Глава IX

Любовь и ее место в жизни человека

Подавляющее большинство людей относится к чувству любви несколько странным образом: с одной стороны, любовь – главная тема поэзии, романов и пьес; с другой – это чувство почти полностью игнорируется большинством известных социологов, и не было еще случая, чтобы любовь учитывалась как фактор при разработке экономических или политических реформ. Я не считаю такое отношение справедливым и рассматриваю это чувство как одно из самых важных в жизни человека. Я считаю любую общественную систему порочной, если в ней возможно какое-либо вмешательство в свободное развитие этого чувства.

Любовь, если понимать это слово в его точном смысле, не означает той или иной половой связи, но лишь такую, когда проявляется большой эмоциональный подъем, который влияет как на психологию, так и на физиологию влюбленных. Степень этого эмоционального подъема может быть сколь угодно высокой. И все– таки этот подъем, пример которого мы находим в «Тристане и Изольде»1, не противоречит жизненному опыту бесчисленного множества мужчин и женщин.

Способность выразить этот эмоциональный подъем в художественной форме редка, но само чувство, по крайней мере в Европе, отнюдь не редко. Впрочем, оно больше наблюдается в одних обществах, чем в других, и это связано – как мне кажется – не с этическими особенностями, но скорее с традициями и общественными институтами. В Китае любовь – редкое явление, и о ней историки говорят лишь в тех случаях, когда плохого императора обманывала негодяйка наложница. Для китайской культуры характерны неодобрительное отношение к сильным эмоциям и строгое правило, чтобы человек при любых обстоятельствах подчинялся велениям рассудка. Это отдаленно напоминает первую половину XVIII в. Мы, имеющие опыт Великой Французской революции, романтического движения и опыт Великой войны, уже осознали, что рассудок не играет в нашей жизни роль повелителя, как на это надеялись мыслители времени королевы Анны2. Да и рассудок сам по себе стал выглядеть предателем в процессе создания психоанализа. В современной жизни существуют три сверхрассудочные деятельности это религия, война и любовь. Но разница между ними в том, что любовь не противоречит рассудку – разумный человек может наслаждаться ею, не теряя рассудка. По причинам, которые уже были рассмотрены в первых главах, в современном мире существуют в каком-то смысле враждебные отношения между религией и любовью. Я не считаю их непреодолимыми; просто они обусловлены тем фактом, что христианская религия – в отличие от некоторых других – упорно поддерживает аскетизм.

Но в современном мире у любви есть враг гораздо более опасный, чем религия, для которого евангелием являются работа и экономический успех. Часто можно услышать, особенно в Америке, что любовь не должна мешать карьере, и если она кому-то мешает, то этот человек глупец. Однако здесь, как и в других вопросах, необходимо стремиться к достижению равновесия. Было бы глупо, хотя в некоторых случаях это может показаться героическим поступком, полностью пожертвовать карьерой ради любви; но было бы не менее глупо – и в этом нет ничего героического – полностью пожертвовать любовью ради карьеры. Тем не менее такое случается – и при том неизбежно – в обществе, организованном на принципе всеобщей погони за деньгами. Посмотрите на жизнь обычного бизнесмена, например, в Америке. Сразу после окончания юности все его мысли и вся его энергия устремлены на достижение финансового успеха. Пока он еще молод, он удовлетворяет свои половые потребности, посещая время от времени проституток; наконец он женится, но все его интересы лежат в другой плоскости, чем интересы его жены, и между ними никогда не возникают по-настоящему интимные отношения. Он, усталый, поздно приходит домой из своего офиса; рано утром, когда жена еще спит, уезжает на работу; в воскресенье он играет в гольф, чтобы быть физически крепким, так как это необходимо, чтобы успешно делать деньги. Все, что интересует его жену, кажется ему таким женским, что он не хочет разделять ее интересы, хотя в принципе одобряет их. Для незаконной любви у него просто нет времени – впрочем, как и для законной, – и он лишь во время деловых поездок иногда посещает проституток. Его жена остается сексуально холодной, и это ничуть не удивительно, поскольку он никогда не ухаживает за ней. Подсознательно он все время живет с чувством неудовлетворенности, но не знает, откуда оно у него. Он забывает об этом чувстве во время работы или же когда с садистским вниманием следит за боксерским матчем, или принимает участие в кампании преследования левых радикалов. Его жена, которая тоже испытывает чувство неудовлетворенности, борется со скукой, поддерживая второсортную культуру; оставаясь верной своему мужу, она участвует в преследовании тех, кто живет благородно и духовно свободным. Так сексуальная неудовлетворенность оборачивается и у мужа и у жены ненавистью к человечеству, которая маскируется под выражение общественного мнения и высокую мораль.

Эти несчастливые судьбы обязаны своим происхождением неверной концепции сексуальной потребности. Апостол Павел полагал: единственное, что соединяет людей в браке, – это половые отношения, и эта точка зрения была в основном поддержана христианскими учениями о морали. Моралисты были так ослеплены своей ненавистью к сексу, что уже не могли видеть лучшую сторону половых отношений. В результате те, кто воспринял их учение в молодости, из-за своей слепоты уже не могли реализовать свои лучшие возможности,

Любовь есть нечто гораздо большее, чем желание совершить половой акт; она есть главное средство избежать одиночества, чувства, которое гнетет большинство мужчин и женщин в течение почти всей жизни. В глубине души многие люди испытывают страх перед этим холодным миром и жестокостью толпы; но вместе с тем в их сердцах живет и страстное стремление к нежности и любви, которое мужчины скрывают под грубостью, хамством и хулиганскими выходками, а женщины под сварливостью и неуживчивостью. Страстная взаимная любовь – пока она длится – кладет всему этому конец, она разрушает твердую оболочку нашего ego и создает новое единство, которое включает в себя и другое существо. Природа создала человеческие существа не для того, чтобы они жили в одиночестве. Если бы это было так, они не смогли бы продолжать свое биологическое существование, для которого необходима связь и взаимопомощь одного с другим. Вообще гуманные, воспитанные люди не могут удовлетворить свой половой инстинкт без любви, потому что его полное удовлетворение достигается лишь тогда, когда духовное и физическое бытие одного существа соединяется с духовным и физическим бытием другого. Те, кто никогда не знал этого глубоко интимного чувства, этой горячей дружбы и счастливой взаимной любви, прошли мимо самого лучшего, что может дать жизнь. Подсознательно, а иногда и осознавая, они чувствуют это, и разъедающее их душу разочарование рождает у них чувства зависти, жестокости и желание тиранической власти. Значит, на социолога ложится обязанность выяснить возможность того, как дать в жизни место этому высокому чувству, поскольку, пройдя жизнь и не испытав чувства любви, люди не могут претендовать на высокое человеческое достоинство, не могут переживать то теплое, благородное чувство по отношению к остальному миру, без которого вся их общественная деятельность не принесет ничего, кроме вреда.

При определенных условиях и в определенный период времени страстное чувство любви переживают многие мужчины и женщины. Тем, кто не испытал этого чувства, трудно увидеть разницу между страстной любовью и голодным половым инстинктом. Так, например, молодая, хорошо воспитанная девушка знает, что нельзя давать поцелуя без любви; будучи девственницей, она выходит замуж и становится жертвой – точнее, она оказывается в своего рода ловушке – скоро преходящего и тривиального чувства сексуального притяжения, которое женщина, уже имеющая опыт отношений с мужчинами, легко отличит от чувства любви. Несомненно, именно здесь надо искать причину несчастливых браков. Но и тогда, когда есть взаимная любовь, она может быть отравлена, если при этом у влюбленных возникнет мысль, что чувство любви греховно. Конечно, для такой мысли есть все основания. Например, Парнелл3, несомненно, совершил грех прелюбодеяния, поскольку из-за него он не оправдал надежд, возлагаемых Ирландией. Но даже и тогда, когда чувство греха не осознается, оно точно так же отравляет любовь. Любовь только тогда может принести с собой все то хорошее, что в ней заложено, когда она свободна от каких-либо ограничений, искренна и идет из глубины сердца.


Сознание греховности любви, даже любви супружеской, приобретенное в процессе традиционного воспитания, подсознательно сохраняется как у мужчин, так и у женщин; оно наблюдается и у тех, кто имеет свободные от предрассудков убеждения точно так же, как и у тех, кто придерживается традиционных взглядов. Последствия этого отношения к любви различны: у мужчин это выражается в том, что их любовные усилия (love-making) носят грубый и неприятный характер, поскольку они не способны сказать слова нежности и тем поддержать чувство женщины, ни должным образом прийти к последнему мгновению, которое так важно для получения женщиной удовольствия от полового акта. Более того, они часто и не осознают, что женщине необходимо получать удовольствие и что если этого не происходит, то в этом виновата не она, а ее партнер. В то же время у части женщин, получивших традиционное воспитание, наблюдаются холодность и большая сдержанность и нежелание перейти к физической близости. Искусный любовник, наверное, может побороть эти недостатки, но мужчина, который восхищается ими как признаками честной женщины, на это неспособен, так что в результате многолетние брачные отношения остаются очень сдержанными и более или менее формальными. Наши дедушки никогда не видели своих жен обнаженными» и их жены пришли бы в ужас от одной лишь мысли об этом. Такое отношение гораздо чаще встречается, чем можно подумать. Даже у тех – кто преодолел эти недостатки, кое-что сохранилось от старой сдержанности.

Есть еще одно психологическое обстоятельство, которое препятствует полному развитию любовного чувства в современном мире. Это страх – его переживают многие – потерять целостность своей индивидуальности. Это, конечно, глупо, – но увы! – очень современно. Индивидуальность не есть нечто такое, что ценно само по себе, потому что она постоянно обновляется благодаря контактам с миром и уже в силу этого не может сохранять целостность и замкнутость. Индивидуальность, которая замкнулась бы в самой себе, как в стеклянной клетке, скоро зачахла бы; в то время как индивидуальность, все более и более вовлекаемая в контакты с людьми, становится все богаче и богаче. Любовь, дети и работа дают огромные возможности плодотворного общения индивида с остальным миром. И в этом ряду любовь стоит на первом месте. Кроме того, она необходима для возникновения родительской любви. Ведь ребенок воспроизводит черты обоих родителей, и если они не любят друг друга, один будет радоваться, видя в ребенке свои черты, тогда как другому (другой) будет неприятно видеть черты нелюбимого человека.

Работа далеко не всегда позволяет достичь плодотворного контакта с внешним миром – здесь все зависит от того, какова духовная ценность работы. Такой ценностью обладает не та работа, единственным мотивом которой являются деньги, но только такая, которая делается с энтузиазмом и любовью к людям, к предмету и просто к расширению кругозора. Вообще говоря, любовь не имеет никакой ценности, если она сводится к чувству обладания – тогда она мало чем отличается от погони за деньгами. Для того чтобы любовь обрела ту ценность, о которой мы говорили, необходимо, чтобы он или она ощутили важность ego другого, как своего собственного, научились понимать чувства и желания другого, как свои собственные. Для этого необходимо, чтобы эгоистическое – как инстинктивное, так и осознанное – чувство расширилось и вобрало в себя личность другого. Но в нашем охваченном враждой обществе всеобщей конкуренции, к тому же исповедующем дурацкий культ личности, который обязан своим происхождением отчасти протестантизму, отчасти романтическому движению, осуществить все это довольно трудно.

У наших современников, свободных от пут старой морали, любовь в ее истинном смысле, о котором мы уже говорили, подвергается новой опасности. Когда у людей не существует больше чувства моральной ответственности перед совершением полового акта, они пользуются любой тривиальной возможностью, чтобы совершить его; у них появляется привычка смотреть на секс как на нечто такое, где нет ни истинного чувства, ни нежности, ни привязанности; они даже ассоциируют секс с чувством ненависти. В качестве иллюстрации подобного отношения к любви могут с успехом служить романы Олдоса Хаксли4. Герои его романов, подобно апостолу Павлу, смотрят на половое сношение как на акт физиологии; высокие ценности с ним связанные им, очевидно, неизвестны. Остается всего один шаг, чтобы перейти от этого к аскетизму. Для них остается тайной, что любовь имеет свои собственные идеалы и свои собственные, только ей присущие, моральные нормы. Эти нормы были отодвинуты куда-то на задворки и христианскими учениями, и безудержным разгулом сексуального аморализма значительной части современной молодежи. Однако следует помнить, что половой акт, совершаемый без любви, не способен принести чувство глубокого удовлетворения полового инстинкта. Я не хотел этим сказать, что такого не должно быть – ведь тогда бы пришлось поставить какие-то высокие барьеры, которые любовь не смогла бы преодолеть. Я только имел в виду, что половой акт, совершаемый без любви, не имеет большой ценности и может рассматриваться всего лишь как эксперимент на пути к любви.


Итак, как вы могли видеть, любовь имеет полное право требовать почетное место в жизни людей. Однако любовь еще и неконтролируемая сила, способная преодолеть любые границы, поставленные на ее пути законами и обычаями. До тех пор пока у влюбленных не появляются дети, многое не имеет значения. Но если они есть, то все меняется – любовь уже не имеет той силы и должна уступить место биологическим требованиям продолжения рода. В случае конфликта между супругами вступает в силу этический принцип, согласно которому интересы детей надо поставить выше права на любовь. Однако разумные этические нормы отношений между полами могут в значительной степени смягчить конфликт, потому что важна не только любовь сама по себе, но также то, чтобы дети видели, что родители любят друг друга. Поэтому невмешательство в любовные отношения при условии соблюдения интересов детей должно стать главной целью всякой разумной этики отношений между полами. Но этот вопрос мы отложим до того момента, когда займемся исследованием семейных отношений.









 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх