Загрузка...



Стая

Пчелы (создавшие одну из самых совершенных социальных организаций в природе) и муравьи – животные коммунальные (или социальные). Если бы люди произошли от пчел, построить коммунизм для них не составляло бы никаких проблем – наоборот, попытки построения иерархического социума в стиле феодального государства или общества, основанного на капиталистической конкуренции, для них заканчивались бы так же плачевно, как для нас уравнительные эксперименты «красных». Реально же у нас, как и у значительного большинства высших животных, совершенно иные программы поведения. По мнению К. Лоренца[1], В. Дольника и других этологов, мы животные стайные. И просто выйти за пределы врожденных программ нам так же невозможно, как компьютеру выполнить программу, написанную для MacOS на РС с установленной Windows (но аналогия тут простирается гораздо дальше, чем вы думаете – подобно тому, как для компьютеров существует специальный софт, позволяющий, к примеру, в Linux'е имитировать среду Windows, так и программы поведения можно обмануть – об этом речь дальше).

Основные законы, которые управляют стаей (они практически одинаковы для всех стайных животных, так что с некоторыми вариациями, связанными с биологическими особенностями каждого вида, справедливы и для человека, и для павиана, и для овцы, и для волка, вороны или голубя) можно кратко сформулировать так: агрессия, доминирование и иерархия.

Этологи вкладывают в понятие агрессии несколько иной смысл, чем мы в обыденной жизни. В быту всякое нападение считается агрессией, в то же время ученые квалифицируют агрессию как любое проявление ярости, ненависти и злобы, необязательно сопровождающееся нападением. Причем, когда волк нападает на зайца или лев на зебру, это вовсе не агрессия – хищник при этом совершенно равнодушен к своей жертве. А вот семейный скандал или арабо-израильский конфликт – типичный пример агрессии.

В отношении агрессии крайне важно усвоить три вещи: во-первых, это не какое-то качество, присущее лишь отрицательным персонажам. Агрессивность – такая же программа поведения, как все остальные, и присуща всем животным, только в разной степени (есть более агрессивные и менее агрессивные особи). Во-вторых, агрессивность имеет свойство накапливаться. Если долго нет объекта для сброса накопившейся агрессии, то ее внезапная и ничем вроде бы не мотивированная вспышка обеспечена – так на пустом месте возникают яростные, с битьем посуды, скандалы между мужем и женой (через пару часов оба тайно недоумевают: чего ссорились-то?). В-третьих, агрессия имеет способность переадресовываться. Скажем, самый затюканный в стае голубь, которому страх не позволяет напасть на более высоких по рангу товарищей, просто в ярости клюет землю. Человек в аналогичной ситуации стучит кулаком по столу и ругается дома вместо кабинета начальства.

Ну как тут не вспомнить споры о пользе и вреде компьютерных «стрелялок»?! С точки зрения этолога, это споры пустые, так как выплеснуть накопившуюся агрессию таким способом – только на пользу обществу (кроме, разве что, немногочисленных случаев патологического пристрастия).

Агрессия есть механизм установления доминирования и иерархии. В любой группе животных так же, как и в человеческом коллективе, быстро устанавливаются отношения доминирования-подчинения – У. Голдинг замечательно описал такой процесс в «Повелителе мух». При этом вовсе не обязательно, чтобы иерархические отношения устанавливались в кровавых стычках – в подавляющем большинстве случаев достаточно демонстрации агрессивности, а иногда и этого не требуется: вспомните, как иногда, знакомясь с некой личностью, вы по выражению лица, улыбке, прищуру глаз и манере ходить уже через две минуты точно знаете: это лидер, и мне с ним не тягаться.

Интересно также, что, по наблюдениям этологов, установившийся лидер-доминант в животной стае вовсе не обязан иметь какие-то выдающиеся качества – он может быть не самым сильным, не самым опытным, может заботиться о стае, а может на нее плевать. Единственные безусловно необходимые ему качества – способность выдерживать чужой прессинг, быстро оправляться от поражения и иметь повышенный уровень агрессивности. Известный профессор-этолог Виктор Рафаэльевич Дольник пишет[2]: «Стихийно получивший руководящее положение человек, если он не только доминантен, но еще и умен, талантлив, порядочен, добр и заботлив, обеспечит всей группе очень большой успех. Причем у людей вклад такого доминанта может быть (в отличие от животных) неограниченно мощным. Вспомните выдающихся лидеров-ученых, конструкторов, тренеров […]».

Но беда в том, что доминантом может стать и человек очень опасный для общества, аморальный и даже психически больной. Довольно часто бывает, что небольшой ростом и слабый парень в детстве проигрывал стычки (потому что у детей сила важна, они ей меряются). В результате в нем накопился страшный заряд нереализованной агрессивности и желания как-нибудь оказаться наверху. Став взрослым, он начинает борьбу за свой ранг «взрослыми» способами, действуя интригами, травлей и т. п. Если ему удается захватить власть, он распоряжается ею безобразно. Люди давно заметили, что многие тираны ростом невелики, а в детстве их много били.

Для такого типажа в русском литературном языке нет подходящего слова. Но оно есть в уголовном жаргоне: «пахан»…

В эпиграфе приведены слова Дольника о том, что никто в живом мире не рождается «чистым листом». И подобно тому, как едва появившийся на свет паук откуда-то уже знает, как надо плести паутину (его никто не учит этому), точно так же родившийся человек имеет некоторые представления о правилах поведения в стае, т. е. о морали.









 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Прислать материал | Нашёл ошибку | Верх