Загрузка...



ПОДЪЕМ

ПОХОД ПРОТИВ ТУНИСА; ПРЕБЫВАНИЕ В ИТАЛИИ; ОСАДА МАРСЕЛЯ; ВОССТАНИЕ В ГЕНТЕ; ПОХОД ПРОТИВ АЛЖИРА; СЛУЖБА У НАСЛЕДНИКА ПРЕСТОЛА

Вначале Альбе выпало два спокойных года дома, которые он смог посвятить своим новым задачам в качестве главы рода. Вероятно, прежде всего он занимался воспитанием своего первенца. Но затем император призвал его к участию в новом походе против турок.

Удар, который герцог Альба впервые должен был нанести самостоятельно, направлен против Туниса. Папа уже давно подстрекал к войне с турками; поход против них являлся последовательным продолжением арагонско-кастильской политики и доказал испанцам, что император Священной Римской империи не пренебрегает их интересами.

Карл снарядил армию около 30 тысяч человек. Во главе ее в качестве своего заместителя он поставил генерала дель Васто; герцогу Альбе как полковнику было подчинено восемь тысяч солдат. Альба взял с собой своего брата Бернардино, а также пятилетнего сынишку. Однако жестокосердие герцога, который перед лицом предстоящих лишений не пожалел малыша, вызвало нарекание.

Сопровождаемый благословением папы и совершенно противоположными мыслями французского короля, который втайне вступил в сношения с турками, император отплыл в конце мая из Барселоны и в середине июня 1535 года достиг африканского побережья, где солдаты и высадились.

Ключевым пунктом для нападения на Тунис была крепость Ла-Гулетта, которая находилась в нескольких милях от того места, где прежде был Карфаген. Среди офицеров императора Альба выделялся особо. Теперь 28-летний герцог не упускал ни одной возможности продемонстрировать Карлу свои способности. Исход сражения завис на острие ножа, однако, в конце концов, крепость была завоевана, а 21 июля 1535 года захвачен и город Тунис. Карл торжественно въехал в город. Герцогу Альбе за его заслуги было вручено оружие его погибшего отца, которое обнаружили в крепости.

До времени тунисского похода подъем Альбы, в соответствии с идеями императора о роли его испанских грандов, проходил медленно. Однако теперь ускорился. С Карлом Альба возвратился в Италию и 22 августа высадился в Сицилии Там его постиг жестокий удар: его брат Бернардино умер от лихорадки

Карл сполна насладился своей победой. Куда бы он ни прибыл, в его честь устраивали праздники, триумфальные въезды, служили благодарственные мессы. В сообщениях об этом почти везде можно встретить и имя Альбы. Однако перед ним всегда стоит кто-нибудь другой — то Андреа Дориа, то герцог Беневентский, маркиз дель Васто, Фердинанд Гонзага, герцог Брауншвейгский. Однако его уже не обходят молчанием Он становится знаменитостью, глаза зрителей ищут его в свите императора, на него указывают друг другу.

Очевидно, если исключить смерть Бернардино Толедского, то период с сентября 1535 года по март 1536 года был счастливым временем и для императора и для герцога. В октябре они перебрались из Сицилии через Термини, Козенцу, Салерно в Неаполь, где Карл провел зиму. Его пребывание там скрасили великолепные празднества. К Пасхе он прибыл в Рим. И вновь началась тяжелая работа. Новым папой стал Павел III, который собирался изменить папскую политику последних лет, освободить ее от влияния императора и его планов церковной реформы и сблизиться в политическом отношении с французским королем. На второй день Пасхи Карл рассказал ему о своем горьком опыте отношений с Францией. Однако он предвидел, что ему вряд ли удастся склонить папу на свою сторону, и был полон решимости и без папской поддержки вновь попытать счастья, выступив с оружием в руках против Франции. Большинство генералов пытались его отговорить. Они были готовы занять и разграбить Пьемонт и Савойю, но вступление войск во Францию казалось им слишком опасным. Тем не менее его желание поддержали трое полководцев: самый усердный, старый де Лейва, Андреа Дориа и герцог Альба. Первым двоим принадлежит роковая идея осадить Марсель. Один Альба высказал по-настоящему конструктивную мысль: оставить Марсель в стороне, захватить богатый Прованс и продвигаться в направлении Лиона. В этом мнении его укрепила рекогносцировка в направлении Марселя, которую он осуществил, проезжая с императором из Рима через Сиену, Флоренцию, Лукку и Асти, вплоть до французской границы. Однако он не смог настоять на своем. Совет де Лейвы значил в то время больше, чем совет Альбы. Марсель был осажден, и Альба пережил первое в своей жизни крупное поражение испанского оружия. Сам он не принимал в этом участия, поскольку перед ним были поставлены задачи в Провансе, с которыми он справился. Поскольку действовали вопреки его совету, ему было нетрудно настоять на отступлении, тем более что де Лейва вовремя умер.

Несчастье других гораздо чаще, чем собственное счастье, становится залогом нашего успеха. Крах похода на Марсель, смерть де Лейвы и другие неудачи побудили Карла назначить герцога Альбу своим главным военным советником. Наконец-то герцог, несмотря на зависть окружающих, достиг того, к чему стремился. Наряду с министром Николасом Перрено де Гранвеллой и секретарем Лос-Кобосом Альба занял при дворе самое влиятельное место, которое только мог дать Карл. Он вправе был гордиться своими успехами, когда в декабре 1536 года вместе с Карлом возвратился в Испанию.

В течение двух последующих лет Испания и Франция — противники, вымотавшие друг друга войнами и подготовкой к ним, — вели мирные переговоры и наконец договорились о десятилетнем перемирии. Вскоре после этого состоялась встреча императора Карла с королем Франциском в Экемортесе, недалеко от устья Роны. Несмотря на перемирие обе стороны проявили недоверие. Советники короля Франциска отговорили его от посещения галеры Карла, а советники Карла на следующий день предостерегли своего императора от посещения на суше. Лишь один Альба считал ниже достоинства императора проявить недоверие или опасения. Хотя его и могут ждать неприятности, Карлу следовало рискнуть и сойти на сушу. Он принял совет, все прошло без сучка и задоринки, и хотя больше не достигли никаких договоренностей, личная неприязнь между двумя властелинами уменьшилась.

В середине июля Карл вновь прибыл в Барселону. Герцог Альба вначале отправился оттуда в свои владения, чтобы привести в порядок семейные дела и выдать замуж своих сестер. При дворе он появлялся лишь эпизодически. В конце года принимал участие в обсуждении нового похода против турок, предусматривавшего нападение на Константинополь, однако так же, как и другие, не поддержал этого плана.

Герцог Альба выказал много усердия. Он проявил себя как мудрый советник и храбрый солдат. Однако свойственных ему организаторских способностей, его искусства командовать и владения военной тактикой — именно этого его предыдущие достижения не выявили. Даже заняв свой пост, он не мог сразу же осуществить то, к чему чувствовал себя призванным. Вначале время было заполнено второстепенными делами, как, например, поездка в Фуэнтеррабиа, где Альба побывал на местах своих первых военных действий. Но затем он принял решение отправиться в Париж.

Когда король Франциск предложил императору проехать в Нидерланды, куда хотел поехать Карл, через Париж, Альба, как некогда в Экемортесе, высказался за то, чтобы, согласно рыцарским правилам, принять приглашение. В соответствии с этим Карл он и другие высокопоставленные лица проехали через Сеговию и Вальядолид к границе Франции, где были встречены высшим дворянством страны. Затем все отправились в замок Фонтенбло, построенный Франциском, а оттуда — в Париж. Турниры, карнавалы, балы заполнили новогоднюю неделю 1540 года. Во время торжественных обедов Альба сидел вместе с дофином, принцем Орлеанским, и кардиналами за столом императора и короля Франциска.

Разговоров на политические темы избегали, хотя речь и заходила о новых брачных проектах. Все протекало превосходно, и довольный приемом Карл отправился через Валансьенн в Брюссель вместе с Альбой, который получил самый ценный подарок после императора, — бриллиант стоимостью четыре тысячи дукатов. Самой важной задачей в Нидерландах было подавление восстания в Генте. Когда Альба впоследствии признался, что Карл из-за волнений в одном-единственном городе заспешил в дальние страны, а его сын Филипп не прилагает никаких личных усилий, даже когда целые страны охвачены восстанием, то это была только часть правды. Ибо Карл прибыл не только из-за Гента, но и из-за необходимости многое уладить в Нидерландах, а также в империи. Однако он считал своей первейшей обязанностью навести порядок в своем родном городе. Характерно, что после подавления восстания герцог Альба выступил за сооружение крепости, суровую кару, отмену привилегий и смертную казнь зачинщикам, что, впрочем, Карл отклонил. Вначале, правда, он назначил тяжелое наказание, но затем использовал свое присутствие, чтобы удовлетворить прошения о помиловании и смягчить суровость наказания. Альбу он тем временем отослал в Испанию с двумя новыми поручениями: герцог должен был позаботиться о военной защите Испании от турок и французов и сделаться наставником 1б-летнего сына Карла, Филиппа.

Альба занимался в большей степени военными делами, чем воспитанием Филиппа. Он неутомимо трудился, чтобы провести преобразования, необходимые любой армии, вооружить постоянную армию новейшим оружием и укомплектовать руководство не привилегированным, а обладающим необходимыми знаниями дворянством. В то время лишь небольшая часть солдат имела огнестрельное оружие. Альба был одним из первых, кто вооружил им кавалерию; он также позаботился о хорошем вооружении судов, поскольку раньше на борт, в основном, вкатывали обычные полевые пушки. Всего этого он добился, несмотря на большие трудности, в первую очередь финансовые, ибо оружие было дорогим, а Карл V ощущал нехватку средств как никто другой.

Самым трудным при таких обстоятельствах было поддержание дисциплины, особенно среди вельмож. Они прибывали с целой толпой обслуги, пажей, камергеров, поваров и дам. Тот, кого не устраивало распоряжение герцога об ограничении свиты, отсылался домой. Отослать всех — этого не мог потребовать даже сам Альба. Лишний багаж нужно было отправить назад, а оружие, которое охотно оставляли дома, нужно было везти с собой, как и артиллерию с боеприпасами.

Подготовка, проведенная Альбой, была большим достижением, однако судьбе было угодно, чтобы она стала практически напрасной, ведь Карл поставил задачу не только обороны страны, но и подготовки нового нападения на турок, которое оказалось неудачным На этот раз нужно было завоевать Алжир. Вероятно, виновата не постановка задачи, а момент, выбранный для ее осуществления. В середине октября 1541 года, когда погода была уже неблагоприятной, герцог получил приказ выйти в море.

Следуя приказу, Альба отправился на африканское побережье и там с пятью тысячами человек ожидал флот Карла. Однако когда Карл прибыл с двадцатью тысячами человек, осенние бури в течение нескольких дней не давали возможности высадиться на берег. Когда люди наконец высадились, бури воспрепятствовали выгрузке провианта и артиллерии. Голодным и беззащитным солдатам пришлось выдерживать натиск мавров. Буря усиливалась, удержать позиции было невозможно, и после трех мучительных дней войско вновь с трудом погрузилось на суда. От предприятия пришлось отказаться. На обратном пути ураган привел к новым жертвам; разбитый в пух и прах, Карл V достиг берегов Испании 1 ноября.

Роль герцога Альбы во время военных действий в Африке весьма незначительная. Он не был рядом с императором, когда принималось решение о нападении, не участвовал в командовании операцией, поскольку лишь часть испанской армии была высажена на берег. Он не давал команды возвращаться, поскольку Карл не назначал его руководить операцией. Лишь один голос прозвучал против — завоевателя Мексики Эрнана Кортеса. Он уже пережил трудности подобного рода, испытал большие опасности и нашел выход. Эрнан вызвался с частью войска в Африке вести войну на свой страх и риск. Однако Карл ответил вежливым отказом. Возможно, был упущен великий момент. Кортес умер шесть лет спустя, в ожесточении и, как Колумб, одиночестве.

Лишь один Альба вернулся, чтобы пожинать лавры. Его подготовка и строгость в отношении испанского дворянства нашли полное понимание у императора. Еще на побережье Алжира он получил высший пост королевства — верховного камергера.

Карл V сразу же учел неудачу своей экспедиции, за которой последовал ответный удар французов и турок в следующем году. Поэтому первой его заботой после возвращения стало укрепление северных границ Испании. При этом речь не могла идти ни о ком кроме Альбы. Лишь два месяца были отпущены герцогу для пребывания дома. В начале января, в разгар зимы, ему пришлось уехать, чтобы обеспечить необходимые приготовления. Его основное внимание было направлено на небольшую провинцию Руссильон и город Перпиньян, расположенные на Средиземном море, севернее Пиренеев.

Герцог заложил укрепления, обеспечил защиту границы и в самых важных пунктах разместил войска. Когда Карл послал прежнего начальника герцога времен Фуэнтеррабиа, дона Иникеса де Веласко, для поддержки, а возможно, и для контроля в Наварру, последний вскоре возвратился, заявив, что поскольку все так превосходно организовано, ему нечего было там делать.

В апреле 1542 года герцог вновь появился при дворе и занял в качестве советника по внешней политике первое место при наследнике престола, но уже через три месяца ему пришлось уехать: пришло известие о вступлении в Перпиньян французских войск под командованием дофина. В сопровождении Филиппа Альба прибыл на границу, где ему вначале удалось помешать дофину блокировать Перпиньян со всех сторон, а затем сдерживать французскую армию до самой осени, когда потоки дождя свели на нет все ее усилия.

Увенчанный новой славой, завоеванной на глазах будущего властителя, Альба возвращается домой и сопровождает двор в Барселону, Валенсию, Бургос и другие места, где все сословия приносили принцу как будущему королю присягу на верность. Когда в начале 1543 года Карл отбыл в Германию, Альба остался при Филиппе верховным комендантом всей Испании, защитником севера и побережий и военным советником. На состоявшемся в том же году бракосочетании Филиппа с португальской инфантой Марией он выполнял обязанности распорядителя и вместе со своей женой был свидетелем бракосочетания.









 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх