Глава 4. Родственники

Ты создал предприятие. Успешное предприятие. В глазах окружающих успешное предприятие — это где денег не меряно. Мало кто видит, что это предприятие, где принято работать. К тебе начинают приходить родственники и проситься на какую-нибудь работу. Брать или не брать? Не брать — плохо, они обидятся, и вся остальная родственная клика навалится со своим общим осуждающим мнением. Ты своего обидел! И от тебя все отвернутся.

Помню, мой двоюродный братишка, живший далеко на юге, что-то нахулиганил, кажется, крепко и нехорошо подрался. И чтобы спрятать его от суда, его отец привез его к нам, с просьбой дать пожить какое-то время тайком у моей мамы. А я как раз уходил в армию, освободилась комната. Казалось бы, все так удачно складывается.

Но в первые же дни они с отцом начали пить и гулять. Я представил себе, что будет без меня, и выгнал их. Мама дороже.

Брата посадили, и родичи, особенно его отец, долго обижались на нас за то, что в тяжелую минуту мы не помогли. Я даже допускаю, что они считали, что его посадили потому, что я не дал ему приюта. Вот такая причинно-следственная связь работает в головах у родственников. То, что брат совершил преступление, на фоне твоего не родственного поведения как-то забывается. Кто-то же должен быть виноват в наших несчастьях!

Когда к тебе придет родственник и попросится на работу, на самом деле он скажет не просто: возьми меня куда-нибудь! Он скажет: возьми меня куда-нибудь, но таким, каков я есть! Попросту говоря, прикрой меня от тех, кому я не нравлюсь такой, каков я есть! Я, конечно, дерьмо и вредитель, но ты же родственник, ты должен потерпеть, иначе я натравлю на тебя общественное мнение!

И приходят они совки совками, глядя на твое предприятие жадными глазами воров и пропойц, какими они привыкли смотреть на советское предприятие. Родственник не хочет работать на тебя и делать так, чтобы предприятие становилось лучше. Он хочет за твой счет жить так, как привык, как ему хорошо — денег ведь не меряно, а ты в обиду не дашь! Не чужой. На чужом предприятии устаешь, потому что постоянно приходиться напрягаться, сдерживаться и не выпускать свое нутро наружу.

Родственник во главе предприятия действует на бытовое сознание однозначно: здесь сдерживаться не надо, свой не выдаст! И родственники не сдерживаются!

При этом до них никак не доходят объяснения о том, что это не советское предприятие, что это твоя собственность, что все зависит от того, как мы все вместе будем вкалывать. И вкалывать здесь надо лучше, чем на других предприятиях, потому что работаем-то на себя.

Родственник на твоем предприятии всегда работает хуже, чем на дядю!

И даже когда путем колоссальных усилий тебе удается с лучшими понимающими из родственников договориться о том, что это ваше дело и работать нужно, как на себя, они все равно не удерживаются и по мелочам перескакивают в состояние наемного работника. Дуркуют, как это у нас говорится. Иначе говоря, когда им выгодно, они начинают видеть тебя эксплуататором и приворовывают, где лишнюю четверть часа, где оплату по шкале «не хуже, чем у других случается!»

Это не злой умысел, конечно, просто так уложено в нашем мышлении за многие годы, да ещё и в нескольких вежах — ушедших в подсознание слоях мышления.

Принять решение работать на себя — это большое решение. Но существует оно внутри огромной «операционной среды», состоящей из мелочей. И все эти мелочи кричат из твоего жизненного опыта: ненавидь, мсти, укради, справедливости нет и счастье невозможно!

И что с этим делать? Может, сдаться? Вот тебе и выбор.

Я догадываюсь, что вы выбрали. И это значит, что нет для нас другого пути, кроме как принять Большое решение работать на себя, совместно делать свое дело, а потом расширять его, как Свою землю, вычищая мелочи.

Следовательно, и родственников стоит брать на работу только тех, кто хочет стать своим, а не оставаться родственником. С остальными лучше жить по древнему правилу о том, как давать в долг: откажешь — один раз плох будешь, не откажешь — всю жизнь виноват.





 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх