоплены, некоторые серьезно повреждены, афиняне потеряли много воинов. После этой победы сиракузяне прониклись твердой уверенностью, что одолеют афинян и на суше, и на море. К этому времени вся Сицилия, за исключением нейтрального города Акраганта, была уже на стороне Сиракуз. Военные неудачи оттолкнули сицилийских греков от афинян.

Новое поражение самым пагубным образом сказалось на афинянах. Многие месяцы, полные опасностей и лишений походной жизни, истощили их силы. С часу на час можно было ожидать нового нападения врага, грозившего полностью их уничтожить. У большинства афинских моряков и воинов уже не было веры не только в победу, но и в возвращение на родину. Но в один тягостный для афинян день на море появился многочисленный флот. Когда эскадра приблизилась, стало видно, что это афинские корабли. Демосфен спешил к своим на помощь.

Сиракузяне и их союзники были поражены. Они знали, что спартанцы проникли в Аттику и угрожают Афинам. Как при таких условиях афиняне могли послать в Сицилию корабли и войско? Могущество Афин снова представлялось сиракузянам несокрушимым и силы их неистощимыми. Эскадра подошла к сиракузскому берегу. 73 богато разукрашенных афинских корабля вошли под звуки военной музыки в Большую гавань. На палубах кораблей стояли с оружием в руках афинские воины. Не считая многочисленных гребцов и матросов, с эскадрой прибыло около пяти тысяч тяжеловооруженных воинов и не менее трех тысяч копейщиков, лучников и пращников.

Афиняне воспрянули духом. Демосфен был полон решимости немедленно приступить к штурму. В афинском лагере знали, какое впечатление на противника произвело появление эскадры. Демосфен потребовал, чтобы афиняне тотчас же напали на врага и теперь же овладели Сиракузами, а если это не удастся, сняли осаду и отплыли домой.

Той же ночью афиняне сделали попытку захватить Сиракузы. Ярко светила луна. Афиняне подошли к передовым сиракузским укреплениям и быстро заняли их. Испуганные неожиданным ночным нападением, сиракузяне не смогли оказать сильного сопротивления. Афиняне продолжали быстро продвигаться вперед. Победа, казалось, уже была близка.

Но, преследуя отступающих врагов, афиняне расстроили свои ряды. В этот момент устремились в контратаку беотийские воины, недавно прибывшие из Греции на помощь Сиракузам. Завязалось яростное сражение. В лунном свете вырисовывались только темные силуэты сражающихся, трудно было распознать, кто свой, кто чужой.

Всех, кто двигался афинянам навстречу, они принимали за врагов. Наталкиваясь друг на друга и вступая друг с другом в схватки, афиняне растерялись. Постоянно выкрикивая свой пароль, они открыли его врагам. Среди афинян началась паника; вскоре под ударами неприятеля они побежали. В эту ночь афиняне потерпели решительное поражение.

Пришлось снимать осаду и отправляться домой. В афинском лагере был созван военный совет, на котором было решено обнести стеной небольшое пространство на берегу около стоянки афинских кораблей. За этой стеной останутся все больные и раненые (а их было немало!) с охраняющим их гарнизоном. Все остальные, способные держать в руках оружие, должны сесть на корабли и плыть на родину.

У афинян было еще 100 годных к плаванию кораблей. Но неприятельский флот преградил им путь. Прежде чем дать команду о посадке на корабли, Никий обратился к афинским воинам и морякам с краткой речью. «Вас, — сказал он, — ожидает борьба за жизнь и честь отечества. Не следует падать духом. Все зависящее от командования предусмотрено. Так как предстоит жаркая схватка с противником, все наши корабли снабжены железными абордажными крюками. Сцепившись при помощи крюков с неприятельскими кораблями, вы не должны отпускать их до тех пор, пока не перебьете врага на палубах. Ведь весь находящийся за нами берег, за исключением небольшого, обнесенного стеной пространства с нашим гарнизоном и ранеными, будет у врага. Вы должны помнить об этом и держаться до конца. Если нам не удастся победить врагов, с которыми мы здесь сражались, они немедленно пойдут на Элладу. Нашим братьям, оставшимся дома, тогда будет не под силу отразить и их, и тех, с кем они сейчас борются. На нас держится сейчас государство, на нас покоится великое имя Афин».

После этой речи Никий повел сухопутное войско к кораблям. Палубы наполнились тяжеловооруженными воинами, стрелками в метателями дротиков. Корабли снялись с якорей и поплыли к неприятельским судам, чтобы прорваться в открытое море. Сиракузский флот преградил им дорогу. Часть сиракузских кораблей находилась у заграждений, часть была расположена полукругом у гавани. Афиняне с первого же натиска начали одолевать. Но в этот момент сиракузяне и их союзники ударили по афинянам со всех сторон. Завязалась жаркая битва. Гребцы не жалели сил. Пока корабли сближались, находившиеся на их палубах воины метали друг в друга дротики, стрелы и камни. Затем началось рукопашное сражение.

На небольшом пространстве сгрудилось до 200 кораблей. Было так тесно, что на некоторых кораблях воины на одной стороне палубы нападали, а на другой сами подвергались нападению.

С берега сражение наблюдали оставшиеся афиняне и сухопутные сиракузские войска. Зрители были возбуждены не менее сражающихся. Все надежды афиняне теперь возлагали на свой флот: удастся ли ему прорваться из гавани? Неровности берега мешали всем одинаково видеть ход боя. Над толпой стоявших на берегу афинян носились возгласы радости и вопли отчаяния. Напряжение достигло крайней степени.

Тем временем сиракузяне напрягли все свои силы и, сделав еще один решительный натиск, опрокинули афинян. С громкими криками они преследовали их до берега. Уцелевшие в этой битве афиняне бросились искать спасения. Одни из них устремились к уцелевшей части укреплений, другие метались из стороны в сторону.

После этой последней неудачи у афинян оставался один выход — отступление по суше. Но афиняне и его не сумели использовать как следует; они выступили из лагеря только на третий день после морской битвы, когда сиракузяне успели занять все дороги.

Из лагеря вышло не менее сорока тысяч человек. Каждый нес на себе необходимые пожитки и скудный запас продовольствия. Даже тяжеловооруженные воины, вопреки обычаю, были вынуждены сами нести свои вещи и вооружение. Прислуживавшие им рабы давно уже перебежали к неприятелю. Никий делал все, чтобы поднять дух отступающего войска. Переходя от одной группы воинов к другой, он убеждал их не терять надежды на спасение. Отстающих и рассыпавшихся в беспорядке он снова собирал и выстраивал. То же делал и Демосфен.

Афиняне шли двумя отрядами: впереди отряд Никия, позади — Демосфена. Двигаясь на запад, они достигли реки. Здесь у переправы поджидали их выстроенные в боевой порядок сиракузяне. Афиняне быстро их опрокинули и, переправившись через реку, двинулись дальше на запад. Сиракузяне шли невдалеке. Время от времени к афинянам приближалась неприятельская конница, легковооруженные вражеские воины метали в них дротики. Поэтому афиняне продвигались медленно. В первый день отступления они сделали всего около 7 километров. На второй день, пройдя еще меньшее расстояние, афиняне расположились лагерем у селения. Здесь они намеревались пополнить запасы продовольствия и воды, так как дальнейший путь лежал через безводную местность. Сиракузяне прошли вперед и преградили им путь.

Когда на следующий день афиняне тронулись с места, на них напала неприятельская конница. Афиняне долго отбивались, а затем были вынуждены отойти к месту своей прежней стоянки. Рано утром они снова выступили. Теперь враг ни на минуту не оставлял их в покое. Всякий раз, когда афинянам удавалось потеснить его, сиракузяне отступали, с тем чтобы вновь напасть на задние ряды.

На пятый день отступления у афинян подошли к концу запасы продовольствия. В их рядах было много раненых. Стало ясно, что так дальше продвигаться нельзя. Когда стемнело и оба войска остановились на отдых, Никий и Демосфен, чтобы обмануть противника, приказали развести как можно больше костров, сами же снялись ночью и, круто изменив направление, быстро двинулись дальше.

Сиракузяне узнали об уходе афинян, только когда рассвело. Немедленно была организована погоня. Афиняне шли по-прежнему двумя отрядами. Отряд Никия ушел далеко вперед, отряд Демосфена, в котором было меньше дисциплины, отстал. Его-то и настигла сиракузская конница. Афиняне успели дойти до огороженного невысокой стеной места, засаженного редкими оливковыми деревьями. Сиракузяне не пошли на них в атаку, но, окружив со всех сторон, стали обстреливать стрелами и дротиками.

Целый день длился этот обстрел. К вечеру сиракузянам стало ясно, что израненные и измученные афиняне не способны уже к серьезному сопротивлению. Гилипп через глашатая предложил Демосфену сдаться. Заручившись обещанием, что никто из сдавшихся не будет умерщвлен, афиняне сложили оружие.

На следующий день сдался и Никий — после того как большая часть его отряда была перебита и после обещания Гилиппа пощадить оставшихся воинов.

Все пленные были отведены в город. Здесь их спустили в каменоломни. В небольшом, высеченном в скале помещении была страшная теснота. Днем афиняне страдали от жары, а когда начались осенние ночи — от холода. Они терпели жажду и голод. Среди пленных начали распространяться болезни, многие умерли, и трупы оставались лежать среди живых. Затем большинство пленных было продано в рабство. Никий и Демосфен были казнены. Гилипп, знавший прежде и уважавший Никия, хотел пощадить его, но в смерти Никия были заинтересованы те сиракузские рабовладельцы, которые прежде, во время успехов афинян, вели с ним тайные переговоры. Они поспешили избавиться от свидетеля своих изменнических планов.

Так бесславно окончилась сицилийская экспедиция. Долгое время в Афинах не могли поверить катастрофе в Сицилии. Погибла лучшая часть афинского войска и почти весь флот. Силы афинской морской державы были окончательно подорваны. Отдельные города стали безнаказанно выходить из Афинского морского союза, и афиняне уже не могли их удержать. Хотя война со Спартой длилась еще около десяти лет, сицилийская катастрофа предрешила поражение афинян.





 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх